38. Чужестранка

Хаальд

*тремя днями раньше

Все, что у меня осталось, это горстка самых преданных людей. Воинов, готовых идти за мной, несмотря ни на что.

Еще несколько несколько женщин, включая рабынь, пара детей и стариков — те, кто не встанет в строй. И, конечно, Герда.

Ей становилось хуже. Кожа бледная, как воск, глаза запавшие, дыхание тяжелое, с хрипами. Она снова перестала вставать.

Некогда набирающий силу Дом Торн уменьшился в несколько раз и превратился в жалкий отряд с родней и прислугой.

— Что будем делать дальше? — спросил Торвард, становясь рядом со мной у стола.

На ней была разложена карта Эль Кхары с точками, обозначающими чужие дома и нейтральные или незанятые земли.

— Начинать все с нуля, — пожал я плечами. Поправился: — Почти с нуля. У нас остались угодья, укрепления и припасы.

— Вот только каждый, кто ушел, знает все наши уловки и слабости, — заметил Торвард. — А еще, где находятся посты и тайники, где мы выставляем дозорных и где прячутся разведчики.

— Знаю.

— Надо было убить их.

Я посмотрел на него.

— Там были те, кого ты называл братьями.

— Были. Но они выбрали другую сторону. Значит, теперь они враги.

Может, он и прав. Но убить своих, даже предавших, я не мог.

— Будем работать с тем, что есть.

— И? Какая наша цель?

Склонившись над картой, я постучал ногтем по одной из точек.

— Дом Воргат.

— Они сильнее нас.

— Были сильнее. — Я ткнул пальцем в лежащие рядом донесения. — За последний месяц они ввязались в несколько битв. Потеряли немало людей. Сейчас они слабы как никогда.

— А мы?

— А мы отчаянны.

Торвард усмехнулся.

— Что скажешь людям?

— Правду. Что другого выхода нет.

Через полчаса все члены Дома Торн собрались в зале совета. Ульгр благословенный, как же нас мало…

— Мы идем на Дом Воргат, — сказал я без предисловий. — Они ослаблены войнами. Но у них есть ресурсы, оружие, люди. Нам нужно все это.

Владения Гаена Воргата находились далеко, а потому

— Их больше, — подал голос Олав.

— Знаю. Поэтому будем брать не числом, а хитростью.

Я кивнул Торварду. Он вытащил мешок и высыпал содержимое на длинный стол.

Склянки с мутной жидкостью. Стрелы с темными наконечниками. Несколько гильз с порохом.

— Что это? — спросил один из братьев Скель.

Они были близнецами, и я никогда их не различал.

— То, что поможет нам победить.

— Магия? — поморщился он.

— Нет. В склянках — особое масло, которое хорошо горит. Если поджечь и бросить гильзу с порохом — взорвется. Так делают солдаты Империи. На стрелах — яд. Сразу не убьет, но врагу будет не до боя. По периметру возле дома можно расставить ловушки.

Воины переглядывались. Я видел сомнение в их глазах.

Элькхе не привыкли сражаться с помощью хитростей, уловок и обманных ходов. Мы привыкли побеждать в честной, прямой борьбе.

Я оперся о стол, обвел взглядом каждого воина.

— Вы приняли то, что у нас нет ульгрима. Вы знаете, что мы уступаем всем Домам числом. Мы можем восполнить все это лишь особой тактикой и подручными средствами. Если вы хотите выжить — придется драться не по правилам. Но если мы победим, мы заслужим благосклонность Ульгра. Докажем ему, что мы сильны, несмотря ни на что.

Мои воины покивали вразнобой.

Несколько часов спустя мы отправились в поход.

***

Три дня мы сидели в засаде. Наблюдали. Считали караульных, отмечали смены, искали слабые места и подходящие точки для ловушек.

Припасов взяли впрок, чтобы высидеть так хоть неделю кряду.

Но уже на третью ночь нам улыбнулась удача. Быть может, Ульгр оценил нашу находчивость?

Или увидел наше отчаяние и в кои веки решил помочь?

— Смотри, — Торвард ткнул пальцем в сторону главного дома.

На верхнем этаже загорелся свет.

Нет, не свет — пламя. Небольшое, но яркое.

— Пожар? — изумился я.

Да, мы хотели устроить нечто подобное. Но все склянки с маслом и гильзы с порохом оставались при нас.

— Похоже на то.

В доме поднялась паника. Караульные отвлеклись, замешкались. Часть побежала в дом.

Я лихорадочно соображал. Мы не успели как следует подготовиться. Не успели продумать план и расставить ловушки.

Но не воспользоваться таким шансом — несусветная глупость.

— Выступаем сейчас.

Мы ударили с двух сторон. Склянки с маслом и стрелы с ядом полетели в охранников.

Огонь теперь полыхал и снаружи.

Мы ринулись к дому, из верхних окон которого валил дым. Ворвались туда через главный ход. Я застыл на пороге.

Потому что прямо передо мной стоял человек в черном балахоне до пола и серебряной маской на лице.

Знающий.

Я слышал, что некоторые вожди обращались к колдунам Эллас. Но таких элькхе презирали, считали слабыми.

Вот только мне нечего терять. Дом Торн истощен, ослаблен, и помощь Знающего нам не помешает.

Я легко скрутил Знающего. Торопливо связал ему руки за спиной. Что-то в нем, пусть и наглухо закутанном в черное, казалось мне странным. Но я отмахнулся от посторонних мыслей и оставил пострадавшего в схватке Олава наблюдать за магом.

Часть воинов во главе с Торвардом бросилась вверх по лестнице. Другая рассредоточилась по первому этажу. Я был среди них.

Вести бой в доме не так-то просто, но нам помог внезапно вспыхнувший пожар. Как и эффект неожиданности.

Когда все закончилось, я велел связать даже вождя и вывести всех пленных во двор. Огонь тушить было уже некому. С каждым мгновением он лишь разгорался.

Я оглядывал пленных, когда Торвард вывел еще одного — худого мужчину в одном исподнем, с изуродованным шрамами лицом. Вождь, Гаен Воргат, в этот момент бросил на Знающего свирепый взгляд.

— Что за?..

Нахмурившись, я подошел к Знающему и сорвал с него маску.

А под маской оказалась... молодая женщина.

Миловидное лицо, каштановые волосы, заплетенные в косу. Не элькхе, явно чужестранка, а значит, рабыня.

Воргат внезапно заорал:

— Ты хотела сбежать, проклятая тварь! Да что ты о себе возомнила?!

Так вот откуда на ней наряд Знающего.

— Это ты устроила пожар? — изумился я.

Вряд ли она лишь воспользовалась шансом, как мы. Попросту не успела бы.

Невольница ничего не ответила, но по взгляду я понял — да.

Она не плакала, не билась в истерике из-за того, что ее план провалился. Лишь смотрела на меня с той же пламенной ненавистью, что и на своего хозяина. Точней, бывшего хозяина.

Ведь теперь ею обладал я.

Как и другими рабынями, которых выволокли из горящего дома. Но я почему-то смотрел только на одну.

Поражался тому, что в хрупкой девушке оказалась такая сила духа. Даже находясь в совершенно незнакомых, воинственных землях, зная, что не может просить помощи ни у кого, она все же решила сбежать.

Да еще и провернула этот трюк с пожаром и Знающим. Надо будет расспросить ее, как.

Хотя бы для того, чтобы не попасть в такую же ловушку.

Но главное, моя цель достигнута. Дом Воргат уничтожен подчистую.

— Забери вождя, — вполголоса проговорил Торвард. — Создай новый Клык. Все равно в Доме знают правду.

— Вяжи, — кивнул я.

Глаза соратника заблестели. Однако я не стал раскрывать своих планов на Воргата. Не сейчас.

Его наемники без раздумий присягнули мне. Им все равно, за кого сражаться — лишь бы платили.

Оставшихся в живых членов Дома Воргат тоже пришлось взять в плен. Союз с ними сейчас невозможен, хотя для воинов побежденного Дома подобное — не редкость. Просто потому, что выбора у них нет.

Но они успели понять, что у меня нет ульгрима. Смотрели настороженно, недоуменно. Сейчас они не будут подчиняться мне.

Но я надеялся со временем их переубедить.

Кроме того, в моих руках так удачно оказался Знающий, способный читать мысли других. Насколько мне известно, они могут делать это даже на расстоянии. Достаточно указать интересующий тебя объект.

Это уже кое-что.

Для похода на Империю конунг ждал сильнейших. Я мог прийти к нему с новым Клыком, напитанным душой Воргата. Мог стать “избранным” снова.

А мог прийти без дара. И стать первым вождем действительно сильного Дома, не обладающим ульгримом. То, что прежде казалось невозможным.

Возможно, это впечатлит Бьорна даже больше.

Я знал одно: я устал притворяться тем, кем никогда не был.

Может, пришло время показать всей Эль Кхаре, кто я есть.