Глава 9

Лия шла по плохо освещенному коридору чердака. Это помещение скорее можно было назвать техническим этажом, нежели чердаком. Здесь хранилась всякая ненужная утварь больницы: старая мебель, светильники, матрасы, тумбочки, шкафы, медицинский инструментарий, давно списанный. Из окон дул ветер, принося свежий воздух.

Она двигалась медленно и осторожно, стараясь не шуметь. В самом конце этого жуткого помещения возле окна на полу, облокотившись о стену, сидел Ален. В руках он перебирал связку ключей, но, увидев ее силуэт, убрал в карман.

Сердце Лии гулко забилось от волнения. Она не верила тому, что видела. Хотя ждала этого момента очень долго, сейчас казалось, что целую вечность. Он здесь. Они вдвоем. Одни. Она села рядом с ним, и их взгляды встретились в немом молчании. Говорить пока не хотелось. Хотелось побыть в тишине. Просто вдвоем, смотря на друг друга, хотя вопросов было много. Ален молча протянул ей пакет с кровью.

– Спасибо.

– Ты еще слаба. Тебе надо хорошо питаться.

Он проследил, как она выпила кровь, как блеснул красный огонек в ее глазах.

– Откуда ты знаешь про слабость?

– Потому что сам получал такие же раны.

Он опустил взгляд и задумался о чем-то. О чем-то, что вызывало у него отвращение, о чем-то, что было больно вспоминать. Он нахмурился.

– Я воин, Лия. Всю свою сознательную жизнь я был в бою. Там, где страдания. Там, где смерть.

Она придвинулась к нему ближе, так, что ее плечо коснулось его плеча.

– Вот откуда у тебя такая реакция.

Он кивнул:

– Лучше расскажи мне о себе.

Лия знала, что он спросит об этом, и готова была поделиться с ним частью своей жизни.

– Я родилась в Трансильвании, – после недолгого молчания заговорила она. – Когда она еще не была Румынией. Мы жили в маленькой деревушке Бран, недалеко от замка Цепеш. Кругом лес и холмы. Чистый воздух. Красивые пейзажи. – Лия задумчиво улыбнулась, вспоминая свою родину, но улыбка сменилась грустью. – Однажды мой старший брат Тамаш пропал на несколько дней. Пошел охотиться и не вернулся. Мы с отцом искали его, ходили по лесу, пока мама ждала дома. Мы уже потеряли надежду, думали, его разорвали дикие животные. Но он вернулся.

Она замолчала и закрыла глаза. Воспоминания о доме болью отдавались в ее сердце. Ален одной рукой приобнял ее и прижал к себе.

– Он вернулся другим. Вернулся не Тамаш. А дикое голодное животное. Он убил родителей, выпив их кровь, и дал им свою. Они проснулись такими же голодными, каким пришел он. Он убил меня, когда мне было двадцать лет. И благодаря ему я стала вампиром. Это было почти триста лет назад.

Ален даже отодвинулся от нее, чтобы заглянуть в глаза.

– Как вампир ты старше меня на сто лет. А как женщина ты моложе меня на десять.

– Я не сильнее тебя, это очевидно. Первые сто пятьдесят лет я жила с родителями, гуляла в лесу, собирала ягоды, содержала двор, помогала маме по дому. Я жила обычной деревенской жизнью. Пока… – Она запнулась и замолчала.

– Пока не наступило лето тысяча восемьсот восемьдесят первого года, – продолжил она за нее.

Она задумчиво кивнула.

– У меня предложение, – вставая с пола, сказал Ален и протянул ей руку, – поехали покатаемся.

Лия тут же вложила в его ладонь свою, и он помог ей подняться.

– Покатаемся?

– Да. Покатаемся. Я знаю одно место, где тебе очень понравится.

Ален направился вперед, держа ее за руку.

– Я даже не знаю, – пролепетала неуверенно она.

Он остановился.

– А чего ты боишься? Все самое страшное уже случилось. Больше никакой поножовщины.

– Может, мне лучше спуститься через пару минут после тебя? Рабочий день закончен, и люди расходятся по домам. Нас могут увидеть вместе. Я не думаю, что ты хочешь запятнать свою безупречную репутацию. Да и мне ни к чему лишние сплетни.

Ален кивнул. Она была права. Но, вспомнив случай в ресторане и кто тому был свидетелем, он понял, что надежды на то, что у него незапятнанная репутация, уже не оставалось. Скорее всего, Мери растрепала всем, что видела тем вечером. Да и Марк Вольф сегодня повидал многое. Хотя вряд ли он будет пускать сплетни по больнице. Чисто из-за мужской солидарности.

– Думаю, Мери уже постаралась насчет моей репутации.

Лия улыбнулась ему:

– Нет. Она ничего не скажет.

– Ты стерла ей память?

Лия утвердительно кивнула. Он тут же вспомнил все произошедшее тогда до последней мелочи. И вспомнил, с кем тогда стояла Мери. Того, кто за руку оттащил от него Лию. Кто готов был ввязаться в драку ради нее. Не ради Мери. Ради этой белокурой вампирши, что стоит сейчас рядом и смотрит на него своими голубыми невинными глазами. Такие ли они на самом деле невинные?

От этих мыслей Ален ощутил зарождающийся гнев внутри.

– А Мариану Визарду ты ее оставила? – недовольно спросил он, буквально выплюнув эти слова. Почему при упоминании имени этого человека он сходил с ума от ярости? Почему ему хотелось вырвать сердце из груди Визарда?

Лия смотрела на него в недоумении. Теперь в ее глазах читался испуг. Ален изменился за секунду, стал резким и грубым. Ему не нравился Мариан, это было очевидно уже давно. Но она не станет терпеть такие разговоры о друге.

– Так мы едем? – спросила она. – Если нет, то я пошла домой. До свидания, доктор Дандевиль.

Лия стала спускаться по лестнице, но он схватил ее за руку.

– Едем. Я буду ждать тебя через пару минут в машине. И ты мне все расскажешь. До конца.

Ален обошел ее и быстро спустился. А Лия осталась стоять, проводив его взглядом. На душе было неспокойно. Что-то изменилось после слов Алена о Мариане. Его интонации, нервозность, внезапные приступы гнева или нежности пугали. Вот он хороший, а через пару минут с ним уже страшно.

Лия присела на ступеньку и закрыла лицо руками. Мариан был другим. Даже когда он был зол на нее, она его не боялась. Она не воспринимала его гнев как угрозу для жизни. От Алена же она не знала чего ожидать. Лия уже проверила на себе, на что способен вампир в гневе! Нож в своем животе она еще долго не забудет.

Девушка поднялась и стала спускаться. И все равно она пойдет к нему в машину. Пойдет, даже несмотря на свой страх. Лия не была уверена в правильности своих действий, но продолжала идти, потому что хотела находиться рядом с ним. Потому что ее чертовски к нему тянуло.

Выйдя на улицу, она увидела у входа серый «Рендж Ровер». Сегодня утром он ехал за ней, а она пыталась проскочить незамеченной. Она не хотела пересекаться с Аленом в дверях, а сейчас бежит к нему. Как все же жизнь непредска- зуема.

Лия открыла переднюю дверь и молча села в машину. Их взгляды встретились. Сердце снова застучало. Его запах был повсюду, одурманивая, сводя с ума. В эту самую секунду она поняла, что за те две минуты, проведенные на лестнице, она безумно по нему соскучилась.

Ален надавил на газ, и машина тронулась. Лия отвернулась к окну, наблюдая за проносящимися пейзажами. Временами Ален посматривал на нее – она чувствовала его взгляд, – но ничего не спрашивал. А имела ли она право рассказывать секрет Мариана? Это его личная тайна. Она хранила чужой секрет.

– Я родился в тысяча восемьсот пятнадцатом году в Оренбурге в России. Мой отец был французский военнопленный Франсуа д’Андевиль, – неожиданно заговорил Ален. Лия повернула голову в его сторону. Он следил за дорогой. – После Отечественной войны тысяча восемьсот двенадцатого года его приняли в российское подданство и приписали к Оренбургскому казачьему войску. Там он познакомился с моей матерью, русской полевой медсестрой. Любовь и все дела. – Ален посмотрел на Лию. – Они поженились, и родился я. Мать умерла почти сразу после моего рождения. Я не знал ее, меня воспитывал отец. Он учил меня военным делам, оружию, войнам. Я с малых лет ходил с ним в походы, учился защищать и защищаться. К двадцати девяти годам я стал атаманом Уральского казачьего войска. Тогда же произошло мое первое большое сражение.

Он затормозил, пропуская прохожих.

– Я был отцовской гордостью. Исполнилась его мечта: я стал тем, кем он хотел, чтобы я был.

Машина снова поехала. Лия не отрываясь смотрела на него. Сердце внутри сжалось. Пока она валялась на траве, любуясь закатами, он воевал. Он защищал свою страну от врагов, держа в руках оружие, и убивал. Он руководил целой армией, он планировал сражения, его люди гибли у него на глазах. С самого рождения он видел только войны.

– Однажды перед сражением отец заставил меня выпить жидкость из кубка. Я тогда не знал, что это была кровь. – Ален сделал паузу и посмотрел на Лию. – Его кровь.

– Он был вампиром и ты не знал?

– Нет, не знал.

Лия опустила глаза.

– Что было потом?

– Я пошел на войну. Это было самое кровавое сражение, мало кто уцелел из моих людей. – Ален остановил машину и выключил фары, затем повернулся к Лие: – Меня убили. Что было потом, тебе, наверно, знакомо. Ты открываешь глаза, и мир другой. И ты другой. Кругом все по-другому.

Конечно, она помнила свое превращение. Когда, открыв глаза после своей смерти, она набрала полные легкие воздуха, как глоток жизни. И ее глаза засияли красным. Помнила жуткий голод, который начал душить ее. Ее клыки стали в два раза больше, и она впилась ими… Тамаш привел ей жертву. Ее первую жертву. Она даже не понимала, кто это – мужчина или женщина. Было все равно. Она хотела есть. Лию передернуло от воспоминаний. Она старалась забыть об этом.

– Мы приехали. Пошли?

Ален вышел из машины. Лия открыла свою дверь, и он помог ей выйти.

То, что она увидела перед собой, она не забудет никогда. Сквозь белые сугробы где-то вдалеке, через залив, виднелся маленький серый городок. Но сейчас он не был серым. На фоне темного неба и белых сугробов городок сиял разноцветными огнями. Уличные фонари, свет из окон домов, свет фар машин, которые мчались по улицам, слились все в один сказочный цвет. Город сиял! Он был красив. Нет. Он был прекрасен!

– Смотри. – Ален показал ей на небо. Лия подняла взгляд и увидела на темном небе полосы зеленого цвета, которые извивались змейкой, изредка показывая другие цвета: красноватый, желтый и оранжевый. Полосы убегали и возвращались вновь, переливаясь, как будто показывая свою красоту, зачаровывая наблюдавших. Небо стало ярким, освещая землю и отражаясь в глазах девушки.

– Это просто фантастика, – она взглянула на Алена, – я такого никогда не видела. Я здесь не так давно, но я слышала про северное сияние. Я видела фотографии, сделанные местными жителями, но когда видишь это своими глазами… Оно другое. Оно потрясающее!

– Я знал, что тебе понравится. Обычно в городе его не видно из-за огней.

Лия засмеялась, вновь смотря на небо, и стала кружиться. Мир в ее глазах вдруг стал ярким и чарующим, природа не скупа на красоту. Сколько она всего видела за свою долгую жизнь, но северное сияние – особое явление, оно не похоже ни на одно другое. Яркие краски на темном небе врываются в сознание, гипнотизируют и манят.

Она почувствовала себя свободной. От проблем всего мира, от своих собственных. От обыденности жизни. Сейчас она была счастлива. Сейчас и здесь. С ним, с Аленом. Она, он и сияние в небе.

Ален с наслаждением смотрел на нее. Он был рад услышать ее смех и увидеть восхищенный взгляд.

– Спасибо, – произнесла Лия, останавливаясь, хотя голова еще кружилась, – это потрясающее зрелище.

Она, улыбаясь, взглянула на Алена. Он стоял, облокотившись на машину, и смотрел на нее. Такой красивый. Такой сильный и выносливый. На секунду ей показалось, что она знает его уже целую вечность. Сердце снова застучало сильнее. Дыхание участилось. Улыбка спала с ее лица, когда она поняла, что он направляется в ее сторону. Подойдя вплотную, Ален коснулся ее лица и наклонился так, что его губы были в миллиметре от ее губ. Знакомая картина. В такой же близости он находился от нее на празднике. Но тогда вмешался Мариан. Сейчас его не было, как и не было других преград.

– Ничего не могу с собой поделать, – прошептал Ален, – мое желание сильнее разума.

Лия была с ним согласна. Она рукой коснулась его щеки, провела по ней, и в эту секунду его губы коснулись ее губ. Но тут же мощная буря пронеслась между ними, перевоплощая в вампиров. Вместе с клыками появилось хищное желание. Лия ощутила клыки, она даже не поняла, ее или его, а может, обоих. Ален сильно прижимал ее к себе, она поддавалась. Его ненасытные губы сталкивались с ее клыками, и это его забавляло, он тут же проводил по ним языком. От романтического настроения не осталось и следа. Здесь витали страсть двух вампиров и необъяснимое желание обладать друг другом прямо на снегу.

Лия была прижата к машине за долю секунды, Ален только усмехнулся, но не прервал поцелуй. Пришлось толкнуть его в сугроб и навалиться сверху. Но сил у нее хватило совсем ненадолго, и через пару мгновений Лия была уложена на спину в снег и придавлена его телом. Вот теперь Ален оторвался от ее губ, встречаясь с глазами цвета пламени, и казалось, что огня в них стало больше. Девушка тяжело дышала, понимая, что он держит ее руки и она буквально в плену. Но, черт, ей нравилась эта тюрьма: безумная, полная огня и страсти.

Губы Алена снова встретились с ее губами, а потом скользнули к шее.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди Лии, ее дыхание стало настолько частым, что казалось, будто ей не хватает воздуха. Она выгнулась, подставляя то самое место на шее, где уже отчетливо ощущала клыки Алена. Что греха таить! Он хотел ее крови всегда, когда она была рядом. С трудом сдерживал себя, подавлял вампира… Он думал, она – человек! Но сейчас… сейчас все изменилось, и хотя он знал правду, желание не стало меньше. Он хотел ее крови, зная, что она – ему подобная!

Ален внезапно отстранился, пытаясь отдышаться и вернуть сознанию ясность. Безумие какое-то!

– Не могу, – он дышал часто и прерывисто, – я боюсь причинить тебе вред.

Он встал и отошел от нее. Лия тоже приподнялась, ощущая клыки, которые давили на нижние десны. Она подставляла ему шею в надежде отдать свою кровь, даже не осознавая, что такого быть не должно! А еще хотелось сделать глоток его крови… Это желание никуда не делось. Не помогло даже то, что он вампир.

Девушка поднялась. Красный туман все еще стоял перед глазами, волосы были растрепаны, в голове неразбериха, но сил хватило, чтобы подойти к Алену. Его взгляд был таким же потерянным. Два хищника. Два вампира. Они стояли друг против друга и ничего не понимали.

– Что это было? – первым нарушил молчание Ален. – Прости, если напугал тебя.

– Меня? Ты? Я испугалась. Но не тебя, – ее глаза снова становились голубыми, – я испугалась себя.

Он начал приближаться к ней, но она попятилась назад.

– Я не трону тебя, – Ален поднял руки, – обещаю.

Но в одно мгновение девушка оказалась рядом и прошептала ему на ухо:

– Не обещай того, в чем не уверен.

– Тогда садись в машину. – Ален отвернулся и закрыл глаза.

Лия кивнула, надо было уезжать, иначе они растерзают друг друга.

Она залезла в машину и прислонилась головой к боковому стеклу. Какое странное свидание. Сколько тайн скрывает ее тело?

– Ты когда-нибудь слышала про то, что вампиры пьют кровь друг у друга? – сев за руль, спросил Ален.

Она посмотрела в его сторону.

– Никогда. Вампиры не пьют кровь себе подобных.

Он повернул ключ, и машина завелась.

– Вот и я не слышал.

Обратно они ехали молча. Каждый думал о своем. Лия поймала себя на мысли, что на этой прогулке она очень устала. Сейчас придет домой, откроет холодильник и выпьет кровь. Она поморщилась. Чью-то чужую.

– Где ты живешь?

Она вздрогнула от его вопроса. Ален засмеялся.

– Не бойся. Я не стану напрашиваться на кофе. Но мне надо тебя довезти. Я не знаю твоего адреса.

– Недалеко от больницы. Я покажу тебе.

Она смотрела в окно на прохожих, на машины, которые ехали мимо, на уличные фонари. Здесь все было как и прежде. Но у нее все стало по-другому. Проблем прибавилось, и это не радовало.

Подъехав к ее дому, Ален не стал глушить машину.

– То, что произошло, меня самого повергло в шок, – повернулся он к Лие. – Я не думал, что у нас может быть такая реакция друг на друга. Я мог причинить тебе вред.

– Ты мне его уже сегодня причинил, – напомнила ему Лия про утро в больнице, – хуже уже не будет.

– Да. Но насчет «хуже не будет» я бы поспорил. Мы бы разорвали друг друга. Может, не ты меня, но я бы тебя точно. А я этого не хочу и боюсь.

Он отвернулся, а Лия открыла двери машины и вышла.

– До свидания, Ален, – прошептала она прежде, чем захлопнуть дверь.

– Лия, если бы мне предложили что-то изменить в сегодняшнем вечере, я бы ничего не изменил. Увидимся завтра.