Глава 20

Кайл

Как бы я ни хотел сохранять полное спокойствие, мысли то и дело возвращались к тому дому, в который ушла Яся. И я, повинуясь собственным мыслям, так же приходил посмотреть, что там происходит. Внутри все продолжало кипеть от разных эмоций, и главное — я сильно переживал за нее. Почему так долго? Целая ночь уже прошла, а она все там. А вдруг она решит вернуться ночью? Она ведь способна на такое. Яся совсем о себе не думает. Она игнорирует факт того, насколько лес рядом с Чернью может быть опасен. Особенно ночью. Я много раз видел, как сельские жители платили за свою самонадеянность жизнью, и совсем не хотел, чтобы Яся пополнила их ряды. Да еще и ушла с жаром. Может, лекарство, которое она приняла, и помогло, но когда неважно себя чувствуешь, положено лежать дома, а не расхаживать по чужим домам. Тень Яси то и дело мелькала в окне. От этого становилось чуть легче. Во-первых, она в порядке. А во-вторых… чувство ревности отпускало на какое-то время. Значит, она там чем-то занята, а не лежит… Какие глупости! Но как бы я ни старался, настырная ревность лезла и лезла в голову. Вот и слонялся вокруг, чувствуя, как дракон внутри рвется наружу, требуя вломиться в тот дом. Но дракона я умел контролировать, в отличие от Яси. Ясю контролировать было невозможно, даже если хочешь не контролировать, а оберегать в ее же благо. В очередной раз я вернулся в ее дом — нужно было впустить и выпустить кошек. Всю ночь я только и занимался кошками, да прогуливал коня. Я мог бы передвигаться быстрее на Вороне. Но боялся, чтобы он сильно напрягал ногу. Лучше еще раз его погуляю вокруг избушки. На улице уже светало. Если Яся не вернется в ближайшие часы, я все же не выдержу и вломлюсь в дом. Но пока… Пока выполню ее указ и дам себе еще один шанс успокоиться. На крыльце вместо голодных кошек меня ждал совсем другой сюрприз. — Господин дракон, — это был Михаил. Он помахал рукой. — А я стучал, стучал, а вас нет. — Доброе утро, Михаил, — подошел я, — Ты вообще спишь? Парень улыбнулся; от утреннего мороза его щеки были красными. — Пока молодой, надо работать. Вот наработаю свое — тогда и буду спать. У нас тут господа драконы с хорошо оплачиваемой работой нечасто появляются. Такой настрой вызывал уважение, несмотря на возраст парня. Он явно старался пробиться в жизни. — Как рука, работник? Парень помахал передо мной забинтованной ладонью. Порез еще был виден. И это вызывало облегчение. Двоедушники, как и многие магические твари, выздоравливали куда быстрее. Тот факт, что рука Миши все еще была повреждена, говорил о том, что его можно смело вычеркнуть из списка подозреваемых. — Заживает. Брат говорит, до свадьбы затянется. — До свадьбы — так точно, — согласился я. — Но рукой ты сегодня не работник, не так ли? Парень пожал плечами. — Зато ноги здоровые. Велите — что угодно принесу. Я достал из кармана пару золотых монет. Парнишка замер, глаза округлились. Я вложил монеты ему в ладонь. — Господин дракон… — Это тебе за исполнительность. Иди пока домой, Миш. Отдохни. Поешь, поспи пару часов. — Это приказ? — спросил он с улыбкой. — Именно. Приказ: привести тело в порядок и возвращаться. Будешь для мужиков носить, что им нужно, а может, сбегаешь куда. Все… Приказываю, иди спи. — Так точно! — он тут же вскинул руку к виску, отдавая честь. Ну, мальчишка… Общение с ним слегка отвлекло от главной проблемы. А проблема по-прежнему была — Яся. Солнце поднималось выше, освещая подмороженную за ночь землю. А ее все не было. Я впустил кошек, выпустил кошек, покормил кошек и коня. А Яси все не было. Кажется, я все же пойду устраивать скандал и приведу ее силой. И тогда Яся прогонит меня навсегда. Ну тогда хотя бы узнаю, как она на самом деле. Не просто подсмотрю из-за угла, а спрошу… И тут в нос ударил знакомый, легкий аромат — морозных яблок и чего-то домашнего, теплого. Я уловил его раньше, чем осознал, откуда он. Поднял голову — и столкнулся с растерянным взглядом зеленых глаз. — Яся. Вернулась. Наконец-то. Она вошла в дом. Во мне смешались облегчение и раздражение. Я не знал, какому порыву поддаться: обнять ее или отчитать.

— Объяснишься? — вырвалось у меня, но я тут же пожалел об этом. Она была такой… беззащитной!

Сделал шаг, прикоснулся губами к ее лбу — и осознал ужасающую вещь: она вся горела. Щеки были пунцовыми. Она вообще принимала что-нибудь от жара? Или ей стало хуже? Мысль, что ей могло стать хуже, напугала настолько, что все раздражение мгновенно схлынуло. Остался только холодный, сжимающий грудь страх за эту девушку, которой, кажется, самой до себя не было никакого дела. Кем бы ни был ей тот мужчина, она не должна была к нему ходить в таком состоянии. И он… о чем он вообще думал? Я хотел, чтобы Яся приняла лекарство, поела и легла, но она… Она выглядела невероятно решительной. Вместо того чтобы согласиться, она заговорила о чем-то своем. — Кайл, ты многое сделал для меня. Ты очень добрый, заботливый и… ты очень хороший человек. Но у меня есть тайна. Тайна, которую я хранила много лет. Я никому о ней не рассказывала. А теперь… теперь я хочу рассказать ее тебе, — твердо сказала она. Ворон на печи раскаркался, словно нервничая. Я тоже нервничал за ее состояние — настолько, что готов был отложить любые признания до тех пор, пока она не придет в себя. Но молчал. Если она хочет что-то сказать — имеет право. Особенно если это касается… того мужчины. В горле встал неприятный ком. — Я хочу сказать правду. Я хочу рассказать все, как есть. Я уверена в этом, — еще увереннее повторила она, бросив взгляд на ворона. Яся нервничала: гладила коня, отводила глаза. И я снова начал корить себя за то, что заставил ее объясняться в таком состоянии. Это точно могло подождать. А она стояла вся бледная, с синевой под глазами и горящими щеками, и пыталась мне что-то сказать. Сейчас не до этого. Яся сняла с шеи кулон — тот самый, что я всегда видел на ней, — подняла на меня взгляд и застыла. — Яся, ты… Ты хочешь мне сказать про мужчину, к которому сбежала? — спросил я, желая поскорее закончить с признаниями и перейти к лечению. Ее лицо изменилось. На нем отразилась смесь растерянности и чего-то еще, непонятного. Она кинула взгляд в зеркало, протянула руки вперед и стала разглядывать ладони.

— Боги Светлые… — резко выдохнула она и шагнула к зеркалу. Ворон снова закаркал. Состояние Яси начало откровенно пугать. Я сделал шаг вперед. — Яся, тебе надо отдохнуть. Давай позже поговорим, сейчас… не время. Тебе надо поесть, принять лекарство. Поспать. Она повернулась ко мне. Ее глаза на миг… сверкнули? — Кайл, я… Я даже не успел понять, что происходит, когда ее глаза закатились, ноги подкосились, и она беззвучно начала падать вбок. Я был рядом и успел поймать ее мягкое, безвольное тело. — Проклятье! — вырвалось у меня. Вокруг начался бедлам: конь ржал, ворон каркал, кошки метались и мяукали, а снаружи кто-то принялся колотить в дверь. Но все это перестало существовать. Мир сузился до хрупкого, безжизненного тела в моих руках.