Глава 36. Разговор с Тинголом, или о том, что магия — это не только лечить

После визита Торна Лена не находила себе места. Она металась по избе, как тот самый маятник, который в её мире измерял время, а в этом — только нагнетал атмосферу. Коты на печи синхронно поворачивали головы, следя за её перемещениями, и явно начинали подозревать, что хозяйка сошла с ума.

— Ты чего? — спросил Тингол, отрываясь от блокнота. — Пятый круг наматываешь.

— Думаю.

— О чём?

— О Торне. О том, что он сказал. О том, что будет дальше.

Тингол отложил блокнот и посмотрел на неё серьёзно. В его глазах мелькнуло что-то, чего Лена раньше не замечала — не эльфийская отстранённость, а настоящая, живая тревога.

— И к каким выводам пришла?

Лена остановилась посреди избы.

— Может, мне как дед — уйти из Гильдии совсем? — выпалила она. — Плюнуть на все их ранги, на их правила, на их слежку. Жить здесь, лечить, и плевать я хотела на их магическую иерархию.

Тингол молчал долго. Очень долго. Так долго, что Лена уже решила — он не ответит.

— Можешь, — сказал он наконец. — Но тогда ты потеряешь магическую поддержку.

— В смысле? — Лена нахмурилась. — Какую ещё поддержку? Я и так без неё живу.

— Не совсем. — Тингол встал и подошёл к окну, будто искал там слова. — Ты думаешь, магия — это просто способность лечить руками?

— Ну... да. А что ещё?

— Это всё, — эльф повернулся к ней. — И одновременно не совсем всё.

— Тингол, не философствуй. Говори прямо.

Он вздохнул и сел обратно за стол.

— Лекари — это тоже маги, Лиррэ. Просто без способности убивать. Но магия — она не только в даре. Она в самом существовании. В том, как устроен мир. В том, что маги связаны между собой. Магическая сеть, невидимая, но реальная. Все маги империи, все, кто состоит в Гильдиях, получают от неё подпитку. Это как... ну, как дышать воздухом, который становится чище, когда рядом есть другие.

— А если нет других?

— Тогда ты дышишь тем, что есть. — Эльф развёл руками. — Твой дар никуда не денется. Ты сможешь лечить. Сможешь использовать магию. Но... Если уйти из гильдии — выпадаешь из сети. Маги живут дольше обычных людей. Не бесконечно, но дольше.

— И сколько я проживу?

— Как обычный человек. — Эльф пожал плечами. — Семьдесят, может, восемьдесят лет, если повезёт.

Лена молчала. Она никогда не думала о магии в таком ключе. Для неё магия была инструментом — как скальпель, как отвар, как руки. А оказывается, это ещё и...

— А дед? — спросила она. — Дед же ушёл из Гильдии. И прожил триста лет!

— Дед — исключение, — вздохнул Тингол. — Он был уникален. Его дар был настолько силён, что он сам себя поддерживал. К тому же, когда он ушёл из Гильдии ему уже было больше двухсот лет.

— А я?

— А ты — только начинаешь. — Эльф посмотрел на неё с той же серьёзностью. — Ты сильная, Лиррэ. Очень сильная. Но ты не дед. Может, через сотню лет, если будешь развивать дар ты станешь такой же ка дед... но без поддержки ты не проживёшь эту сотню.

Лена опустилась на лавку. Коты, почувствовав её состояние, спрыгнули с печи и устроились рядом — рыжий под боком, двое других у ног.

— Вот это поворот, — пробормотала она. — Я думала, магия — это просто лечить. А оно вон как...

— Магия — это жизнь, — тихо сказал Тингол. — И жизнь — это магия. Они связаны. В этом мире — точно.

— Почему ты раньше не рассказал?

— Ты не спрашивала. — Он развёл руками. — Для местных это азбука. А ты...

— А я не местная.

Лена замолчала. В голове крутились мысли. Тридцать лет. Сорок. Пятьдесят. Всего одна человеческая жизнь. А потом — всё.

— А Корвус? — спросила она вдруг. — Сколько ему?

— Корвусу? — Тингол задумался. — Около трёхсот, наверное. Может, чуть больше. Он маг первого ранга. Они живут долго.

— А если я порву с Гильдией... мы с ним...

— Вы будете жить в разных временах, — закончил эльф. — Ты постареешь, а он останется таким же. Это тяжело. Очень тяжело.

— Он поэтому ушёл? — Лена подняла глаза. — Чтобы не смотреть на это? Ведь он же не знает, что меня приняли в гильдию.

— Не знаю. — Тингол покачал головой. — Может, и поэтому. Но скорее — чтобы разобраться в себе. Если он выберет тебя, тогда ему придётся принять, что ты не будешь жить вечно.

— Жестоко.

— Это жизнь. — Эльф вздохнул. — В этом мире всё имеет цену.

Лена сидела и смотрела в одну точку. Рыжий кот тёрся о её руку, требуя внимания. Она машинально гладила его, но мысли были далеко.

— Тингол, — позвала она.

— М?

— А ты? Ты же эльф. Тебе двести лет, сколько ещё проживёшь?

— Тысячи две. — Он усмехнулся. — Если не убьют.

— И ты тоже будешь смотреть, как я старею?

— Буду. — Тингол кивнул. — И записывать. Для истории.

Лена фыркнула.

— Дурак ты, Тингол.

— Я эльф. — Он улыбнулся. — Это моя работа.

Они помолчали.

— Значит, если я останусь в Гильдии, — медленно сказала Лена, — я буду жить дольше?

— Будешь. Но от их контроля никуда не деться.

— А если уйду — буду свободна, но умру быстро?

— Примерно так.

— Гадость какая.

— Согласен.

Лена вздохнула.

— И что мне выбирать?

— Не знаю. — Тингол посмотрел на неё серьёзно. — Это твой выбор, Лиррэ. Никто не сделает его за тебя.

— А ты что бы выбрал?

— Я эльф. — Он пожал плечами. — У нас другие ценности. Мы выбираем свободу. Но мы живём сами по себе, наша магия отличается от человеческой.

— То есть ты за свободу?

— Я за то, чтобы ты была счастлива. — Тингол улыбнулся. — А счастье — оно разное. Кому-то нужна вечность, кому-то — один миг, но правильный.

Лена посмотрела на него долго.

— Ты мудрый, — сказала она. — Для двухсотлетнего.

— Я эльф. — Он снова улыбнулся. — Это моя работа.

Ночь Лена провела без сна. Лежала, смотрела в потолок, слушала, как коты сопят на печи, как Тингол шелестит страницами блокнота. Долгая жизнь под контролем Гильдии. Или короткая — но свободная. И Корвус. Если она выберет свободу — он останется с ней? Или уйдёт, чтобы не смотреть, как она стареет? А если выберет Гильдию — сможет ли она жить под Торном?

— Голова кругом, — прошептала она в темноту.

— Не спится? — раздалось из угла.

— Нет.

— Я тоже не сплю.

— Ты никогда не спишь.

— Сегодня особенно.

Лена села.

— Тингол, — позвала она. — Расскажи мне про этот мир. По-настоящему. Про всех. Про магов, про драконов, про устройство. Я должна понять.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас.

Эльф вздохнул, но блокнот открыл.

— Хорошо. Слушай. Это будет долго...