Глава 21
Мы отдыхали уже неделю. Вынырнув семь дней назад в системе Медоуш, мамочка на этом не остановилась и за последующие сутки мы прошли через десяток систем и более чем через три десятка миров. Как она мне объяснила почти сразу — это был единственный вариант, чтобы нас не нашли в ближайшие часы.
Следующие три дня мы лечили моё тело и разум, выводя из него токсины, «подаренные» на прощание Владыкой и уничтожая лишние информационные капсулы Карьи, содержащие не знания, а вирус.
Мы возвращали к жизни меня прежнюю, убирая под многочисленные запреты и замки ту, что выиграла кровавые игры.
В эти дни мы практически не разговаривали, обходясь лишь общими фразами и минимумом жестов. Зато позавчера, когда наконец была уничтожена последняя троянская капсула и моей жизни больше ничего не угрожало, я устроила мамочке форменный допрос.
Итогом стала обида… Большая. Всеобъемлющая! Она действительно бросила меня, чтобы спастись самой, потому что на неё открыли охоту, как это сделали и со мной. Более сотни покушений, десяток почти удавшихся и в итоге решение — уйти, официально умерев.
Папа не убивал её. Папа просто стал единственным свидетелем последнего покушения и того, как его супруга погибла под обвалом, сгинув в бездонном ущелье. Он элементарно не успел и в итоге винил именно себя.
— А я?
— Я заблокировала в тебе свой геном ещё при рождении. К сожалению что-то пошло не так и вместо того, чтобы стать лишь кхаа-шарг, ты стала обычным человеком. Я торопилась и не учла, что магические ключевые узлы младенцев отличаются от ключевых узлов взрослых… — замолчав и отведя взгляд, через некоторое время она продолжила: — Я пыталась поправить, у меня даже почти получилось, но исправить всё до конца мне помешал твой отец. Он решил, что я хочу сделать из тебя шин-су…
— Он знает, кто ты?
— Да. Я сказала ему это тогда, когда он сделал мне предложение.
— А он?
— А он… — усмехнулась и ненадолго уйдя в себя, словно вспоминая тот день, заговорила снова: — Он сказал, что я могу быть даже самим Темным Демиургом, но он меня любит и это для него не преграда.
— Тогда какого лешего ты с ним не осталась??!
— Убив всех, кто нас окружал? Всю его семью? Всех соседей? Императора? Весь мир кхаа-шарг?
— Что за бред?
— Это не бред, милая… к сожалению. — снова погрустнев, мамочка попыталась мне объяснить то, что казалось ей такой простой истиной и что не принимала я. — Его отец, граф Антало, знал, кто я и ненавидел меня за то, что я стала женой его сына, ведь он уже нашел ему подходящую невесту сам. Мало того, уж не знаю как, но о том, кто я, узнал наш будущий родственник, герцог Эталд Акусто, отец твоего жениха. Именно он стоял за большинством покушений.
— Ну и почему ты его не убила? — вызвав своим достаточно логичным вопросом на лице мамочки бурю эмоций, в основном негативного характера, недоверчиво уточнила: — Ты что, вообще никого и ни разу?
— Никого…
Оп-па…
— То есть это я одна такая маньячка?
— Да нет… просто… — неловко пожевав губами, мамочка неопределенно передернула плечами и в конце концов призналась: — Скорее это я немного неправильная… Понимаешь, меня воспитывали в довольно строгой семье. Меня не учили убивать, наоборот. Мы все прекрасно знали, как к нам относятся остальные и старались быть как можно добрее и приветливее…
— И все равно тебе это не помогло.
— К сожалению. Молва зла… а одно знание о моей истиной расе застило глаза тех, кто нас боится. Боится и ненавидит за то, то боится. А Эталд… понимаешь, мне кажется, он начал ненавидеть меня уже тогда, когда я отказала ему и предпочла Аркадо…
— Мама??? Ты… — нервно хохотнув, шлепнула себя ладонями по коленям. — Ты нечто! Так этот урод хотел убить тебя только за то, что ты посмела сказать ему «нет»???
— Ну, я не уверена… — неожиданно покраснев, мамочка потянулась к бокалу и тут же за ним спряталась.
Сегодня выдался невероятно погожий денек и мы прямо с утра бездельничали, валяясь на шезлонгах прямо у кромки моря и ведя неторопливые беседы обо всём. Ещё пару дней назад мы пришли в очередной мир-курорт и теперь отдыхали не только телом, но и разумом. Вот сейчас дошли до истинных «сучностях» убийц. Значит несостоявшийся свекрушка и дедушка…
— И всё равно я не понимаю. Почему ты не выкрала меня? Почему оставила?! Почему я росла без мамы???
— Потому что у тебя был любящий папа. Я не могла оставить его совсем одного… понимаешь, я хотела вернуться. Очень хотела! Но потом… потом я попала в одну очень щекотливую ситуацию у себя в мире, а когда разобралась с ней и вернулась, то вас уже не было. Вы ушли в другой мир, не оставив координат. Понимаешь… всё дело в том, родители не знали, что я уже замужем, а сказать им об этом я стыдилась.
— И что в итоге?
— В итоге стоило мне вернуться, как меня едва не выдали замуж за того, кого выбрали они сами. — снова смутившись, словно даже вспоминать это ей было стыдно, мамочка снова надолго замолчала. — В общем, именно тогда я научилась прятаться, уходя стихийными порталами, но время было уже упущено…
— Мда-а-а…
Злиться бессмысленно. Мамочка права. Чтобы никто не мешал жить — или убиваешь всех, или умираешь сама. Она выбрала смерть. Впрочем, я ведь тоже повторила этот шаг не так давно, так что…
— Мам, но ты ведь больше меня не бросишь?
— Нет! Больше никогда! — порывисто подавшись ко мне, мамочка стиснула меня так крепко, что я блаженно разулыбалась. Как же это здорово!
— Слушай, а что мы будем делать теперь?
— Честно? Даже не знаю… Может отдыхать и путешествовать? Деньги у меня есть. А ты что предлагаешь?
— Ой, а давай… м-м-м… давай всё-таки убьем герцога, а? Ну так, напоследок? А потом путешествовать! Здорово я придумала?
— Арина… — обескуражено протянув, мамочка недоверчиво всмотрелась в мои глаза. Она наверняка думала, что я пошутила.
Вся проблема была в том, что я не шутила.
Нет, ну сами посудите — я похожа на мазохистку? Таки нет! И я элементарно уверена, что обо мне, точнее о том, что я жива, знает не только отец, но и все те, кто должен быть уверен в том, что я умерла. И если бывший жених мне в принципе безразличен, дед нынче занят и воспитывает последнего оставшегося в живых наследника, то вот герцог… да только за то, что именно из-за него я росла без мамы, он заслуживает смерти!
Так что решено — последнее убийство и путешествовать!
— Мамуль, а научи меня стоить стихийные порталы, а? Ну, очень надо…
— Арина?
— А? — невинно похлопав ресничками, отметила, как она усмехнулась и тоже разулыбалась. Такая родная и такая красивая! Такая… моя! Моя мамочка!!!
— Но ты обещаешь мне, что после этого завяжешь?
— Эм… ну…
— Арина?
— Мам! Ну что ты в самом деле! Между прочим, в том, что из меня сделали — я не виновата! В этом кстати в первую очередь виноват мой женишок, который всего три месяцев назад (это было всего три месяца назад???) подослал ко мне чокнутого убийцу. Именно из-за него начали слетать твои печати! Вот если бы не они, то я бы до сих пор была бы самой что ни на есть обычной человечкой, со зрением минус десять и любовью к фэнтези. Кстати, фэнтези — вранье. — яро доказывая мамулечке, что это не я, а окружающие виноваты в том, что я стала жестокой маньячкой, предпочитающий бить на предупреждение, причем сразу насмерть, в итоге кажется всё-таки убедила.
По крайней мере начать обучение она согласилась.
— Но потом…
— Я постараюсь, честно! Зато я не пью и не курю! Вот!
— Ага… зато замужем.
— Ты вообще-то тоже.
— Ну… — смутившись снова и не найдя контраргумента, мамочка махнула рукой и согласилась окончательно. — В общем, так. Ложись ровненько, расслабляйся, закрывай глаза и ищи в направлении тех капсул, что содержат в себе информацию о магии шин-су. Не о стихиях, а именно о пространственной магии…
— Так, ну тут я смотрю, мы закончили…
Взорвав последнюю рабскую арену в системе Урания, Сорвэй вопросительно приподнял бровь, интересуясь у тестя, куда дальше. К сожалению, в том, что они родственники, пришлось признаться.
Почему к сожалению? Ну… потому что после того, как Аркадо по камушку разнес церемониальную арену и полностью уничтожил правящую династию Карлетто, сначала ментально допросив и буквально выпотрошив Карью и Владыку, и после этого без раздумий открутив обоим головы, всё его внимание перешло на них. На тех, кто что-то знал о его маленькой доченьке…
В общем, пришлось попотеть, да основательно подраться, прежде чем Аркадо признал, что такой зять (расу своего отца тоже пришлось озвучить) в принципе достоин быть мужем его девочки.
В итоге, отложив поиски беглянок на то время, когда они оба немного остынут, мужчины решили сначала доделать то, с чего начали. А именно революцию в одной отдельно взятой системе миров. Обратно в свою Империю Аркадо решил не возвращаться, здраво рассудив, что негоже системе простаивать без правителя, а его как раз заинтересовала местная флора и фауна. Ну и остальные золотые месторождения.
Заодно и отблагодарить все три вольных легиона, которые помогли ему в этом нелегком деле, нашлось чем.
А что? И сами размялись, и трофеев набрали, да и подходящие земли себе присмотрели. В общем, сплошная польза!
— Да, думаю, закончили. Ты нашел их?
— Пока нет. Если бы не Ариадна… — поморщившись, потому что признаваться в своей несостоятельности было не так уж и просто, Сорвэй пожал плечами. — Я отследил уже семь точек. Думаю, будет ещё столько же, но я продвигаюсь.
— Уж будь любезен.
Аркадо завидовал. Он дико завидовал своему зятю в том, что у него есть ТАКИЕ способности. Сам он подобного не мог. Но ничего… ничего-ничего… когда они их найдут (именно когда, а не если!), то больше она от него НИКУДА не денется! Никуда и никогда! Хватит! Он восемнадцать лет был вдовцом! Теперь только через его труп!
Обучение проходило своим чередом. Особенно радовало то, что меня учила именно мамочка. Она была отличным учителем! Просто превосходным! Она поправляя меня настолько ненавязчиво и ловко, подсказывала так грамотно и мастерски, что уже на седьмой день я строила стихийные порталы без единой ошибки, в большей мере полагаясь на инстинкты и интуицию, чем на логику и здравый расчет. Мы стихии, мы именно такие.
К чертям логику! В бездну расчеты!
Даешь максимум экстрима и интуитивный подход!
— Аришенька, доброе утро. — с самого раннего утра зайдя в мою спальню, мамочка выглядела до ужаса загадочной и что-то прятала за спиной.
— Доброе… — вчера мы устроили себе выходной от учебы, и я впервые за много недель дорвалась до книг.
Наконец-то я нашла в своей памяти капсулы с основными галактическими языками и письменностью, и выучив их на скорую руку, отрывалась на всю катушку. Как же это было здорово! В общем, легла я всего часа три назад… и естественно была не выспавшейся.
— Ты помнишь, какой сегодня день?
— М? — хм… пятница… кажется… или нет? — Какой?
— Твой день рождения. — приземлившись на край моей кровати, мамочка широко улыбнулась на моё искреннее недоумение и тут же крепко обняла. — С днем рождения, солнышко…
— Ой… — а я забыла… нет, правда. В последнее время жизнь была такой быстрой и непостижимой, что какой-то там день рождения банально выветрился из моей памяти. А мамочка помнила… — Спасибо…
Растрогано шмыгнув, почувствовала, как защипало в носу. Это было так мило… так безумно приятно!!!
— Это тебе.
Это?
С любопытством рассматривая красиво упакованную коробочку, которую мне тут же вручала мама, проворно содрала ажурный бантик, оберточную бумагу, открыла крышку… и замерла.
— Это что?
— Правда, красивый?
— Эм… — подцепив двумя пальчиками практически невесомый кусочек розового кружева (типа трусики), вынула его из коробки и, подняв повыше, чтобы рассмотреть во всей красе, задумчиво протянула: — Да-а-а… мам, это намек? Если да, то очень толстый…
— Ну, почему сразу намек… — ожидаемо смутившись, мамочка вынула вторую часть комплекта и, развернув его (это был полупрозрачный кружевной пеньюар), разложила по моим коленям. — Ты же вроде как замужем… а им такое нравится.
— Мам, ты тоже замужем. Но что-то я не видела, чтобы ты рвалась обратно к папочке. Так почему я должна?
— Ты не должна. — вздохнув и посмотрев на меня, как на маленькую, покачала головой. — Я не рвусь не потому, что не хочу, а потому, что ещё рано. Сейчас он слишком раздражен, да и насколько я слышала в новостях — они там немножко воюют… Пойми, замужество — это не простой звук. Тем более такое. Я слышала о Сорвэе многое — он очень сильный и упрямый демон. Но в тоже время очень ответственный и как ни странно это звучит — надежный. Или ты думаешь, что до префекта может дослужиться кто угодно? Нет, милая. До префекта могут дослужиться лишь лучшие. И поверь моему опыту — если он пришел за тобой тогда, на церемонию награждения и освобождения, то значит он не так уж и равнодушен, как ты думаешь и как он сам хочет это показать. Я не требую, чтобы ты, наплевав на свои гордость и желание, отправилась прямиком в его объятия, я лишь прошу, чтобы ты подумала и тщательно взвесила все за и против. Вот чем ты займешься тогда, когда завершишь свою кровавую месть?
— Мы же уже определились. Будем учиться и путешествовать.
— А потом?
— То есть?
— Потом, когда ты научишься всему, и тебе надоест путешествовать?
— Ну… придумаем. Мам, я тебя не понимаю. Что ты хочешь услышать?
— Я хочу услышать от тебя желание завести семью. Свою семью. Мужа, детишек… — посмотрев на меня с такой надеждой, что я банально не смогла сказать «НЕТ!!!», наверное все же что-то увидела в моих глазах, потому что тут же смущенно отвела взгляд и почесала кончик носа. А затем, встрепенувшись, радостно заявила: — Хотя, что это я? Совсем ерунду уже говорю! Тебе всего двадцать — самая пора развлекаться и веселиться, а я тебя замуж выпихиваю! Вот точь-в-точь, как мои родители в свое время! Так, не слушай свою раскисшую мать, соскучившуюся по мужу, вставай-одевайся — идем завтракать и планировать вечеринку!
Сорвавшись с кровати и не дав мне время на ответ, мамочка ураганом вылетела из моей комнаты, оставив меня одну.
Мда-а-а…
Мне показалось, или она и правда расстроилась?
Черт!
Нет, я обязательно уничтожу этого выродка герцога, из-за которого моя мамочка восемнадцать лет (!!!) жила без меня и папочки! А затем… а затем найду папочку и вручу ему мамочку! Точно!
А сама путешествовать!
Довольная от того, что всё так здорово придумала, убрала мамин подарок подальше (ну не ношу я такое!) и отправившись в утренний бодрящий душ, с удовольствием начала планировать сегодняшний день. Так и быть, устрою себе праздник. Двадцать лет! Это не шутки!
Ну… вообще-то я и сама периодически задумывалась о том, что я вроде как замужем. Прикидывала и так, и эдак, но пока к чему-то определенному не пришла. Если отбросить сам факт замужества, а заодно и кучу всего остального, довольно сомнительного, то внешне он мне даже нравился. Рост, комплекция, седина, загадочное происхождение и высокая должность… в чем-то мамочка права — кандидат неплох.
Но не сейчас, нет. Как-нибудь потом.
— Мамуль? — сполоснувшись и накинув одну из многочисленных легких бирюзовых туник, что мы с мамочкой купили во множестве еще пару дней назад (шопинг — это здорово!), нашла свою обожаемую родительницу в общей гостиной.
Мы с ней снимали большое бунгало, предпочтя его многочисленным отелям, потому что обе не жалели видеть посторонних и просто наслаждались обществом друг друга, морским песчаным берегом и безумно приятным тропическим климатом. Сервис тут был на уровне пяти звезд, то есть «всё включено». Холодильник был забит едой, бар забит алкоголем, на тумбочке в прихожей имелся местный аналог телефона, через который можно было связаться с обслугой и они выполняли буквально любое желание клиента в любое время суток от фисташкового мороженого до интим-услуг, а на стене гостиной висел огромный голоэкран, передающий последние межмировые новости. В общем, маленький рай для двоих.
— Да, милая?
— Я тут подумала… ты уже прикинула, как хочешь отдохнуть?
— Не совсем… есть несколько вариантов. — проворно наливая чая себе и кофе мне, мамочка продолжила: — Можно отправиться на одну из многочисленных карнавальных вечеринок, что проходят немного южнее, там находится сеть отелей и праздник буквально каждый день. Можно заказать столик в фешенебельном ресторане и просто поужинать, любуясь шикарными видами и уникальными созвездиями. Можно отправиться в подводный тур… Вариантов великое множество. На самом деле мне по большому счету без разницы — ведь это твой праздник и я соглашусь на любое твое предложение.
— Хм… — благодарно кивнув на поданную кружку, устроилась во втором плетеном кресле и тут же коварно улыбнулась: — На любое, говоришь? Давай тогда на карнавал? Хочу танцев и драйва!
— Как скажешь, солнышко. — нисколько не огорчившись на мой выбор, мамочка тут же деловито продолжила: — Тогда надо будет озадачиться выбором костюма. Какой хочешь?
— М-м-м… — отпив глоток просто божественного кофе, блаженно прищурилась и, тщательно обдумав мысль, выдала: — Хочу стать… ангелом.
— Кем?
— Ангелом. Это такие твари с белоснежными перьевыми крыльями, которые ну прямо безумно добрые и правильные. — хмыкнув, когда мамочка скептично приподняла брови, пояснила: — Я демон, мам. Я такой демон, что иногда самой противно. Так пусть хотя бы сегодня я побуду ангелом…
— Как скажешь… — ещё пару мгновений задумчиво рассматривая мои упрямо поджатые губы и наверное элементарно не понимая моих ассоциаций, в итоге просто пожала плечами и улыбнулась: — Не грусти, милая. Ты всё равно самая лучшая и самая моя любимая доченька. У многих из нас есть скелеты в шкафах, у многих есть груз на душе… но знай одно — я люблю тебя и буду любить всегда. Что бы ни случилось. Всегда. Мы справимся со всем.
— Спасибо… — растрогано прошептав, снова почувствовала предательское щипание в носу. Мне так давно никто не говорил, что любит… что верит… что будет заботиться… черт, как же это всё… мило!
— Ну-ну… — отставив кружку в сторону, мамочка встала и, притянув меня к себе, крепко обняла, выпустив из объятий лишь минут через пять и пожурив: — Так, а ну давай завтракай нормально! Совсем одни косточки остались. Давай-давай! Нам ещё всю ночь куролесить!
Это точно!
Снова повеселев, с огромным удовольствием доела свой завтрак, приготовленный лично мамочкой и уже в намного более благодушном настроении отправилась вместе с ней по магазинам.
Вызвав по переговорнику двухместный аэрокар со встроенным автопилотом, мамочка уверено устроилась за панелью управления, мало похожую на то, чем были оборудованы автомобили на Земле и, просто забив туда координаты ближайшего торгового комплекса, расположенного в пригороде в двухстах километрах от туристической зоны, откинулась на спинку кресла. Да, до чего техника дошла… всё автоматизировано — только плати.
Кстати, я уже несколько раз интересовалась — откуда у мамы столько денег, что она так свободно и не задумываясь их тратит, на что она вечно отмахивалась и отшучивалась. То есть мне это знать совсем нельзя? Мне конечно не так чтобы сильно обидно, что у неё секреты от меня… но знать хочется.
— Арина? Что скуксилась?
— Да так… — хотела сначала отмахнуться и отшутиться, но не удержалась. — Мам, давай начистоту. Ты ведь из обычной семьи?
— В смысле? — удивленно приподняв брови, мамочка заметно напряглась.
— В смысле — из рабочей? Ну, кто ты там у себя в мире? Крестьянка, горожанка, госслужащая? Или леди?
— Эм… — почему-то густо покраснев, мамочка отвернулась к окошку и долгое время мы просто молча летели по направлению к городу.
— Это так ужасно, что ты не можешь сказать об этом вслух?
— Нет… — обернувшись через плечо, она почему-то грустно улыбнулась. — Я принцесса. Младшая.
А…
Ачешуеть!
Совсем некрасиво выучив глаза и открыв рот, недоверчиво уточнила:
— Принцесса? То есть твои родители…
— Император и императрица системы.
— Оху… э… мля… — не в силах выразить свой шок цензурными словами просто хватала воздух ртом и нечленораздельно мычала: — Мам!!!
— Что?
— Какого хрена???
— Что именно? — угрюмо огрызнувшись, отчего тут же перестала походить на саму себя, мамочка буркнула: — Ты думаешь — это здорово? Так вот, спешу тебя огорчить — это не здорово. Это отвратительно. Это гадко и мерзко. Это подло, в конце концов!
Сорвавшись на крик, мамочка зло сузила глаза и сжала пальцы в кулачки. Если честно, то стало жутко — никогда её такой не видела.
— Мам? Ты чего?
— Ничего. — остыв так же резко, как и вспылила, мама несколько раз глубоко вздохнула и натянув на лицо откровенно ненатуральную улыбку, несколько секунд смотрела мне четко в глаза, а затем не выдержав, снова отвернулась к окну: — Прости. Это… ты тут не при чем. Это моё прошлое. Моё больное прошлое… Я младшая дочь в семье Императора. Третий ребенок. Казалось бы — живи и радуйся, но нет… моё будущее было расписано по минутам с того самого мгновения, как я родилась. Ни шагу в сторону. Ни взгляда. Ни вздоха. В свои двадцать один я умела и знала всё, что было положено знать и уметь принцессе. Не знала я лишь одного — свободы.
Слушая горькие откровения мамочки, пустым взглядом смотрела ей в затылок, а перед глазами вставали картины её детства и юности.
Да, это подло… Это грязно и мерзко: ни свободы выбора, ни свободы воли, ни свободы… любви.
— Это произошло случайно. Я прекрасно знала, что существуют иные миры и иные демоны. Я прекрасно знала, кем мы являемся и кем нас считают остальные, поэтому мы всегда выглядели как люди. Самые безопасные из существ, самые слабые и беззащитные. Просто немного магически одаренные. А твой отец… — тяжело вздохнув, мамочка неопределенно пожала плечами, но так и не обернулась. — Он появился стремительно и неожиданно. Обычный наёмник, как я думала вначале… Но он был иным. Живым. Веселым. Таким… — обернулась и я увидела, что она улыбается, сквозь слезы. — Коварным… И я влюбилась. Представляешь? Он не знал, кто я, потому что мы встретились с ним на карнавале, где я была одета в самый обычный костюм служанки. Это был один единственный день в году, когда нам разрешалась эта вольность — быть кем угодно. И я пропала… Та ночь… Уже под утро я поняла, что не смогу вернуться обратно, не смогу снова стать принцессой, потому что не смогу жить без него. Кто я и кто он? Принцесса и наёмник… мы сбежали. Это было удивительно!
С улыбкой на губах и таким влюбленным блеском в глазах рассказывая мне то, как они запутывали следы и то, как она скрывала свое происхождение и то, как узнала, что он не наёмник, а граф и наследник, и то, как совсем безрадостно её приняли в семье Иберриан… мамочка меня поражала.
Так любить и так бездарно профукать восемнадцать лет жизни!!!
— Мам…
— А?
— Прости за откровение, но ты дура.
— Я знаю… — не став спорить, мамочка снова улыбнулась, но улыбка вышла грустной. — Сначала я думала, что всё образуется, и у меня появится возможность вернуться, но потом… — губы скривились в злой усмешке, а глаза гневно прищурились: — Он завел любовницу. Знаешь, как мне было больно?
— Представляю… — сначала протянув, лишь после поняла, что тут что-то не стыкуется. — Стоп. Когда он завел любовницу? Когда ты ещё жила с ним?
— Нет. Через пять лет после того, как я «умерла».
— Ты ждала ПЯТЬ лет?
— Не ждала. — упрямо мотнув головой, мамочка сморщила носик: — Я пряталась и устраивалась. Выживала. Зарабатывала на жизнь. Пыталась найти планету, куда смогу тебя забрать и где нас никто не найдет. В конце концов — искала вас. А когда нашла… у него была любовница.
— И?
— И я ушла, оставив ему в подарок невозможность иметь детей от других женщин.
— Ага… — подождав пару минут, не дождалась продолжения. Нет, всё равно не понимаю. И? А я??? Что и озвучила: — А я? Почему ты меня не забрала???
— Потому что впала в депрессию… — язвительно ответив, мамочка прикрыла глаза, словно была не в силах на меня смотреть. — Ты можешь снова на меня обидеться, но это так. Мне было так плохо, я была так раздавлена, что не могла ничего. Ни думать, ни действовать, ни элементарно жить… в своей депрессии я зашла так далеко, что прекратила прятаться и спустя всего месяц меня нашла Недвига, моя старшая сестра и буквально заставила вернуться домой. А уже там меня заставили забыть всё и снова начать жить. Хотели выдать замуж, но я сказала, что покончу с собой, если они это сделают и меня наконец оставили в покое… да, в покое… Вот только, когда родители умеют магически подавлять волю своего ребенка, а у этого самого ребенка элементарно нет сил на сопротивление, потому что нет стимула… это был такой покой, что проще было удавиться. К сожалению, и это мне запретили. Вырваться из-под их опеки и сбежать снова, прихватив с собой в качестве компенсации пару миллионов межпланетных золотых «на шпильки», я смогла лишь с год назад…
Не зная, что ответить, не злилась. Мне было её жаль. Просто жаль. Самая обычная женщина, выращенная в тепличных условиях и не имеющая силы воли, чтобы побороться за своё.
Но всё равно — это МОЯ мамочка!
— Мам… — подавшись ближе и крепко обняв, прошептала: — Это всё было давно и неправда. Теперь всё будет хорошо. Я с тобой и теперь ВСЁ будет хорошо. Обещаю.
— Спасибо… — шмыгнув последний раз, мамочка крепко обняла меня в ответ, а уже через пару минут наш аэрокар устраивался на стоянке торгового комплекса. — Так, солнышко, а давай-ка мы с тобой ударим тотальным шопингом по плохому настроению! Пусть прошлое остается в прошлом — у нас впереди шикарное будущее и не менее шикарное настоящее. Айда по бутикам!