Глава 18

Мама Олеси из-за случившегося с мужем сначала слегла с высоким давлением, а через несколько дней попала в неврологию с микроинсультом. Поэтому девушке приходилось разрываться между делами отца и больницей. Иван помогал в свободное время, хоть и понимал, что совершенно не обязан этого делать. Но разве можно бросить человека в такой ситуации? Хоть Олеся и виновата в их разладе с Маргаритой, но всё равно для Ивана было неприемлемо отказать в помощи, когда его просят. Только вот встречаться с адвокатом Олеся не хотела категорически. Точнее, не хотела видеться с ним наедине. Вплоть до того, что готова была отказаться от его услуг. Но этого никак нельзя было делать. Денис каким-то чудом нашёл двух свидетельниц, видевших, как погибший сам бросился под колёса автобуса. И утверждавших, что он был пьян, потому что перед гибелью на всю улицу ругался матом и выбегал навстречу другим машинам. Те успевали затормозить. То ли случилось у него что-то, то ли так сказывалось действие алкоголя (а может быть и каких-то препаратов). Мужчина требовал, чтобы его переехали. Один из водителей был вынужден просто отшвырнуть странного господина в кусты. И вот, якобы, именно из тех кустов он возник перед автобусом Василия Петровича. Теперь предстояло попытаться найти кого-нибудь из водителей авто, проезжавших в том месте.

Адвокат семьи потерпевшего, а с ним и следователь заметно поумерили пыл, когда узнали, кто будет защищать обвиняемого. Требования свои чуть смягчили, упоминания о компенсации в миллион уже звучали не так уверенно. Так что любой здравомыслящий человек понимал – Денис здорово помогает Василию Назаренко. Он даже журналистов к этому подключил. В печатной прессе и в интернете появилась серия слезовыжимательных материалов о том, как за большие деньги на простого шоферюгу хотят повесить преступление. Поэтому Ивану упорство Олеси было не понятно. И он, как нянька, сопровождал её на следующей встрече со Светловым в офисе Владыкиной.

Тот смог приехать лишь в самом конце дня. Примчал прямо из суда, где защищал кого-то другого. На улице уже было темно. Олеся опередила его буквально на несколько минут. Она позвонила Ване, что подходит, и он вышел встретить. Девушке жутко не хотелось одной подниматься в приёмную Маргариты Валерьевны.

Денис с ходу начал рассказывать, что у обвинения появились новые условия и это немного усложняет его работу. Говорил скорее Маргарите, чем Олесе. Та кивала, глядя в монитор и что-то там набирая. А Олеся снова сидела, потупившись и сложив руки на коленях. В объяснениях Дениса она ничего не понимала. Он оперировал какими-то терминами, что-то про судмедэксперта и поддельное заключение говорил, заметил, что «они» явно хотят затянуть дело. В его голосе слышался неподдельный азарт. Словно для него самого это было какой-то игрой, состязанием, в котором он решил во что бы то ни стало победить.

У Олеси образ Светлова никак не вязался с тем, что она читала о нём в сети. Когда узнала, что он адвокат, полезла на тематические форумы, выясняла о нём всё, что могла найти. А отзывы были преимущественно положительные. Особенно поразил отзыв некой девушки, у которой в автокатастрофе по вине пьяного водителя погибла вся семья: «Мои родители и сестра погибли из-за пьяного двадцатидвухлетнего гонщика. Он – племянник одной шишки у нас в городе. Мне столько денег предлагали, лишь бы я отказалась от обвинения! Но мне повезло найти Дениса Аркадьевича. Он совсем молодой тогда был, только начинал свою карьеру. Благодаря ему я не опустила руки, боролась. И мы победили! Он меня очень поддерживал! Хотя никто не верил, что я выиграю, и виновного в гибели моей семьи посадят. Однако его посадили на пятнадцать лет! Всё благодаря Денису Светлову. Поэтому я ему всю жизнь благодарна буду. У него тоже мама умерла. Он рассказывал. И брат погиб. Поэтому, наверное, он так близко к сердцу принял мою беду и всё возможное делал, чтобы помочь. Десять лет прошло. Знаю, что сейчас он очень успешный адвокат. И это заслуженно!».

Не вязалось всё это с тем, каким его знала Олеся. Разве может быть один человек настолько многогранным?

– С журналистами я сам поговорил, сказал, что не ты, не твоя мать с прессой общаться не готовы. Когда со следователем будешь разговаривать, или с адвокатом семьи погибшего, старайся не плакать и лишних эмоций не проявлять, – наставительно сказал Денис.

Олеся не сразу сообразила, что это относится к ней.

– Эмоции всегда всё портят. Лучше ими в таких делах не пользоваться. Говори сухо, по фактам, – добавил Светлов.

Девушка коротко кивнула, неотрывно глядя на собственные подрагивающие от волнения пальцы. Правда, она очень сомневалась, что сможет вообще что-то говорить и сдержит слёзы.

Олеся перевела взгляд на начальницу Ивана. Такая красивая и молодая… Она раньше представляла её другой. Высокомерной стервой с искусственной внешностью. А Маргарита добрая и настоящая. И с Ванькой, кажется, у них ничего нет. Зря Олеся злилась и считала, что Владыкина отняла у неё жениха. Был порыв подойти и спасибо сказать за помощь, а ещё извиниться за то, что незаслуженно оскорбила. Но что-то остановило. И мысль эта была отложена на потом.

– Я, конечно, постараюсь тоже приехать, но если буду в суде, то не смогу, – продолжал Денис. – Они ещё сами нам компенсацию заплатят. Сынок погибшего в госкомземе работает. И судя по репутации, ворует очень бодро. Если надо, его прижмём. Те, у кого рыло в пуху, обычно меньше рыпаются и очень сговорчивы.

Олеся с трудом сглотнула ком и тихо спросила, так и не подняв лицо на Светлова:

– А когда будет суд? Нам сказали, что папа пробудет в СИЗО до суда. Сколько это дней?

Это был первый вопрос за всё время, который она осмелилась задать ему напрямую, не через Маргариту.

– Зависит от времени рассмотрения дела, – пожал плечами Денис. – Вообще по закону на все следственные действия даётся тридцать дней. Но прокурор может ещё на столько же продлить срок. После этого дознаватель обязан отправить дело сначала прокурору, а потом с суд. Срок предварительного следствия считается не со дня задержания, а со дня возбуждения уголовного дела. И до дня его направления прокурору с обвинительным заключением.

– Понятно, – вздохнула девушка. – Значит два-три месяца.

– По уголовному делу, если оно требует особенно сложного расследования, срок предварительного следствия может быть продлён и до двенадцати месяцев. Но надеюсь, это не наш случай.

– А.. свидания нам ещё разрешат?

– Обычно на период следствия свидания не разрешают, – стал терпеливо пояснять Денис. – Следователь имеет право не позволить свидание даже с матерью, не говоря уже о других родственниках. Мне пошли на встречу, но злоупотреблять этим не стоит. Чуть позже попробуем ещё раз договориться.

– Спасибо, – почти шёпотом пролепетала Олеся.

Дениса её благодарность смутила и это было заметно невооружённым глазом.

– Вообще наша основная сложность – доказать, что ДТП случилось именно по причине сознательных действий погибшего, – как-то чересчур торопливо заговорил он и провёл рукой по волосам.

Светлов так делал, когда нервничал или чувствовал неловкость.

– А возможно это только при помощи свидетельских показаний. Уличных видеокамер на том участке дороги, увы, нет. Будем надеяться, что удастся найти хотя бы одного водителя. И что те дамы не откажутся от своих показаний, соблазнившись деньгами семьи погибшего. Пока на основании показаний свидетелей я планирую требовать у суда полного освобождения твоего отца от ответственности. Правда, выплату какой-то денежной компенсации всё равно могут назначить. Но это лучше, чем тюремный срок.

Он говорил уверенно, с оптимизмом, славно не сомневался, что именно так и будет. Олеся поймала себя на том, что улыбается. За эти несколько недель она столько всего пережила! Американские горки какие-то! После случившегося с отцом будто бы рухнула в самое пекло, а теперь почти выкарабкалась из него. Маме, по словам врачей, становилось лучше. И вот теперь всё, что сказал Светлов, вселило в неё огромную надежду. А ведь как только произошла беда, она поверить не могла, что есть шансы выбраться из этого ужаса. Но то, что помочь им может именно Денис Светлов – какая-то странная насмешка судьбы.

Маргарита же поймала себя на мысли, что когда Денис вот такой – умно говорит, серьёзен и увлечён своим делом, в него легко влюбиться. Но только при условии, что знаешь его исключительно в роли адвоката.

Пока длилась их встреча, почти все сотрудники уже покинули офис. К выходу Ваня и Олеся шли по пустым коридорам. Светлов и Маргарита Валерьевна остались в кабинете.

– Можно тебя на пару слов? – она тронула его за плечо.

Ребятам кивнула, дескать, вы идите, а мы догоним.

– Что такое?

– Поговорить надо.

– Ладно.

Он глядел на неё с выражением замешательства на лице. Маргарита повернулась к Денису, скрестила на груди руки и серьёзно спросила:

– Что случилось между тобой и Олесей? Что было? На Новый год. Ты что, её изнасиловал? – Чего? – Светлов смутился.

Не ожидал такого прямого вопроса.

– Думаешь, я не вижу, что она при тебе цепенеет вся, как будто видит бешеную собаку? Так что, я угадала?

– Блин, Рита, пошли уже. Я думал, ты что-то важное хотела обсудить.

– А это не важное? Ты не ответил. Было или нет?

– Не помню, – пробурчал Денис, отводя глаза. – Я пьяный был и злой на тебя и твоего холопа.

– Что значит, не помнишь? Не настолько ты был тогда пьян! Неужели, Денис?! Зачем? Тебе женщины не дают? Просто развлечься? Ты что мразь? Девчонок насиловать… Ну это совсем уже. Слов нет.

Она брезгливо поморщилась, и отвернула лицо, давая понять, что ей даже смотреть на такого человека противно.

– Рит, уймись. Ты чего начинаешь? Ревнуешь что ли? Пошли.

А сам не смотрит на неё, видно, что сконфужен и не знает, что сказать в своё оправдание.

– Знаешь, Денис… – начала она.

А потом помолчала, внимательно глядя в его светлые глаза, и продолжила:

– Если ты когда-нибудь спросишь у меня «почему?», то знай – в том числе вот поэтому. Потому что ты такой.

– Ни черта не понял. Что спрошу? Какой я? – он поплёлся за ней какой-то весь взъерошенный, то ли желающий оправдаться, то ли не считающий себя виноватым.

– Бесит просто этот твой…– процедил уже на лестнице.

– И ты ему так типа отомстил? – догадалась Маргарита. – Я надеюсь, ты всё, что можно сделаешь, чтоб вытащить её отца. Иначе… Иначе ты просто конченный подонок, Денис.

С трудом подавила вспышку злости. Надо с ним спокойнее быть. А то ещё бросит это дело и откажется защищать. Пока спускались, он попытался приобнять Марго за талию. Но её всю передёрнуло. Она всегда грубо обрывала любые его попытки заявить на неё какие-то права.

– Ты чего? – в очередной раз повторил растерянно. – Тебе же всегда было всё равно где я и кого имею.

– Да, всё равно, – подтвердила она нарочито холодно.

А сама ощутила, как участился пульс. Марго была не на шутку взвинчена, глаза сверкали, в голосе металл. И взгляд такой гадливый, исполненный презрения. 12472fd

– Но это другое!

– Да какая разница!

Она остановилась и снова заглянула ему в глаза.

– Деня, ты, правда, не понимаешь?

Потом вздохнула, в очередной раз убеждаясь, что с ним говорить бесполезно. И пошла, больше не оглядываясь.

Иван с Олесей ждали у машины. Ваня смотрел, как Марго идёт впереди, какая-то нервная, раскрасневшаяся. И подумал, что они со Светловым похожи на повздоривших мужа и жену. От этого неприятно кольнуло внутри. Всё же они хорошо смотрятся рядом, и чем-то неуловимо похожи. Он невольно почувствовал себя лишним.

Маргарита всё никак не могла выровнять дыхание после этой вспышки гнева на Дениса. Только сейчас заметила, что даже руки подрагивают. Может и правда зря так завелась? Олеся тогда с ним весь вечер щебетала. И во время танца буквально висла на нём. Он мог это воспринять как зелёный свет. В общем, мутно как-то всё. И её не должно интересовать. Какое ей дело до жизни Дениса? В конце концов, пусть делает что хочет. Это ж надо было так разозлиться! Опять чуть не наговорила ему лишнего.

Когда садилась в авто, взгляд невольно задержался на Олесе. Маргарита не могла чётко ответить себе на вопрос, как она относится к этой девушке. Испытывает неприязнь – это как минимум. Да, слова Олеси причинили ей боль. Но жизнь девушку уже наказала. Однако никакого особого сочувствия к ней Владыкина не чувствовала. Ради Ивана всё это затеяла. А так бы и пальцем не пошевелила.