Глава 23

Выбесили они меня — слов нет. И да, я прекрасно понимаю, что хожу по лезвию, так откровенно огрызаясь в ответ. Но тут уж извините. Либо мы с самого начала поставим все точки над «и», либо… либо к чертям такую жизнь, я никогда не умела пресмыкаться.

Я своего генерального порой так в производственный процесс погружала, что меня даже владелец предприятия побаивался. И оба как от огня шарахались от шлепнутого на начальственный стол заявления по собственному желанию. При том, что увольнение с моей должности в нашей отрасли, считай, хуже публичной казни — жизнь кончена.

Так что рисковать я привыкла, а вот прогибаться — ни разу.

— Леди, — уныло поприветствовал меня Патрик, которого заперли в приемной лорда Оверхольма и вручили таз с чем-то подозрительно похожим на смесь зерна и чечевицы. Офигеть, они решили поиграть с мальчишкой в Золушку?

— Как много ты успел услышать? — Я подошла ближе и убедилась, что правильно угадала назначение мешанки в тазу: паж сидел и с самым кислым видом раскладывал зернышки разных сортов по двум разным чашкам. — За что тебя наказали?

— Это не наказание, — шмыгнул носом Патрик. — Это чтобы я опять не сбежал подслушивать. Точнее…. «не стал больше организовывать диверсионную деятельность в поместье высокого лорда». — Парнишка явно кого-то процитировал, скорчив противное безэмоциональное лицо. — По количеству отсортированного зерна можно будет понять, как много времени я провел за работой. Так сказал господин дворецкий.

А, так вот кого Патрик пародировал.

— Ты мой паж. И ты мне нужен сейчас же, так что бросай зерно и пошли… в супружескую спальню. Моя-то, наверное, снова заперта. Заодно и расскажешь мне там свое мнение.

— А там тоже закрыто, — наябедничал Патрик и снова шмыгнул носом. А потом тихо спросил:

— Вы правда не Эмберлин?

— Знаешь, — я села рядышком, немного подумала, буквально секунду-другую, потом решительно зачерпнула полную горсть мешанки и начала перебирать ее вместе с мальчишкой, сортируя овес в одну миску, чечевицу в другую, — одно я точно тебе скажу. Кем бы я ни стала, ты — мой брат. Я за тебя любому голову оторву и буду настаивать, что так и было. Этот ответ тебя устроит?

— И будете даже дурацкое зерно перебирать? — Патрик старательно не поднимал на меня глаз. Говорил почти шепотом.

— Надо будет — переберу. Хоть мешок, хоть два. Или надену таз с этой дурью на голову тому инициативному придумщику, кто тебе его дал. По обстоятельствам, — улыбнулась я настолько искренне, насколько могла.

— Я… не виню вас. Мало того, вы мне нравитесь намного больше, чем та, прошлая Эмберлин. Но это ведь получается, что я предал свою госпожу. И… свою страну.

— Получается, что ты все-таки выполнил предсмертное задание господина и в то же время не позволил совсем пропасть госпоже. — Я бросила из горсти последнюю чечевичину куда надо и обняла парня за плечи, притягивая к себе. — Повторю то, что уже говорила как-то, хотя и не тебе. И в чем убедилась при разговоре с этими… не буду вслух ругаться, при детях нельзя. Так вот, родовые знаки привязаны не только к телу, но и к душе. Это сам герцог сказал. Раз они не исчезли, то я права. Моя душа просто сбежала отсюда, пожила в другом месте, стряхнула с себя всякую гадость, какую на нее успели навешать. И вернулась. С мозгами, опытом и четким планом действий! Понятно?

— Понятно. — Патрик облегченно вздохнул. — Это ж сколько вам лет уже, получается? — вдруг осенило его.

— Столько не живут! — Я подмигнула и ущипнула мальчишку за плечо, а когда он дернулся — защекотала, чем вызвала возмущенный писк и попытки отбрыкиваться. Да как же, отбрыкался один такой!

— Леди! — Патрик все же захохотал, попытался вскочить, чтобы сбежать, и, естественно, перевернул сразу и таз с мешанкой, и обе пиалушки с уже отсортированным зерном. Последнее веселым фонтаном полетело по приемной, щедро украсив и ковры, и драпировки, и диванчики. — Вот жопа демона! Ой! В смысле, я хотел сказать…

— Да ладно. — Я огляделась даже с некоторым удовольствием. — Зато чечевица валяется отдельно, овес отдельно. Каждое зернышко. Сортировка формально окончена. Давай нормально пообедаем, а то с этими комедиантами и волнениями у меня сначала аппетита не было, потом времени. И неплохо бы переодеться. Ты отнес мои вещи в спальню лорда?

— Отнес, — кивнул паж, с некоторой опаской глядя на результаты креативной «сортировки». — Только там заперто теперь… и принести обратно я не могу.

Я нахмурилась и подошла к преграде между мной и вожделенной пижамой. Клац — и дверь беспрепятственно распахнулась.

— Как так?! А я не мог открыть, хотя старался!

— Видимо, магия. В принципе, логично. Подозреваю, в эту комнату могут зайти только хозяева. И наш любезный лорд-притворщик настроил замок не только на себя, но и на меня. Хоть на этом спасибо.

— Пожалуйста, леди, — раздалось от входной двери. — Что вы устроили?

— Где конкретно? — полюбопытствовала я, едва взглянув на мужа. — Здесь с зерном или раньше с принцем?

— Хм, действительно. — Яролир, кажется, только теперь заметил новый дизайн своей приемной. — Плевать на зерно, дорогая, слуги все уберут. — Тут он бросил многозначительный взгляд на Патрика.

Патрик мгновенно и понятливо спрятался за спинку дивана. Где и притих, словно мышь под метлой. В целом правильно сообразил, одобряю. Когда взрослые кони меряются рогами, мелким и несовершеннолетним лучше не отсвечивать.

— Твои слуги принесли его сюда, твои пусть и убирают. — Я пожала плечами. — А мой паж займется тем, что я ему поручу.

— Да я понял, понял, что он у тебя под юбкой до старости. Просто размышлял о том, как спровадить мальчишку под благовидным предлогом, чтоб снова в шпионов не играл. А я ведь уже предупреждал как-то, что навыков у него никаких, и все слуги прекрасно видят его детские попытки разведать информацию.

— Он ее мне приносит, это главное. Единственный, кто хоть не врет, — ядовито улыбнулась я, наконец поворачиваясь к неприятности лицом.

— Ты в этом так уверена? Он, может, и не врет, а вот его источники могут быть фальшивыми.

— Ничего, сортировка у меня неплохо получается, сам видишь. — Я легким жестом обвела комнату рукой. — Чем мельче кусочки, тем прозрачнее сквозь них события. Если ты понимаешь, о чем я.

— Кыш! — Яролир в два шага добрался до дивана, запустил руку за его спинку, поднял Патрика за шиворот и практически ласково подтолкнул к выходу, как нашкодившего щенка. — А мы с вами, жена моя, пройдем в спальню. Нам есть о чем поговорить.