Глава 34
Разумеется, доблестные искатели Аринского кристалла не пошли осматривать плотину ночью. Им вовсе не хотелось убиться об ловушки лорда Магарыча, а в темноте это было проще простого. Вместо этого Кларисса, Рикошет и лорд Грайси собрались в лекарской и принялись изучать «добычу»: большой, в половину ладони, изящный металлический ключ и записку из шкатулки.
– Утром я, наверно, неправильно прочитал, – заметил ректор, устраиваясь на стуле возле завхоза. – Предложение передумать «пока не стало поздно» там сразу в стихах. Читать сразу или оставим на утро, чтобы кошмары не снились?
Когда они только зашли, Рикошет предложил стул Клариссе, но дознавательница молча покачала головой. В этот раз она не собиралась задерживаться, а планировать обругать завхоза за его фантазию, послать его в задницу Багрового демона и пойти спать. Да и вообще, она старалась не сидеть в лекарской, когда там есть еще кто-нибудь кроме Оси.
– Ну, лично мне снятся кошмары с того самого дня, как леди Кларисса переступила порог Академии, – заявил лорд Грайси с гадкой улыбочкой. – Такое вот любопытное совпадение. Так что читай, хуже не будет.
– «Не открывай глаза,
Пока не стало поздно,
Беги,
Не дыши». О, тут даже я знаю, откуда это. Наследственную память Крылатого Короля можно не подключать. Это детская песенка, она была популярна год или полтора назад.
– Детская песенка? – заинтересовалась Кларисса. – У меня в комнате как раз лежит зловещая пустышка, может, попробовать ее как-нибудь применить?
– Возьмите завтра на всякий случай, – одобрил Рикошет. – Хотя я не знаю, как она может помочь нам с плотиной. И знаете, это предложение: «беги», «не смотри», оно как-то не вдохновляет…
Лорд ректор не успел закончить фразу: спокойно лежащий в постели Магарыч вдруг распахнул глаза и вцепился в его руку:
– Нет!.. – сорвалось с сухих губ завхоза. – Не ходи!..
Кларисса уронила блокнот, отступила на шаг и схватилась за защитный амулет, всматриваясь в лицо лорда Магарыча. Тот выглядел жутко: глаза выцвели с золотого до бледно-желтого, губы потрескались, пальцы судорожно сжимали запястье Рикошета. Взгляд был мутным.
Не отводя глаз от его лица, Кларисса сунула свободную руку в карман камзола и нащупала складной нож в чехле. Передумала и скользнула пальцами по своим амулетам, ощупью выбирая сонный.
Сзади вскрикнул лорд Грайси.
И только лорд Рикошет спокойно разжал пальцы лорда Магарыча и строго сказал:
– Лежи!.. И вы тоже успокойтесь, так бывает. Драконья сущность реагирует на сильные эмоции.
Дознавательница тихо хмыкнула, наблюдая, как ректор успокаивает завхоза, поправляет ему одеяло и закрывает глаза – мутные и почти бесцветные. Она думала о том, какие же могут быть «сильные эмоции», связанные с плотиной. Да он даже на Крылатого Короля так не реагировал! Даже на яд! На себя ему, очевидно, было плевать, а вот угроза жизни близкого человека заставила очнуться. В смысле, попытаться.
Так что идея обыскивать плотину нравилась Клариссе все меньше и меньше.
Лорд Грайси тем временем неслышно подошел сбоку, подобрал блокнот и протянул его дознавательнице.
– Спасибо. Не нравится мне, что он очнулся, когда мы начали обсуждать... – она все же не рискнула сказать «плотина», – место, где спрятан кристалл. Не вдохновляет как-то.
– Только с такой фантазией как у вас, леди Кларисса, можно было назвать это состояние «он очнулся», – ехидно заметил лорд Грайси.
Лорд Рикошет погрозил ему пальцем, положил руку на лоб завхоза и, фыркнув, покачал головой:
– Ну вот, опять температура поднимается. Раны вроде зажили, так что должно быть получше, чем в прошлый раз. Угрозы жизни, мне кажется, тут не предвидится, – ректор достал из кармана ключ и задумчиво повертел в руках. – Грайси, сходишь за Осей?
– Рикошет, это безрассудно, – хмыкнул преподаватель манер. – Хотя… судя по реакции нашего дорогого и любимого завхоза, там в любое время суток опасно. Возьмем пустышку и осветительные кристаллы.
– Лорд Грайси! – восхитилась Кларисса. – Клянусь вашими штанами, абсурднее предложения я в жизни не слышала! И вы еще называете лорда Рикошета безрассудным! Подождите, я запишу это в блокнот.
Вот так был сорван план «дождаться утра». Искатели кристалла собрались к плотине в лучших традициях идиотского единодушия.
Нет, они, конечно, все обсудили. И Грайси, и Рикошет, и Кларисса начинали высказывать мнение с «я понимаю, что это решение спорное (абсурдое, идиотское – подставить нужное), но» «да ничего с Магарычем не сделается, и вообще, мы хотя бы узнали, что он нас слышит, но», «теперь можно не спрашивать у Крылатого Короля, почему он называет Магарыча «принцесса», но»…
Но. Но. Но.
Никто не нервничал. Они, кажется, успели привыкнуть и к поискам, и к тому, что жизни и здоровью лорда Магарыча что-то постоянно угрожает.
Задержались они лишь для того, чтобы сдать пост у кровати проблемного больного Оси. Пока Грайси звал повариху, Рикошет и Кларисса на два голоса успокаивали завхоза: краснеющий от смущения ректор врал, что они передумали лезть к плотине, а Кларисса просто ругалась, поминая то задницу Багрового демона, то его пятнадцать приспешников, то самого Магарыча, и чем он со всеми ними должен заняться.
Хотя у завхоза все равно поднялась температура, начался бред, и он вытянулся на постели, полушепотом бормоча на смутно знакомом Клариссе языке. Как умирающий он вроде не выглядел – дознавательнице было с чем сравнивать! – но все равно смотрелся жутковато.
– А что это он говорит? – вполголоса спросила Кларисса, заметив, что Рикошет тоже прислушивается. – Я будто понимаю отдельные слова. Похоже на язык, на котором культисты отправляют службу Багровому демону.
– Вы правы, это язык демонов. Его изучали до войны и даже пару столетий после. Потом перестали. Неудивительно, что вы не все понимаете, Магарыч же не говорил на нем лет пятьсот. Ну и сам язык изменился.
– Да я, честно говоря, не особо и старалась учить, – призналась леди Кларисса. – Так, разбираю отдельные слова, и все. Так вы его понимаете?
По правде говоря, во времена внедрения к культистам у Клариссы был доступ к жреческим книгам, но она вопиюще пренебрегала грамотностью и учила только то, что может понадобиться для ритуала, и демонские ругательства. И не пожалела – во время культистского ритуала с лишением невинности ей все это пригодилось, и еще как. Словарный запас Клариссы тогда оценили не только культисты и вызываемые демоны, но и присутствующие при ритуале проститутки.
Тем временем лорд Рикошет прислушался к бормотанию лорда Магарыча, и неуверенно сказал:
– Если я правильно расслышал… так… кажется, Магарыч вспоминает войну с демонами, а именно, тот момент, когда они с Крылатым Королем прошли через портал во главе штурмового отряда и оказались в каком-то замке.
– Мне кажется, я все-таки разбираю парочку демонских ругательств, – заметила Кларисса. – И что-то про руки. То ли они кривые, то ли растут не оттуда.
– О да. Насколько я понял, в этом сне Магарыч пытается объяснить толпе демонов, что они криворукие дебилы и не умеют строить замки. Только не спрашивайте меня, что конкретно ему не нравится, я не понял.
– А про то, что они делают неправильные ловушки, он так, случайно, не вспоминает?!
– Еще нет, – улыбнулся Рикошет. – О, Грайси! Ну, пойдем. Ося, моя дорогая, я надеюсь выбраться из ловушки Магарыча живым, но ты все равно должна знать…
Кларисса дернула ректора за рукав, но было поздно – примчавшаяся на зов Грайси растрепанная повариха и без того была очень взволнована ухудшением самочувствия завхоза, и оказалась совершенно не готова воспринимать Рикошетовскую иронию. Она с ходу начала рыдать, и искателям кристалла пришлось потратить минут пятнадцать на то, чтобы ее успокоить. Кларисса была бы не против узнать, не перешел ли лорд Магарыч к критике демонских ловушек, но Рикошет и Грайси отправили ее за пустышкой.
Встретились они уже на пирсе. Рикошет уже был в драконьем виде, и лорд Грайси благородно помог Клариссе влезть ему на спину. Благородные жесты сухопарый лорд сопровождал ворчанием о давно известных истинах вроде зловредности лорда Магарыча, который мог бы развлекаться не загадками и ловушками, а чем-то полезным. Вроде преподавания курса хороших манер.
– Осторожнее с такими предложениями, лорд, – фыркнула дознавательница, когда ректор взлетел с двойным грузом, и ей пришлось вцепиться в камзол зловредного Грайси, чтобы не свалиться. – Постарайтесь не шокировать лорда Рикошета, пока мы летим. Еще не хватало, чтобы ваши оригинальные предложения сбили его с крыла.
Что ответил Грайси, она не расслышала, но там явно было что-то ехидное.
Плотина Академии казалась огромной. Изогнутая дугой гигантская стена удерживала черное в слабом свете луны озеро, и не давало потоку воды хлынуть в расщелину между двумя скалами. Со спины Рикошета Кларисса видела, что вода все-таки вытекает, но не бурным потоком, а узкой рекой, почти что ручьем.
Верхняя часть плотины оказалась достаточно широкой, чтобы лорд Рикошет смог приземлиться, и Кларисса с Грайси осторожно спустились рядом.
– Я никогда не задумывался, зачем делать плотину такой широкой, – поделился впечатлениями ректор, превратившись в человека. – Напомните, куда показывал луч?
Лорд Грайси прищурился и показал направление. Кларисса пожала плечами: она-то ничего не запомнила.
Доблестные искатели кристалла развернулись и пошли по плотине, и небо над головами было черным и звездным, и вода в озере слева тоже казалась черной, а справа темнела пропасть.
И Кларисса не ждала от этой красоты ничего хорошего.
Дознавательница подозревала подвох всю дорогу – даже когда они прошли до края плотины, нашли замочную скважину, вставили в нее ключ и повернули, и прямо в плотине открылся тайный ход внутрь. Вниз по ступенькам, потом вперед, по освещенному нежным светом фонарных кристаллов в стенах коридору – и кажется, что он не может быть такой ширины, что это или оптическая иллюзия, или магия, расширяющая пространство – и небольшая комнатка в конце.
Абсолютно пустая, с голыми стенами, позеленевшими от влажности, и одним-единственным сияющим кристаллом.
Кларисса хотела шагнуть вперед, но Рикошет вдруг схватил ее за локоть:
– Подождите. Я считал шаги, и по моим расчетам, мы прошли плотину насквозь. Так что Аринский кристалл должен быть здесь.
Дознавательница взглянула на ректора: тот был настроен очень серьезно. В комнатку он не заходил, только стоял, чуть покачиваясь, и бормотал:
«Не открывай глаза,
Пока не стало поздно,
Беги,
Не дыши».
Кларисса сощурилась, рассматривая стены, поводила головой туда-сюда, подняла глаза на осветительный кристалл и опустила к полу. Ощущения были знакомыми – казалось, она регулярно сталкивается с чем-то подобным, и даже приборы не нужны.
– Это может быть заклинание на иллюзию, – тихо сказала Кларисса, – из запрещенных. Мы думаем, что в комнате ничего нет, а на самом деле…
– Тут может быть все, что угодно, – договорил лорд Грайси, зачем-то опускаясь на четвереньки. – Наш добрый Магарыч советовал нам не открывать глаза…
– Грайси! Может, лучше я? – спросил благородный ректор.
– Могу дать зловещую пустышку, – предложила Кларисса от щедрот.
Лорд Грайси отмахнулся и от пустышки, и от трагических замечаний Рикошета, закрыл глаза и целеустремленно пополз вперед, ощупывая руками пол и стены перед собой.
Кларисса наблюдала за лордом – тот все норовил повернуться к ней тылом – и думала о том, как удивился бедный колдун, когда ему пришлось лезть в плотину, чтобы навести заклинания. Тем более запрещенные! Дознавательница надеялась, что завхоз прилично ему заплатил.
Лорд Грайси ползал довольно уверенно. Пару раз он засовывал руки прямо в пол, и это казалось откровенно жутковатым, один раз врезался во что-то головой и ойкнул, и наконец дополз до противоположной стены, нащупал там что-то на уровне пола и дернул.
Не успела Кларисса прокомментировать этот акт безрассудства, как с комнаты вдруг сдернули невидимую занавесь: на стенах появились две карты в рамках, там, где Грайси набил шишку, появился массивный деревянный стол, а в полу прорезались два аккуратных и, видимо, глубоких колодца. Причем располагались они так, что если пересекать комнатку от двери и делать это не на четвереньках, как Грайси, можно переквалифицироваться из искателя кристалла в исследователя озера.
Кларисса с Рикошетом и слегка ошалевшим от фантазии Магарыча Грайси подошли к столу. Ректор взял шкатулку, задумчиво повертел ее в руках:
– Тут замочная скважина.
– И записка, – сказала Кларисса, заметив лист бумаги, на котором стояла шкатулка. – «Выбери карту. У тебя одна попытка». Карту?..
Искатели кристалла осмотрели две висящие на стенах карты. Ну как, скорее, это были чертежи, причем чертежи этого же замка и прилегающей территории.
Карты были совершенно одинаковыми – за исключением двух квадратиков флагов, черно-красного и бело-голубого. Флаг слева Кларисса опознала как флаг их королевства, а вот флаг справа был ей не знаком.
– Это отец Крылатого Короля, его цвета, – пояснил Рикошет. – Это… видимо, относится к тому выбору, что когда-то сделал сам Магарыч.
– И нет, это не выбор между «просто положить кристалл в сейф» и «спрятать и понаставить ловушек, чтобы друзья падали или в канализацию, или прямо на дно озера», – ехидно заметил лорд Грайси.
Кларисса промолчала. Она боялась отвести взгляд от Рикошета, который задумчиво рассматривал карты. Наконец он уверенно протянул руку к флагу старого короля, снял карту… и вытащил из чуть заметной щели в стене крошечный ключик.
Ключ поддался не с первого раза – чтобы достать его из щели, Рикошету пришлось сначала тянуть и проворачивать ключ, словно в замочной скважине.
Так или иначе, шкатулка открылась: внутри оказался изящный амулет с большим и прозрачным желтым кристаллом – цитрином. Дознавательница позволила себе облегченно выдохнуть, и даже Грайси заулыбался и отошел рассматривать два пустых колодца.
– Это он и есть, – тихо сказал Рикошет. – Аринский кристалл. Леди Кларисса, хотите взглянуть?...
Дозхнавательница взяла амулет за цепочку и принялась рассматривать на весу, не рискуя касаться желтого камня. Она все ждала краткого ощущения эйфории, завершенности поисков, чего-то…
Но не этой смутной тревоги.
Что-то было не так.
– Рикошет, Грайси, послушайте… вам не кажется, что… что тут что-то не в порядке?...
Ректор оторвался от рассматривания карт, повернулся к Клариссе и кивнул:
– Странно, что я не вижу тут никаких опасностей. Ну, таких, о которых стоило предупреждать.
Кларисса дернула плечом и передала ему кристалл. Ректор надел его на шею, прикрыл воротником камзола и сказал, что можно идти. Сейчас он еще немного посмотрит на картину и пойдет.
Дознавательница закусила губы. Слова ректора заставили ее вспомнить еще о чем-то. О том, что было в самом начале.
Но вспоминался почему-то не Магарыч, а разговор с отцом в тот день, когда Кларисса впервые услышала про Аринский кристалл. Они же тогда обсуждали не только «смертельные потрахушки», но и ту битву, из-за которой…
«Мы дрались на равных»
«У него был Аринский кристалл»
«Карта мира уже пятьсот лет выглядит не так, как мне хочется».
«Казнить его не за что. Но и помиловать тоже не за что. Понимаешь?»
– Мы выбрали не ту карту, – пробормотала Кларисса, стряхивая с себя оцепенение. – Не ту карту, лорды! Он же писал вам, Рикошет! Еще в самом начале! «Не повтори моих ошибок», помните?! Это была подсказка!
– Да, наверно, – пробормотал Рикошет, сонно потирая глаза. – Нужно уходить.
И тут до Клариссы дошло.
Неправильная карта не только открывала шкатулку, она еще и активировала заклинание. Что-то влияло на сознание – спутывало, сковывало и усыпляло, медленно, но неотвратимо. На Клариссу оно действовало слабее из-за ее амулетов, а лорды оказались перед ним беззащитны. Они уже почти спали стоя.
«Не дыши».
Кларисса стиснула зубы, стащила цепочку с амулетами и накинула на шею Рикошета. Для Грайси ничего подобного не было, и дознавательнице пришлось отвесить ему полновесную оплеуху. Впрочем, не без тайного удовольствия.
От пощечины голова лорда мотнулась в сторону, он вздрогнул и сфокусировал мутный взгляд на Клариссе:
– Вода, – растерянно сказал он. – Слишком громко. Такого… такого не было.
– Бежим!.. – сбросивший с себя оцепенение Рикошет схватил Клариссу и Грайси за руки.
Они бросились прочь из комнаты.
Это казалось глупым меньше минуты – потом из колодцев в полу хлынула озерная вода.
– Видите… она…течет… снизу… – ронял Рикошет на бегу. – Я думаю… механизм сработал… уфф… когда мы открыли дверь… Магарыч… и вода стала поступать…
– Багрового демона… ему…
– Магарыч не хотел… не хотел разрушать плотину… он сделал так… что те, кто не достоин кристалла… не успели убежать…
Рикошет говорил на бегу, и его рука цепко сжимала плечо засыпающей на бегу Клариссы, а второй рукой ректор тащил лорда Грайси, кажется, за шкирку. А за ними несся бурный поток воды. С шипением гасли осветительные кристаллы, спасительная дверь была все ближе и ближе… пока Рикошет вдруг не стал заваливаться на бок.
Кларисса споткнулась, вода нагнала ее, сбила с ног и потащила вперед.