Глава 9. Алита

Алита не помнила, когда в последний раз ела с таким аппетитом. Утром подали яичницу с густым ярко-оранжевым желтком, жареный бекон и гренки с пряностями и зеленью. Хрустящие хлебные кусочки с нежным маслом так и таяли во рту, а тёплый чай оттягивал послевкусие.

Аромат и вкус так захватили её, что принцесса даже не поняла, как с тарелки исчезла порция. Она подумывала попросить добавки, когда её взор упал на супруга. Что-то с ним было не так. На удивление, Кристофер не ел, а ковырял еду вилкой.

Драконице сделалось не по себе. Когда они встали, Алита списала его угрюмость и молчание на общую усталость, ведь он так много делал в последнее время. Вчера и вовсе возвратился, когда она уже спала. Но теперь её мучила неуверенность: супруг никогда бы не отказался от еды, а его самочувствие должно было улучшиться после завтрака. Обычно, Кристофер управлялся быстрее неё и, попивая крепкий кофе, следил, чтобы принцесса доела свою порцию.

— Что случилось? — мягко поинтересовалась Алита.

— Хм, — гвардеец поднял на неё взгляд, но его глаза отрешённо смотрели сквозь супругу, — ешь. Поговорим после.

— А ты?

— Что я? — растерянно спросил Кристофер.

— Почему не ешь?

— А… это... Да так… Я задумался. Поешь, пожалуйста, — фраза прозвучала чуть ли не умоляюще, отчего по спине у принцессы пробежали мурашки. Тон и грустный взгляд говорили о чём-то нехорошем. О чём он говорить не хотел… «Пока что», — мысленно добавила драконица.

Она отставила грязную тарелку с приборами на поднос и сделала то, за что её всегда ругала приёмная мать: легла на стол, сложила руки, а сверху них опустила голову. Алита заглянула в понурое лицо возлюбленного и тихо, с давящим чувством на душе, произнесла:

— Я поела. Рассказывай.

Кристофер кратко взглянул на неё и отложил вилку. Потерев лоб, он тяжко вздохнул.

— Ладно, какая разница. Полчаса раньше или позже, но я должен тебе всё рассказать.

— Что?

— Не буду ходить вокруг да около: тебя оцарапал демон.

— Демон? Ты уверен? — переспросила принцесса.

Ужас отозвался слабой болью в груди. Новость вызвала приступ паники. Одно дело слушать догадки, другое — получить прямой ответ. И хоть она с самого начала понимала, что за этим стоит нечто злое, в демонов ей не верилось до последнего. Однако увидев, как кивнул Кристофер, драконица покрылась мурашками и учащенно задышала.

— Как ты это узнал? — она постаралась придать голосу стойкости, но не вышло.

— От Леннарда. Так зовут нашего пленника. Того, что когда-то был ледяным драконом.

— Ясно.

Хорошее настроение, что пришло к ней со вкусным завтраком, мгновенно улетучилось. Еда больше не привлекала её. Она решила отпить глоточек чая, чтобы собраться с духом и задать следующий вопрос, но вкусный прежде напиток теперь показался ей отвратительно горьким.

— Когда Малис рассказывал о демоне с Тэйских островов, он упоминал, что лечения от скверны нет. И даже маленькой царапины хватало, чтобы здоровый дракон умер, — принцесса сжала до боли кулаки и спросила. — Я умру?

— Способ вылечить тебя есть.

— Что? — драконица широко распахнула глаза и резко выпрямилась, упершись ладонями в край. Передние ножки стула оторвались от пола. Вот-вот и она могла потерять равновесие и перевернуться, но Кристофер вовремя подхватил спинку с помощью левитации. Видимо, ситуация показалась ему забавной, потому что он слегка улыбнулся.

— Существует реальная возможность вылечить тебя. Если, конечно, Леннард не врёт, но я попытаюсь проверить на правдивость как можно больше его слов. Например, с кристаллом…

— Подожди, — мотнула головой Алита. — Давай по порядку. Как я могу вылечиться?

Их взгляды вновь встретились. Принцесса увидела глубокую печаль, засевшую в карих глазах любимого, и потянулась, чтобы обхватить его ладонь своими пальцами. Она удивилась тому, что мужская рука чуть подрагивала. Вмиг целительские силы сами потекли к нему, и драконица поняла: его магический сосуд был полон лишь на треть, а энергия слабо и неравномерно пульсировала. «И чего я раньше не осмотрела его?»

— Не поверишь, впервые не знаю, как начать…

— Начни с самого начала, — подсказала Алита, а её магия коснулась стенок чужого сосуда. Это отразилось на выражении лица Кристофера: лёгкая улыбка тронула его губы, а взгляд больше не блуждал по помещении, а скорее стал задумчивым. Он поведал о том, что говорил на допросах Леннард. Принцесса внимательно слушала и отмечала важное. Древние вампиры изменяют историю в угоду себе. Порталы — некогда созданные Милестиной храмы. Демон являлся истинной причиной, почему от ледяных драконов избавлялись.

Чем больше Алита узнавала, тем меньше удивлялась. В какой-то момент у неё возникла мысль, что, если Кристофер сейчас скажет, что на луне есть молочная ферма и трёхглавые коровы — она поверит без вопросов.

— Получается, что когда-то давно одна женщина так возненавидела ледяных драконов, что решила убить их всех? — заключила она, дослушав о Серлейт.

— Выходит, что так, — гвардеец отпил кофе и откинулся на спинку стула. Он раскраснелся от длительного монолога, но выглядел намного лучше.

— Никогда бы не подумала, что кому-то придёт в голову такое... Не все же драконы одинаковые... К тому же все были целителями… Чем же они прогневили её?.. Я… не знаю, что и сказать… Она убила даже детей.

Кристофер грустно кивнул.

— И продолжала их убивать столько времени? И меня хотела убить... Ещё тогда, в младенчестве... Этот ворон, которого я помню. Который сидел на краю моей колыбельки.

Супруг вновь кивнул.

— Это ужасно, — пробормотала Алита. От услышанного она впала в ступор.

Принцесса представила себе ребёнка, совсем крошечного, как Уильям. Маленькие глазки, носик и беззубый рот. Нежная кожа и полная беззащитность. Затем возник тот монстр, что напал на них в саду. Его длинные когтистые руки тянутся к малышу и забирают его. В ушах стоит торжествующий смех и детский плач. Собственное воображение нарисовало ей настолько отвратительную картину, что драконицу передёрнуло. Не в силах усидеть на месте, она подорвалась и зацепила кружку с чаем. Фарфор упал на пол и разлетелся на кусочки. Пятно цвета карамели разлилось на деревянных половицах.

— Мы должны убить её! — голос драконицы был полон решимости и гремел. Обняв себя руками, Алита начала расхаживать по комнате. — Её нужно уничтожить. Как же так, Крис? Скольких же она убила за это время? Сколько?

Кристофер ничего не сказал в ответ на этот риторический вопрос.

— Как её уничтожить? — требовательно произнесла драконица.

— Демон потерял свою телесную оболочку и обитает в храме на севере. Как ты уже поняла, то, что мы встретили в саду, было лишь куклой, слепленной из умершей женщины и воронов.

— Ага, только вот её царапины всё равно смертельны, — Алита потянулась ладонями к животу. — Если мы убьём её, я вылечусь?

— Нет, — покачала головой гвардеец. — Демона убить легко. Ну, в случае с Серлейт, легко. Из-за того, что её сущность обитает в храме, достаточно разрушить его, чтобы она растворилась в бесконечном магическом потоке.

— Так просто?

— Да, но дело в другом. Храм способен излечить тебя от демонической скверны. Если мы разрушим его, мы убьём демона, но тогда ты… не вылечишься.

— То есть, скверна не пропадёт, если её источник будет уничтожен, — озадаченно проговорила Алита и уселась на кровать.

— Ты всё правильно поняла. Мы можем с лёгкостью убить демона, но тогда ты теряешь шанс излечиться. Остальные храмы уничтожены, а других возможностей я не знаю.

— Тогда что мы будем делать? Если демона нельзя убить…

— Его можно убить. И даже нужно.

— Но как? Не разрушая храма?

— Именно, — кивнул Кристофер и вновь сделался мрачным. — Нужно попасть внутрь и сразиться с демоном. Уничтожить её сущность, тогда храм очиститься, и ты сможешь излечиться.

— Ну… — принцесса нахмурилась. — Давай так и сделаем.

— Я не смогу тебе помочь… — медленно проговорил супруг.

— Как? — в глазах Алиты на секунду вспыхнул гнев, но через мгновение он сменился недоверием. — Почему?

— Храм защищён барьерами. Только ледяной дракон может проникнуть внутрь и только по желанию Серлейт. Любая попытка разрушить барьеры приведёт к разрушению храма, — Кристофер вздохнул.

Алита снова встала.

— То есть, я должна пойти одна?

— Да, — после паузы проговорил супруг. — Ты должна пойти туда одна и сразиться с демоном один на один.

— Что ж, тогда всё очевидно, я должна войти туда и постараться убить её своей магией.

— Всё не так просто. Мы не знаем её силу, возможно, её нельзя убить магией, или ей потребуется слишком много. Но её нужно ослабить, — прохрипел гвардеец и потянулся к стакану воды, чтобы сделать пару глотков.

— А разве нельзя сразить демона в обычной битве?

— Судя по всем тем воспоминаниям, что собрал Леннард, обычного демона — нельзя. Демоны — коварные существа. Ты можешь даже не успеть применить магию. Вспомни, как я дрался с Серлейт в королевском саду. А ведь это была всего лишь кукла. К тому же, демоны используют тёмный рунический алфавит. Ты даже не сможешь увидеть то, что для тебя заготовлено. Я уверен, что она будет использовать иллюзии, попытается обмануть или же убить тебя сразу. Мы до конца не знаем, на что она способна.

— М-да… — Алита понуро опустила голову. — И нет никакой хитрости с этим справиться?

— Решение этого вопроса предлагает Леннард. Судя по бумагам, которые изъяли из тайного убежища, он давно искал ответы. Однако, боюсь, мы не можем ему доверять, и я не знаю, сработает ли это.

— А что нужно сделать?

— Прежде чем стать демоном, человек или дракон или... Впрочем, не важно. Как я понял, представитель любой расы может стать демоном. Ведь у всех есть душа. А чтобы стать демоном от неё необходимо избавиться. Для этого нужно две вещи — одержимость идеей и ритуал. Без одержимости человек погибнет во время ритуала. Так вот одержимость — краеугольный камень для существования демона. Демон, что теряет одержимость, умирает. Ослабление одержимости ослабляет его силу. Леннард говорит, что Серлейт ненавидит всех ледяных драконов, считая их злом для людей. Он жил, когда Серлейт стала демоном. Хотя и не желает говорить о тех событиях, что побудили её пройти ритуал. Я думаю, он не хочет, чтобы мы узнали правду о его возрасте. Не знаю, почему для него это так важно. Но вернёмся к Серлейт. Её уверенность можно если не пошатнуть, то ослабить. Для неё любые доказательства обратные её убеждениям, как отравленные иглы.

— Я запуталась…

— Сейчас объясню. Ты — целительница. Тебя очень любят в столице. После твоей работы в городском госпитале и больничном крыле, думаю, мы найдём не меньше сотни благодарных тебе людей и драконов.

— Ну… и? Они же не пойдут к ней рассказывать, какая я хорошая. Это... нелепо...

— Нет, для этого нам понадобится кристалл, — Кристофер поднялся с места и прошёл к кровати. Он опустился рядом с ней. — Мы нашли кристалл горного хрусталя со множеством сложных рун. Это идея Леннарда. Ну как… Относительно. Он собрал по крупицам различные исследования, касающиеся кристаллов, драконьих талисманов, наподобие твоего аметиста, и прочих магических камней, и придумал… что-то вроде сосуда для эмоций. Сейчас он хранится у твоего брата.

— Эмоций? — драконица нахмурилась.

— Да. Этот кристалл способен вбирать в себя эмоции и накапливать их. Таким образом, когда кто-то будет благодарить тебя, его чувства и слова отпечатаются в кристалле.

— Так, получается, этот кристалл накопит в себе эмоции и благодарность местных жителей, а когда демон услышит их, то ослабнет.

— Предположительно… Я думаю, что, скорее всего, это произведёт на него действие, как будто куском металла водят по стеклу. Это разозлит его и заставит потерять концентрацию. Именно тогда ты сможешь нанести смертельный удар. Это должно сработать.

— А если нет, то…

— Придётся надеяться только на свои силы... Или попытаться вырваться из храма.

— Это… страшно, — проговорила Алита после длительного молчания. Ей не понравилось то, как изменилось лицо супруга. Он вмиг побледнел и осунулся.

— По словам Леннарда в храм может ступить либо ледяной дракон, либо нежить, — Кристофер взял её руку в свои и крепко сжал. — Поэтому я не могу пойти с тобой. Никто не может. И по этой причине мне не нравится эта затея. Кристалл может не сработать, если работает вообще. Ты не умеешь драться, а демон могущественен и ужасен. Это неравный бой. Я… я будто отправляю тебя на смерть... И при этом сам останусь за пределами храма. Как я же буду сидеть, ждать и ничего не делать…

— А вдруг ты всё-таки можешь войти со мной в храм? — нахмурилась драконица. — Ведь это только слова Леннарда. А если он врёт?

— Вряд ли. Загадочная сфера в Вирентисе, которая, скорее всего, расположена на руинах храма, не пропускала через себя ничего живого. Только мёртвую плоть. Так что…

Вновь повисла тишина. Каждый думал о своём. Алита облизала губы и пыталась осмыслить услышанное. Демон, кристалл с эмоциями, храм Милестины — единственный шанс излечиться от скверны… Гвардеец нежно перебирал её пальцы своими и глядел в одну точку. На ум пришла фантазия, в которой демон прибирал к себе маленьких детей. Сколько же погублено жизней новорождённых ледяных драконов из-за ненависти одной злобной глупой твари? От этой мысли кровь принцессы закипала уже который раз за утро. Она чувствовала собственную неприязнь и гнев по отношению к Серлейт.

— Крис, мы должны это сделать. Я должна, — Алита не узнала собственный голос. Настолько властно и твёрдо он прозвучал.

Гвардеец встрепенулся и нахмурился. Принцесса понимала, что, скорее всего, изнутри его разрывает борьба между общим благом и личным счастьем. Потому она должна решить всё сама.

— У меня нет другого выбора. Если будет уничтожен храм, то я не смогу излечиться. Никто не знает, сколько я смогу протянуть с этой царапиной без лечения. День, два, месяц, полгода, год. Но это… это ужасно. Жить и не жить одновременно.

— Но…

— Послушай меня до конца, — драконица встретилась с ним взглядом. Его глаза блестели, и это очень тронуло её сердце. Но отступиться от принятого решения она уже не могла. — Эта рана... Эта царапина изводит меня. Если не излечусь, то умру. Если демон победит меня, я умру. Какая разница? У меня есть шанс побороться за наше счастье. Пусть призрачный и невесомый, но он есть. Когда в следующий раз появится возможность вылечить меня? Кто знает, сколько у меня времени? Пока я не пришла в храм к демону, я буду жить. Это точно. Поскольку я нужна ей живой, ведь так? Иначе бы она уже убила меня. Значит, ей нужно что-то большее, нежели просто моя смерть. А это значит, у нас есть время на подготовку.

— Я тоже так думаю, — кивнул Кристофер, его осенила спасительная мысль. Он поднялся и стал расхаживать по комнате. — И мы пока не можем понять многих вещей. Пока храм цел, у нас есть время. Ведь он стоял там очень давно, почти полтысячи лет, а значит, простоит и ещё полгода. Я возьмусь за твоё обучение. Научу всему, что знаю сам. А там… я всё ещё надеюсь на то, что наше расследование даст возможность пойти иным путём. Я разузнаю, как кровавый дракон связан с этой тварью? Что с ней случилось, что она ополчилась на всех ледяных...

— Отлично, — Алита тоже встала на ноги. — Будет какой-нибудь иной выход, или нет, я верю, что мы справимся. Я готова идти до конца, Крис. Эта тварь, этот демон, не должен существовать. И я готова биться с ним за свою жизнь. Я обещаю, что не буду колебаться, несмотря ни на что.

Они шагнули навстречу друг другу и обнялись.

— Ты у меня смелая, жемчужинка, — тихо проговорил Кристофер.

— С тобой, я чувствую себя так, как будто готова вынести, что угодно, — тихо отозвалась Алита.

— Неужели такое возможно?

Арис открыл крышку и уставился на полупрозрачный кристалл. Он взял его в руки и удивился размерам. Кусок горного хрусталя в длину оказался меньше его ладони. На вершинах виднелись тонко вырезанные печати. Они напоминали орнаменты, что высекают на бокалах.

Загадочная вещица вызвала у него немалый интерес, как только он увидел её. Кристофер настаивал на особом хранилище с усиленной охраной, чтобы уберечь кристалл от недоброжелателей. Но после всех событий последних дней Арис сузил круг лиц, которым считал возможным доверять, и потому не придумал ничего лучше, как таскать минерал с собой. Никто не посмеет приблизиться к королю слишком близко, чтобы суметь вытащить его из-за пазухи. Не говоря уже о том, чтобы отнять в открытую.

Арис повернулся к окну и посмотрел на восходящее солнце через кристалл. Хрусталь перевивался, бросая блики вокруг себя.

— Не верится мне, что такие приспособления существуют… Вещь, способная заключить в себе эмоции... — задумчиво произнёс он.

Раздался стук в дверь. Король аккуратно положил минерал в бархатистую ткань коробки и убрал кристалл во внутренний карман сюртука.

На пороге появился Герберт, поприветствовав короля, склонил голову. Арис окинул приятеля беглым взглядом и отметил про себя изменения в лучшую сторону: мундир отутюжен, золотистые пуговицы приятно поблёскивали, чёрные волосы были аккуратно зачёсаны назад. Однако под глазами залегли глубокие мешки, а кожа лица всё ещё оставалась мёртвенно-бледной. Но от гвардейца не исходило никакого запаха браги, что несомненно порадовало короля.

— Вижу, ты пришёл в себя, — Арис указал рукой на стул перед столом.

Герберт кивнул и присел. Его движения были четкими и плавными.

— Я бы прочитал тебе лекцию о вреде алкоголя. Но вижу, что уже кто-то до меня поработал над тобой.

— О, да брось. Ты сам любишь в обед употребить бокальчик, — улыбнулся гвардеец.

— Хочешь сказать, ты ограничивался только бокалом? Какого же размера он был, что позавчера тебя обнаружили спящего в компании трёх бутылок? — сухо спросил Арис.

— Я…

— В Королевстве траур. У всех. Я понимаю твою скорбь, но тебе пора перестать жалеть себя и вернуться к обязанностям.

— Да.

— Тебя ждёт дежурство вне очереди, поскольку я не могу простить тебе пренебрежения обязанностями. Твои сослуживцы не должны думать, что я прощаю своим друзьям любую выходку. Это ясно?

— Да, Ваше Величество, — устало выдохнул Герберт.

— Мне нравится, что ты всё понял, — последнее слово Арис специально подчеркнул интонацией.

Гвардеец не решался встать, ожидая разрешения покинуть кабинет.

— Теперь перейдём к другому вопросу, который я намерен обсудить с тобой до того, как мы окажемся в Громовом замке, — король откинулся на спинку стула и тяжко выдохнул. — Я знаю, что у тебя была интрижка с моей сестрой. Знаю, что ты посещал покои леди Клаудии.

Арис пристально посмотрел на гвардейца. Тот встретился с ним взглядом и заёрзал на месте. Конечно, он не знал, куда поведет этот разговор венценосный друг.

— Скажем так. Мне всё равно, что у вас было. Однако я думаю, что будет не лишним ещё раз напомнить тебе о том, что леди Клаудия помолвлена. Мне не хотелось бы видеть её в твоем обществе.

— Я понимаю.

— Я надеюсь. Потому что раньше вас разделяло расстояния. Ты жил в резиденции, а она во дворце. Вы не виделись. Но недавно мне доложили о вашей встрече.

— Мы только разговаривали, — серьёзно ответил Герберт. — Я напомнил леди Клаудии о скорой свадьбе, чем вызвал на себя гнев. А ещё я дал понять ей, что мой интерес к ней пропал.

— Ясно, — кивнул Арис, а сам представил недовольное лицо сестры.

— Я был честен, — помпешно добавил гвардеец. — И я обещаю, что не буду приближаться к Её Высочеству в Громовом замке. За исключением, конечно, тех моментов, когда этого потребует обстоятельства.

— Хорошо, — король улыбнулся. «Главное, чтобы обстоятельства не были вызваны желанием залезть под юбку», — про себя пошутил он, но ничего не сказал. Герберт всегда выполнял обещания. — А теперь я посвящу тебя в наши дела.

— Слушаю, — собеседник выпрямился, придав лицу серьезное выражение.

— Моя матушка не умерла своей смертью. Её убили, чтобы все оставшиеся члены королевской семьи собрались на прощальной церемонии.

— Как? – не удержавшись, тихо воскликнул Герберт.

— Так. Пока ты выпивал и, я надеюсь, молился, чтобы душа твоей усопшей матери достигла потока и слилась с Нитями, мы с Крисом проводили расследование. И узнали достаточно. Так что слушай меня внимательно. Понадобится твоя помощь и поддержка, поскольку сейчас мало кому можно доверять.

Гвардеец кивнул, и Арис принялся пересказывать то, что узнал за последние дни. Во время монолога он вертел в руках карандаш, а когда закончил — стукнул тупым концом по столу и отложил в сторону.

Повисла тишина. Король наблюдал, как меняется выражение лица друга. Сильное удивления, по мере осознания услышанного, сменялось на злость и глубокую задумчивость.

— Кристоферу и Алите понадобится твоя помощь. Что-то мне подсказывает, что сестрёнка не откажется от путешествия в Северные горы.

— Но ведь она может… — Герберт не смог заставить себя вымолвить последнее слово, и оно зависло в воздухе коротким напряжением.

— Может... Но пока что не существует никакого альтернативного варианта, кроме этого. Если она не пойдёт, то не излечится... — тяжко произнёс Арис.

Печальные мысли о любимой сестре захватили его с самого утра. Если бы он мог, то сам отправился к храму и уничтожил демона. Однако внутри него всё ещё теплилась надежда, что найдётся другой вариант, и сестра не отправится в храм.

— Как не справедливо то, что мы не можем ей помочь. Ведь леди Алита всегда помогала всем вокруг, — бросил гвардеец.

— Почему же? А кристалл?

— Я никогда не слышал о подобном. Кусок хрусталя, способный накапливать эмоции? — Герберт скривился, а затем дёрнул плечами. — Хотя… Я ведь и в силу аметистового браслета не поверил, пока не увидел собственными глазами.

— Вот! — Арис вскинул руку и потянулся к карману с коробкой. — А кристалл я могу тебе показать.

Король всё также аккуратно достал его и положил себе на ладонь. Герберт поднялся с места и начал разглядывать его, потом потянулся рукой, но не тронул.

— Можно же?

— Конечно.

Гвардеец переложил к себе хрусталь и принялся рассматривать его. Арис внимательно следил за другом. Сейчас этот кристалл был для него чуть ли не самой ценной вещью в королевстве, а потому внутри росло беспокойство и подозрительность, которые король тщательно маскировал, приглаживая бороду и улыбаясь. «Как много всего произошло в последнее время», — подумал Арис. «Неужели теперь всю оставшуюся жизнь меня будет съедать паранойя?»

— А как это работает? — Герберт выпрямился и вопросительно уставился на друга.

— Понятия не имею. Наверно Крис знает. Он же расспрашивал пленника об этом.

— Хм... Дай-ка попробовать.

Гвардеец поднёс ладонь с хрусталем к губам и принялся что-то шептать. Арис не мог разобрать слов, а только продолжал настороженно следить за действиями друга. Когда тот закончил, кристалл на секунду слабо засветился и погас.

— Что это было? — король поднялся с места.

— Я… я сказал о своей признательности леди Алите. Сказал, какая она добрая и заботливая.

— А ну-ка дай сюда, — Арис забрал кристалл. Тот показался тёплым после свечения. Король поднёс его к уху и услышал слабое жужжание, из которого улавливались отдельные слова. Он чётко расслышал имя сестры и «вылечила». — Эта штука работает.

— Правда? — Герберт улыбнулся. — Значит… теперь твоя очередь. Скажи, как ты благодарен сестре.

— Обязательно скажу, — Арис святился изнутри от счастья. — А потом... Возьми его и подойди ко всем, кто смог бы выразить благодарность Алите.

— Будет сделано. Таких много. Я думаю, это займёт пару дней точно.

— Что ж. Замечательно. Чем больше эмоций мы соберём в кристалл, тем лучше. Может демон издохнет сам от услышанного и не доставит сестре проблем, — король уже поднёс губы к минералу, как вновь повернулся к другу. — Но это не отменяет твоего дежурства. Как выполнишь приказ, отправишься в караул.