Глава 10

  Влад.

  Владимир проснулся посреди ночи...что то встревожило его, какое-то странное чувство...так, наверное, чувствуют звери, скрадываемые охотником. Он прислушался - никаких звуков...рядом сопит Маша, уткнувшись ему в подмышку...остальные женщины в избе выводят рулады носами. Тихо. Он закрыл глаза и попытался заснуть. Вдруг невероятный грохот сбросил его с постели, он вскочил, как подброшенный пружиной и нагнулся за кистенями, лежащими у постели - дверь почти слетела с петель, выбитая ударом бревна и в проём полезли бородатые ревущие рожи, оскаленные в крике. Арина в кухне завизжала и замерла на топчане, прижав руки к груди - Влад бросился к ней, схватил за руку и метнул за спину так, что она проехалась по полу и влетела в комнату Марьяны. Нападавших он встретил, держа в каждой руке по кистеню. В замкнутом пространстве ими было очень удобно биться, в отличие от тяжёлой и длинной катаны. Да и стояла она в углу, далеко - доставать некогда. Налетевшего на него щербатого парня в меховой папахе с кривой татарской саблей в руке Влад лишил его оружия, захлестнув клинок цепью и вырвав с такой силой, что тот улетел за печку и воткнулся в бревенчатую стену, прорвав тканевую обивку - отстранённо подумал - суки, испортили стену. Сабля дрожала в стене, глубоко воткнувшись, а Влад уже добивал парня ударом второго кистеня в висок. Хрясь - мозги с кровью разлетелись по комнате, забрызгав стены и белёную печь. Дзззыннь - удар шара переломил узкий меч второго нападавшего, следующий шар вбил ему в голову железную шапку. Третий перепрыгнул через тела товарищей и яростно замельтешил перед глазами Влада короткими клинками, тот вертелся ужом, уходя из под ударов, удары, направленные в туловище не доходили - то ли толстая поддевка была, то ли в раже нападавший не чувствовал боли - в общем лекарю пришлось поскакать, пока он не заметил лезущих в проём сломанной двери дополнительных 'спарринг-партнёров' и решил что это уж слишком. Влад максимально ускорил восприятие и его силуэт практически размылся в движениях - за три удара он выбил из рук противника причудливые короткие мечи и ударом перебил кадык сопернику. Тут комната ещё заполнилась народом и ему пришлось по настоящему туго - они давили его массой, нанося кучу беспорядочных ударов - вот когда он пожалел, что не взял катану, решился - отпрыгнул назад, взял её в руки...и первый же удар рассёк нападавшего до пояса. Влад быстренько оставил идею захватить кого-то в плен для допроса и уже бил просто наповал. Нападавшие попятились, видя такой страшный конец товарища, но было уже поздно - тяжёлыми круговыми горизонтальными движениям, как гигантской косой, Влад выкосил нападавших и выскочил на снег, прямо босиком. Там уже шёл бой - несколько десятков человек навалились на охрану Клиники. Клинки мелькали в свете светляков, люди перемещались между домов, как тени, сходясь, падая, снова сходясь. Семён бился у стены, повернувшись к ней спиной, держа в одной руке короткий меч, в другой дагу - бился экономно, через минуту перед ним остались два противника, потом один и он побежал прочь, впрочем ушёл недалеко - через миг дага расцвела в его спине. Кузнец, вооружённый огромной секирой, действовал как дровосек - каждый, кто становился перед ним падал, мгновенно убитый страшным ударом. Он ревел и продвигался к к избе, где лежала его жена. Выскочивший Влад едва не попал под его удар и чудом избежал страшного удара - закричал - ЭЭЭЭ! Гордей! Обалдел?! - Это я! Гордей с трудом узнал его, повернулся к нему спиной, Влад встал рядом и они пошли вместе, снося каждого, кто оказывался в пределах их досягаемости. От клиники раздался визг - из неё вытаскивали полуголых раздетых девушек, Влад бегом кинулся туда, вдруг увидел, что к избе бегут два мужика с факелами, явно не для того, чтобы посветить лекарю при написании медицинских трактатов. Влад остановился и не раздумывая ударил магией - метнул белую молнию в поджигателя - он упал, отброшенный ударом, задымился, второй уже размахнулся, чтобы кинуть факел, когда лекарь метнул катану так, что она навылет пробила тело врага и только ручка помешала ей вылететь с обратной стороны. Силой удара тот был отброшен назад, в сугроб, образовавшийся от очистки дорожек от снега, факел зашипел и погас. Влад не останавливаясь и не пробуя забрать меч кинулся на помощь похищаемым девушкам, сходу сбил кулаком попавшегося навстречу кряжистого невысокого мужичка, отбил боковым ударом в предплечье несущуюся на него шашку похитителя,, подхватил её, выпавшую из рук и ткнул его в живот. Девушка в руках врага завизжала и упала на снег, увлечённая весом вцепившегося в неё мертвеца. Он ещё не знал, что он мертвец, а потому сучил ногами в снегу, зажав вспоротый живот и пытаясь унять страшную боль. Двое похитителей напали на Влада с тяжёлыми мечами - один был с катаной - первый упал с распоротым горлом, дзыннннььь...- второй ударом меча сломал лёгкую саблю Влада, зацепил его плечо, распоров кожу и мясо. Лекарь поймал его руку, схватил правой рукой за пояс и поднатужившись, поднял и со всей силой метнул его в стену клиники так, что у того захрустели кости. Обернулся - часть захватчиков добивалась охраной, а часть бежала в лес - осталось человека четыре. Влад сосердоточился и начал как из пулемёта поливать их молниями. После сверкания белый молний на снегу остались дымящиеся трупы, от которых шёл запах озона и горелого мяса. Из нападавших не ушёл никто. Влад подошёл к трупу с торчащим из спины лезвием его катаны, выдернул меч и несколько раз воткнул в сугроб, очищая кровь и нечистоты. Затем пошёл к избе, где уже собралась куча народа. Они почему-то странно, и даже как то с ужасом глядели на него - он осмотрел себя - оказалось Влад был абсолютно гол, залитый вражеской и своей кровью, лицо было вообще демонической маской. Только теперь он почувствовал леденящий ноги холод и боль от многочисленных заживающих ран - как не берёгся, всё равно цепляли. Наверное так выглядели берсерки - подумал он - по преданиям они шли в бой голые, без одежды и брони, и не чувствовали боли. Владимир повернулся и пошёл к избе - надо было обтереть кровь и что-нибудь накинуть на себя. Конечно, может быть и интересно быть берсерком, но как то уж холодно и ноги колет снегом. Двери избы висели на одной петле, засов выдран с корнем. Видимо они начали именно с избы, или, скорее всего- одновременно напали и на клинику и на избу и на стражницкую. Непонятно было - куда смотрели дозорные, почему не подняли шум? Через полчаса всё стало ясно - дозорные лежали нашпигованные стрелами - у одного стрела торчала в голове, у другого две стрелы - в горле и сердце. Семён угрюмо посмотрел на трупы и сказал:

  - Эх, парни, парни...я же вас учил - смотрите спиной... Тела охранников унесли к стражницкой... трупы бандитов стаскивали на площадку за конюшней, подальше в лес, привязывая по несколько человек за ноги к лошади. Всё территория перед домами, дома, всё было залито кровью и забросано кусочками тел людей. В охране потерь практически не было, за исключением двух раненых - один тяжело - сабля вошла в бок, другой легко - стрела в предплечье. Когда трупы начали утаскивать в лес, перед этим раздев догола - один из раненых проявил признаки жизни, он застонал и стал шевелиться. Как оказалось, это был один из тех, кто вломился в избу Марьяны и Влада. Кузнец тут же хотел добить его, разъярённый мыслью о том, что эти негодяи могли убить его жену, но Влад остановил и приказал доставить его в клинику. Это был мужчина лет тридцати пяти, крепкий, видно было, что оружие он держать умел. Влад частично оздоровил его, приведя в состояние бодрствования, и они с Семеном допросили недобитка - надо было узнать кто они и с какой целью напали - целенаправленная акция, или же просто залётная банда, на пути которой, к несчастью, оказалась клиника. Допрос проходил очень нехорошо - бандит оказался парнем крепким и защитникам клиники пришлось прибегнуть к пыткам. Влад знал, что это неизбежно - только в дурном кино бандит вдруг проникается доверием к захватившим его и всё им повествует в лицах, или так пугается, что выудить из него информацию становится легче лёгкого, а благородные защитники отпускают его, погрозив пальцем - больше так не делай, а-яй! На деле же тут сантиментов быть не должно - выживший бандит приведёт ещё соратников, они лучше подготовятся, будет ещё кровь, смерти, так что никто его отпускать не собирался, и он об этом знал. Так зачем ему всё рассказывать? Ну да, мотивация болью. Но если человек крепкий - он может и вытерпеть, а с определённого порога боль отступает и настаёт беспамятство. Притом что разбойник не верил, что эти ботаники окажутся искусными в пытке - так думал Влад. Бандит ошибался. Вначале Влад безучастно смотрел, как Семён тыкал ножом в привязанного к столу человека, беспрерывно и монотонно спрашивая:

  - Кто вы, откуда, говори...кто вы откуда, говори... Тот только рычал и ругался. Затем Владимир не выдержал, он понял, что тот сдохнет, а не скажет - истечёт кровью, отодвинул Семёна и подошёл в столу. Бандит смотрел на него с насмешкой - в нём было что то от викингов - пренебрежение к смерти, наверное...он знал, что умрёт, но не собирался чего-то просить от людей, победивших его. Влад ещё подумал - возможно у него сильно повышен порог болевой чувствительности, вот он и выдерживает всё так стоически. Что же, сейчас посмотрим, как устоит против мага.

  - Слушай, рожа, я магик, лекарь, я знаю как тебе сделать очень больно. Ты не умрёшь. Я буду лечить тебя и пытать снова и снова. Ты превратишься в обрубок, мы отрежем тебе ноги, руки, уши. Но ты будешь жить. Ты будешь валяться со свиньями, в дерьме, обрубком, тебя будут кормить и я буду срезать с твоего тела мяса снова и снова, пока не узнаю всё, что мне надо. Ты будешь умирать годами. Пока не скажешь мне всё, что я хочу знать. Я сделаю так, что твоя боль увеличится в сто раз и ты будешь визжать от боли и срать под себя, но это тебе не поможет. Или же - мы заключим с тобой соглашение - ты умрёшь быстро, чисто, я просто остановлю тебе сердце и ты уснёшь. Выбирай - умереть с честью, чисто, как воину, или под страшными муками, в говне и грязи. Никто не увидит твоей смерти, никто не узнает как ты умер - останутся только боль и ты будешь умолять тебя убить, но будет поздно. Я даю тебе подумать сто ударов сердца, потом мы приступим к настоящим пыткам. Думай. Влад отошёл к Семёну, стоящему поодаль у топчанов девушек - они отправили их отмывать дома и прибираться - начальник охраны стоял бледный - он негромко сказал:

  - А вы страшный человек, господин лекарь. Не хотел бы я становиться на вашем пути. Влад остро глянул ему в глаза и мягким голосом произнёс:

  - А ты и не становись, Семён, не надо...

   Со стола раздался голос разбойника:

  - Хорошо. Я расскажу вам. Я верю тебе, лекарь. Ты победил. Спрашивай.

  Через полчаса Влад и его начальник охраны уже знали - кто посетил их дом. Это были остатки банды, которую перебил некогда Владимир. Это было не страшно - теперь они знали. Где лагерь бандитов - они оставили лошадей в трёх верстах отсюда и добить совсем эту банду было легко. Худо было другое - произошла утечка информации от охраны клиники и за Марьяной были посланы в погоню люди. Её ждала на тракте засада. Каждая собака знала, что она едет нанимать строителей для постройки зданий, ну а сложить два и два - ничего сложного нет. Ясно, что она не пустая поехала, и даже примерное расположение казны видели - мешок был довольно тяжёлым и его загружали под сидение возка. Навёл же банду тот охранник, что струсил идти вместе с Владом и Семёном освобождать Марьяну. Видимо, помыкавшись - охранника с запятнанной репутацией никто не хотел брать, они и оказался в банде. Тут у него оставался приятель, с которым они общались, и в трактире, за кружкой пива, тот ему всё и выболтал. Дальше было дело техники - отследили выезд Марьяны - заодно и ухудшилась охрана территории, тут и деньги, тут и бабы, и продукты - всё, что нужно разбойнику. И не только. Постовых сняли легко - расположение постов тоже было известно, а снимали часовых лесные охотники, прибившиеся к банде - из какого то народа, который они называли 'меря'. Они специалисты по скрадыванию зверя...вот и скрали. Так что - нападение было не делом рук Борислава - как и предполагал Влад - для этого ещё было рано. Умер бандит легко - как ему и обещали. После допроса Семён и Влад собрали охранников - кроме раненых, они уже были переведены в клинику и ждали лечения, Семён подошёл к одному охраннику, не ожидавшему ничего плохого и молча сильно ударил его в лицо. Тот упал, Семён несколько раз сильно пнул его ногой, потом спросил:

  - Знаешь, за что? Тот ответил, захлёбываясь кровью и зажавшись:

  - Нет, за что бьёшь? Что я сделал?

  - Ты всех нас подставил, своим дурацким языком. Ты выболтал Никифору в трактире об клинике, о том, что госпожа Марьяна уезжает. И поэтому они и напали. И теперь неизвестно - жива госпожа Марьяна или нет. Ты нарушил правило - не болтать, ничего не рассказывать посторонним о службе, о тех, у кого работаешь. В результате погибли двое наших товарищей. И, возможно, ещё двое. Вот результат твоей преступной глупости. Я бы убил тебя. Но господин Влад настоял, чтобы тебе сохранили жизнь. Но ты будешь наказан. Во-первых я лишаю тебя месячной платы, она будет отправлена семьям погибших, а во вторых - тебе двадцать плетей. Поднимите его и привяжите к столбу. Бойцы подняли провинившегося и потащили к коновязи. Семён достал плётку, которой погонял лошадей и начал методично наносить удары по спине бойца. Тот скрипел зубами. Но молчал - он и сам понимал, что провинился и был рад, что хотя бы не убили. Влад поспешил домой, на душе у него было тяжко...

   Дома хлопотали Маша и Арина. Время было ночное, глухое, но уже ближе к утру, он на глаз определил - где-то часов пять утра. Впрочем - он мог и ошибаться.

  - Девчонки - помогите, давайте-ка я помоюсь, да мне надо съездить на тракт - он разделся, встал в корыто и стал отмываться от засохшей на нём крови - вода сразу стала красной, а Маша побежала за порог - её вырвало. Арина начала матерно ругать девку, та заплакала - Влад прекратил все дрязги, приказав достать из сундука нижнее бельё и чистые штаны. Пока он вытирался, пришёл Семён:

  - Господин Влад, я предлагаю съездить на тракт, к трактиру и послушать, что там слышали о происшествиях на тракте. Купцы везде ездят, точно что знают.

  -Да я уже собираюсь, Семён, как видишь. К тому же выводу пришёл. Сейчас оденусь и поедем. Пусть седлают лошадей. Оставь здесь половину бойцов. Остальных со мной. По дороге навестим лагерь бандитов - они там оставили двух человек, так что нам много народа не потребуется. А лошади пригодятся. Впрочем - бери всех. Пусть тут останется кузнец и Олег Панфилов. Как, кстати, он там сегодня? Не перепугался?

  - Ну как не перепугался...дураки только не боятся. Но вёл себя достойно, одного нападавшего убил, одного ранил. Блевал минут десять - в общем всё нормально. Кузнец - конечно, зверь-зверина. Сильный мужик. Не сильней вас, конечно - он покосился на мощную жилистую фигуру Влада - но очень силён. Я думаю сегодня больше нападений не будет, но скажу, чтобы были наготове на всякий случай. Ну я пошёл...да - забыл - полечите этого дурака - я его плетью сильно отходил. Спина кровит. А нам каждый боец на счету. Он хоть и дурной, но без злого умысла болтал, теперь будет умнее.

  - Хорошо, я зайду к вам, как оденусь. Семён ушёл, а Влад натянул нижнее бельё и присел у стола. Он вдруг ощутил, что в спину упёрся чей-то взгляд - Влад усмехнулся - видимо это Семён называл 'видеть спиной':

  - Как вы, госпожа? Не испугались?

  - Да я же не дура - испугалась, конечно.

  Влад засмеялся:

  - А подслушивать нехорошо!

  - А кто сказал, что нехорошо? Те, кого подслушали?

  Влад снова посмеялся - вы мне напомнили своим острым язычком кое-кого...он сразу погрустнел, а женщина, поняв его сказала:

  - Я уверена, что всё нормально будет. Она не такая женщина, чтобы пропасть, не думайте. Вот чувствую. Что хорошо всё будет, и всё тут.

  - Ваши слова бы богу в уши. Ну, мне пора - я мужа пришлю к вам, пусть посидит тут. И мне спокойнее, и вам веселее. Вас кормили сегодня?

  - Да кормили, как на убой кормят! Мне кажется, что я телок для заклания, которого откармливают. Скоро в дверь не пролезу.

  - Ничего, нормально всё. Ешьте, даже через силу, вы обязаны много есть, иначе выздоравливать долго будете. Ну-ка я вас посмотрю...

   Влад подошёл к больной, осмотрел её визуально, потом магическим зрением - организм хорошо справлялся с болезнью, баланс выровнялся. Он ещё подкачал энергии в ауру - на всякий случай. Потом пошёл к себе. Быстро оделся и вышел, сопровождаемый взглядами девушек. Прошагав по дорожке, усеянной пятнами крови, Влад толкнул дверь стражницкой. На топчане, лицом вниз лежал парень, по пояс голый и с спиной изборождённой рубцами, сочащимися кровью. Он подошёл, вошёл в транс и не применяя обезболивания (умнее будет впредь!) начал лечение. Рубцы быстро затянулись, спина очистилась, а парень замычал, уткнувшись в матрас. Через пять минут всё закончилось и провинившийся был здоров. Потом Влад сходил и в течении двадцати минут вылечил раненых стражников. Ещё через пятнадцать минут Влад, Семён и пятеро охранников рысью неслись по дороге. Сегодня на дороге было пусто - на лечение пока никто не ехал, да и рано ещё было - только-только начало светать. Морозец был слабым - чем дальше к весне, тем морозы становились слабее, кроме того, Влад давно определил, что примерно, если судить по климатической зоне, это был где-то район Карпат - то есть такой-же мягкий климат, слабоморозные зимы и жирные почвы. Хотя это сравнение было некорректно - и материк, и весь мир был другой.. Кони быстро топали по дороге, иногда срываясь в галоп, наконец отряд подъехал к тому месту, где можно было оставить лошадей, заведя их в лес - небольшой лощинке и пешком отправиться к лагерю бандитов. Ну, лагерь, сказано громко - просто временное прибежище, там оставлены кони и двое охранников. Влад не мудрствуя лукаво и не занимаясь спаррингом со супостатами просто спалил их двумя молниями, чем сильно взволновал лошадей, привязанных к деревьям - кони бились, хрипели и брыкались, почувствовав запах горелого мяса и будучи напуганы вспышкой. В конце концов они успокоились, кроме одной лошади, которая унеслась в лес хрипя и мотая башкой оторванным поводьями. Догонять её не стали, решив, что лучше потерять одну лошадь, чем ломать ноги на буреломе другой лошади, да ещё и шею себе, падая на сосну. Семён и Влад оставили бойцов с конями, приказав отогнать в клинику, сами же отправились к своим лошадям. Скоро они неслись по дороге на тракт.

   Через час рыси, переходящей в галоп, всадники подъехали к тракту. Возле водоёма- что то вроде пруда или озера, питаемого небольшой речкой - стоял трактир Усталая Лошадь. Изыском он не отличался, но это был единственный трактир на все ближайшие сёла, а также на пятьдесят вёрст тракта, посему в нём всегда был народ, хотя его кухня и питиё оставляло желать лучшего. С утра он был ещё пуст, только у двух столов сидели проезжие купцы, спозаранок собирающиеся в дорогу. Влад заказал себе и спутнику пива, попросил посветлее и полегче - он не любил горчащего тёмного варева, что тут называли пивом. Потом подумал и заказал тушёной зайчатины с капустой. Тёмное мясо оказалось неожиданно вкусным - с приправами и перцем, Влад ел и прислушивался в разговорам за столами. Внезапно, услышал что то типа 'и мёртвые с косами стоять!' - купцы обсуждали трупы, наваленные возле дороги и полуобъеденные зверьём. Влад не выдержал, обернулся к ним и спросил:

  - Господа, не сочтите за навязчивость, что там за история с трупами? Мы собираемся ехать в Лазутин, как там, дорога спокойна? А то такие ужасы рассказываете...Влад усмехнулся.

  - А вы не смейтесь, господин хороший, там навалено на дороге - как война была - купец снизил голос - мне по секрету рассказали, что там лихие люди напали на какую-то даму с двумя охранниками, так они всех положили, а сами дальше поехали как ни в чём не бывало. А людей тех лежит штук сто! А может тыщу! Говорят - магичка была. Сама всех побила.

  - Ну уж тыщу - подначил Влад, а у самого внутри всё пело: живая! Живая Марьяна! - и что бы баба всех побила...хмммм.....и он недоверчиво пожал плечами. Вмешался второй купец:

  - Ну тыщу - не тыщу, а вот человек тридцать-сорок наверное положили. И в основном баба, точно. Я с командиром охраны славой разговаривал в 'Сломанном кнуте', он их подобрал на дороге - баба та цела осталась, а вот охранников побили крепко. Но она порубила пол-отряда лихих людей, не меньше, это точно. Влад про себя подумал - как хорошо что я ей меч дал и бельё непробиваемое...ой я молодец, ой голова! Они переглянулись с Семёном и лекарь спросил:

  - И что, раненые охранники умерли?

  - Да нет, она магичка сильная оказалась, она их в трактире вылечила, мне сказали. Вот такие дела. Разбойников побили, теперь долго никто не сунется. Так что, дорога свободна, можно спокойно ехать.

  - Спасибо, господа, за рассказ, удачной вам поездки и хорошей прибыли. Купцы важно поблагодарили учтивых господ, а Влад с Семёном, расплатившись, вышли наружу. Влад потянулся, его распирала радость -только сейчас он понял, как дорогА ему Марьяна и он страшно боялся её потерять - остаться одному, в этом чужом мире, без друга... Он с удовольствием расправил плечи, потянулся и обвёл взглядом окрестности. Тракт проходил вдоль речки, место у озера было укрыто от ветра, вокруг стояли леса, вдоль реки - заливные луга - он подумал - вот бы тут сделать Клинику! Семён посмотрел на него, Влад усмехнулся - тоже об этом подумал? Да, великолепное место. Тут бы Клинику поставить...интересно, кому эта земля принадлежит?

  - Ну как кому - удивлённо посмотрел на него Семён - магистрату Лазутина. Вся земля на полверсты от тракта принадлежит магистрату. На полсотни вёрст по тракту. И сдаётся в аренду, или продаётся желающим - ну у кого мошна тугая - земля тут очень дорогая. Неужели не знали?

  - Да не знал - тьфу ты чёрт - надо было Марьяне сказать чтобы узнала, может пробить сумеет - что и почём. Мы-то там на земле графа сидим, помрёт - могут нас подвинуть. Лучше свою землю иметь. Да и на тракте лучше...и трактир тут можно сварганить...получше этого. Может догадается?

  Ладно, давай домой - узнали что хотели и надо дела доделывать. Погнали!

  Они отвязали лошадей от коновязи, вскочили в сёдла и рысью пошли в обратный путь...

  Марьяна.

   Утро встретило Марьяну лёгким морозцем, в комнате немного настыло. Она дрожа выбралась из-под тёплого одеяла, опять на всякий случай надела непробиваемое бельё, надела тёплые кофты и юбки, на пояс повесила меч - ножны ещё вчера Степан достал из возка. Хотела умыться - но вода в корыте была холодной, да и грязной. Передумала, схватила мешок с деньгами, баул с вещами и потащилась вниз. Ребята-охранники уже сидели за столом и хлебали горячий фруктовый узвар. Марьяне есть не хотелось, но она заказала завтрак на себя и на них - себе взяла только два яйца всмятку, которые по причине своей мягкости и скользкости легко были переправлены в желудок. Она с завистью поглядела на бойцов, которые уминали жареную свинину, как будто год не ели - сама она с утра ничего не хотела. Славы рядом не было, он где-то бегал по делам, но необходимости в дальнейших разговорах она не испытывала - всё уже сказано, теперь дела, а не слова. Через полчаса их лошади бодро топали по укатанной дороге в сторону Лазутина. Неожиданностей не предвиделось, тем более, что места эти были очень оживлённые, часто навстречу попадались конные и пешие, уже чувствовалось приближение города. Город Лазутин был небольшой - по меркам Влада, а по меркам Марьяны вполне даже крупный центр, с населением в тридцать тысяч человек. И эти человеки считались по половозрелым взрослым мужчинам - то есть на самом деле он был гораздо населённее. Ну так исстари повелось, что население считалось только по мужчинам. Марьяна как то не задумывалась над этим и только когда как то Влад удивился такому исчислению - она подумала - а правда - что, бабы не люди что ли, почему их не учитывают?

  Ворота Лазутина встретили их обычным постом стражников, досматривающих повозки и собирающих плату за въезд в город. Одного из трёх стражников на воротах она знала - хотя узнала с трудом - так он распоролся на тихой и сытной службе. Из двадцатилетнего худого мальчишки превратившись в совершеннейшего борова лет пятидесяти - из-за разгульной жизни, наверное. Он не узнал Марьяну, хотя когда-то приходил к ней лечиться, когда она ещё держала лавку на Цветочной улице. Марьяна не стала напоминать ему о себе, заплатила входную пошлину за себя из а своих охранников - у стражи, как обычно, не нашлось сдачи с золотого, и вот сани со скрипом несутся по брусчатой улице - снег местами вытаял от выплёскиваемых на мостовую помоев и как всегда Марьяна с раздражением вдохнула сладкий запах помоев, мочи и тлена. Насколько же всё-таки более здоровый воздух в клинике, чем тут - подумала она. Наконец их сани подъехали к гостинице, оттуда выбежал мальчишка- конюх, принимая их лошадей, сани загнали во двор, под навес, укрыли брезентом и сопровождаемая охранниками Марьяна поднялась в тот номер, что ей предоставили хозяева гостиницы. Конечно, он отличался от трактирных помещений - спальня обита шёлковой тканью. Кровать с периной под узорчатым балдахином. Вторая комната с настоящим унитазом и медной начищенной ванной - правда, в которую. Всё равно надо было таскать воду вручную, но зато сливалась она через дырку в днище - потом вся грязная вода и нечистоты отправлялись по трубам из гостиницы в канавы по сторонам мостовой. И оттуда уже в реку...

  Марьяне тут же захотелось залезть в ванну и понежиться в ней, после поездки, но она переборола себя, спрятала мешок с деньгами (честно говоря, ей страшно надоело с ним таскаться, тем более что он был объёмистый и тяжёлый) и пошла вниз, в обеденный зал. Охранники сидели там, ожидая её. Она быстро с ними вместе перекусила, затем отправила их наверх, чтобы они внимательно следили за её номером по очереди - один будет отдыхать, другой следить. Им она тоже сняла номер на двоих, вполне приличный. После этого Марьяна отправилась в город. С собой она взяла только небольшой мешочек с деньгами. Первым пунктом её посещения был собор святой Иросафилы, где настоятелем был отец Пафнутий. И магическая школа, и собор были достаточно близко от гостиницы, где она остановилась, потому ей не пришлось долго идти. Златоглавый собор вырос из-за поворота, как будто кто то кинул вниз красивую игрушку - она даже залюбовалась сиянием куполов. До вечерни ещё было много времени, и Марьяна знала где найти настоятеля - он в это время обычно находился у себя дома, позади собора. Она подошла к воротам и с силой начала бить в них кулаком так, что они затряслись. После минуты таких упражнений, в откинутое окошко ворот выглянул недовольный толстый монах и с неудовольствием спросил:

  - Вы чего, госпожа шумите? Отец настоятель почивать изволят и будить не велел.

  - Давай буди его. Дело важное к нему.

  - Не могу - невозмутимо сказал монах. Не велено. И стал закрывать окошко.

  Марьяна взревела в ярости:

  - Ты, помесь осла и ящерицы, если ты не доложишь Пафнутию, он тебя отлучит от церкви. А раньше, я напущу на тебя такую порчу, что ты будешь чёрным поносом дристать, пока не скончаешься в луже своего дерьма, козёл безрогий! Быстро давай Пафнутия сюда!

  Испуганное лицо монаха исчезло и через минут десять послышался дрожащий голос:

  - Кто, кто мешает моей послеобеденной молитве! Какой нечестивый человек требует от старого, больного священника, молящегося за всех нечестивых граждан этого города о их прощении, отвлечься от святого дела?

  В окошко показалось лицо довольно-таки бодренького круглолицего человечка, с красным носом и хитрыми маленькими глазками:

  - Кто побеспокоил меня и напугал моего Анафима?

  - Открывай, Пафнутий, разговор есть на тысячу золотых.

  - На тысячу? - за воротами загромыхало, отодвинулся засов и Марьяна скользнула на широкий двор. Пафнутий вгляделся в лицо красивой дамы:

  - Вы кто, госпожа? Я вас знаю? Мне кажется, я где-то вас встречал!

  - Пафнутий, это же я, Марьяна. Забыл, как я тебе причиндалы лечила?

  - Тихо, тихо - Пафнутий оглянулся на стоящего невдалеке монаха - ну чего ты расшумелась. Тысячу так тысячу - пошли разговоривать. Ну что за привычка во дворе дела решать. Эй, Анафим, принеси нам вина монастырского да сыра, два смотри гадёныш - отопьёшь по дороге - я тебя поставлю на поклоны на весь вечер. И ещё - бери вино не слева, для прихожан, а из - за корзин, в правом углу. Ну пошли, Марьяна.

  Они вошли по широкой каменной лестнице на длинную, украшенную цветными стёклами веранду, прошли по ней к светлой, теплой комнате, где гудела огнём печь, украшенная цветными изразцами и уселись за столом, накрытым белой скатертью, с кружевами по краю. Марьяна огляделась

  - Хорошо устроился ты, Пафнутий...я ещё помню, когда ты был молодым худым священником..а теперь вон какой дородный да важный.

  - Молитвами моих прихожан да скромными подношениями живу, как нищий, всё о душах их молюсь денно и нощно... Монах принёс бутыль, нарезанный сыр на блюде...Пафнутий внимательно осмотрел пробку бутылки и кивком отослал его, крикнув:

  -Дверь прикрой, аспид. Вечно уши развешиваешь, подслух нечестивый!

  - Ну, привет, Марьяна - уже нормальным голосом сказал Пафнутий и остро взглянул на неё.- Молодо ты выглядишь что то, если бы не твоё нахальство, я бы тебя и не узнал. Помню, как ты крыла моего Афанасия двадцать лет назад... как это ты омолодилась-то? Или секрет?

  - Свежий воздух, правильное питание, никаких волнений - вот и секрет вечной молодости! Пафнутий, ну чего ты ерунду спрашиваешь - я ведь магичка и лекарка, у нас есть свои секреты, за которые могут нам и голову снести если выдадим. Понимаешь?

  - Понимаю. Ладно. Давай вот винца попробуй, а потом и к делу перейдём. Он разлил красное густое вино по бокалам, отпили, Марьяна нарочито восхищённо промычала - УУУУ - для себя ты хорошее вино бережёшь, а для причастия небось опять опивки в трактире покупаешь? Пафнутий засмеялся:

  - Наветы! Наветы друзей Лукавого и завистников, коих много у благочестивого и боголюбивого священника!

  - Угу... помню как на тебя напраслину возвели три прихожанки. В одно и то же время забеременевшие - наверное от святого духа...а проводником зачатия ты был, вроде, а? Силён был, кобель...сколько по городу твоих отпрысков бегает? Пафнутий поперхнулся вином, закашлялся, смеясь в кулак...

  - Увы, Марьяна, теперь староват стал...- он грустно потупился...теперь аспиды женского рода денег требуют...нравы испортились, народ стал корыстным - такие молодые девушки и такие деньголюбивые...увы. Так что там говорила о тысяче золотых? Что за эти деньги надо будет сделать? Убить Анафима? Поджечь собор? - он перекрестился на образа в углу и сказал - прости Господи нечестивого.

  - Нет. Всё проще. Один мой знакомый потерял метрики свои. Надо вписать его в церковную книгу...у тебя же хранятся все книги, за несколько сотен лет? Надо будет стереть одну запись и сделать на её месте другую. И выдать справку для магистрата, датированную тем временем. Даю тысячу золотых. Идёт? По рукам?

  - Полторы тысячи. Сложное дело - вытравлять надпись...писать опять же...так и вгоняешь меня в геенну бездны, буду я из-за тебя гореть на сковороде адовой! Так хоть тут порадоваться. Столько трат, столько расходов - он повысил голос и крикнул в сторону двери - одни эти дармоеды служки сколько сжирают! Жрут и жрут в три горла, бездельники! - потом тихо сказал - полторы и по рукам.

  - Ну ты зажрался...совсем обнаглел - тысяча двести.

  - Мне надо поддерживать свою троюродную племянницу...девочка бедная на моём содержании...страдает...тысяча четыреста!

  - Ну ты зараза, я может в одном платье хожу уже два года, а ты девок в золоте купаешь - тысяча триста и по рукам!

  - Ладно, грабь несчастного старика, пей мою кровь нечестивка, накажет тебя Господь за то что обижаешь сирого и убогого...тысяча триста пятьдесят и по рукам!

  - Ладно, ладно, хрен с тобой. Давай бери бумагу и пиши данные человека.

  - Ну вот другое дело! - эй, Анафим, хрен тебе в дышло, неси бумагу, перо и чернила, лишенец! Совсем распустились, мышей не ловят! Монах принёс требуемое, они дождались, когда Анафим уйдёт, Пафнутий взял в руки перо, макнул его в чернильницу - давай.

  - Влад Вольга. Отец Станила Вольга, лекарь. Мать Бажена Вольга, домохозяйка. Уроженцы села Крутоярова.

  Это не то село, что вымерло сто лет назад под Лазутиным во время чумы? Его ещё выжгли всё, заразу искореняли...

  - То, то. Поставишь год рождения за десять лет до чумы. Когда будет готово?

  - Давай завтра, после полудня, два часа пополудни. Аванс дашь? Марьяна уничижительно посмотрела на Пафнутия.

  - Ну ладно, ладно, завтра с деньгами приходи и всё будет.

  Они попрощались. Пафнутий обнял Марьяну, излишне горячо расцеловал и как бы ненароком придержал её за тугую попу - она хлопнула по шаловливой руке, а он сделал невинные томные глазки и как бы ничего не заметил. Скоро Марьяна шагала по улице с удовольствием отмечая - дело пошло. Через двадцать минут она подошла к зданию Школы Магии. С удивлением Марьяна ощутила какое-то волнение - всё-таки она училась здесь три года, не самые худшие её годы. Она была молода, честолюбива, казалось - вот теперь она магичка, лекарка и весь мир у неё в кармане. Оказалось - что способности у неё посредственные, лекарское дело у простой лекарки не такое уж прибыльное, а принцы на белых конях не спешат появляться на Цветочной улице - больше кожевенники в вонючей, пропахшей гнилыми кожами и химикатами, одежде (как она ненавидела этот запах - так всегда пах её отец, грубый и чёрствый человек), торговцы, проститутки. Кстати - проститутки и их клиенты были самыми выгодными для неё - имели деньги и платили как следует.

   Но всё-таки она не жалела, что стала магичкой - кусок хлеба у неё был всегда, а вот теперь...теперь она была вообще в порядке. Глубоко вздохнув, Марьяна потянула на себя большую, в полтора человеческих роста дубовую тяжёлую дверь...ручка двери была отполирована тысячами рук, сотни лет полировали её...

   Вестибюль встретил её широкой каменной лестницей, с углублениями на ступенях, выбитых десятками и сотнями тысяч ног и неизменным запахом туалета, несущимся из-под лестнице. Там всегда был засор из-за того, что тупоголовые учащиеся кидали в унитазы всякую дрянь, потому излияния нечистот на пол не были редким событием. Марьяна поднялась в длинный коридор, из которого высокие, крашеные двери вели в учебные классы. При Магической Школе было своё общежитие, но Марьяна жила дома - до дома отсюда было 10 минут ходьбы. Как давно это было...казалось только вчера она покинула стены этого заведения, но прошло уже сто лет...где её бывшие соученики - кто знает. Она грустно улыбнулась и тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Потом решительным шагом зашагала в дальний конец кабинета где на дубовой двери было написано 'Марина Гржимельская, директор' Марина была троюродной тёткой Марьяны, ну так. Седьмая вода на киселе - она была родом откуда-то из-за границы и заняла свой пост по знакомству, удачно соблазнив кого-то из высших сфер - тогда она была ещё довольно интересной женщиной. Тётей же Марьяне была постольку поскольку, что её двоюродный дядя женился на ней...впрочем неудачно, так как она, по слухам, за считанные годы свела его в могилу безудержным сексуальным темпераментом. Проще говоря - затрахала его до смерти. За каковой темперамент и ценили её...покровители. Вот к ней-то и шла сейчас Марьяна. С Мариной она могла разговаривать совершенно спокойно, так как ещё во время учёбы в школе у них сложились вполне дружеские отношения. Кроме того - всё-таки родственные связи чего-нибудь да значат. Ну и Марьяна знала - КАК та любит деньги. Кроме денег - Марина больше всего любила только себя.

  Марьяна постучала в дверь, из-за неё ответил знакомый голос и она вошла в кабинет директора. Там мало что изменилось. Кроме того, что прибавилось на стенах различных грамот, наград и пожалований, даденных директору за отличную подготовку...умение...бла бла бла....Марина очень любила эти вымпелы и всегда показывала их всем комиссиям.

  Директор сидела за столом, не сразу подняла голову, изобразив, что очень занята и ей срочно надо писать, потом важно и надменно взглянула на вошедшую и спросила:

  - Что вам нужно, сударыня?

  Марьяна подошла и села на стул перед столом директорши, и стала внимательно рассматривать лицо, руки, плечи Марины. Время ту тоже не пощадило - когда Марьяне было двадцать лет, Марине стукнуло тридцать пять. Для магика это не возраст...но теперь, уже никто не назвал бы Марину миленькой и не заподозрил бы, что когда-то её называли Огненная Кобыла. Перед Марьяной сидела пожилая дама, с элегантно зачёсанными волосами, в хорошем дорогом платье. Руки её уже были с морщинами, как и шея - как ни молодись - шея всегда выкажет возраст. Директорша внимательно всмотрелась в лицо пришедшей, в глазах возник огонёк узнавания, потом она мотнула головой - нет, не может быть и тогда она снова спросила:

  -Так кто вы, что вам угодно?

  -Привет, Марина, не узнаёшь?

  - Не может быть! Марьяна, ты? Как, как ты смогла так сохраниться? Как? Боже мой...боже мой... Она долго не могла успокоиться, пыталась всё узнать, каким способом Марьяна сохранила молодость и красоту, та её чего-то плела о природе, травах и хорошем здоровье, она ни одному слову не верила - что было немудрено - ведь дура не смогла бы удержаться на посту директора магической школы больше ста лет! Наконец они перешли к сути дела.

  - Марина, мне от тебя нужна помощь. Тебе это будет очень выгодно. Мне нужен для одного человека диплом об окончании этой школы. Диплом настоящий, с печатями, с регистрацией. Будет хорошая оплата, как и сколько ты скажешь. Можешь сделать? Диплом должен быть датирован примерно моим годом выпуска. Тогда как раз неразбериха была, чума, так будет проще. Сколько это будет стоить?

  - Я не знаю. Я такого не делаю. Мне хватает на жизнь вполне, зачем мне эти волнения, стараться...я так понимаю - это твой мужчина?

  - Ну можно сказать и так... Он магик, но не может работать в гильдии - нет диплома.

  - Да я поняла всё. Но ты представляешь, сколько это будет стоить? Надо и в магистрате зарегистрировать, и в канцелярии школы, много инстанций пройти... в общем - восемь тысяч золотых. И задаток вперёд - тысячу. На расходы. Что, сможешь? Торга не будет, это дело серьёзное. И ещё - нужна капля крови этого человека для внесения в печать - ну ты знаешь - ауру нанести.

  - Хорошо. Я согласна. Сколько времени займёт дело? Директриса начала считать, загибая пальцы и шевеля губами:

  -Если сегодня задаток будет у меня, то через три дня будет готово. То есть - без сегодняшнего дня. Кровь есть?

  - Есть, вот - Марьяна достала заранее приготовленный платочек с накапанной на него кровью Влада. - тысячу золотых тебе принесут сегодня до вечера, я пришлю охранника. Запиши имя: Влад Вольга. Ну всё, я буду у тебя через три дня. С деньгами. Не подведи, ладно? Марьяна вышла из кабинета, прикрыв за собой дверь. Ещё одна проблема решена - Марина жадная до денег, землю рыть будет. Вообще - думалось, что она больше запросит.

   Марьяна вышла из Школы и зашагала к гостинице - на сегодня хватит дел. Отдыхать. С гильдиями она займётся завтра.