Глава 1

Около шести лет назад

– Девушка, вашей маме зять не нужен? – Самый тупой подкат на свете, Виктор это прекрасно понимал. Но на другие сейчас он был не способен.

– Да. Нужен. Очень. Мы сейчас как раз кастинг проводим. Хотите поучаствовать?

– Почему бы и нет? Куда присылать анкету?

Легкий треп ни о чем за стойкой кофейни. Пальмовский в тот день до того замотался, что готов был к любым неудобствам, только бы сделать глоток нормального эспрессо. Здесь подавали такой – густой как смоль. Бодрящий до зубовного скрежета.

– Никуда не нужно присылать. У меня есть с собой. – Девчушка потянулась за сумкой, искристо улыбаясь. Реально достала оттуда папку с бумагами, одну вытащила из файла и подала в руки Виктору.

– Ничего себе, как все серьезно… – Это уже было лишнее, но он зачем-то принял анкету, начал рассматривать…

Эти две трещотки привлекли внимание, как только он уселся за стойку. Виктор не вслушивался в их треп, лишь замечал, что одна смеется заливисто и радостно, почти как ребенок. Можно было слушать этот смех бесконечно, как мелодию – просто наслаждаться отдыхая.

Он обернулся в ее сторону, лишь когда кто-то неосторожно толкнул девчонку в спину, та чуть не свалилась с высокого табурета.

Многолетняя привычка и скорость реакции сработали быстрее, чем Виктор сообразил: он сначала подхватил девушку, спасая от падения, и лишь потом подумал, что делает.

– Спасибо. Извините. – Сказала она растерянно.

– Вашей маме зять не нужен? – Ответил невпопад, потому что завис на мгновение, а потом стало поздно.

Она была слишком хороша, чтобы просто так отвернуться. Слишком молода, чтобы рассчитывать на что-то серьезное. Но если она предлагает заполнить анкету, почему бы и не сделать это?

Ничего из того, что Виктор написал в опроснике, не было правдой. Только зачем-то указал свой настоящий номер. Вряд ли она позвонит Тугодуму Скупердяеву пятидесяти восьми лет от роду, у которого из полезных привычек – только умение гладить кота за ушами.

– Держите. Надеюсь, что вашей маме очень понравится моя кандидатура. Я надеюсь пройти в финал кастинга.

– Ничего не обещаю. У меня очень придирчивая мама. Кому попало свою дочку не отдаст! – Девчушка старательно сдерживала улыбку, отвечая. Но ей до серьезной мины Пальмовского было как до Китая пешком.

– Теперь ваша очередь. – Эспрессо давно уже закончился, пора было встать и отправляться на покорение новых вершин. Но Виктор совершенно не хотел торопиться. Скука – страшная болезнь, от которой так сложно излечиться. А тут попался такой отличный способ хотя бы на время развеяться.

– В каком смысле? – Она, очевидно, растерялась. Глянула коротко на подругу, которая молча слушала весь разговор.

– Мне тоже нужна ваша анкета. Чтобы все было по-честному. Давайте, заполняйте.

Девушка с сомнением прикусила губу, мельком проглядывая писанину Пальмовского. С трудом сдержала улыбку пару раз, больше никак не выдала, что думает о престарелом Тугодуме.

– Хорошо. Пусть будет по-честному. Сейчас и я заполню.

Дуня Скипидарова, если верить написанному, тоже была весьма взрослой – родилась аж в восемнадцатом веке, еще до отмены крепостного права. И любила гладить пузико своему плюшевому кролику. Похоже, только последний пункт и был правдой.

– Вы дату верно указали, Дуня? Ни в чем не ошиблись? – Было бы грустно, если такая милаха не умеет вычитать и складывать…

Красивая. Вкусная. Он уже даже представил, какая у нее на ощупь талия – тонкая, перетянутая легким пояском, и какие упругие бедра под шелковым платьем. Но любая красота портится, если к ней не приложены хотя бы минимальные зачатки мозга. Виктор никогда не любил дурочек, с ними чересчур уж тошно.

– Не переживайте за мой возраст, там все правильно. Я просто слишком хорошо сохранилась для своих лет. – Веселая усмешка успокоила: «Дуня» прекрасно понимала, что делала, значит, не так все и плохо с математикой.

– И до сих пор не замужем? Как так вышло?

– Так видите ж… Кастинги… Мама никак не определится… – И чувство юмора хорошее, девочка начинала ему нравиться все больше и больше.

– Уверен, моя кандидатура ее устроит на тысячу процентов. И вам, наконец, не придется больше ходить в старых девах! – Он уже раздумывал, не заказать ли еще эспрессо. Сегодня в этой кофейне его варили просто чудно, иначе откуда бы в Викторе вдруг взялось столько прыти по охмурению?

– Ой, очень хотелось бы верить! Я постараюсь ее уболтать! А можно вашу фотографию, пожалуйста? Я приложу к анкете. Маман не устоит перед таким красавчиком!

Становилось все интереснее… Это кто еще кого тут охмурял?

– Валяйте. Вам как лучше? Спиной повернуться или язык показать?

– Уже никак не нужно. Я все сделала. – «Дуня» спрятала в карман телефон, которым очень оперативно щелкнула. – Спасибо вам, уважаемый Тугодум! Вы покорили мое измученное сердце!

– Конфетку хочешь, Дуня? – Утром прихватил со стола секретарши несколько мятных леденцов. Очень кстати оказались. Таких малышек стоит соблазнять только конфетами, все остальное – слишком рано для юных душ.

– Спасибо. Но мама не разрешает брать от незнакомых дяденек.

– Хорошая у вас мама, Дуня. Правильно воспитывает.

И девочку хорошую сделала, что смотреть, что слушать – одно удовольствие, не оторваться… Виктор уже подумывал, не задвинуть ли, к черту, все самые важные дела, не пуститься ли во все тяжкие.

– Давайте, кофе угощу вас с подругой. Какой вы пьете?

– Спасибо, не нужно, правда. – Девушка почему-то расстроилась, застеснялась. – Я ведь не для этого с вами разговариваю.

– И я не для этого предлагаю.

– А для чего?

– Чтобы был повод еще задержаться и провести с тобой время, Дуня. – Внезапно расхотелось шутить. А еще не мешало бы выяснить, как ее зовут. Ну, не Дуней же, в самом деле?!

– Не стоит. Нам пора уходить… – Девчонка дала сигнал подруге, которая почти не смотрела уже в их сторону, а что-то увлеченно чиркала в блокноте.

– Да нет уж, оставайтесь. Лучше я уйду.

Словно по заказу, затрещал телефон – сначала посыпались сообщения в разных мессенджерах, потому раздался звонок. Абонент, который никогда не приносил хорошие новости.

– До свидания, Тугодум! – Девушка снова расцвела, улыбнулась на прощание.

– Всего хорошего.

Он почти сразу же забыл о Дуне, с ходу окунувшись в сложный разговор. Бросил несколько купюр на стойку, двинулся к выходу.

Анкету смял, хотел уже выбросить в урну у самой двери… Но в последний момент остановился, спрятал скомканный шарик в карман, вместе с бумажником и ключами.

– Здравствуйте. Я хотел бы услышать Дуню Скипидарову. На крайний случай, позовите к аппарату ее маму!

По звонкому «алло» в трубке Виктор уже понял, что девушка дала ему верный номер, ее голос нельзя было не узнать.

– А по какому вопросу интересуетесь? Время позднее. Дуня изволит почивать. – Девчонка веселилась. Настроение Пальмовского поднималось.

Очень странная реакция, если вспомнить, что совсем недавно ему хотелось кого-нибудь убивать или самому вздернуться: все клиенты одновременно сошли с ума и, словно сговорившись, пытались то же самое сделать с Виктором.

– Я на кастинг анкету подавал. Хочу узнать, когда меня объявят победителем.

– Ах, вот оно что… – Он как будто вживую представил, как девчонка на том конце провода закусила губу, чтобы не рассмеяться. – Вы так уверены в своих шансах?

– А что, у Дуни есть более интересные варианты по смене фамилии? Моя – самая классная, тут даже сомнений быть не может!

Зачем звонил – и сам не сказал бы. Случайно обнаружил клочок бумаги, когда вытряхивал из карманов пиджака содержимое. Знакомство, которое он никак не планировал продолжать, вдруг стало шансом хоть немного развеяться.

– Вы даже не представляете, Тугодум, как много интересных предложений нам поступало. Наверное, придется тянуть жребий, иначе никогда не сможем определиться…

– Давай, по видео поболтаем, Дуня? – Ему хотелось не только слышать, как она улыбается, но обязательно еще и видеть.

– Нет. Это некомильфо.

– С чего бы вдруг?

– Дуня в пижаме. Приличные дамы в таком виде не показываются мужчинам.

– А ты простынкой до носа укройся, и будет все нормально. Выбери такую, чтобы не просвечивала.

Мужской интерес, до этого слабенько тлевший, вдруг проснулся. Воображение зацвело буйным цветом. От простого-то упоминания пижамы…

– Нет. Пижама – мелочи. Я же всю красоту с себя сняла…

– Это какую же, если не секрет?

– Парик, ресницы, ногти, зубы… Губы вот сдулись, их нужно будет утром снова подкачивать. В общем, я сейчас очень некрасивая. Тугодум не выдержит такого зрелища и раньше времени сойдет с дистанции.

– Ты, значит, лысая, беззубая, без ногтей и губы выглядят, как спущенные шины? – Он прекрасно помнил, как выглядит девочка. Ничем искусственным там даже не пахло. Но картинка в уме нарисовалась забавная.

– Да. И грудь… – Картинный вздох в трубку, от которого можно было оглохнуть. – Грудь тоже ведь… До самого пупка обвисла. Я так устала каждое утро приводить себя в порядок…

– Знаешь, Дуня, ты просто мой идеал! Обожаю таких естественных красоток! И у меня есть насос автоматический. Теперь ты просто обязана выбрать мою персону. Разве можно остаться без насоса?

– Я подумаю…

– Не надо думать. Я сейчас подъеду. Говори адрес, откуда забрать!

Долгая пауза, во время которой Виктор и сам размышлял, что это на него нашло такое… Мечтал уже несколько недель подряд пораньше оказаться дома, отдохнуть, выспаться, да просто почитать или глянуть хорошее кино. Домашний кинотеатр с аудиосистемой, которой могла бы позавидовать профессиональная студия, давно покрылся толстым слоем пыли… Сегодня были шансы пыль смести. Так нет же, ему эта Дуню приспичило видеть…

– Алло. Дуня, ты на проводе? Или это уже ее мама подошла?

– Алло… Я уже парик обратно приклеиваю, собираюсь.

– Серьезно? – Девушка удивила даже больше, чем он – сам себя.

– Да. Я решила, что нужно поближе познакомиться с таким перспективным кандидатом. Только насос не забудьте, пожалуйста!

– Ты с ним собралась знакомиться или со мной?

– Ну, ты же понимаешь… Озвучил преимущество – доказывай.

– Хорошо. Я пошел собирать по всему дому насосы. – На самом деле, поднялся с любимого дивана и побрел в поисках подходящих случаю джинсов и толстовки. Не в костюме же переться вечером на свидание с девушкой? Его уже тошнило от галстуков и пиджаков. – Адрес мне назовите, Дуня. А то кучер может заблудиться, если поскачет только по интуиции…

– Я сейчас смс-кой сброшу, а то на слух можете не запомнить. Да и имя у вас, Тугодум, наводит на мысли всяческие… – Тут уже Виктор усмехнулся. С его-то работой, да иметь проблемы с памятью – прямой путь в черную дыру, а не к успеху.

– Давай, Дуня, присылай смс-ку! Я подъеду – наберу.

Девушка жила на другом конце города, словно по заказу. Если добираться днем – у Виктора были бы все шансы потратить на дорогу несколько часов. В ночное время – минут тридцать, не больше.

Кататься по ночам Пальмовский любил – это позволяло расслабиться, но при этом не поплыть совсем. Можно было вести автомобиль, автоматически нажимая педали и кнопки, не опасаясь, что какой-нибудь сильно спешащий идиот подставится под капот или вынудит подставиться кого-нибудь другого.

Главный вопрос, который не давал покоя: а куда он катится и зачем? И кто его ждет по указанному адресу? И ждет ли, вообще?

Нормальный, рабочий Пальмовский давно уже пробил бы номер телефона и адрес по всем существующим и доступным базам. Это была одна из основных частей его бизнеса – находить и проверять данные.

Но вот этот странный вечерний Виктор зачем-то позволил втянуть себя в авантюру и решил убедиться, что его не разыгрывают, самым примитивным способом: потащился в указанное место.

«Я подъехал. Выходи» – звонить не стал. Отправил сообщение. Пытался угадать, какое из окошек многоэтажки погаснет первым после его отправки. Как юнец, которому больше делать нечего.

«Обуваюсь и бегу»

Он дал себе времени – пять минут. Если не появится – значит, его тупо провели за нос. Его, Пальмовского, которого никто и никогда еще не пытался обмануть.