Глава 4

Яся

Я заваривала отвар из мяты и ромашки. Аромат разливался по кухне, смешиваясь с запахом печного дыма. Разлила настой по двум глиняным кружкам и протянула одну Анне. На стол поставила сладости, что купил Кайл, — мед, варенье, леденцы.

Я нечасто встречала гостей, но еще помнила, как это делала бабушка. Она всегда отдавала гостям все самое вкусное. Тем более Анна не просто гость — она спасла жизнь мне и моим близким.

— Яся, расскажешь, как ты здесь оказалась? — прервала тишину она, сделав глоток. Анна закрыла глаза и вздохнула. — Каррр… Любопытная какая, — тут же заворчал Тео. Я кинула взгляд на ворона. После того как я чуть не погубила фамильяра вместе с собой, даже его ворчание было мне дорого. — Я… — застыла на полуслове, обдумывая, что именно могу рассказать. — Ярослава, если ты не хочешь… ты не обязана, — мягко сказала Анна. — Но если расскажешь, я, возможно, смогу тебе как-то помочь. И с твоей магией, и… с тем, что ты почему-то прячешь свою сущность. Я вздохнула и кивнула. Хуже уже не будет — Анна знает, кто я. Но, кажется, ей можно доверять. Дважды я касалась ее души и оба раза чувствовала лишь свет и доброту. — Каррр… Яся, никому нельзя доверять, — прокаркал Тео. Анна тут же посмотрела на него. — Я ему не нравлюсь? — спросила она. — Ему никто не нравится, — с грустной улыбкой ответила я, протягивая руку, чтобы погладить ворона. Но он отскочил, нахохлившись. — Он просто... переживает. Считает, что мир жесток. Но мне... мне действительно нужна помощь. И с магией, и... чтобы понять, что тогда произошло с бабушкой. Последнюю фразу я сказала то ли Анне, то ли ворону. По крайней мере, фамильяр не стал меня отговаривать, каркать и ругать.

— Мы покинули родовое озеро, когда я была совсем маленькой, — с трудом выговорила я.

У меня было счастливое детство. Мама любила отца — простого рыбака из соседней деревни. Берегини редко выбирали таких мужей, но папа был особенным — добрым, веселым, искренним. Он выпускал мальков обратно в озеро, говоря, что всему живому нужно давать шанс. И, конечно же, он полюбил мою маму с первого взгляда.

Отец оказался не только умелым рыбаком, но и прекрасным строителем. Он построил для них с мамой новую избу рядом с озером. А когда дедушки не стало, они забрали к себе и бабушку. Так мы и жили: я, бабушка, мама и папа. И места хватало всем.

Каждый день в наш дом приходили гости — те, кто попал в беду. По большей части мама и бабушка исполняли обязанности лекарей. Наша магия похожа… А сущность берегинь — помогать людям, и если нужна помощь в лечении, то берегини никогда не откажут. Но иногда бабушка и мама помогали людям снять сглаз, порчу, приворот и прочие темные дела.

Помощь они оказывали без платы, принимая лишь людскую благодарность. Берегиням деньги не нужны. Их уважали, отдавали все самое лучшее и приносили дары к дому.

Мое детство было безбедным. Жаль, что я запомнила лишь обрывки. Сейчас я разве что могла вспомнить голос мамы, когда она пела. Мягкий, бархатистый… Как она касалась моих волос, укладывая меня спать, и как называла: «Мой осенний листочек», — целуя в макушку.

А от папы я запомнила смех. Он был очень веселым и сильным. Я запомнила, как он кружил меня на руках и говорил, что ему очень повезло с такими девочками.

Всплывали в памяти и тихие вечера: бабушка вяжет у печи, мама с папой читают вслух одну книгу на двоих, обсуждая ее у камина. Я забиралась к ним на колени, переворачивала страницы... Чувствовала их тепло, объятия, поцелуи. Я была любима — и это было главным. Я была еще тогда совсем крохой…

Все изменилось, когда сдвинули границу Черни.

Когда строили новые академии, границы передвигались. Это происходило даже не по воле человека. Просто предвидеть, как сомкнется круг при введении новой академии, было невозможно. Вот и наше село оказалось за чертой обережных символов.

Это был обычный день. Мы с бабушкой ушли на рынок рано утром. Я сама напросилась с ней. В силу возраста я еще медленно ходила, и походы со мной были очень долгими. Но бабушка взяла меня, так как никуда не спешила.

Вот только на рынке нас встретили не обычные зазывания торговцев, их добрые лица и дары, а люди в форме. Они что-то громко говорили, и сельские жители были очень напуганы. Я тогда ничего не понимала, но хорошо запомнила, как бабушка схватила меня за руку так крепко, как не делала до этого.

В селе начался настоящий хаос. Из-за того, что обережные символы теперь находились в другом месте, в село тут же начала стекаться разная нечисть. Твари еще до конца не поняли, что случилось, но потихоньку стали разведывать, вынюхивать… искать добычу.

Бабушка спешила к озеру. Наш дом стоял на самой границе. Озеро было не только источником нашей силы — мы отвечали за него. Оно кишело нечистью: русалками, утопцами, водяными. Они не смели выходить на наш берег — боялись мамы и бабушки. Наша магия была сильнее… она другая. И моя семья считала таким же своим долгом следить, чтобы нечисть из озера не вредила людям: не топила, не обманывала и не зазывала.

Мы бежали со всех ног. Помню, как бабушка тяжело дышала и постоянно причитала: «Скорее надо, Яся, скорее…» И я старалась, насколько могла, будучи еще совсем малышкой.

Может, бабушке стоило меня оставить, и тогда бы она успела? Ведь по пути я то жаловалась, что у меня болят ножки, то слишком долго пыталась отдышаться, то рассматривала лесные растения, не понимая, почему бабушка сердится.

Бабушка потом говорила, что я не должна винить себя. Но я точно знала, как сильно виновата, что мы тогда не успели.

Многие люди читали о драконах лишь в легендах. Они восхищались образами, нарисованными на картинках, и считали, что это прекрасные существа. Но я точно знала… Драконы — это настоящие чудовища! Они вовсе не те милые создания, что нарисованы людьми. Это огромные, опасные ящеры с крыльями, усеянными шипами. Их зубы — это тысячи игл. А запах… от них пахло серой, огнем и смертью.

Мы бежали так стремительно, а потом бабушка резко замерла… Солнце неожиданно исчезло. Я подняла голову и поняла: солнце на месте, но над нами летело нечто… Огромное, настолько, что накрыло нас тенью. Оно было хищным и опасным. Словно в подтверждение… это нечто издало такой рев, что от страха я забыла, как дышать.

Бабушка упала на колени и громко закричала… Я тут же кинулась к ней, не понимая, но потом увидела… На месте нашего дома не было ничего. Только обугленные бревна и горящие рядом деревья. А еще лава… кругом растекалась лава.

— Бабушка, где мама и папа? — спросила я. — Бабушка, мне страшно! — вырвалось у меня с криком. Тогда я еще не поняла, что произошло. Наверное, не поняла и бабушка. Из того дня в памяти остались только обрывки… Летающие над нашим озером огнедышащие твари, что плюются огнем и лавой, что сжигают все дотла. И бабушка… Рыдающая бабушка, что не дает мне подойти… не дает посмотреть, где мама… что тащит меня, но теперь совсем в другую сторону.

У мамы и папы не было шансов выжить. Драконы сожгли все. Выжгли озеро и все вокруг подчистую.

Бабушка говорила мне, что это была случайность. Драконы не знали, что мы живем рядом с озером. Когда обережные символы пали, из озера полезли утопцы и прочая нечисть со всех сторон. Тогда и было принято решение атаковать. А драконы атакуют очень и очень неаккуратно.

Но я не верила бабушке. Помнила эти страшные морды, их запах и шипы… их зубастые пасти. Они — настоящие монстры! Злодеи, которые отняли у меня почти все, что я любила! Но и этого им оказалось мало… Они вернулись и забрали то малое, что у меня осталось.

В тот день многие потеряли родных, дома, привычную жизнь. Наше село пришлось покинуть — теперь оно полностью принадлежало нечисти. Мы с бабушкой перебрались в другое село у границы. Бабушка выбрала его из-за близости к нашему озеру, хотя большинство односельчан стремились уехать как можно дальше от опасных мест.

В новом селе нас приняли настороженно. Выделили добротный дом с камином и двумя этажами, но люди побаивались бабушкиной магии. Берегини были редкостью, и никто толком не понимал — нечисть мы или просто люди с даром. Ко мне относились добрее — моя магия еще дремала, и я казалась обычным ребенком. А бабушку... ее ярко-зеленые глаза и неземная красота вызывали шепотки за спиной. Если в родном селе ее звали Берегиней-хранительницей, светлой лекаркой, то здесь — просто знахаркой.

Но бабушка не обижалась. Она оставалась доброй и помогала всем, как раньше, без платы, беря лишь едой. Но здесь нам уже не приносили дары к дому, а если и приносили за лечение, то совсем не такие роскошные. И чтобы прожить, бабушка стала собирать травы, а потом продавать их травнику.

— Каррр... Опять эти сорняки, — ворчал Тео, наблюдая, как бабушка перебирает сушеные растения. — Лучше бы ягод насобирали! — Соберем и ягод, — отвечала ему я. — Но сначала нужно травку перебрать, чтобы травник купил. А на вырученные деньги мы дров купим! И тепло будет зимой!

Бабушка спокойно ходила за границу и собирала самые редкие травы, те, за которыми ни один здравомыслящий человек не пошел бы. Но моя бабушка не человек, она берегиня, и я чувствовала гордость за это. Нечисть боялась ее могучей магии. Утопцы и болотницы обходили мою бабушку за версту. Поэтому бывало, что бабушка брала за границу и меня. Она учила травам и говорила, что магия во мне однажды проснется. — Ты прошла обряд, Ясенька. Магия в тебе есть — ты просто еще мала.

И она не ошиблась. В один день я проснулась и увидела в зеркале другую себя: глаза стали ярко-изумрудными, черты лица — тоньше, острее. Я была по-настоящему счастлива в тот день, но радость была недолгой. Магия оказалась стихийной — то подчинялась, то вырывалась; она не питала, напротив, истощала меня.

Бабушка никогда не видела такого. Открывшаяся сила могла причинить вред как мне, так и другим. Не зная, что делать, она выковала мне амулет с древними рунами. Он скрывал магию, обрывал мою связь с источником. Надевая его, я становилась обычным человеком. — Он защитит тебя, пока не научишься контролировать дар, — объяснила она, надевая кулон мне на шею. — Но помни, кто ты, Яся. Не забывай. Когда магия тебе подчинится, ты снимешь амулет.

Кулон был создан, чтобы помогать контролировать магию, но в итоге спас мне жизнь. Ведь если бы драконы узнали, кто я... те самые драконы, которым бабушка решила помочь.

В тот день бабушка принимала больных, я играла с Тео... А с наступлением сумерек пришли они. Трое мужчин. Двое шли сами, третий висел на их плечах без сознания.

Тогда я не знала, кто они... Хоть и увидела, как мужчины выделяются среди остальных. — Вы Марья? — подал голос один из мужчин. Он был высоким и широким в плечах. В глаза бросались его огненно-рыжие волосы. Они были собраны у затылка в небрежный пучок. А голос… голос у него прозвучал как гром.

Бабушкины глаза вспыхнули, а лицо тут же изменилось от эмоций. — Умирает парень, — вместо ответа сказала она. — Упырь его укусил… — Вы можете помочь? — вступил второй мужчина. У него тоже были длинные волосы, но они были черными и распущены по плечам. — Мы… мы драконы из дивизиона. Мы хорошо заплатим.

Драконы. Одно только слово отозвалось внутри страхом и дрожью. Я замерла, в любой момент готовая сорваться с места и убежать. Нет… Эти люди… Они были монстрами!

А бабушка храбро прошла вперед и дотронулась до висящего на плечах мужчины. — Кровь не пил… — прошептала она. — Я… я постараюсь помочь. — Если получится, мы хорошо заплатим… — повторил рыжий. — Мне не нужны деньги, добры молодцы. Если я могу помочь, сделаю все возможное! Проносите вашего друга в дом.

Услышав это, я закричала. Бабушка повернулась, она хотела что-то сказать, но я бросилась в дом. Бежала так быстро, как только могла. И, оказавшись на втором этаже, быстро захлопнула дверь за вороном, закрыв ее на щеколду. Как будто маленькая щеколда могла меня спасти… спасти от тех, кто был внизу! — Карррр… Яся! Яся, ты чего! — Это драконы, Тео, это монстры! – шепотом причитала я, меня захлестнуло страхом. Тело стало трясти, а во рту пересохло. Казалось, я сейчас задохнусь в комнате, полной кислорода.

— Яся, открой… — вырвал меня из оцепенения голос бабушки с другой стороны двери. — Там драконы, бабушка, — задыхаясь, сквозь слезы выдавила я. — Они нас… сожгут! Как маму, как папу. Зачем ты пустила их?

Бабушка использовала магию, и дверь бесшумно отворилась. Она вошла и крепко прижала меня к себе. — Тихо, моя девочка, тихо. — Она гладила меня по голове, целуя в макушку. — Бабушка, зачем ты их пустила? Почему не прогнала… Они монстры!

Бабушка отстранилась и строго посмотрела мне в глаза. — Они хорошие люди, Ярослава. Я вижу их души… У того, что умирает, есть дочь. Такая же маленькая малышка, как ты. Она очень ждет папу домой.

От ее слов мне стало больно. — Но мой папа… Мой папа умер. Умер из-за них! Бабушка застыла, ее глаза заблестели от слез. — Пожалуйста, прогони их! – требовательно сказала я. И бабушка кивнула головой.

— Ярослава, если я их прогоню, то мужчина умрет. И его дочь никогда больше не увидит папу. А она его очень и очень ждет. Я видела… Видела ее облик. Совсем крошка, светлые волосы и добрые голубые глаза.

Слова бабушки отозвались в груди ноющей болью. Я как будто бы сама увидела образ описанной бабушкой девочки. — Он обещал ей вернуться, Ярослава. Он так сильно ее любит, что ее образ — последнее, что он видел перед тем, как пострадать в бою. И она его любит… Но если ты считаешь, что я должна их прогнать, я так и поступлю.

Бабушка всмотрелась в мои глаза. Внутри меня была боль, обида, злость… Но… Разве можно выгнать кого-то погибать? Даже если этот кто-то монстр. Но ведь мы… мы не монстры. И эта девочка… Я отрицательно качнула головой. — Он правда… Хороший? — Хороший, — подтвердила бабушка.

Я кивнула. — Надо… надо помочь, — прохрипела я сквозь слезы. Бабушка улыбнулась и поправила мои волосы. — Ты очень добрая, Яся, очень справедливая. Боги обязательно наградят тебя за твою светлую душу.

Бабушка поднялась, и я тут же ухватилась за ее руку. — Я… я могу тебе помочь? На самом деле мне просто не хотелось ее отпускать. — Можешь, Ясенька, можешь… Если не боишься. Твоя помощь мне очень пригодится! — Не… не боюсь, — выдохнула я. У самой поджилки тряслись от страха, но я отчаянно хотела помочь бабушке и быть рядом… Мне казалось, что пока я с ней, ей ничто не угрожает.

В тот день бабушка провела страшный и невероятно сложный обряд. Но благодаря ее магии, знаниям и доброте ей удалось спасти жизнь дракона.

Эти мужчины… Они были красивыми. У них — правильные черты лица и приятные голоса. Они совсем не походили на грубых сельских мужиков и даже казались… благодарными? Уважительными? Драконы пытались заговорить со мной, хвалили за храбрость, говорили, что я красивая и умная девочка. Один из них, рыжий, даже протянул горсть золотых монет. Но я, конечно же, не взяла. Я до дрожи боялась их. Мне было не по себе от мысли, что они могут превращаться в монстров. Они выглядели как обычные люди, и бабушка… бабушка сказала, что у них светлые души. Но разве могут быть светлые души у таких чудовищ?

Драконы остались на ночь. Я спала вместе с бабушкой и просыпалась от малейшего шороха. Все время чудилось, что вот-вот дверь распахнется и нас убьют. Но внизу лишь изредка раздавался храп…

Утром я проснулась первой и по привычке, вместе с Тео, собралась спуститься выпить молока. Но на лестнице я застыла, подслушивая разговор. — Как простая знахарка могла спасти меня? — спросил незнакомый голос. Но я быстро поняла, что он принадлежал тому, кого бабушка вчера спасла. — Она не знахарка, она берегиня, — ответил другой. Его голос я легко узнала — он принадлежал рыжеволосому дракону. — Берегиня? Разве они не вымерли? — вступил третий. — Карррр… Яся, надо идти, увидят же! — прокаркал Тео. Я лишь отмахнулась от него. Детское любопытство шептало, что я обязана узнать, о чем они говорят. — Как видишь, нет. Я думаю, что девочка… — неожиданно рыжий замолчал и резко повернул голову. Сердце у меня екнуло, и я стремглав бросилась наверх. Мне почудилось, что он сейчас бросится за мной… Я бежала так быстро, что на втором этаже врезалась в бабушку. Она тоже уже проснулась. — Яся, что такое? — обеспокоенно спросила она. — Бегать по лестницам опасно, можешь упасть. — Прости, бабушка, — опустив глаза, сказала я. — Раз уж вы с Тео проснулись, не сходите ли на рынок? Закончились яйца и хлеб, а гостей нужно покормить. — Каррр… еду на них переводить. Всю ночь храпели, спать не давали, а теперь еще и корми их, — проворчал Тео. Бабушка сердито посмотрела на ворона. Понимала его только я, но она, казалось, читала его мысли. — Ясенька, у меня дел невпроворот. Сходи, пожалуйста, помоги бабушке, — ласково попросила она. — Я боюсь тебя оставлять, — призналась я. Бабушка улыбнулась и погладила меня по голове. — Все будет хорошо! Ты сбегаешь быстро, а я пока кашу поставлю. Я вздохнула, но кивнула. Если бабушка просила о помощи, я никогда не отказывала. Быстро оделась и с Тео спустилась вниз. И к моему величайшему испугу, перед самым выходом столкнулась с драконами. Они что-то обсуждали и смеялись, хлопая спасенного дракона по спине. Но стоило мне спуститься, как их довольные лица повернулись ко мне. — Доброе утро, моя маленькая спасительница! Это ты вчера так храбро помогала бабушке? — Спасенный дракон шагнул ко мне, и я инстинктивно отпрянула, почти вжимаясь в стену. Улыбка сползла с его лица. — Она боится нас, не пугай девчонку, — тут же сказал рыжий. — А чего бояться-то? Дети… обожают драконов, — тот растерянно почесал затылок. — Я тебе потом объясню. Просто… не пугай ее. Дай пройти. Дракон пожал плечами, отступил, и я тут же выскользнула за дверь.

За стенами дома дышалось легче. Но тревога за бабушку не отпускала. — Каррр… Яся, надо торопиться, — сказал Тео, и я была с ним полностью согласна. Я почти бежала на рынок. Старалась делать все быстрее, но казалось, что все против меня: то продавцы мешкали, то покупатели копошились с выбором… Я изводилась от беспокойства, сердясь на каждого, кто отнимал у меня драгоценные минуты. Наконец, купив все необходимое, я помчалась обратно.

Я так надеялась, что гости, позавтракав, немедля уедут. В человеческом облике они пугали меньше, но вдруг они превратятся? Например, во сне… Мало ли что! Из своего недолгого жизненного опыта я усвоила одну истину: самое страшное случается именно тогда, когда его совсем не ждешь.

Пока я бежала домой, я была уверена, что меня ждет вкусный завтрак, помощь бабушке и спокойный вечер. Но вместо этого меня встретил знакомый, леденящий душу запах гари и пепла. Огонь… Я увидела его еще издалека. Мир рухнул. Я словно снова оказалась в самом жутком своем кошмаре, снова стояла и смотрела, как горит все, что я люблю. Только на этот раз я была одна… без бабушки. «Этого не может быть! Это сон!» — Горит, Яся… Дом горит! Кар… — крик Тео вырвал меня из ступора. Я, не помня себя, бросилась вперед. Я бежала, споткнулась о подол юбки, разбила яйца, но, не обращая внимания, поднялась и помчалась дальше. Дом пылал. НЕТ! ТОЛЬКО НЕ ЭТО СНОВА! — Бабушка! — закричала я. — БАБУШКА!

Последующие события я запомнила очень смутно. Только огонь, едкий дым и этот всепоглощающий ужас. Запах гари навсегда остался для меня запахом смерти. Меня кто-то схватил — это был староста села. — Ты куда, Ярослава! Сгоришь ведь! — кричал он, удерживая меня. Я кричала, вырывалась, пыталась кусаться. Тео каркал над нами в панике. И тут я увидела его. Того самого дракона в черной форме, которого спасла бабушка. Он выбежал из огня, и его взгляд на секунду встретился с моим. И смотрел он совсем не так, как утром… В его глазах была ненависть и ярость. Казалось, он вот-вот бросится и убьет меня… Но почему-то он только развернулся и бросился прочь.

Так драконы отняли у меня все, что было дорого. И я поклялась тогда ненавидеть их до конца своих дней. Запомнить этот взгляд. Горящий дом родителей… Горящий дом бабушки. Выжечь в своем сердце навсегда, что драконы — самые страшные монстры на свете. Но я, сама того не ведая, была обречена нарушить эту клятву куда скорее, чем могла предположить.