Эпилог

ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ.

Я сидела над планами по строительству небольшой начальной школы в Грин Маунт. По летнему времени окно в кабинете было открыто, из разросшегося парка, от детской площадки, разносились детские крики. Количество детей в имении значительно увеличилось, кроме наших с Мишей, сюда прибегали играть ребятишки из поселка охранников, или, как его сейчас все называют попросту — солдатского поселка. Кроме семей охранников, там сейчас построили себе дома и Грегор с Иннис, и Лахлан. Наш мастер — стеклодув, тоже обзавелся семьёй, и даже его бывшие мальчишки — подмастерья, ставшие давно уже сами мастерами, тоже обзавелись своими домами.

Семьи охранников, давно проживающие в спокойной, мирной жизни, тоже решились обзавестись ещё детишками. И вот всей этой шумной и крикливой компании необходима школа. До этого наша самодеятельное учебное заведение размещалось в нескольких комнатах казармы. Но весной ко мне приехал Комнол с делегацией от жителей моих деревень. Они тоже хотели, чтобы их дети учились грамоте. Мои селяне осознали, что грамота важна даже в отдаленной горной деревне. Тем более, сейчас в деревнях практически не осталось просто работяг, многие стали отличными мастерами и хотели обучать своих детей. Вот теперь я планирую, что должно быть в новой школе, сколько должно быть классов. Надо разделять по возрастам. По гендерному признаку мы детей не делим. И если поначалу наиболее консервативные мамаши сопротивлялись, то впоследствии, когда убедились, что с другими девочками ничего не случилось плохого, да и собственные дочери утомили истериками по поводу учебы — сдались. Не знаю, как селянки будут относиться к этому, дальнейшее покажет. Преподавали в школе все грамотные женщины, которые имели склонность к тому или иному предмету. Так, Иннис преподавала рисование, а жена Рэнульфа, Дэвена, преподавала грамоту и чтение, у Элси проявился талант к математике, а я естественные науки — биологию, географию, историю. Для начальной школы этого хватит с лихвой.

Я отложила карандаш в сторону и потерла переносицу, прикрыв глаза. Вспоминала все эти прошедшие десять лет, как первые пять лет разрывались между двумя поместьями, срочными и очень срочными делами… второе поместье нам вернули, но ободранное практически до последней доски. Но мы махнули рукой, не скандалят и ладно. А нам не привыкать начинать вновь с самого начала. Поскольку там хорошие земли, мы перевели его на земледелие. Сеяли там различное зерно — пшеницу, овес, я даже разыскала невиданные здесь гречу и просо. И теперь вполне успешно торговали гречкой и пшеном. Ещё там же выращивали овощи и картофель. Год от года нам приходится увеличивать поля под посадку этого корнеплода. Мы несколько раз брали с собой в поездку в то поместье нашего патриарха Нафантия. И он в результате поисков нашел несколько свободных брауни-домовиков, в том числе и огородника. Так что и там посадки под надёжным присмотром.

Зато наш Ларик теперь молодой отец! Да-да, они с Липой создали свою семью, и у них родилась прелестная куколка-дочка. Назвали ее Лера, ей сейчас пять лет, но какая же она крохотулечка! Но характер у этой милашки очень даже боевой, и вместе с нашей с Мишей младшей дочкой Катей, то есть леди Кэтрин, с которой они ровесницы, составляют воинственную парочку. И если в ближайшее время за окном раздается детский рев — я знаю, кто там кого обидел. В отличие от своих родителей, Лерка нисколько не боялась показываться людям и росла вместе с нашими ребятишками, носясь с шумной компанией по парку и детской площадке. Что самое интересное — дети спокойно воспринимали Леру, как обычного ребенка из своей среды. Абсолютно никаких предрассудков они не испытывали.

Да, вы верно поняли, мы с мужем теперь родители уже троих детей. Наш старший сын Виллиам, ему уже пятнадцать лет, остался таким же худощавым, но высоким мальчиком. Отец, конечно же, обучал его разным воинским умениям, Уилли научился защищаться, но стезя воина совсем не его путь. Ему нравится заниматься хозяйственными делами, придумывать какие-то новинки для дома и хозяйства. Теперь подумываем, куда бы отправить ребенка учится. Но сейчас, в эту эпоху, преподают в университетах много разной ерунды, типа Земля стоит на трёх китах, то мы все более склоняемся к идее домашнего обучения, будем учить тому, что сами знаем, а лэрда Максвелла привлечем как технического специалиста.

Наш средний ребенок, Деннис, по-домашнему Дениска, наоборот, этакий крепенький грибок — боровичок, девяти лет отроду, увлекался всякими разными смертоносными умениями. Первое время, когда отец только начал его тренировать, я в ужас приходила — ребенок весь в синяках ходил, кряхтел, смазывая целебной мазью все свои "боевые" травмы, но ни разу не пожаловался. Дружил Денька с сыном Иннис и Грегора, который был старше него всего на несколько месяцев, Ричардом, или по-простому Диком. Тренировали их по очереди и Грегор и Гленн. Ещё они начинали их обучать хозяйствованию, но пока мальчишки не проявляли особого интереса к этому. Во всяком случае, Дениска.

А у Иннис и Грегора так и есть одна дочь, старшая Юна. Зато двое сыновей — Дик и Тимоти. Правда, неделю назад Иннис таинственным шепотом мне сказала, что на сей раз, она надеется получить дочку. Ведь Юна уже замужем, и живёт в своем доме. Она вышла замуж за одного из бывших подмастерьев Лахлана, мастера по стеклу. Я вначале немного удивилась, ведь здесь довольно строго соблюдаются сословные положения, а Юна — дочь лэрда. Но подруга меня успокоила — мальчишка хоть и из семьи охранника, но тоже лэрда в энном поколении. Отец то ли пятый, то ли восьмой сын в семье был, вот и пошел по воинской стезе. Сейчас муж Юны сам хороший мастер стеклодув и работают все вместе в новой, большой мастерской, разделенной на несколько направлений — листовое стекло, просто различные стеклянные изделия — посуда, сувениры, и отделение хрусталя.

Сам Лахлан сейчас экспериментирует с цветным стеклом. Получается когда как. Синее стекло отлично, а вот с красным, жёлтым и коричневым пока не очень. Соли меди оказались капризные, не всегда удается полный прокрас, местами как будто выгорает окраска и получаются различного оттенка пятна. А солей хрома я вообще пока не нашла. Так что, как говорил герой Никулина в поиске халатика с перламутровыми пуговицами — Будем искать! Кстати, Лахлан женат на нашей бывшей горничной Марго.

Наша строительная бригада разрослась до приличной строительной компании, и пользуется большим спросом не только в округе, но и в Даблитти. В наших деревнях практически не осталось домов старого типа, все или модернизировали или вообще построили новые. Поскольку у людей есть работа и заработок, то теперь нет нужды жить в домах по две-три семьи вместе и ждать, когда же умрут старики-родители. Просто строят себе отдельные дома.

Мастерская Анны из маленькой комнатки тоже теперь занимает их весь старый дом, а сама Анна с мужем построили себе новый дом. Заказы в этом меховом "ателье" принимают круглый год.

Наш мастер-тележник тоже теперь глава солидной санно-тележно-каретной "корпорации". По известной поговорке летом они делают сани и возки, а зимой телеги, лёгкие кареты и коляски. Спрос до сих пор большой, приезжают из других городов. Тем более что Михаил таки вспомнил, как устроены рессоры, я в этом вопросе полный ноль, и они вдвоем с Максвеллом сумели изготовить образец, а дальше к работе приступил кузнец со своими помощниками.

Наши старики, Кресса и Кестер постарели, ушли на заслуженный отдых и теперь делят свое время по разъездам между двумя внучками — Элизи и Бернис. У Элизи со временем вся дурь из головы выветрились и теперь она счастливая мать троих очаровательных детишек и рачительная хозяйка семейства. Муж ее обожает, а что ещё женщине надо? Все у нее есть.

Бернис тоже вышла замуж. Помните, я писала про детскую влюбленность в нашего соседа Максвелла? Я поговорила с девочкой тогда. Она меня выслушала и восприняла все по-другому, не так как я предполагала. Она притихла с явными признаками обожания Макса (так его стал коротко звать Мишка, а следом и все остальные. Сам Макс не возражает). Зато с бешеной энергией принялась учиться. Грамоте, правильной речи, манерам, этикету, своему мастерству. Начала прихорашиваться, следить за собой, особенно за руками. В общем, к шестнадцати годам из симпатичной девчушки Бернис превратилась в ослепительную красавицу, ничуть не уступающую аристократкам даже из высоких кругов. Во всяком случае, она была явно более образованна, чем они… Надо отдать должное Максу, крепился он целый год. Только через год, когда девушке исполнилось восемнадцать, приехал к нам просить ее руки. Старики были польщены, что просят об этом именно у них. После свадьбы Бернис занялась устройством нового дома, потом у них родилась дочка. Но и свое ремесло она не забывала — Макс постоянно привозит ей для росписи посуду из нашего имения. Тем более сейчас, когда дорога до поместья Макса стала занимать совсем немного времени.

Это самая большая гордость Мишки. Я тогда ему сказала, что это его проект с гудроном, асфальтом и прочим. И он воспринял это абсолютно серьезно. Провел экспедицию на то озеро, убедился, что это молодое асфальтовое озеро с нефтяной серединой, что редкая редкость не только в нашем мире, но и в прошлом. Миша сказал, что в прежнем мире было известно только одно такое озеро, где-то на южных островах, Кабо-Верде, кажется. А тут, оказывается, и в горах Шотландии имеется. Несколько месяцев Мишка с Максом считали, чертили, что-то изобретали и мастерили. Но теперь мы имеем отличные дороги с твердым покрытием между нашими поместьями и деревнями, поднатужившись, они вдвоем взялись за асфальтирование дороги до Даблитти и нашей деревни Ривер-Вилладж. Она тоже теперь разрослась, заняты все дома, кроме самых ветхих, их снесли и теперь строят новые. Кстати, муж осуществил, наконец, в позапрошлом году свою задумку насчёт фермы на свободной земле. Точнее, это мы хотели ферму, а получилось большое ранчо, с домом и всеми постройками. Я все вначале подшучивал над супругом

— Ты теперь не просто Мишка, а Мишка сранчо!

Он дулся, ворчал, а потом сам хохотал громче моего.

Раз уж вспомнила про Даблитти, надо рассказать и про него. Леди Розина оказалась просто гениальным организатором и развернулась вовсю. Из нашей маленькой комнатки салона, она превратилась в большой магазин-салон, с чайной-кондитерской, выставочным и торговым залами, гостиной для дам.

Заведовала магазином по-прежнему Дженни, даже выйдя замуж, она не прекратила работу. И вообще, среди городских дам постепенно привилось понятие, что работать своими руками и умениями и получать за это деньги — вовсе не зазорно для аристократки. Вот они старались. Господин мэр сиял и раздувался от гордости. Ещё бы, захудалый городок постепенно превращался в центр шоп-туризма в графстве! Строились отели для гостей, улучшалась инфраструктура, отличные дороги. Оживились и фермеры — ведь для прокорма такого количества приезжих требовалось все больше продуктов. Вот мэр и был счастлив.

А тут ещё начал работать мой проект, который тоже отнял у меня много сил и времени. Даблитти, хоть и считался приморским городком, но на самом деле, до побережья было ещё километров двадцать ухабистой дороги. Там был небольшой порт и то ли большая деревня, то ли маленький недогородок. В один из приездов в Даблитти я захотела посетить это селение, посмотреть, поесть свежей морской рыбы. Мэр, услышав мои слова, предупредил, чтобы мы не пили там воду, мол, воняет она там сильно, которая горячая, так воняет, как из ада, а холодная с каким-то кисловатым, солоноватым привкусом.

Намотав инфу на ус, я захотела туда ещё сильнее. Судя по словам мэра, там имеются сероводородные источники и минеральные, по типу кисловодских. Проехав в то селение, я убедилась в своей правоте. И тут мне пришла авантюрная идея в мою бедовую голову — построить там полноценный курорт. Лечение водами уже известно, так почему бы и нет? Для начала я выкупила эти земли с источниками. А потом отправила сюда моих строителей, одновременно с дорожниками Миши. Поскольку раньше мне пришлось долго и нудно лечиться по различным курортам, то устройство всего этого хозяйства я узнала неплохо. Узнав все подробности, мэр опять был доволен — на ровном месте, бесплатно получил хорошую дорогу, новые рабочие места, увеличение налогов, да ещё вошёл со мной в долю по устройству рыбного ресторанчика. И в баный корпус с ваннами, и гостевой отель. Постепенно слава о нашем бальнеологическом курорте пошла далеко по Шотландии и даже в ближних графствах Британии. Приезжал лечиться и лэрд Мак-Конней. Был немногословен и ни, словом не обмолвился о имевшем место быть в прошлом инциденте с его замыслами прибрать к рукам мое дело и тело. А мы и не напоминали.

Приехал даже батюшка Мэри, то есть, вроде как мой. Лорд Кинли приехал лечить больной коленный сустав. Долго смотрел на меня, потом сказал.

— А ты сильно изменилась, Мэри. Внешностью ты не слишком походила на Маргрет, но характером вся в нее. Она такая же была решительная и неугомонная. Ты прости меня, дочь, что мало уделял тебе внимания. Но только после смерти твоей мамы я очень сильно горевал, любил ее сильно. Думал, женюсь снова и забуду. Да только ничего не вышло. Вот и старался реже тебя видеть, чтобы не вспоминать мою Марго.

В общем, помирились мы с отцом. И даже замутили совместный бизнес. Поместье отца находилось как раз, напротив, через залив Солуэй. Если ехать вокруг залива по суше, то почти неделя дороги, а если небольшим судном, типа шхуны, то всего около суток. Вот и зафрахтовали мы такую шхуну и повезли в Британию нашу посуду, хрусталь, фарфор и прочее, что пользовалось спросом. Отец, в свою очередь, открыл торговлю всем этим в тех краях Британии. И торговля была успешной. Историю мы уже изменили, фабрика фаянса и фарфора в Веджвуде так и не появилась никогда.

В общем, прижились мы здесь окончательно, и чем больше проходит времени, тем больше подёргивается дымкой забвения наша жизнь в прошлом мире.

И тут же за окном раздался истошный детский визг и крики. Я уже намеревалась бежать, искать и наказывать эту сладкую парочку — Катьку с Леркой, как появился необычно хмурый Кузя, мой бессменный помощник. Кстати, последнее время Кузьма усердно ухаживает за Кнопкой, но Кнопа себе цену знает и пока на ухаживания не поддается. Вот Кузя мне и сказал.

— Люся, учти, девочки не виноваты, они только защищались!

После этого интригующего заявления я только прибавила скорость передвижения. Выбежав на детскую площадку, увидела странную картину — Катя стояла, прикрыв собою Леру, сжав кулачки, девчонок прикрывала наша малышня, а от тренировочной площадки с деревянными мечами бежали Денька и Дик. Тимка вцепился зубами в ногу одного из деревенских мальчишек, которых я ранее никогда не видела у нас в имении. Трое пришлых мальчишек пытались оторвать Тимку от жертвы, вопящей истошным криком, но тот только лягался, не подпуская агрессоров близко.

Но даже не это меня изумило, детские драки — дело обыденное. Лера, наша крохотулька, плакала!!! Маленькие, туго заплетённые, косички, подпрыгивали на плечиках в такт рыданиям. На подоле красивого платьица виднелось грязное пятно. Подбежавшие Денис и Дик, схватили обидчиков и не отпускали их. Катя платком вытирала личико Леры и что-то ей говорила, успокаивая подружку. Остальные наши ребятишки обступили меня, наперебой рассказывая, что здесь произошло. Из сумбурного рассказа я, наконец, поняла, что именно случилось. Оказывается, они играли на площадке, когда пришли четверо деревенских ребят, немного постарше наших. Наши дружелюбно к ним отнеслись и позволили играть на площадке. Когда к нашим присоединились Катя и Лера, деревенские стали кричать и обязываться. А один из них, заводила, ныне свежепокусанный, заявил.

— Вот и лягушонок пришел! Ты вообще не человек! Мамка сказала, что вы адское отродье и вас надо камнями забивать!

И первый кинул в Леру комок грязи. Группа поддержки дружно заржала. Больше они ничего не успели. Катька кинулась на ближайшего "весельчака", а Тимка бросился на обидчика и вцепился ему в ногу. Тимка ещё маленький ростиком, а деревенские дети и старше и выше. Наконец, Лера успокоилась и исподлобья смотрела на мальчишек.

Подошедшему Михаилу я коротко пересказал событие, тот вздохнул.

— Знаю я их родителей, это приезжие в деревню. Дорожники постепенно перевозят в Грин Маунт свои семьи.

Я повернулась к нашим малышам, присела на корточки перед Лерой.

— Лера, детка, не принимай близко к сердцу то, что сказали эти бестолочи!

Как это ты не человек? Да ты самый человечный человек, которого я знаю! И мы все тебя очень любим. Правда, дети?

Ребятишки вразнобой подтвердили, что да, они любят Леру.

— Ну, раз так, то сейчас все вместе идём на кухню пить чай с вкусными пирожками, что сейчас печет тетя Липа! Давайте, бегом, бегом!!

Уговаривать их было не надо, рванули все. Дениска подхватил на руки Леру и тоже побежали с Диком вместе вслед за мелюзгой.

Миша обнял меня за плечи.

— Ты тоже не переживай, Люся! Лучше посмотри, какие наши дети добрые и отзывчивые! Как они готовы защищать своих! Не зря говорят, что мир спасет доброта!

Я прижалась к мужу и подумала:

"Неважно, в каком мы мире, какой эпохе, в той жизни или этой и даже после смерти — самое главное, мы вместе, мы любим друг друга, своих детей, своих друзей, этот мир, давший нам возможность быть вместе! "

Надо всегда верить в добро, свет и вечную любовь!

КОНЕЦ.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​