Глава 8. О родственных связях и попытках запугать

Меня пригласили во дворец уже следующим вечером.

Благо, ехать тут недалеко, капитан Бреннан проводил меня.

– Ваше высочество! Леди Каррингтон прибыла, по вашему приказу! – объявляют ему, и я вхожу Малую приемную.

«Высочество». Уже успел отхватить тебе титул. Только никакой не принц.

Сегодня утром Совет сделал его регентом.

Так странно снова бывать здесь.

Все так же, и в то же время все совсем не так.

Все те же голубые стены, тот же ангелочек на каминной полке. Я любила в детстве этого ангелочка, он такой задумчивый, все пыталась понять – что у него на уме. Тяжелый, зараза… как-то пыталась поднять. Такой воздушный на вид, возвышенный, но на самом деле – просто кусок мрамора.

Новое зеркало. Кресла другие, больше позолоты и завитков.

Кеннет в кресле у камина, в неформальной обстановке, так сказать. Высокий, крупный, уже начинающий полнеть… Сколько ему? Кажется, и тридцати нет… около того. Розовые щеки, легкие залысины на лбу. Муж принцессы Анны, старшей дочери Эдварда. Из рода древнего и знатного, но ничем особо не выделяющегося. Принцессе выбирали мужа такого, какой на корону бы не посягнул. А он взял и…

Я стояла. Он смотрел на меня, разглядывал.

Нервничал. И это особенно интересно.

– Вы уже знаете, леди Каррингтон, что вашего мужа арестовали по обвинению в заговоре против короля?

– Да, ваша светлость, – сказала я.

Так и подмывало сказать: «Надеюсь, он лишится головы, а я стану вдовой». Но не буду, это слишком. И все же, я никогда не любила Грэга и, уж точно, мне его не жаль.

Кеннет поморщился. Сделал вид, что не заметил?

– Сейчас мы решаем, как поступить с Уолширом, – сказал он. – Вы же понимаете, что оставлять герцогство в семье предателя и заговорщика будет не слишком правильно.

Что ж, я была готова. И все же, то, как он говорит об этом – вижу, что сомневается. Очень сомневается. Настолько, что вряд ли решится отобрать.

– Вы ведь не хотите остаться ни с чем, леди Каррингтон?

А я могу?

– Думаю, моя матушка не очень обрадуется, если я вернусь к ней, – сказала, глядя ему в глаза. – У нее слабое здоровье, и мое общество, полагаю, будет ей в тягость.

Как бы там ни было, я единственная наследница Кайлмори. Да, титул принадлежит матери, как и земля, но доход с земли, по завещанию отца, в равной степени нам обеим. А это немало. Мне уж точно есть куда пойти.

И у меня нет сына, за титул которого я могу переживать. А дочери.. одна уже, похоже, нашла себе молодого лейтенанта…

– Но неприятности, полагаю, вам все равно не нужны, леди Каррингтон.

– Не нужны, – согласилась я.

На самом деле, очень хотелось присесть, разговор обещал быть долгим.

– Что вы можете рассказать о делах вашего мужа и о его отношениях с лордом Малькольмом?

– Боюсь, почти ничего. Мой муж не посвящал меня в свои дела.

Я бы рассказала, если бы было чего рассказывать. Покрывать Грэга мне сейчас хочется меньше всего.

Кеннету важно все знать. Вопросы… Куда уезжал Грэг за последние месяцы, кто приезжал к нему. Не знаю ли я, кто ему писал, кому писал Грэг. Что я думаю о его взглядах, его планах. Не обсуждал ли он чего-то… может быть не со мной, но я слышала?

Я не подслушивала, это точно. И ничем не могла помочь. Да, какие-то письма я видела… от графа Трегье, и еще что-то… да, из Ланции, очевидно. Но это все. Что было в тех письмах? Может быть, торговые дела, Грэг интересовался Энженским вином и бренди, ему присылали… «Я хотела бы, ваша светлость, но не могу больше ничего сказать».

Между делом я бросила взгляд на еще одно кресло и диванчик позади. Я бы села, даже не спрашивая разрешения, Кеннет не король, а я герцогиня. И, между прочим, я герцогиня гораздо дольше, чем он герцог, ему этот титул даровали вместе с рукой принцессы, лет шест назад.

Сесть? А то вот так, стоя перед ним, я начинаю чувствовать себя провинившимся ребенком. Но диванчик стоял слишком далеко, чтобы оттуда можно было вести разговор, не начиная повышать голос. Кричать не хотелось, как и прислушиваться.

Кеннет этот мой взгляд перехватил и мерзко усмехнулся. Так мерзко, что желание пойти и сесть, наплевав на все приличия, стало почти непреодолимым. Еще немного, и…

Даже притом, что леди не ведут себя так.

– Что вы можете рассказать о лорде Харелте? – спросил Кеннет.

Вытянулся напряженно.

И я отчего-то подумала, что вся эта затея – вряд ли его рук дело. Идея не его. Он просто удобен кому-то.

– С его высочеством принцем Харелтом я знакома с детства, ваша светлость. Но последние годы мы почти не виделись. Боюсь, мне нечего рассказать.

– У меня есть сведения, – Кеннет строго смотрел на меня, – что лорд Харелт так же был в сговоре с вашим мужем.

– В сговоре? – удивилась я. – Именно поэтому Хэл прострелил ему ногу?

– Полагаю, здесь причина скорее личного характера, – не моргнув глазом, ответил Кеннет. – Дело скорее в ревности и в некоторых… так сказать, разногласиях. Леди Каррингтон… Это другое.

– И, несмотря на все это «другое», мой муж с его высочеством принцем Харелтом вступили в сговор? – удивилась я.

Кеннет раздраженно вздохнул, ноздри чуть дрогнули.

– Я не могу сейчас сказать вам, леди Каррингтон, личные цели преследовал лорд Харелт или поддерживал лорда Малькольма, но он совершенно точно желал свержения законного короля Эдварда. У меня так же есть сведения о том, что он может быть причастен, по крайней мере, к одному покушению на короля. Всем известно, что отношения у них были довольно напряженные.

Он всеми силами хочет прижать Хэла. Хочется верить, Хэл знает, что делать.

– Вряд ли я чем-то смогу помочь вам.

– Вы понимаете, насколько все серьезно, леди Каррингтон? Понимаете серьезность обвинений? – Кеннет даже привстал чуть-чуть, подался вперед. – Вспомните. Вы наверняка знаете, или хотя бы слышали что-то, что может помочь правосудию. Лорд Харелт говорил о том, что мог бы стать регентом при малолетнем принце Роберте, если королем Эдвардом что-то случится?

Говорил. Любые слова можно вывернуть наизнанку.

Я облизала губы. Спокойно…

– Я не слышала ничего такого. Мы разговаривали… – тут даже дурацкий смешок невольно вырвался, от нервов, не иначе. – Только о личном.

– О личном?

– Ну, знаете… – тут я сама шагнула чуть ближе. – О том, что неплохо бы наверстать упущенное за эти годы.

– Леди Каррингтон! – в глазах Кеннета что-то полыхнуло. – Если вы отказываетесь сотрудничать с нами, то, боюсь, это может иметь весьма плачевные последствия!

– Какие? – поинтересовалась я.

– Вам могут быть выдвинуты обвинения в пособничестве заговорщикам!

Вот оно как…

Только у Кеннета плохо выходит пугать. Неубедительно выходит. Он сам при этом слишком нервничает. Все может быть…

И хорошо, что Роуз сбежала. А Эмили, если что, я отправлю к бабушке…

– Лорд Кеннет, – сказала я, – его высочество принц Харелт просил напомнить, в таком случае, о письмах некого Торренса.

Рискованный ход. Но в яблочко. Кеннет разом побледнел у меня на глазах, лицо вытянулось.

– Что вы об этом знаете? – зашипел он, подскочил с места.

– Боюсь, ничего, – честно сказала я. Некоторые вещи лучше не знать. – Но Хэл уверен, что вы знаете.

Белое лицо Кеннета пошло пятнами.

На этом, я полагаю, мы и закончим.

* * *

– Леди Каррингтон!

Она ждала меня.

Во дворце, но у самых дверей.

Женщина. Молодая, хотя уже точно не девочка. Одетая строго, почти просто, но не бедно. По-деловому, без украшений. Красивая, но… Я даже не могла понять, что в ней не так. Она не вписывалась во все окружающее великолепие дворца…

– Добрый вечер, леди Каррингтон, могу я поговорить с вами? – она шагнула навстречу и улыбнулась, отрыто и смело, и еще более смело протянула руку, совсем по-мужски.

И что-то напрягло в этом.

– Добрый вечер, – я остановилась, но руку пока не стала подавать. Впрочем, женщину это ничуть не смутило. – Кто вы, миледи?

– Не леди, – она покачала головой, чуть улыбнулась, и в этой улыбке скользнула тень насмешки. – Мисс Мердок. Наверно, стоило решить это через кого-то другого, но сейчас больше никого нет. – Она сама считает это неуместно? Но ни капли сожаления или смущения. – Я хотела бы поговорить с вами об… одном юноше. Его зовут Джейкоб Маккален, вы, может быть, слышали?

Кто она? Алые губы, высокие скулы. Мердок? Я ведь слышала… Любовница Хэла.

Что происходит?

Юноша. Маккален. У меня, честно говоря, не сразу все сложилось в голове. Я ожидала другого. Я вообще не ожидала подобной встречи.

Рыжий лейтенант Роуз.

Что-то случилось? Что-то пошло не так? Сердце вдруг так закололо.

– Лейтенант Маккален? И моя дочь…

Что из всего, что я знаю, стоит говорить сейчас? Что она знает?

Почему вдруг она?

– Не беспокойтесь, миледи, – эта мисс Мердок улыбнулась снова, неожиданно искренне. – Все хорошо. Ничего особенного не случилось. Я просто хочу немного помочь им. Джейк мой кузен, я знаю его с пеленок и тоже сейчас переживаю за него. Они оба слишком молоды, горячи, сами напуганы своей смелостью… сбежать и сжечь все мосты… – она фыркнула без всякого одобрения. – Мне кажется, это глупо, – и пожала плечами. – Мне кажется, мосты не стоит жечь, они еще пригодятся. Хэл обещал не вмешиваться и дать им время. Но я ничего не обещала. Наверно, вы должны знать. У них свадьба послезавтра.

Ох…

А она улыбалась. Так, словно сообщала мне радостную весть.

Послезавтра. Свадьба. Как это может быть?

Мне нужно все это осознать и немного прийти в себя.

– Что вы хотите? – я пыталась понять. – Чтобы я помешала им?

– Нет, что вы! Я хочу, чтобы вы благословили их. Они оба очень переживают. Если бы вы, леди Каррингтон, смогли прийти завтра и поговорить… Это смогло бы снять камень с души и не омрачало бы счастливый день.

Благословить?

Мою дочь и этого… Джейка? Она считает, я должна быть рада этому? Кто он вообще? Кузен… я слышала, ее брат, Дункан Мердок – сюрвейер Адмиралтейства, кораблестроитель, человек уважаемый, но… Сам этот Джейк просто лейтенант. И все… Нет, я знала, но сейчас это слегка дико.

– Роуз очень похожа на вас, леди Каррингтон.

Да чтоб тебя…

Но если все это правда, то шанс увидеть Роуз я упускать не хочу.

Если только правда.

«Хэл обещал не вмешиваться». Она называет его «Хэл». Она точно знает о нем больше меня. Что их связывает на самом деле?

И в этом есть что-то очень неправильное.

– Зачем вы это делаете? – спросила я.

Она усмехнулась, на этот раз немного нервно.

– Так вышло, что я знаю эту историю с самого начала, с самого их знакомства. Это происходило на моих глазах… не сама встреча, конечно. Они встретились во дворце, на приеме в тот день. Джейк приезжал, чтобы передать Хэлу поручение и встретил вашу дочь. Он вернулся домой… словно не в себе. Влюбился, – она тихонько вздохнула. – Эти полгода ни о чем другом и не думал. И я переживаю за них.

Безумная любовь. С первой встречи? Я могу понять, пожалуй…

И все же «Хэл» – резало слух.

Хэл под стражей, мне так сказали. Не в тюрьме, в своих покоях, но к нему никого не пускают и его самого не выпускают никуда. На более серьезные действия Кеннет пока не решается. Или только пока?

Еще немного, и меня тоже могут обвинить в государственной измене.

– Вы хотите, чтобы я поехала к ним? Вы дадите мне адрес?

– Простите, я не могу сделать этого сейчас, леди Каррингтон. Если вы не против, я скажу Джейку, чтобы завтра после обеда заехал за вами. Он вас отвезет. Если только вы обещаете не устраивать своей дочери скандал и не тащить ее домой. Но мне почему-то кажется, что вы не будете.

Она мягко улыбнулась.

– А если я устрою скандал вашему Джейку?

Она засмеялась, почти весело.

– Он переживет. Если, конечно, вы не собираетесь сдать его властям, обвинив в похищении. Но скандал он переживет. Он крепкий парень и наслушался уже всякого, в том числе и от меня. Думаете, я не понимаю? Он и дочь герцога! Ну, куда ему? Но он упрямый. И далеко пойдет. И сделает все, чтобы ваша дочь была с ним счастлива. Поверьте.

Последнее – удивительно серьезно, так, что я действительно почти готова поверить.

Почти, потому что сначала я, все же, должна увидеть этого Джейка сама.

Дико все это. Я пока не знаю, как относиться.

Но да, для начала посмотреть.

– Вы знаете, где я остановилась? – спросила все же.

– Знаю, – кивнула эта Мердок. – В особняке Хэла, на Берихилл.

«Хэла». Но почему же она? Приди сюда кто-то другой, я восприняла бы это иначе.

– А как его высочество принц Харелт относится к этому? – спросила я. Вот прямо так, я должна услышать о нем.

Мердок хмыкнула почти скептически. Мою поддевку поняла.

– Принц, – усмехнулась она. – Вы знаете, что у него глаз дергается, когда его так называют. Он никогда не хотел ни власти, ни почестей, это не его. Вы ведь знаете его? Знаете, что он за человек?

Вот от этого вдруг неожиданно больно. Потому что нет. Не знаю. За все эти годы он изменился, не могло быть иначе. А я помню его только мальчишкой.

Ладно, я спрошу прямо.

– Кто вы ему?

Она не смутилась. Не удивилась вопросу. Очень спокойно смотрела на меня, в глаза.

Молодая, красивая женщина. Мужа нет… Интересно, почему? В ее годы уже давно пора замуж.

– Мы спали вместе, если вы об этом, – сказала она. – Давно. Вы же понимаете, что за двадцать лет у Хэла были женщины. Но любви у нас с ним не вышло. Не сошлось. Мы бы, наверно, расстались и не встретились больше, но у него дела с моим братом. Так вышло. Сейчас мы скорее друзья. Он интересный человек, леди Каррингтон. С ним интересно говорить. Он много знает, много видел в своей жизни и прекрасно умеет рассказывать. Его увлеченность зажигает людей вокруг. Я многому научилась у него…

Честно. Очень честно говорила это, так что я верила. Все так.

– Знаете, леди Каррингтон, – сказала она еще, – наверно, именно глядя на Хэла я поняла, что молодым людям, Джейку и вашей дочери, не стоит мешать. Не стоит вмешиваться. Пусть совершают ошибки сами, если считают нужным. Потому что если сломать… Потерять любимого человека и помнить потом всю жизнь. Это не дает жить дальше, заставляет вечно оглядываться. Может быть, ничего и не вышло бы… у них не выйдет. Но зато потом, с легким сердцем они смогут начать заново, идти дальше. И то, несовершенное, не будет тянуть назад.

У нее чуть дрогнули губы, но она их тут же плотно решительно сжала. Чуть заметно покраснели глаза. Очень личное… Оттого и не вышло у нее с Хэлом? Его это несовершенное до сих пор тянет назад?