Глава 16

Тесса

Убийца! Слово жгло ей горло все время, пока Тесса металась по коридору, собираясь с силами, чтобы зайти в ординаторскую и написать заявление на увольнение. Руки тряслись, и она понимала, что сначала следует хотя бы немного успокоиться, иначе перо станет рвать бумагу, и еще она непременно насажает ошибок. Да Милену и не хотелось пугать своим состоянием, девочка не виновата, что ее отец — чудовище…

А ведь Тесса почти поверила, что тьер Мортенс на стороне пациента, готов рискнуть репутацией, местом, но не нарушить кодекс целителя. Тем сильнее ударила по ней жестокая правда. Начальник — хладнокровный убийца! Он просто избавился от бедного, одинокого старика, к которому Тесса успела привязаться.

Кажется, она даже пару раз прошептала слово «убийца» вслух, или думала так громко, что ей показалось, будто она кричит.

Приоткрылась дверь в кабинет фрея Альтаэра, и эльф, бесстрастный, прямой точно палка, вышел в коридор. Вперил в Тессу немигающий взгляд светлых глаз, но в них, обычно безразличных, нынче горела искра интереса.

— Стук каблуков по каменным плитам сбивает с мысли. Так проявляется человеческое волнение или ты не знаешь, куда девать энергию?

Будь на месте носозадого эльфа улыбчивый Найт или добрая Марта, Тесса не выдержала бы — поведала, что у нее на душе. Но откровенничать с этим? Нет уж, увольте! Фрей Альтаэр категорически не нравился Тессе. Он выползал из своего уединенного кабинета, как змея из норы, именно в те моменты, когда в отделении возникали неоднозначные ситуации. Словно его нюх был особенным образом настроен на неприятности.

Как ни злилась сейчас Тесса, стукачкой она никогда не была.

Она промолчала и забежала в ординаторскую, захлопнула за собой дверь.

Милена, как обычно, вскочила ей навстречу.

— Терезочка, смотри, что мне подарил дядя Найт!

Малышка продемонстрировала человечка из трубочки от капельниц, его длинные ручки и ножки болтались, а на голове топорщились светлые кудряшки.

— У Фуфи теперь есть подружка! Скоро я покажу ее дядюшке Эберту.

Тесса всхлипнула и зажала рот рукой. Поскорее отвернулась и сделала вид, что очень занята перекладыванием бумажек на столе. А вот и чистый лист. Размашистым почерком — буквы скакали точно в припадке — Тесса написала заявление на увольнение.

Она всей душой полюбила больницу святой Агаты, она знала, что здесь ее место, но не могла, никак не могла остаться работать под началом этого страшного человека…

Думая, что покидает ординаторскую навсегда, Тесса порывисто обняла малышку, а та, видимо, соскучившись без человеческого тепла, без объятий, доверчиво прильнула к ней, обхватила за шею.

— Терезочка, — прошептала она. — Ты грустная?

— Нет, нет! — сказала Тесса сиплым от сдерживаемых слез голосом. — Мне просто… Мне надо срочно поговорить с твоим отцом.

Тесса думала, что сможет уволиться с достоинством. Хладнокровно положит лист бумаги на стол некроманта, сообщит о своем уходе, медленно развернется и покинет логово чудовища. Что в итоге? С изумлением она услышала собственный вопль:

— Вы не просто некромант, вы — убийца!

Выкрикнула и задохнулась. Попятилась, прижав ладонь к вздымающийся груди. Что, если он и ее как свидетеля…? До двери пара шагов — успеет ли сбежать?

Тьер Мортенс не сделал и попытки дернуться следом. И лицо не дрогнуло. Только синие глаза потемнели. Тесса много раз сталкивалась с болью пациентов, и, если бы она не знала, кто стоит перед ней и что он сотворил, она бы ручалась, что этот человек мучается от невидимой раны. Глупости какие!

К тому же тьер Мортенс уже вернул себе обычную невозмутимость.

— Дона Коллин, я не стану препятствовать вашему увольнению, к тому же испытательный срок еще не закончен и мы можем разорвать договор без дополнительных проволочек. Более того, я дам вам рекомендательное письмо, которое поспособствует вашему дальнейшему трудоустройству. Причем сделаю это не покривив душой, я видел, как вы работаете. С полной самоотдачей…

— Мне не нужны ваши подачки! — пискнула Тесса, но спокойный голос тьера Мортенса поколебал ее уверенность.

Почему он так спокоен? Может, Тесса чего-то не знает?

— Как скажете, — не стал спорить тьер Мортенс. — Прежде чем я подпишу заявление, я лишь прошу уделить мне пять минут для разговора. Если и после этого вы не измените решение…

— Никогда! Мы, целители, должны спасать жизни! Вы…

Начальник отделения молча указал ей на стул и сел сам. Тесса секунду колебалась, потом примостилась на краешек сиденья.

— Вы очень молоды, дона Коллин. В вашем возрасте я тоже делил мир только на черное и белое…

Тесса угрюмо молчала, сжав руки в замок и таким образом удерживая себя от резких слов.

— Вы хотите спасать жизни любой ценой. Это похвально, и я полностью разделяю ваше стремление. Но однажды вы столкнетесь с пациентом, которого нельзя спасти, и встанете перед выбором…

— Мой выбор будет очевиден!

Тьер Мортенс едва заметно вздохнул.

— Я ни в коем случае не стану удерживать вас, если вы решите подать заявление в медицинскую комиссию, я знал, чем рискую. Тьер Эверет попросил меня об одолжении, и я… не смог ему отказать.

— Он попросил вас? — воскликнула Тесса, вскидывая лицо и надеясь, что тьер Мортенс примет блеск в ее глазах за негодование, а не за слезы.

Если бы начальник отделения обманывал — она бы это поняла. Наверное. Или, может быть, ей слишком хотелось верить, что не такое уж он чудовище, каким она успела его вообразить.

— Да, — коротко ответил тьер Мортенс. — Вы вольны считать меня чудовищем, дона Коллин.

И Тесса вздрогнула, точно он прочитал ее мысли.

— Но прежде чем вы уйдете — подумайте вот о чем. В этом отделении сейчас работает четыре целителя, если считать дону Ларт. Четыре целителя на весь нижний город, где проживают тысячи людей, гномов, орков, оборотней, полукровок. Когда вы уйдете, нас останется трое. Простая математика. Каждые лишние руки — это чья-то спасенная жизнь.

Тесса ощутила, как злость отступает, а на щеках предательски выступает румянец стыда. Почему она сама не подумала о столь очевидных вещах?

— Ваши руки, дона Коллин! Ваш сильный целительский дар: девять из десяти.

Тесса дернулась и распахнула глаза.

— Да, я знаю. В бумагах это указали. Все это нужно не мне, а им! Пациентам, которые сегодня поступят в отделение и которым будет все равно, кто их лечит — святой ли, некромант или убийца.

Тьер Мортенс сделал паузу, давая Тессе время, чтобы переварить услышанное.

— Если хотите уволиться, я не держу, я дал слово. Честно говоря, я думал, что вы уйдете после первого же дня. Но теперь я хочу, чтобы вы остались. Я вижу, что из вас выйдет толк!

По лицу Тессы все-таки потекли слезы, и она даже не пыталась их вытереть.

— А теперь скажу начистоту. Вы уходите не потому, что я убийца, ведь это не так, а потому, что вам страшно работать рядом с человеком, в котором есть тьма. И страшно, что мир устроен сложнее, чем вас учили в Академии. И страшно, что целитель может спасти сотни жизней и не спасти одну… Это и есть причина.

Тьер Мортенс взял со стола перо и, не глядя больше на Тессу, окунул его в чернильницу. Костяшки его пальцев побелели, точно все время разговора он из последних сил сдерживал обуревавшие его чувства.

— Стойте!

Тесса вскочила на ноги и вырвала лист из-под кончика пера, прочертившего синюю линию. Она разорвала заявление напополам, потом еще раз напополам, и еще, и в итоге сложила обрывки бумаги аккуратной горкой на столешнице.

— Я остаюсь. Но на этом мой испытательный срок завершен, не правда ли?

Почему теперь в ярко-синих глазах ей почудился внутренний свет? А еще… Тьер Мортенс улыбнулся?

— Правда. А теперь возвращайтесь в зал. Пациенты ждут.