Глава 21
— Держи ровнее.
Я придержал доску, пока Фёдор наваливался на неё плечом. И секция забора, которую он сам только что сломал, неловко повернувшись, встала на место. Минотавр выпрямился, взял у меня молоток и одним ударом вогнал гвоздь по шляпку.
— Хорошо, — прогудел он.
Солнце уже подбиралось к полудню, разогрев двор, и Бекон перебрался в тень. Мы работали с самого рассвета, и участок перед трактиром уже не выглядел, будто по нему пронёсся табун. Я подмёл крыльцо, обрубил сухие ветки у яблонь, а Фёдор выкорчевал трухлявый пень и отволок его к общей куче хлама.
— Остальное после обеда, — сказал я, вытирая лоб. — Жарко уже.
Фёдор кивнул и плеснул остатки масла в петли ворот, чтобы те, наконец, перестали скрипеть. Площадка перед трактиром преобразилась: никаких щепок, мусора и прошлогодней листвы. Даже вытоптанный пятачок, где раньше стояли кареты, минотавр разровнял граблями.
— Сюда бы ещё посадить чего-нибудь приличного. То ли цветов, — заметил я, оглядывая результат, — то ли кустов.
— Колючих, — предложил Фёдор, — чтобы никто не пробрался.
— Так вьюн же есть, — напомнил я.
Едва я сегодня проснулся, пошёл проверять его ростки. Как и обещала дриада, они уже начинали оплетать забор и останавливаться не собирались. С пыльцой я тоже разобрался и рассыпал в самых удобных для лазутчиков местах.
Фёдор уже собирался что-то спросить, как Бекон вдруг насторожился и посмотрел в сторону тракта. С дороги потянуло пылью, и вскоре из-за поворота показалась карета, запряжённая четвёркой лошадей. На чёрной лакированной двери я заметил незнакомый герб.
— Кто-то едет. Князь? — спросил Фёдор, сжимая кулаки.
— Не похоже, — ответил я. — У князя, кажется другой герб.
Карета остановилась как раз на расчищенной нами площадке. Первым спрыгнул с козел пожилой кучер и услужливо открыл дверцу. Из кареты вышел худой и бледный мужчина с тощими усиками. Я отметил чёрную одежду, на которой было целое облако кружев. Дорого, не безвкусно. Незнакомец походил на опереточного злодея, и я напрягся, ожидая очередной пакости.
Пока мы все на него смотрели, гость оглядел двор и поморщился, будто ожидал увидеть кого-то другого.
— Марк Винтер, я правильно понимаю? — спросил он тонким, скрипучим голосом.
— Всё верно, — ответил я, спускаясь с крыльца. — А вы кто?
— Меня зовут Аристарх Петрович Кублицкий, — мужчина достал из кармана платок, промокнул лоб, хотя жара уже спала. — Чиновник особых поручений из казначейства. У меня к вам разговор.
Да что опять-то⁈Опять происки князя? Да он мне уже поперёк горла!
— Добрый день, — я кивнул, сохраняя спокойствие. — Проходите в трактир, там поговорим.
— В трактир? — теперь Кублицкий нахмурился. — Ну, хорошо, если это необходимо.
Фёдор открыл дверь, пропуская чиновника, я вошёл следом, Бекон — за мной. Внутри было чисто, светло, пахло деревом и сушёными травами. Кублицкий огляделся, оценил.
— Приличнее, чем я ожидал, — сказал он. — Что ж, приступим. Времени у меня мало, а должников — много.
— Садитесь, — я махнул на лавку и сел напротив.
Фёдор грозовой тучей застыл возле барной стойки, а кот запрыгнул на лавку, словно это с ним Кублицкий собрался разговаривать.
Чиновник не обратил на них никакого внимания, достал из кожаной сумки свиток и развернул его на столе.
— Марк Винтер, — начал он официальным тоном. — Я уполномочен уведомить вас, что за вашим дедом, Демьяном Винтером, числится задолженность перед королевской казной. Налог за землю, штрафы за просрочку, пени. Общая сумма — пятьдесят три серебряных монеты.
Я обалдело присвистнул.
— Пятьдесят три? — переспросил я. — Это же…
— Это много, согласен, но налоги нужно платить вовремя, — закончил Кублицкий. — Всё это нужно оплатить в течение двух недель. В ином случае трактир и земли отходят в счёт казны.
Системное сообщение:
Квест «Отстоять наследство» обновлён!
Новая цель: выплатить долги деда (53 серебряных монеты)
Срок: 14 дней
Штраф за провал: потеря трактира и всех прилегающих земель
— Две недели, — повторил я. — Очень короткий срок, да и денег таких у меня нет.
— Это не моя проблема, — чиновник пожал плечами. — Я только уведомляю. Заплатите, и трактир остаётся за вами. Нет — казна заберёт. Всё просто и прозрачно.
— А если я докажу, что долг незаконный? Что дед платил, а налоги намеренно завышали? — спросил я, вспоминая записную книжку.
Кублицкий усмехнулся — впервые за всё время.
— Можете попробовать, но я не судья, а казначей. Вот как придёт решение, тогда буду пересматривать все документы. Сейчас же мне нужны деньги или имущество. Со всем остальным можете обращаться в компетентные службы.
Он свернул свиток, сунул обратно в сумку, а затем поднялся.
— Не пропустите сроки.
— Погодите, — сказал я, пытаясь придумать выход из ситуации. — Вы издалека ехали? С дороги, наверное, проголодались.
Чиновник удивлённо поднял бровь.
— Я… да, собственно, с утра не завтракал. Но…
— Я всё-таки повар, — сказал я. — И теперь хозяин трактира. Какой же трактир без угощения? Посидите немного, я сейчас вам принесу.
— Ну, если недолго. У меня ещё дела в Бешале, — Кублицкий колебался, но потом вздохнул, сел обратно.
Я кивнул и ушёл на кухню.
— Бекон, присмотри за ним, — шепнул я коту.
Кот бесшумно занял пост у кухонного порога, гипнотизируя гостя немигающим взглядом, а Фёдор внушительно навис над стойкой, сцепив пальцы в замок. Но этот двойной заслон не произвёл на Кублицкого ровным счётом никакого впечатления — чиновник лишь мельком оценил габариты охраны, мысленно прикинув, что его личная безопасность стоит гораздо дороже.
На кухне я быстро сориентировался. После вчерашнего обеда гуляша не осталось, но была пара кусков запечённого мяса, свежий хлеб. Я достал первую попавшуюся тарелку, положил на неё два ломтя кабаньей вырезки, нарезанной тонкими ломтиками. Добавил горку маринованных грибов и украсил веточками зелени.
— Прошу, — сказал я, ставя тарелку перед чиновником.
Кублицкий с сомнением покосился на угощение, потом всё же взял вилку, отделил крошечный ломтик и отправил в рот, принявшись жевать с таким сосредоточенным видом, будто раскладывая вкус на невидимые оттенки. Я наблюдал за ним, скрестив руки, а Бекон перестал вылизывать лапу. Фёдор тоже замер, боясь спугнуть момент.
Чиновник проглотил, перевёл взгляд с тарелки на меня, а следом и его лицо перекосила такая гримаса, что я подумал, его разбил инсульт. Но через мгновение его лицо начало меняться. Рот расплылся в улыбке — сначала робкой, потом всё шире.
— Что это? — спросил он.
— Мясо, — ответил я. — Специи, маринад. Простой рецепт.
Кублицкий отрезал ещё кусок побольше, снова прожевал. На этот раз его лицо не изменилось, оставаясь довольным.
— Я… — начал он и замолчал. — Это очень вкусно. Да, что тут скрывать, это просто великолепно.
Он съел всё, что было на тарелки и даже вычистил её хлебом.
— Винтер, — сказал он, отодвигая тарелку. — У вас настоящий талант.
— Спасибо, — скромно ответил я.
— Слушайте, — Кублицкий вдруг заговорил быстрее и заёрзал на стуле. — Я могу… я могу повлиять на сроки. Не намного, но если вы дадите мне рецепт этого мяса, то я отдам его своему повару. Он у меня, конечно, опытный, но такого точно не умеет.
Я задумался всего на минуту. Про кабана точно не скажу, и без того проблем достаточно, да и раскрывать свои секреты посторонним не собирался.
— Нет, этот рецепт семейный, хранится у нас уже не одно поколение, — наконец сказал я. — но я могу приготовить обед для вашей семьи.
— Вы предлагаете… нанять вас поваром на один день? — Кублицкий поднял брови.
— Вроде того, — кивнул я. — Вы увидите, как я готовлю. Попробуете. Я уверен, после обеда вы захотите сдвинуть сроки на две недели, как минимум.
Чиновник задумался, постукивая пальцем по столу.
— Одно хорошее блюдо не означает, что вы сможете накормить всю семью, — сказал он. — У меня жена, две дочери, и все привередливы.
— Я справлюсь, — ответил я.
— Хорошо, — Кублицкий кивнул. — Если вы приготовите обед для моей семьи в понедельник, и им понравится — я увеличу срок выплаты долга на две недели. Итого — месяц. Согласны?
Внимание! Активирован квест: «Обед для казначея»
Цель: приготовить обед для семьи чиновника Кублицкого и получить его расположение
Награда: отсрочка выплаты долга на 14 дней (общий срок — 28 дней), опыт, возможное покровительство
Штраф: репутация в Бешале снижается, сроки остаются прежними.
Время: до вечера понедельника
— Согласен, — сказал я. — В понедельник я буду в Бешале.
— Отлично, — Кублицкий встал, поправил сюртук. — Мой дом на улице Цветочной, напротив собора. Спросите любого — покажут. Приходите к полудню.
— Договорились.
Чиновник кивнул, бросил последний взгляд на пустую тарелку и вышел. Не прошло и десяти минут, как карета тронулась, и лошади зацокали по тракту.
Фёдор проводил их взглядом, потом повернулся ко мне.
— Месяц, — сказал он. — Вместо двух недель.
— Да, это хорошая отсрочка, — уточнил я.
Бекон запрыгнул на стол, обнюхал тарелку и обиженно мявкнул — ему ничего не досталось.
— Тебе нельзя столько мяса, — сказал я. — Обожрёшься, как в тот раз и будешь икать.
Кот обиженно отвернулся и спрыгнул на пол. А я сел на лавку, закрыл лицо руками.
— Месяц, — повторил я. — Пятьдесят три серебряных. Где их взять? Мне нужно торговать на ярмарке не меньше двух недель, чтобы заработать столько. И это не считая того, что я покупаю в трактир. Нет, мне нужно в десять раз больше.
— Ты справишься, — сказал Фёдор.
— Да, — я поднял голову. — Но для этого нужно стоять на рынке каждый день. А трактир останется без присмотра.
— Я здесь, — ответил минотавр.
— Один? А если князь пришлёт ещё людей?
— Я справлюсь, — повторил он.
Я посмотрел на него. Огромный, сильный, спокойный. И, кажется, преданный.
— Ладно, — сказал я. — План такой. Завтра с утра я еду в Гильдию, потом к чиновнику на обед. Послезавтра — снова на рынок. Буду зарабатывать деньги и искать способ погасить долг. Ты остаёшься здесь, занимаешься огородом и трактиром. Дриада поможет.
Бекон спрыгнул со стола, подошёл ко мне, потёрся о ногу.
— Ты тоже будешь помогать Фёдору, потому что я буду ходить по бюрократическим кругам ада.
Кота явно впечатлили мои слова про ад, он задумчиво фыркнул и посмотрел на меня, как на умалишённого.
Спустя два часа я лежал на кровати, уставившись в потолок, и считал балки. Бекон спал у меня в ногах, свернувшись калачиком, и иногда вздрагивал во сне — наверное, мышей ловил. За окном стрекотали сверчки, где-то в лесу ухал филин.
Через два часа безуспешных попыток заснуть, я сел, свесил ноги с кровати.
— Не спится, — сказал я коту.
Бекон приоткрыл один глаз, посмотрел на меня с выражением «ты ненормальный, на дворе ночь», и снова закрыл.
— Ладно, — я встал, натянул штаны. — Будем готовиться.
На кухне было тихо и темно. Я зажёг магическую лампу, и шар мягко засветился, разгоняя тени. Достал из кладовой остатки продуктов.
— Маловато, — сказал я себе, — для репетиции тут не хватит.
Я сел за стол, взял лист бумаги — нашёлся в комнате деда — и начал было записывать, как сообразил, что даже не представляю, что у Кублицкого может быть в кладовой. Даже если сейчас пропишу каждый пункт меню, а по факту окажется другое, то получается, зря старался. Разве что я могу принести с собой десерт. И какой тогда? Пирог! Точно!
Бекон требовательно мявкнул, заставив меня от неожиданности вздрогнуть. Я укоризненно посмотрел на него, нельзя ж так бесшумно подкрадываться.
— Ты мне не помогаешь, рыжий засранец, — сказал я.
Кот чихнул и продолжил смотреть.
— Хочешь помочь с пирогом? — вздохнул я. — Тогда давай начинать. Только я тебя прошу, не сыпь в начинку свою шерсть, ладно?
Тесто я замесил быстро, но без суеты. В глубокую миску просыпал три пригоршни муки, туда же отправились холодное масло, нарезанное кубиками, щепотка соли и ложка сахара. Кончиками пальцев я перетёр смесь в мелкую крошку, а потом по капле добавил ледяной воды — ровно столько, чтобы тесто собралось в тугой, но податливый шар. Отнёс миску в кладовую, где пахло каменной прохладой и травами, прикрыл полотенцем. Пусть отдыхает полчаса.
Тем временем занялся начинкой. Сушёные ягоды пересыпал в ковшик, залив их тёплой водой. Она окрасилась в рубиновый, добавил ещё и ложку мёда, а потом поставил на слабый огонь. Ягоды начали набухать и выпускать сок с едва различимым треском. На кухне запахло лесом.
— Ягодная начинка должна быть густой, — объяснял я коту, помешивая ложкой. — Если жидкая — пирог размокнет. Если сухая — будет невкусно. Во всём нужна золотая середина.
Бекон принюхался, повёл усами и облизнулся — сладкий аромат ему явно нравился.
Через полчаса тесто отдохнуло, стало эластичным, с таким было приятно работать. Я присыпал стол мукой, раскатал тесто в круг чуть больше чугунной формы, которую нашёл в шкафу. Щедро смазал высокие борта маслом. Оно таяло от тепла пальцев и мягко поблёскивало. Осторожно выстелил дно и бортики, прижимая тесто к ребристым краям, лишнее обрезал. Начинка к тому времени выпарилась до густоты. Её выложил поверх теста, аккуратно разравнивая ложкой.
— Сверху можно решётку, — сказал я, — или просто посыпать украсить фигурками из остатков текста. Но я предлагаю сделать крошку из муки, масла и сахара.
Пальцы снова растёрли охлаждённое масло с мукой и сахаром в мелкую золотистую крупку. Этим я обильно посыпал пирог щедро, скрывая начинку эдаким покрывалом. Открыл заслонку печи — жар дохнул в лицо, — отправил форму внутрь, прикрыл дверцу.
— Теперь — ждать, — сказал я, вытирая руки о фартук. — Минут сорок.
Вскоре по кухне уже поплыл запах печёного теста, смешанный с ягодной сладостью. Бекон устроился на лавке у печи и заурчал, не сводя глаз с заслонки. Я терпеливо сидел на лавке, вытянув ноги. Мысли снова вернулись к завтрашнему дню.
Что взять с собой в гильдию? Документы деда, так точно. И ещё еду. Вот как раз половину пирога и заберу. Всё же еда для меня тоже аргумент. Угощу членов гильдии, они охотнее пойдут мне навстречу, сроки-то горят!
— Возьму и то и другое, — решил я. — Документы в сумку, пару пирожков для пробы. И хлеб свежий — испеку с утра.
Бекон одобрительно мявкнул.
— И для Кублицкого надо будет захватить десерт. Если я приду с пирогом — это покажет, что я серьёзен.
Так, стоп. Если я один пирог разделю на всех этих бюрократов, то самому ничего не останется! Пока я размышлял, кот спрыгнул со стола, подошёл к печи и принюхался.
— Что, уже время подошло? — удивился я. — У тебя там что, встроенный таймер? Тогда он у тебя сломался, ещё минут десять потерпеть осталось.
Когда время, наконец, подошло, я осторожно вытащил пирог и невольно им залюбовался. Золотистая и румяная корочка с сочными каплями ягодной начинки. А запах… Запах выше всех похвал. Даже Бекон облизнулся и потянулся к пирогу лапой.
— Куда к горячему-то? — остановил я его и перевернул форму на деревянную доску.
— Вот, даже не развалился, — сказал я.
Внимание! Вы создали новое блюдо: «Ягодный пирог с брусникой и клюквой»
Качество: отличное
Вы получаете 10 опыта
Рецепт сохранён в Кулинарную книгу
Опыт: 240/300
Мне очень хотелось попробовать, но я решил всё же сохранить пирог для Кублицкого. Его отсрочка для меня была важнее. Ведь на рынок я могу возить то, что приготовил в трактире, а продавать будет Пышкин, думаю, он мне не откажет.
Глядя, что я не спешу резать десерт, Бекон требовательно мяукнул.
— Прости, но это не для тебя. Возьми лучше кусок мяса, сытнее будет.
Я решил не убирать пирог в кладовую, а оставил на столе, чтобы тот остыл, разве что накрыл полотенцем. Потом завёл тесто ещё и на хлеб, чтобы с утра испечь свежий. В итоге лёг далеко за полночь.
— Завтра важный день, — пробормотал я. — Выспаться надо.
Только я закрыл глаза, провалившись в сон, как через какую-то долю секунды меня разбудил меня Бекон. Он сидел у меня на груди и смотрел в лицо немигающим зелёным взглядом.
— Что? — спросил я спросонья. — Пожар? Война? Враги?
Кот выразительно посмотрел на дверь, спрыгнул на пол и два раза выразительно моргнул.
— Ладно, ладно, — я натянул штаны. — Иду.
В трактире было тихо. Я спустился, прошёл в обеденный зал — пусто. Заглянул на кухню. И замер, увидев, кого хотел показать мне Бекон. Фёдор сидел за столом, усыпанным крошками. Рядом с ним стояла доска, на которую я перекладывал пирог. Минотавр держал в руке последний кусок и смотрел на него с таким блаженством, будто обрёл великое сокровище.
— Фёдор, — сказал я.
Он вздрогнул и поднял голову. Вид у него был обалделый и виноватый одновременно.
— Я… — начал он и замолчал, потупив взгляд.
— Ты съел пирог? — едва сохраняя спокойствие, спросил я. — Весь? Я же его для чиновника приготовил!
Фёдор опустил голову, рогами едва не задев полку с посудой.
— Прости. Я сначала хотел только понюхать… — сказал он виновато. — Потом отломил… а дальше, как в тумане. Но я оставил… вот этот кусок.
Он протянул мне последний кусочек размером с ноготь.
— Фёдор, — укоризненно вздохнул я. — Ты, оказывается, сладкоежка.
Минотавр покраснел, насколько это было возможно с таким цветом кожи.
— Это очень вкусно! — сказал он, и в голосе его слышалось благоговение. — Тесто… оно тает. А внутри… ягоды, мёд… я не знал, что так бывает. Я просто… не мог оторваться.
Бекон сидел на пороге и смотрел на Фёдора с выражением «я же говорил, он ненормальный».
— Фёдор, — сказал я, задумчиво разглядывая пустую форму. — Ты когда-нибудь ел сладкое?
— Нет, — ответил он. — Хозяин давал только объедки. Кашу, хлеб, иногда мясо. Сладкого — никогда.
— А в детстве? У родителей?
— Мать пекла лепёшки с мёдом, — голос минотавра стал тихим. — Давно. Я почти забыл вкус. А сегодня… сегодня вспомнил.
Да уж, одними разговорами пирог я не верну, нужно было готовить что-то другое. Меня осенило.
— Ладно, — я прищурился. — Вот скажи мне, ты когда-нибудь ел пряники?
— Пряники? Это такие сладкие коврижки? С мёдом? — оживился Фёдор. — Видел, как их готовили. Не пробовал.
— Тогда их я сейчас тебе и сделаю. Я же хотел пирогом чиновников в гильдии угостить, но думаю, им и пряники сойдут. Так, что мне для них нужно?
Для такой выпечки очень важно приготовить ароматное тесто. Обычно я в него сыпал тонну разных специй, но в условиях этого мира, придётся сильно импровизировать. Хотя… Зачем? У меня же есть кардамон! Чуть не забыл про него.
Пока минотавр с виноватым видом сидел на лавке, я выскочил во двор, чтобы проверить грядку. Сказать по правде, в глубине души, мне не верилось, что оба ростка уже принесли плоды. Сколько времени прошло? Смех да и только. Но к моему удивлению, на вполне себе зрелых растениях я заметил зелёные коробочки.
— Ну, дриада, ну, ёлы-палы, не соврала! — с восторгом отозвался я и сорвал одну из них.
В нос ударил пряно-лимонный аромат. А дальше всё просто: смешать раздавленные семечки с мёдом и маслом в ковшике, поставить на край печи, чтобы не закипел. Следом вбил туда яйцо и пока всё это прогревалось, просеял муку с щепоткой соли. Кстати, последняя в выпечке очень важна, как бы это ни было странным. Соль помогает раскрывать вкусы ещё сильнее, добавляя им объёма.
Долго прогревать смесь не стал, а уже через пару минут снял с печи и засыпал в неё муку. Теперь осталось только замесить тесто. Делал это осторожно, стараясь не обжечься. Эх, нужно было выждать ещё! Видимо, мозги ещё не проснулись, вот и тороплюсь, а выпечка этого не любит.
Впрочем, хватило всего минуты, чтобы тесто стало мягким. Даже ещё не закинув его в духовку, по кухне поплыл пряный аромат. Хорошо-то как! Бодрит!
— Фёдор,будь добр, смажь противень, пока я нарезаю, — попросил я, мысленно прикидывая, сколько пряников у меня получится.
Выходило, что или пять маленьких, или четыре нормальных и один карлик. Я глянул на кота, да, последнего малыша нужно будет отдать ему, а то Бекон смотрит на меня так, словно я продал родину, а с ним не поделился.
Сложнее всего было дождаться, пока пряники испекутся. Мы все трое гипнотизировали печь, будто это как-то ускорит процесс приготовления. В последнюю минуту, кот даже начал приплясывать, смешно перебирая лапами.
— Думаю, уже готово, — торжественно объявил я, доставая противень.
Пряники поднялись и покрылась золотистой корочкой.
Внимание! Вы создали новое блюдо: «Медовые пряники с кардамоном»
Качество: хорошее
Вы получаете 10 опыта
Рецепт сохранён в Кулинарную книгу
Опыт: 250/300
— Хорошее? Как хорошее? — удивился я и тут же вспомнил, что не добавил ману. — Ладно, осталось только дождаться, пока они остынут.
Оставив на страже Фёдора, я быстро привёл себя в порядок, насколько это было возможным. И когда вернулся, с радостью отметил, что все пять пряников остались целыми. К слову, к ним прилагались два голодных взгляда, которые было весьма сложно игнорировать.
— Ладно, помощнички, вот вам по одному, — я был щедр как никогда.
Фёдору, конечно же, достался самый большой. Минотавр бережно, двумя пальцами, принял пряник, словно драгоценность. Едва откусил, как его зрачки расширились, и на миг он снова стал тем ребёнком, что помнил лепёшки с мёдом. Бекон же — куда без него-то⁈ — бесцеремонно полез лапой на стол.
— Тебе тоже, — я протянул ему пятый, самый маленький пряник. — Но больше не проси.
Остальные я переложил чистым полотенцем и сунул в карман. Они пойдут либо для чиновников, либо мне для перекуса.
— Всё, — сказал я, строго глядя на команду. — Я иду досыпать, а вы мне тут не это… Не воровать и не лезть, куда не нужно.
И только через три часа, когда солнце окончательно поднялось из-за деревьев, я открыл глаза и отклеился от кровати. На завтрак сил вообще не было. Очень хотелось кофе, но пришлось обойтись без него, и собираться в город на одних волевых усилиях. Жаль, что их нельзя апать.
К моему отъезду уже все были готовы. Особенно Бекон, который уже сидел в телеге и выжидательно смотрел на меня, но я покачал головой.
— Прости, друг, но сегодня ты остаёшься с Фёдором, — сказал я и глянул на минотавра. — Ты как, справишься без меня?
— Справлюсь, — ответил минотавр. — Огород доделаю. Дрова наколю, здесь всегда найдётся работа.