Глава 57

Яся

Лошадь явно спешила — я чувствовала, чувствовала ее волнение даже сквозь кулон. Но Звездочка понимала, что в седле сидит неумеха, которая свалится от любого резкого движения. Поэтому она хоть и бежала быстро, но не неслась вскачь, щадя меня. Тео летел надо мной, следя за дорогой, за лесом, за всем сразу. А я… я думала только о Кайле.

Я так надеялась, что сейчас увижу его. Что обниму, прижмусь к нему и выдохну весь этот ужас. Что все это окажется какой-то глупой ошибкой… Но внутри росло плохое предчувствие. Еще и этот сон… Бабушка снова приходила ко мне этой ночью. Почему? Почему именно сейчас? Что я сделала не так? Или она пыталась о чем-то предупредить?

Когда из-за деревьев наконец показался дом Анны, я выдохнула с облегчением. Но Звездочка резко остановилась, так что я вцепилась в седло, лишь чудом не полетев в снег. Лошадь застыла как вкопанная, не доезжая до дома. Она просто стояла и смотрела.

— Что случилось? — прошептала я, поглаживая ее по холке. — Чего ты встала?

Звездочка фыркнула и ударила копытом о землю. В этом звуке мне почудился… испуг. Мне стало не по себе. Она сделала шаг назад, потом еще один и снова застыла, низко опустив голову и рассматривая что-то у себя под ногами.

Я проследила за ее взглядом и похолодела.

Следы. Множество следов на снегу. Женские — маленькие, аккуратные. И мужские — широкие, тяжелые. Они вели от дома прямо в лес, в самую чащу. Что здесь произошло?

— Анна? — крикнула я в сторону дома, но никто не ответил.

Звездочка вдруг заржала и резко свернула в лес — туда, куда вели следы.

— Куда?! Мы куда?! — закричала я, мертвой хваткой вцепившись в седло.

Лошадь не ответила. Она набирала скорость, и останавливаться явно не собиралась.

— Яся, вы куда?! — донесся сверху встревоженный крик Тео, но я могла только мотать головой.

— Не знаю! Я… я не знаю! — выкрикнула я в ответ, и ветер тут же унес мои слова.

Звездочка мчалась сквозь лес, и я чувствовала себя беспомощной, как никогда в жизни. Я не могла ни остановить ее, ни свернуть, ни даже просто спрыгнуть. Она явно вела меня куда-то. Но зачем? И главное — куда?

Может, Кайл в лесу? Может, они все там? Но зачем ушли в такую глушь?

— Яся, там граница! — отчаянно закаркал Тео, обгоняя нас и залетая прямо перед мордой лошади. — Остановись! Дальше нельзя!

Звездочка взвизгнула и забила копытами перед вороном, но остановилась. Я оглянулась по сторонам и увидела на деревьях обережные символы. Старые, потускневшие, но все еще различимые. Дальше действительно была Чернь.

— Звездочка, Кайл… он там? — спросила я, и голос мой дрогнул.

Лошадь фыркнула, мотнула головой, словно пыталась мне что-то ответить, и сделала шаг в сторону, пытаясь обойти Тео. Ворон снова преградил ей путь, отчаянно хлопая крыльями. Тогда Звездочка привстала на дыбы.

Я закричала, вцепившись в седло из последних сил. И в этот момент раздался такой треск, что, кажется, сама земля содрогнулась.

Звездочка рухнула на все четыре копыта, дрожа каждой мышцей. Но вибрировала не только лошадь — вибрировала земля под нами, вибрировал воздух, вибрировало все…

А в небе появилось ЧУДОВИЩЕ.

Мое сердце остановилось. Оно просто взяло и перестало биться на несколько бесконечных ударов.

Огромный, черный как сама ночь, дракон взмыл в вышину, широко распахнув крылья. Они закрыли полнеба, затмили солнце, и на землю лег сумрак. Чудовище замерло на мгновение, а потом резко ушло в сторону, скрывшись за верхушками деревьев.

В этот момент мне показалось, что я умерла от ужаса. Прямо здесь, в седле. Но опомниться мне не дали.

Звездочка рванула вперед — в сторону от обережных символов, туда, куда полетел дракон.

— Куда?! — закаркал Тео, догоняя нас.

— Может… может, это Кайл! — закричала я в ответ, и эта мысль была единственным, что удерживало меня в сознании.

Кайл — дракон. Я знала это. Но никогда не видела его в этой ипостаси. Никогда не представляла, что это настолько… чудовищно. Но если это он, если он там, раненый, в беде, зовущий меня… Я должна! Я должна быть рядом!

Звездочка теперь неслась со всех сил. Я закрыла глаза, вцепилась в седло, прижалась к лошади всем телом и просто молилась. Молилась всем богам, какие только есть, чтобы удержаться. Чтобы не упасть, не разбиться, не потерять сознание от страха. Я чувствовала: я должна помочь!

Мы вылетели на поляну, и лошадь резко остановилась. Я открыла глаза, все еще судорожно вцепившись в седло, но в этом уже не было нужды. Звездочка припала к земле, словно приглашая меня слезть.

У меня тряслись поджилки, ноги казались ватными. Я боялась, что не смогу и шагу ступить после всего пережитого. Но когда мои ноги коснулись снега, весь мой страх резко уступил место другому чувству.

Я почувствовала черное зло. Оно коснулось меня прямо через кулон. Страшная магия плотным коконом накрывала поляну. Она была везде — в воздухе, в снегу, в деревьях. Я чувствовала ее привкус на губах — горький, как полынь. Чувствовала ее опасность каждой клеточкой тела. И сквозь эту горечь пробивалась боль. Чужая, разрывающая, невыносимая боль.

Голова перестала кружиться, словно ужас выжег всю слабость.

Я подняла глаза и увидела их.

Нет, не Кайла. Не его.

Яромир сидел на снегу, прижимая к груди тело Анны. Ее голова была безвольно запрокинута, руки висели, а по телу расползалась та самая черная магия, въедаясь в кожу, в плоть, в самую душу. Яромир сжимал ее…сжимал так крепко, будто пытался удержать силой, не дать уйти. Но я видела то, чего не мог видеть он.

Я видела ее душу.

Она была уже очень и очень далеко. Тоненькая, прозрачная ниточка, что еще связывала ее с телом, готова была оборваться в любую секунду.