Глава 19

Уже в городе я направил Тефтельку к коновязи, привязал её и привычно бросил стражникам монетку. Кот уже спрыгнул с телеги, сел на мостовую и нетерпеливо начал на меня поглядывать. Я посмотрел на корзины и никак не мог понять, как их всех унести? Мне бы сейчас рюкзак или тележку! Но ничего такого пока не наблюдалось, поэтому пришлось как-то корячиться самому.

На рынке меня узнали. Вот она великая сила слухов и сарафанного радио.

— Винтер! — крикнул парень в кожаном фартуке. — Снова готовить будешь? Я как знал, голодный сегодня пришёл на работу.

— Сегодня принёс пирожки с разными начинками, — ответил я, приподнимая край тряпицы, чтобы показать товар.

— О, дай посмотреть! — оживился он и сунул нос в корзинку. — И почём продаёшь?

— Пять медяков за три, — навскидку сказал я.

— Дорого! — он попытался возмутиться, но от пирожков так и не отошёл, буквально пожирая их глазами.

— Тогда четыре за два, — я усмехнулся. — Но только для первого покупателя.

Парню, наверное, так вскружили голову ароматы, что он отсчитал монеты, схватил пирожок с мясом и жадно откусил.

И даже не успев прожевать, закатил глаза от восторга.

Святые покровители Бешаля…

— Знаю, — я коротко кивнул, а сам задумался.

Может, не заморачиваться и торговать с телеги? Нет, не самая лучшая идея, ведь рядом лошади, а их запах перебьёт аромат любой выпечки. Я посмотрел в сторону рынка, который продолжал жить своей жизнью — торговцы вовсю расхваливали товары, покупатели толкались у прилавков, дети бегали между ног.

И я решительно пошёл к рядам, где торговали уличной едой. Первым мне на пути попался мужик в засаленном фартуке, который жарил колбасу на открытом огне. Мясо шипело, лопалось, а жир крупными каплями падал на угли. На вид выглядело вполне аппетитно, если бы не запах с кислинкой. Ради интереса, я активировал Оценку.

Колбаса. Качество: низкое. Использовано мясо с признаками порчи.

— Не бери, — сказал я проходившему мимо парню. — Протухло.

Тот удивлённо на меня посмотрел и отошёл от прилавка. А вот торговец злобно зыркнул, но спорить не стал. Знал, зараза, что брак продаёт и всё равно продолжал это делать!

Чуть дальше бабка в цветастом платке ловко пекла блины. Они были тонкими, золотистыми, лежали ровной стопкой и быстро остывали. К слову, рядом с её прилавком выстроилась весьма приличная очередь. Впрочем, это не помешало мне снова воспользоваться навыком.

Блины. Качество: среднее. Мука низкого сорта, масло прогорклое.

— Бабушка, масло бы сменили, — сказал я тихо. — И муку возьмите получше.

Женщина удивилась, но кивнула. Не то, чтобы мне хотелось совать свой нос к каждому, но для меня, как для повара, было делом чести кормить людей хорошей едой. Это ж банальное уважение к покупателям!

Обойдя ещё несколько точек, я почти был готов смириться с суровой реальностью нового мира. Здесь старались экономить на всём и, в общем-то, не стеснялись. Логика была предельно проста — люди покупали, потому что дёшево.

Лишь почти в самом конце ряда, я заметил торговца у длинного прилавка, на котором лежала сладкая выпечка. Плюшки, булочки с корицей, маленькие пирожные с кремом. Всё выглядело свежим, аппетитным, румяным. Неужели хоть кто-то солидарен с моими принципами⁈

Не поверив собственному носу, я подошёл и присмотрелся Оценкой.

Выпечка. Качество: хорошее. Мука свежая, масло качественное, сахар. Годно к употреблению.

— Хороший товар, — сказал я низенькому торговцу с весёлыми глазами. — Качественный.

— Стараюсь, — ответил он. — А вы, я смотрю, тоже продавать пришли? Что это у вас? Домашние пирожки? Бабка пекла?

— Чего сразу бабка? — удивился я. — Сам, конечно. Хотите попробовать? У меня тут разные.

После кивка я передал ему пирожок с мясной начинкой. Мужик взял его, рассмотрел со всех сторон, понюхал и откусил. Едва прожевал, как его лицо вытянулось.

— Хороши, очень хороши, — сказал он. — Давно таких не ел. Погоди, а не тот ли ты Винтер, который на днях рыбу жарил?

— Да, всё верно.

— Тогда понятно, — торговец кивнул. — Место нужно? Я могу потесниться, половина прилавка всё равно свободна. Но за место нужно будет заплатить два серебряных. Потянешь?

Я задумался. Два серебра — это почти всё, что у меня осталось после вчерашних покупок. Хотя, с учётом сколько у меня тут пирожков, я с лихвой отобью эти деньги. И даже так, я всё равно решил сбить цену. Иначе, как?

— Один серебряник, — твёрдо сказал я. — И два пирожка в подарок.

— Полтора, — мужик оказался не пальцем деланный.

— Идёт, — кивнул я, отсчитал монеты и передал ему с обещанной выпечкой.

Торговец быстро отодвинул свои плюшки, освободив мне место. Я расставил корзины практически по фен-шую, сдвинув в центр самые дорогие с паштетом и натянул на лицо улыбку матёрого рекламщика.

— Ну, начинаем! — сказал я.

Покупатели подходили не сразу, точнее, они шли скорее к Пышкину, так представился мой сосед по прилавку. И только потом люди начали узнавать меня. Первый, второй, следом и третий покупатель быстро организовались в очередь. Пирожки стремительно кончались, что я уже даже пожалел, что так мало сделал. За какой-то час не осталось ни одного мясного, грибные кончились следом. С яйцом продержались чуть дольше. Хоть бросай всё и беги за мукой, готовь новую порцию.

— Вкусно! — кричали из толпы.

— Ещё испечёшь?

— А с чем ещё есть?

Я едва успевал только отсчитывать сдачу и улыбаться. Бекон сидел на прилавке, важно посматривал на покупателей и иногда облизывался.

— Кот у вас серьёзный, — заметил Пышкин.

— Это мой помощник, у него даже должность есть су-шеф, — ответил я. — Без него как без рук.

К концу второго часа корзины окончательно опустели. Пирожки с паштетом скупил какой-то богатый купец, отсчитав серебряную монету даже без сдачи.

— Всё, — объявил я. — Товар кончился.

Толпа разочарованно загудела, но и не думала расходиться.

— А жареных нет? — крикнула какая-то женщина.

— А с рыбой?

— А будет представление, как в прошлый раз?

Я поднял руку, призывая всех к тишине.

— Люди добрые, — сказал я, быстро пытаясь найти решение. — Готовить для вас я не против. Но не из чего! Мука, масло, мясо, яйца. Если поможете, то будет вам представление здесь и сейчас. К примеру, — я на мгновение задумался. — Жареные пирожки, картошка по-деревенски и яичные лепёшки. Как вам такое?

Толпа зашумела на разные голоса, бурно обсуждая кто побежит за продуктами и кто это всё будет оплачивать. На самом деле, я собирался купить всё это сам, но раз люди предлагают, я не дурак, чтобы отказываться. Впрочем, я был честен со всеми и часть покупок собирался отдать в виде еды. Бартер, так сказать, чтобы никому не было обидно.

— Я тоже помогу! — крикнул мой сосед-торговец. — У меня мука есть и немного масла. Берите, сколько надо.

— Спасибо, — кивнул я. — Расплачусь после торговли.

— Да не надо, — махнул он рукой. — Я из-за вас сегодня больше обычного продал, сочтёмся.

Окинув взглядом мешки и свёртки, я всё равно решил сам пройтись по лавкам и добрать нужного. Благо рынок мне знакомым, я знал, где что почём. Справился буквально за сорок минут, купив всё, что нужно. Правда потом еле дотащил всё это до прилавка, но своя ноша не тянет.

Пышкин откуда-то достал маленькую жаровню похожую на ту, что давал гном. Вот только одной мне было мало.

— Спасибо. А ещё есть? — правильно говорят, наглость — второе счастье.

Пышкин удивлённо вскинул брови, хмыкнул, а потом зарылся в ящики под прилавком и достал жаровню, она оказалась побольше первой и отлично подходила для моей задумки.

Вот теперь можно было приступать к готовке. В глубокую миску я просеял два стакана муки, добавил щепотку соли и ложку масла. Следом залил тёплую воду — постепенно помешивая, чтобы тесто получилось крутым, но эластичным.

Люди, что принесли мне продукты, все стояли вокруг прилавка и жадно смотрели на мои действия.

— Жареные пирожки, — объяснял я, — отличаются от печёных. Тесто должно быть без дрожжей, только на воде и масле. Так оно не впитывает много жира и получается хрустящим.

Замесил тесто, скатал в шар и оставил отдыхать, сам занялся начинкой. Обрезки мяса мелко порубил, лук нарезал кубиками. Всё смешал, добавил соль, перец, щепотку сушёного тимьяна.

— Чтобы начинка получилась сочной, — вещал я. — мясу нужно дать постоять с луком и специями.

Отставив миску, я перешёл к картошке. Её вымыл, почистил, нарезал одинаковыми дольками, чтобы прожарилось равномерно. Сало я взял в долг взял у соседа и нарезал тонкими ломтиками. Лук — полукольцами.

Сковорода тем временем уже грелась на жаровне. Первым закинул сало, и оно зашкварчало, отдавая жир. К нему добавил лук, обжарил до золота, и только потом — картошку.

— Огонь сначала сильный, — объяснял я, помешивая, — чтобы появилась корочка, потом убавляем и доводим до готовности.

— Эй, Винтер! — крикнул кто-то. — Ты сейчас всех научишь, кто ж потом у тебя покупать будет?

Толпа захохотала и теснее прижалась к прилавку. Мелькнула мысль, что люди сейчас картошку со сковороды хватать будут. Но обошлось. Лишь носами водили, да слюни сглатывали от нетерпения. Я их прекрасно понимал, самому уже хотелось попробовать.

Пока картошка дожаривалась, я вернулся к пирожкам.

Тесто раскатал, нарезал, сделал лепёшки. В центр каждой положил ложку мясной начинки. Защипал края, приплюснул, чтобы пирожок лучше прожарится, и на огонь. Мне сегодня везло, в последний момент вторую сковородку отдала торговка напротив. Я не переставал удивляться, сколько всего люди с собой приносят на рынок!

Пирожок тем временем зашипел и начал пузыриться, покрываясь золотистой корочкой.

— Переворачивать, когда низ станет румяным, — сказал я. — Готовка спешки не любит, вы же не хотите порванные пирожки есть, правда же?

Очередь согласно кивала, утираясь платками. Не прошло и пяти минут, как я снимал первую партию пирожков, и убирал с огня картошку. Перед глазами замелькали сообщения Системы:

Внимание! Вы создали новое блюдо: «Пирожки жареные с мясом и луком»

Качество: хорошее

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Опыт: 180/200

Внимание! Вы создали новое блюдо: «Картофель по-деревенски с салом и луком»

Качество: хорошее

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Опыт: 190/200

— И последними буду готовить яичные лепёшки, — объявил я.

Пять яиц разбил в миску, быстро взбил вилкой. Добавил зелень, щепотку соли, и немного муки для формы. Это практически омлет, только лепёшки. Их я готовил на сковороде из-под картошки. Заминка вышла только с помывкой, но и тут я справился. Опыт такая штука, даже перерождением не вытравишь из памяти.

Вылил половину яичной смеси — распределил по дну ровным слоем. Через минуту — перевернул.

Внимание! Вы создали новое блюдо: «Яичные лепёшки с зеленью».

Качество: хорошее

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Опыт: 200/300

Пока я смахивал системные сообщения, толпа зачарованно замерла. Запах стоял такой, что люди давились слюной, кашляли, но не отходили, ожидая своей очереди.

— Первыми порции получают те, кто добыл продукты, — сказал я, вытирая руки.

Хорошо, что у меня отличная память на лица, потому что среди честных граждан оказались и те, кто решил пожрать на халяву. Впрочем, с ними быстро разбирался Бекон. Я-то думал, он мне помогать не собирался!

Медяки дробно посыпались мне в карман, а я едва успевал раздавать еду. Пышкин не остался в стороне, начал помогать, попутно продавая и свои булки.

Всё шло просто отлично, пока в толпе я не заметил красномордого мужика. Его я встретил, когда только пришёл на рынок, и, если не ошибаюсь, он продавал тухлую колбасу. И чего ему здесь нужно? Хочет узнать, какова на вкус нормальная еда⁈

Пока он стоял, сложив руки на животе, и смотрел на меня с такой злобой, будто я украл у него как минимум, корову.

— Это чё за хрен? — спросил он, выходя вперёд. — Кто разрешил здесь торговать?

Я лишь слегка повернул голову, окатив его холодным взглядом.

— Место арендовано, — ответил я спокойно. — Уважаемый Пышкин это с удовольствием подтвердит.

— Подтвержу, — кивнул мой сосед, не прекращая заворачивать картошку в бумагу. — Всё законно.

— Законно? — толстяк побагровел. — Здесь место только для своих! А вы со своими чёртовыми пирожками всех покупателей отбили!

— Логично же, они уходят к другому торговцу потому что, — я выдержал паузу, — еда у вас дрянная.

— Что⁈ — толстяк шагнул ко мне, сжал кулаки. — Ты, щенок, да я тебя…

Он вмиг оказался рядом с прилавком, протянул руки, явно желая схватить меня за грудки, но очередь ему помешала. Я же спокойно вытер нож о тряпку, достал из корзинки луковицу и положил перед собой. А потом, продолжая смотреть красномодрому в глаза, начал её нарезать. Очень быстро, прошу заметить, нарезать!

Лезвие мелькало, как бешеное, и за три секунды луковица распалась на идеальные полукольца… Кружочки падали на доску ровными рядами, будто из комбайна.

Толстяк отшатнулся, почти упав в руки толпы. Его лицо из красного стало белым.

— Ты… ты… — злобно шипел он.

— Я повар, — ответил я, возвращая нож в ножны. — И не советую проверять, на что я ещё способен.

Толстяк сплюнул, отошёл на пару шагов и снова замер, не сводя с меня взгляда. Его руки покоились под фартуком, а глаза его бегали. Зуб даю, это подлец что-то точно задумал.

Впрочем, очередь не собиралась ждать, и я продолжил готовить, подчёркнуто игнорируя сам факт существования мужика.

Вроде бы всё дальше было спокойным, но когда я отвернулся к жаровне, чтобы снять готовую картошку, толстяк резко рванул вперёд. Он нацелился на мешочек с солью, что лежала у самого края. Вот же сволочь! Тесто хотел испортить!

Не знаю, как это у меня получилось, но я мало того, что успел заметить его движение, так ещё и умудрился перехватить в воздухе запястье. Да, Ловкость, опыт и адреналин отлично сработали!

— Ах ты, паскуда, — прорычал я. — Решил испортить чужую работу? И вместо того, чтобы самому готовить нормально?

Толстяк взвизгнул от боли, дёрнулся, рассыпая соль широким веером.

— Смотрите, кого я поймал, — крикнул я, немного повысив голос. — Пытался испортить мою еду. Я тут стараюсь, готовлю для людей, а он решил сыпануть соль в тесто. Вы бы стали есть пирожки после такого?

Толпа возмущённо загудела, предлагая разные варианты расправы над кулинарным преступником.

Толстяк вырвался и под многочисленными взглядами отбежал на несколько шагов. Лицо его было мокрым от пота, а глаза так и полыхали ненавистью.

— Вы ещё пожалеете! — взвизгнул он и скрылся между рядами.

— Продолжаем, — сказал я, вытирая руки. — Кому ещё порцию?

— Мне! — грохнул позади всех зычный голос.

Следом кто-то весьма крупный и бодрый начал пробивать себе дорогу, активно расталкивая всех локтями. Я глянул и на мгновение застыл. Нет, уже видел орков в этом мире, но чтобы вот так близко!

Женщина, или как правильно? Орчиха? Оказалась коренастого телосложения, с зеленоватой кожей и мощными руками. К этому всему в комплекте шли клыки и тёмные, почти чёрные глаза. А вот вместо логичных для её облика доспехов, на ней было ядрено-яркое платье, от которого у меня в глазах зарябило. На голове у неё красовались десятки косичек с каким-то то ли бусинами, то ли колокольчиками.

— Еда у тебя хороша, — повторила она и вдруг добавила. — А этот жирдяй всегда торговал дрянной колбасой.

Толпа в ответ согласна закивала. Не, ну, правда! На кой ляд покупать тухлятину, если есть такие пирожки от скромного меня?

— Я хочу взять. Всё, — продолжила орчиха.

Она вытащила из кармана платья три серебряные монеты и бросила на прилавок. Звон разлетелся над площадью и притихшей толпой.

Мои брови дёрнулись, когда я посмотрел на монеты. Полновесное серебро! Да на эти деньги коня можно купить, а не уличные пирожки!

— Уважаемая, — сказал я. — Это слишком много. Моя еда не стоит таких денег.

— А я так решила, — отрезала орчиха. — Бери, не спорь. И давай сюда все пирожки, картошку, и лепёшки.

— Вы не одна в этой очереди, — спокойно ответил я.

— Другие подождут, — орчиха грозным взглядом обвела взглядом толпу. — Я голодная. День выдался паршивый. Возражения?

Я мысленно усмехнулся, никто не собирался спорить с орчихой. Видимо, её здесь знали и связываться с ней не хотели. Поэтому завернул почти всю еду в чистое полотенце — отложил по пирожку себе и Бекону — отдал орчихе.

— Спасибо, — сказал я.

— Не благодари, — она откусила пирожок, прикрыла глаза от удовольствия. — Я приду ещё. Если будешь готовить — обязательно приду.

Она развернулась и уже собралась уходить, как Бекон спрыгнул, подошёл к орчихе и потёрся о её ногу. Та наклонилась, погладила кота одним пальцем.

— Хороший зверь, — сказала она. — Верный.

— Су-шеф, — поправил я.

— Кличка какая странная, — удивилась орчиха.

— Нет, это его должность, как помощника.

Орчиха усмехнулась — клыки блеснули и, раздвинув толпу одним взглядом, как Моисей море, скрылась с моих глаз.

Что-то как-то напряжённо вышло для простой готовки на рынке! Бекон тем временем вернулся к прилавку, сел рядом со мной и начал умываться. Я отломил ему кусочек пирожка, кот мгновенно съел и заурчал.

— Молодец, — сказал я. — Не украл ни куска, пока я готовил. Хотя мог бы.

— Мряв, — ответил Бекон с видом «я джентльмен».

— Всё, — я оглядел толпу. — Ничего больше не осталось.

Люди разочарованно повздыхали и начали расходиться, напоследок предлагая снова что-нибудь для меня купить. Я неизменно качал головой, потому что уже устал от готовки, и мне требовался законный перерыв хотя бы полчаса, а лучше на целый час.

Впрочем, я не просто так сидел, а приводил в порядок прилавок. И как раз в это время заметил в стороне троих пацанят лет десяти. Тощие, мелкие, явно беспризорники и скорее всего карманники. С последним сложно было ошибиться, ведь смотрели они не на меня и не на плюшки Пышкина, а на коробку с деньгами.

А ведь я уже их видел! Точно, когда только обходил ряды, пацанята крутились возле торговцев, жалобно выпрашивая еду. Чаще, правда, им грозили кулаками, чем делились, но увы, такова доля вечно голодных детей.

— Бекон, — тихо сказал я. — Присмотри.

Кот лениво повёл морду в сторону троицы, замер, но не напрягся, так, чисто оценивая степень опасности. В конце концов дёрнул хвостом, зевнул во всю свою пасть и показал когти.

Пацанята переглянулись, и один, по-видимому самый смелый, шагнул ко мне. На это Бекон моментально отреагировал шипением. Пацан стратегически отступил, отпрыгнув на добрый метр.

— Кот у тебя злой, — ворчливо сказал самый старший из троицы.

— Не злой, — ответил я. — Бдительный.

— А еда у тебя вкусная, — добавил третий, невинно пряча руки за спину. — Мы уже час стоим тут и нюхаем.

— Понюхать можно бесплатно. А вот поесть уже за деньги, — я с интересом разглядывал их, а потом добавил. — Или за работу.

Пацаны переглянулись, словно впервые услышали слово «работа».

— Какую такую работу? — уточнил рыжий, прищурившись.

— Самую простую. К примеру, продукты донести, воду найти, прилавок протереть. И за это я готов платить, причём, как деньгами, так и едой.

Моё предложение окончательно обескуражило их. Неужели до меня им никто такого не предлагал? Удобно же! Чистой воды эксплуатация детского труда. Суровый мир, суровая реальность.

— А много? — на всякий случай спросил рыжий.

— Смотря, как отработаете. Если будете откровенно отлынивать или принесёте тухлятину, я вам спасибо не скажу.

В подтверждение моих слов, Бекон стукнул лапой о мостовую и провёл по ней когтями.

Рыжий чуть побледнел, икнул, но потом всё же кивнул. Пацаны быстро переглянулись что-то молчаливо обсудив и, будто по команде, растворились в толпе.

Бекон проводил их задумчивым взглядом, мол, бегайте сколько хотите, я всё равно вас достану.

— Ничего, подумают и вернуться. Не сегодня, так завтра, — сказал я коту. — Есть-то каждый день хочется.

Кот чихнул — мол, посмотрим.

Я собрал пустые корзины и, наконец, пересчитал всю выручку. Не забыл и раздать мелочь за аренду сковороды, а ещё всё же всучил Пышке горсть медных монет, он меня сегодня выручил. В итоге всё равно осталось немного, но прилично.

— Ну, что, пойдём, — сказал я Бекону, — нас теперь в трактире трое и нужно закупить побольше продуктов.

Все покупки у меня заняли всего час, ходил только по своим торговцам. Бекон вёл себя преотлично, ничего не украл, за что и получил от торговца рыбой мелкого карася. Вскоре мы уже забирали Тефтельку от коновязи и собирались покинуть город.

Но едва я тронул вожжи, как дорогу перегородил знакомый стражник.

— Погоди, Винтер, разговор есть.

Бекон вытянул шею, глянул на него усталым взглядом и снова задремал, потеряв к служителю закона всякий интерес. А вот мне, наоборот, стало любопытно. Стражник держал в руках мой пирожок и выглядел вполне себе довольным жизнью.

— Здравствуйте, — кивнул я ему. — Что случилось?

— Хорошие у тебя пирожки, — рыжий вытер рот рукавом, а потом вздохнул и вытащил дощечку с нацарапанными записями.

— Жалоба на тебя поступила. Говорят, ты готовишь и торгуешь без документов.

Словно в ответ на слова стражника перед глазами появилось окно Системы.

Внимание!

Активирован квест: «Разрешите готовить!»

Награда: опыт, лицензия на право готовить на рынке

Штраф за провал: 10 серебряных

Принять/Отказаться?

Я промолчал. Лицензия? В этом мире? Да ёлки-моталки! Я-то думал, хоть здесь буду избавлен от бюрократии, а вот оно как.

— Ты, вообще, слышал о Гильдии поваров и уличных торговцев? — спросил стражник, отметив мой удивлённый взгляд.

— Только что узнал, — честно ответил я, имея в виду сообщение от системы, а не его слова, конечно.

— Ну, бывает, — он спрятал дощечку и заунывно процитировал. — По законам города Бешаля каждый, кто хочет готовить на рынке, должен получить соответствующую лицензию от Гильдии поваров, — и добавил нормальным голосом. — Без неё — штраф с конфискацией товара.

Бекон, сидевший в телеге, недовольно зашипел.

— Нет, на кота лицензия не нужна, — усмехнулся стражник. — Ладно, не боись, в первый раз я только предупреждаю, а вот в следующий — не обижайся. Лучше поезжай в Гильдию, она на Кузнечной. Получишь бумагу — и готовь сколько влезет.

— И сколько это стоит? — спросил я.

— По-разному. Спросишь там, — стражник почесал затылок. — А вот на торговлю едой нужно разрешение от городского чиновника. Это в ратуше получить можно, у бургомистра. Две бумажки, короче. Или одну, не помню, у них правила меняются каждый месяц.

Внимание!

Активирован квест: «Бумажки с печатью»

Награда: опыт, разрешение торговать на рынке

Штраф за провал: запрет на торговлю в Бешале сроком на один год.

Принять / Отказаться?

— Две, — упавшим голосом сказал я, глядя на очередное сообщение.

Да что ж это такое-то⁈ То ни одного квеста, то два! Система, чё за дела-то⁈

— Гильдия работает с утра понедельника до обеда пятницы, — пробубнил стражник, — ратуша тоже. Сегодня уже не успеешь, пятница же, так что тебе до понедельника ждать.

Я посмотрел на небо. Солнце клонилось к закату. Понедельник — через два дня.

— А кто жалобу подал? — спросил я, хотя уже догадывался.

— Мы не имеем право такие вещи разглашать, — поморщился стражник.

— Дай-ка я сам догадаюсь. Он такой красномордый и жирный? Да? Моргни один раз, если я прав, — усмехнулся я.

Стражник часто заморгал, едва сдерживая смех.

— Я ничего тебе не говорил, но знай, весь рынок на твоей стороне. Короче, моё дело предупредить тебя, а дальше сам решай.

Я выпрямился, посмотрел стражнику в глаза.

— Как интересно получается, — сказал я жёстко, но спокойно. — Он, значит, тухлятиной торгует, а когда я хочу народ вкусным накормить, сразу жаловаться. Вот же ж какой… человек.

— Знаешь, — стражник на мгновение задумался, — а ведь я его колбасу пробовал, и она, действительно, скверная. Да и народ жалуется. Но без проверки — ничего не сделаешь.

— Так проверьте, — повторил я. — Считайте, я тоже подал жалобу.

— Тогда проверим, — кивнул стражник. — Ладно, свою работу я выполнил, всего хорошего. И спасибо за пирожки!

Он подмигнул, развернулся и пошёл прочь, достав свёрток ещё с одним. Я лишь проводил его взглядом и глубоко вздохнул

— Мало нам, Бекон, проблем! — сказал я коту. — Разруха, сорняки, угрозы, да ещё и теперь бюрократия! За что хвататься-то?

Кот дёрнул ухом и мявкнул — мол, всё сделаешь, не дрейфь.

— Сделаю, конечно, — согласился я, дёргая вожжи. Куда деваться-то? Без этого я денег не заработаю!