Глава 1

Что здесь могло случиться? Ее похитили? Но кто? Зачем? Кому вообще могло прийти в голову так рисковать и нападать на дозорную, которая обладает как навыками прекрасной стрельбы, так еще и, судя по разгрому вокруг, весьма недурно умеет обороняться в ближнем бою?

Я заметался по комнате. Осколки стекла противно хрустели под подошвами ботинок, отбрасывая зловещие блики при каждом новом всполохе аварийных ламп. Сирена продолжала настойчиво и хрипло гудеть, буквально въедаясь в мозги и мешая сосредоточиться.

Так, стоп. Нужно взять короткую паузу и собраться с мыслями. Нет ничего здравого в том, чтобы бесцельно метаться по помещению из угла в угол, грызть ногти и поддаваться панике. Я старый егерь, а не институтка на экзамене. Думай, Егор, думай.

Этот бункер подконтролен эльфийским резервациям. У нас действует строжайший запрет на контакт. Прямо сейчас на весь лес орет сигналка, которая сто процентов должна была передать на пульт дежурного информацию о проблеме и несанкционированном нападении на режимный объект.

Это значит, что сюда должны нагрянуть остроухие, и если они застанут на месте разгрома имперского солдата с автоматом в руках, то мне точно несдобровать. Никакие дипломатические ноты потом не помогут доказать, что я просто зашел проверить соседку.

Надо немедленно выметаться отсюда на свою территорию, и там уже пораскинуть мозгами в тишине и затем начинать искать Наиру.

Приняв единственно верное решение, я развернулся и спешно двинулся в сторону выхода, на ходу закидывая винтовку за спину. Я так торопился, что даже не смотрел в дверной проем тамбура, когда вылетал в коридор.

БАМ!

Я ударился лбом обо что-то твердое. Перед глазами на секунду вспыхнули белые искры, и, не удержав равновесия, я рухнул на задницу, махнув рукой наотмашь потенциальному обидчику, но промахнулся.

— Ау! — удивленно выкрикнула Наира, сидя на полу и негодующе потирая ушибленный лоб. — Егор⁈ Ты что тут устроил⁈ Aen nicthe arse lau kun! — выдала она гневную тираду на родном языке так хлестко, что у меня чуть уши не завяли. — Ты на кой-ляд мне бункер разнес⁈

— Я⁈ — возмущенно выдохнул я, тоже потирая голову. — РАЗНЕС⁈ — я уже просто выкрикнул это слово, глядя на нее во все глаза.

Нет, ну вы только посмотрите на эту остроухую наглость! Я тут переживаю, места себе не нахожу, думаю, что ее похитили или убили, уже чуть ли локти не искусал, а она заявляется живая-здоровая и сходу вешает на меня погром!

Секундочку…

— Ты откуда вообще тут возникла, лесную твою матушку⁈ — уточнил я, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны. Я протянул ей руку, потому что она продолжала сидеть на холодном полу и смотреть на меня с не меньшим возмущением. — Вставай давай, почки еще отстудишь на бетоне, потом проблем со здоровьем не оберешься, — буркнул я по-старчески, не в силах сдержать привычную ворчливость.

Она недовольно фыркнула, но мою руку приняла и рывком встала на ноги.

— Я откуда взялась? Это ты откуда тут взялся, я тебя еще раз спрашиваю! Ты нахрена мне бункер разнес? Обиделся, что я тебя в игрушке сделала, и пришел тут учудить? — она сделала пару шагов внутрь жилого отсека и стала ошарашенно осматриваться, оценивая масштаб бедствия. — И где камешек? — спросила она в пустоту, а затем резко осеклась, видимо, догадавшись ровно о том же, о чем и я минуту назад. — Так, стоп. Уматывай давай отсюда, пока мои не нагрянули! Чего стоишь⁈ Бегом! Я через пять минут подойду к Разлому, тревогу выключу и дам штабу знать, что все в порядке.

Сказано — сделано. Раз сказали «бегом», то дважды просить меня не надо. Как говорится, дают — бери, бьют — беги. Бить меня пока никто не собирался, а если бы и попытался, то я бы еще поспорил, кто кого, но вот становиться причиной вооруженного конфликта двух государств, которые не так давно заключили перемирие, что держалось ни шатко ни валко, мне совершенно не хотелось.

Я кивнул, развернулся и пулей вылетел на морозную улицу.

Добежав до края расщелины, я остановился у границы территорий, стараясь выровнять сбившееся дыхание. Ветер здесь поднялся сильнее, бросая в лицо колючую снежную крошку. В бездонном провале бурлил черный туман, медленно перекатываясь огромными лоскутами, издавая едва слышное шипение, которое было похоже на шепот тысяч голосов.

Я стоял и смотрел в непроглядную темноту. В голове сама собой всплыла старая цитата о том, что «если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя». И теперь, на краю реальной ямы с демонами, эта фраза обретала буквальный смысл. Мне действительно казалось, что из черного марева, за мной внимательно наблюдают чьи-то голодные глаза.

Ожидание затянулось. Минут через пятнадцать-двадцать на той стороне наконец-то показалась знакомая фигура. Наира подошла к границе, встав рядом. Вид у нее был уставший, малость потрепанный и предельно сосредоточенный.

— Я с трудом объяснила своим, что никуда выезжать не надо, — сходу начала она, остановившись рядом. — Сказала, что у меня случилось короткое замыкание, замкнуло пульт и сработала сигналка. В общем, наплела им с три короба, еле отбрехалась. Они уже дежурных рейнджеров послали для проверки, пришлось их по рации разворачивать на полпути.

— Хорошо, что тебе удалось их убедить, — ответил я, ощутив легкое облегчение. — А теперь давай по порядку. Где ты вообще была? Что случилось?

— Это я у тебя хотела спросить, — эльфийка уперла руки в бока, всем своим видом выражая крайнюю степень подозрительности. — Именно вот это: что случилось? Почему у меня в помещении все перевернуто вверх дном, словно землетрясение произошло, и куда делся наш друг?

— Я не знаю, — ответил я абсолютно честно, глядя ей в глаза. — Я вернулся с обхода своего сектора, зашел к себе в бункер. Когда шел по коридору мимо смотровой, случайно в окно увидел, что у тебя аварийные красные огни полыхают на весь лес. Вот я и кинулся бегом, думал, что-то страшное случилось.

— Ооооу, ты за меня беспокоился? Это так мило, — она на секунду сделала нежнейшее выражение лица, явно наигранно-ироничное, но уголки ее губ все же дрогнули в легкой улыбке. — И ты хочешь сказать, что пришел, а там так уже все и было?

— А как еще⁈ — всплеснул я руками. — Нет, моя дорогая, я пришел, учинил полный разгром, чтоб тебе не скучно жилось, и чтобы потом порядок тут наводила пару дней, и про приставку не вспоминала!

— Ладно-ладно, не ерепенься, я прикалываюсь, — она выставила руку перед собой в примирительном жесте. — И так ясно, что ты бы этого делать не стал. Но просто поставь меня на свое место: я прихожу с планового обхода, еще издали вижу, что у меня в бункере явно что-то случилось, бегу туда со всех ног, влетаю в тамбур, а на пороге сталкиваюсь с тобой, при этом успев заметить, что внутри полный кавардак. Мою первую реакцию представил?

— У меня к тебе абсолютно такой же вопрос был, когда я увидел пустой разгромленный бункер, но мою позицию ты уже слышала. А теперь объясни мне главное: Бу что, был у тебя?

— Бу? — она удивленно изогнула бровь.

— Камень. Наш друг. Он был с тобой?

— Да, он приходил ко мне, пока тебя не было, — кивнула Наира, плотнее запахивая куртку от ветра. — Пришел, постучался в дверь. Я, конечно, удивилась, но впустила его. Он зашел, стал осматриваться, все разглядывал. Я ж его речь не понимаю, В ОТЛИЧИЕ ОТ НЕКОТОРЫХ, — она выделила последние четыре слова, резко чеканя слоги. Для полной картинности не хватало только, чтобы она еще руки под грудью скрестила, встала вполоборота и смотрела на меня искоса. — Ходил себе, гудел свои мелодии. Я ему сказала, чтоб он никуда не девался, посидел в тепле, и что я быстро схожу на обход периметра. А когда вернулась, то обнаружила распахнутую дверь, полный разгром и тебя на выходе.

Мы выждали на морозе еще минут пятнадцать для верности, чтобы окончательно убедиться, что эльфийские рейнджеры действительно развернулись и не приедут с внезапной проверкой. Убедившись, что лес спокоен, мы вдвоем направились обратно к ее бункеру.

Зайдя внутрь, мы сразу же принялись внимательно осматриваться. Красный аварийный свет Наира уже выключила, теперь помещение освещалось обычными лампами, и масштаб погрома предстал во всей красе.

Я медленно шел по комнате, стараясь не наступать на осколки стекла и рассыпанные травы, а взгляд то и дело цеплялся за мелкие детали на полу. Присев на корточки возле опрокинутого стеллажа, я всмотрелся в грязные разводы на светлом линолеуме.

Перед глазами тут же вспыхнули полупрозрачные уведомления:

[Эльф,???, 20 минут назад]

[Бу,???, 20 минут назад]

— Здесь кто-то был, — выдал я, поднимая голову. — Следы не твои, смотри.

Я указал пальцем на едва заметный грязный отпечаток подошвы, который отпечатался прямо поверх рассыпанных щепок и мелких осколков стекла.

Наира подошла ближе, присела рядом и стала внимательно рассматривать пол под разными углами.

— Если честно, я вижу только мусор и грязь, — с сомнением произнесла она. — Мы с тобой уже тут так натоптали, когда столкнулись, что любой следственный отдел нас бы точно по головке не погладил.

— Нет, смотри внимательнее, — я не сдавался, описывая пальцем в воздухе контур над грязным пятном. — Вот характерный след от протектора. Вот контур носка, вот его габариты. Ботинок явно армейский, но размер не твой, больше. И шаги широкие, человек или эльф явно торопился.

Она прищурилась, пытаясь разглядеть то, что для меня благодаря навыку светилось как неоновая вывеска.

— Идем, — решительно сказал я.

Я взял эльфийку за руку. От этого резкого жеста она на мгновение опешила и даже попыталась выдернуть ладонь, но я потянул ее за собой, и она послушно пошла, стараясь не споткнуться о перевернутый стул.

Через полминуты, выведя ее в тамбур и дальше на улицу, я отпустил руку девушки. Мы остановились у крыльца. Я вгляделся в истоптанный снег, и картина становилась еще ярче и понятнее. Здесь, в отличие от твердого линолеума, следы читались без всяких системных подсказок.

Мы видели целую цепь глубоких отпечатков разных сортов. Было абсолютно очевидно, что кто-то очень спешно уносил ноги, потому что снег был взрыхлен и раскидан так, словно трое или пятеро существ бежали от бункера сломя голову. И среди этой огромной кучи человекоподобных следов я четко видел характерные отпечатки Бу.

— Они забрали его, — мрачно констатировал я. — Либо он гнался за ними, либо они тащили его силой.

— Тогда чего мы ждем? — Наира передернула затвор винтовки. — За мной.

Мы пустились по следу. Дорога уводила нас все дальше от Разлома, вглубь густой эльфийской тайги. Идти было тяжело. «Гости» не разбирали дороги, ломились через бурелом и густой кустарник, что вызывало вопросы. Если они пришли сюда, то почему ломанулись через лесополосу, явно прыгая как сайгаки через поваленные стволы и утопая в сугробах? Как-то же они сюда пришли, почти не оставив следов, то почему тогда улепетывали таким образом?

Мы брели молча, экономя дыхание и стараясь не шуметь, хотя хруст снега под ногами все равно выдавал наше присутствие.

Минут через двадцать быстрого шага я поднял руку, призывая к остановке. Впереди, сквозь монотонный шум ветра в кронах деревьев, начали пробиваться приглушенные голоса и отрывистый смех.

— Это эльфийский, — едва слышно, наклонившись к самому моему уху, прошептала Наира.

Я кивнул. Мы пригнулись и, стараясь ступать след в след, аккуратно подкрались по снегу к огромному заснеженному валуну, который служил отличным укрытием. Осторожно выглянув из-за камня, мы оценили обстановку.

И действительно, чутье нас не подвело.

На небольшой поляне, окруженной высокими соснами, стояли трое эльфов, одетые в зимние маскировочные костюмы, с перекинутыми через плечи короткоствольными автоматы. Оружие они держали расслабленно, явно чувствуя себя в полной безопасности.

Вся троица стояла и смотрела вверх, тыкая пальцами и отпуская едкие комментарии в сторону существа, которое попалось в их ловушку.

Я проследил за их взглядом и стиснул зубы.

Между двумя толстыми стволами, на высоте примерно трех метров от земли, была натянута мощная сеть из толстого каната. Подвешенное и плотно обхваченное этой сетью со всех сторон, внутри висело каменное существо. Оно беспомощно дергало трехпалыми руконогами, не имея возможности ни порвать толстые путы, ни применить магию из-за того, что сеть плотно стянула его конечности, не давая сделать нужные жесты.

Со стороны это зрелище до боли напоминало гигантского каменного краба, угодившего в браконьерскую краболовку.

— Это же Бу… — одними губами, полными шока и злости, выдала Наира.

— О, Егор! Привет! Я тебя вижу! — выдал Бу, довольно громко начав гудеть, отчего эльфы сразу засуетились, а один из них швырнул в него снежок.

— Ты посмотри, разболтался, леший проклятый! И откуда ты взялся здесь, вы ж подохли несколько сотен лет назад.

— Леший? — шепнул я Наире. — Какой еще леший?

— Долгая история… — Наира виновато отвела взгляд в сторону.

— Ты че наделала?.. — спросил я озадаченно. — Наира, — шепнул я строго, взяв ее за плечо, догадавшись, что что-то не чисто. Бу умел применять магию и накладывать иллюзии. И что сейчас могли видеть остроухие, я мог только догадываться. Поэтому проще было спросить. — Что. Они. Видят?

— Ну-у-у… — неуверенно потянула она. — Давай мы сначала его освободим, а потом я тебе все расскажу?

Я тяжело вздохнул, ощущая себя так, словно меня вызвали к директору в школу за то, что мой ребенок курил в туалете или кинул «бомбу-вонючку» с запахом тухлых яиц в раздевалке, а МНЕ теперь это дело разгребать.

— И как ты планируешь его спасать?

Она выглянула из-за укрытия.

— Могу подстрелить веревку и тогда он освободится.

— Ага, — я тоже выглянул и смотрел на Бу в сетке. — Чтобы он упал с трехметровой высоты и переломал себе все конечности.

— Да он же каменный! — повысила она голос, от чего один из эльфов словно уловил шорох и посмотрел в нашу сторону.

— Чшшш! — я едва не заткнул ей рот рукой.

Мы снова спрятались за валун и прижались к нему, не издавая ни звука.

— Давайте его уже снимем и так связанным оттащим на базу, где покажем старейшине. Пусть он сам решает что с ним делать, — сказал один из эльфов.

Оттащим? Да хрен вам!

— Наира, ты же дозорная-егерь тоже?

— Ну типа… — выдала она, не понимая, к чему я клоню.

— Выйди к ним и скажи, что они браконьеры, и что если его не отпустят, то ты их арестуешь и сдашь в каталажку.

— Куда сдам?..

Я посмотрел на нее с непониманием.

— А?..

— Куда я должна их сдать?

— А… в обезьянник. В места не столь отдаленные. За решетку. В тюрьму. Так понятнее?

— А сразу нельзя было?

— Так, отставить разговорчики. Короче, выходи к ним и говори, что ты их упечешь за решетку за незаконный отлов. Я думаю, что они сдрейфят и свалят.

— Егор, я не хочу тебя торопить, но мне тут некомфортно! — снова подал голос Бу.

— Давай, — я подтолкнул эльфийку. — Я держу их на прицеле. Если что пойдет не так, я подхвачу, не переживай.

Наира сделала глубокий вдох, и решительно шагнула из-за заснеженного валуна. Снег громко хрустнул под ее ботинками. Трое эльфов мгновенно замерли, прекратив насмехаться над подвешенным в сетке Бу, и повернулись на звук.

Я остался сидеть в укрытии, держа палец на спусковой скобе автомата и внимательно наблюдая за происходящим.

Наира выпрямилась во весь рост и начала говорить на эльфийском языке. Она прямо и без обиняков заявила, что они находятся в контролируемой зоне, грубо нарушают закон и занимаются несанкционированным отловом диких магических животных.

Я ожидал, что браконьеры стушуются, начнут оправдываться или попытаются сбежать. Но реакция оказалась совершенно противоположной.

Один из эльфов, который стоял ближе всего к сетке, вдруг расплылся в издевательской улыбке. Он опустил ствол автомата и повернулся к своим подельникам.

— Оп-па, а вот и наша красавица, — громко сказал эльф. — А мы как раз за тобой и пришли. Как удобно вышло, а? И беглянку поймали, и еще и лешего в придачу. Даздраил будет доволен.

Я замер за камнем, категорически не понимая, что это значит.

Беглянку? Беглянку откуда? Куда? Она же официально сидит на пограничном посту, у нее служба, государственная работа, табельное оружие и ответственность за участок Разлома. От кого она могла сбежать, чтобы прятаться на видном месте, и ее теперь ловили вооруженные группы в лесу? Уже несколько лет же тут сидит. И кто такой этот Даздраил, который будет доволен?

Я выглянул чуть сильнее и увидел, как Наира прямо на глазах стушевалась. Вся ее спесь и уверенность куда-то испарились. Она слегка замялась, плечи неуверенно опустились, а ствол винтовки дрогнул.

— Бросьте сети, — сказала она неуверенно. — И валите отсюда, пока я не применила оружие.

Она потянулась к затвору винтовки, но эльфы отреагировали быстрее. В одно мгновение они вскинули автоматы. Клац-клац-клац. Три черных ствола смотрели прямо в грудь эльфийки.

— Трое против одной. Как думаешь, кто быстрее? — выдал тот, что, судя по всему, был за главного. — Ты пойдешь с нами. Вяжите ее.

Он коротко кивнул головой в сторону Наиры, отдавая приказ подчиненным.

Я тяжело вздохнул, упершись затылком в холодный камень, и прикрыл глаза. Ну вот почему в моей жизни никогда ничего не бывает просто? Мне придется разруливать все самому. Да, если я сейчас вмешаюсь, то прямо нарушу закон о неконтакте и пересечении границы. Но если эти господа тут тоже находятся вне закона, то минус на минус дает плюс. И вообще кто поверит словам вооруженных нарушителей и похитителей?

А если они начнут артачиться, то скажем потом, что Наира сама их уделала, или вообще в Разлом тела скинем.

Тихо шагая, стараясь переносить вес с пятки на носок, чтобы не хрустеть настом, я обошел поляну по широкой дуге, скрываясь за деревьями. Я вышел ровно за спинами троицы эльфов, которые сейчас были полностью сосредоточены на Наире, медленно надвигаясь на нее.

Я остановился, поднял автомат на уровень груди и громко свистнул.

Двое эльфов мгновенно дернулись и повернулись на звук. Наира, надо отдать ей должное, тут же воспользовалась их замешательством и вскинула винтовку, взяв на прицел самого главного.

— Здравия желаю, — спокойно обратился я к эльфам, не опуская оружия. — Браконьерствуете потихоньку?

Эльф, стоявший ко мне ближе всех, злобно прищурился.

— Ты чего забыл не на своей земле, человек? — процедил он сквозь зубы, совершенно не скрывая враждебности.

— Да так… гулял тут, — я пожал плечами, изображая скучающего прохожего. — Вдруг слышу какой-то смех посреди ночи нездоровый раздается. Затем у коллеги бункер фонарями красными моргал. Дай, думаю, проведаю лес, погляжу, что тут делается. А оно вон как вышло — браконьеров встретил. Или вы думаете, что оно вам с рук сойдет, если вы на своей территории находитесь?

Я громко шмыгнул носом и укоризненно покачал головой.

— Я вот так не думаю. Отпускайте зверье и валите откуда приперлись, пока я в хорошем настроении, — сказал я на человеческом, глядя прямо в глаза ближайшему эльфу.

Тот даже не моргнул. Он чуть скосил глаза в сторону своего предводителя и быстро заговорил на своем родном языке:

— Слушай, давай его завалим просто и выкинем в яму.

Он озвучил вслух мои же недавние мысли.

— Плохой совет, — громко и четко ответил я на эльфийском.

У троицы браконьеров на долю секунды округлились глаза от шока. Они явно не ожидали, что имперский егерь в глухой тайге способен понимать их.

— Тем более, когда напротив стоит тот, кто прекрасно понимает вашу речь, — добавил. А затем снова перешел на русский: — Так что, разойдемся мирно или…

Позади меня, где-то в темноте леса, что-то громко и жутко хрустнуло. Земля под ботинками вздрогнула.

Я не повернулся, продолжая держать в прицеле коллиматора грудь эльфа, но по спине пробежали ледяные мурашки, а волосы на затылке встали дыбом.

— Грхр… Грррррр… — раздалось у меня за спиной. Звук был низким, клокочущим, словно кто-то перемалывал камни в огромной дробилке.

Резкий и удушливый смрад ударил мне в нос со спины. Запах был настолько омерзительным и тошнотворным, что к горлу мгновенно подкатил комок, а глаза заслезились.

— Боооооооооль… гррррххрррр… — услышал я рычащий, булькающий голос.

У меня перехватило дыхание. Это… это ОН?

Монстр с оленьим черепом, от которого мы спасались бегством. Но самое страшное было не то, что он нас нашел. Я… теперь понимал его.

— Егор, — лишенным эмоций тоном выдал Бу из висячей ловушки. — Ситуация стремительно приобретает неконтролируемый поворот. Что думаешь делать, вопрос?

Очень уместно и вовремя ты решил осведомиться, мой милый кусок говорящего минерала!

— БОООООООООЛЬ… РГГХХХХ… ТЕРЗАЕТ… БООООООООЛЬ, — снова пророкотало позади меня, и земля содрогнулась.

Терзает? Я на мгновение застыл, не понимая, о чем идет речь. Его терзает боль? О чем он? Что с ним происходит? Он ранен? Или само существование в этом мире приносит ему такие страдания? Я вспомнил слова Камня о том, что тварь перемещается только во время приступов агрессии или паники.

Я смотрел на лица эльфов. Вся их наглость и уверенность испарилась без следа. Глаза расширились от первобытного ужаса, они смотрели куда-то мне за спину, и их лица стремительно бледнели. Смрад становился все гуще.

— Aen arse kunan la kut… — выругался один из остроухих дрожащим голосом. Он резко отвернулся от Наиры, вскинул винтовку и взял монстра на прицел, глядя поверх моего плеча. Руки эльфа ходили ходуном, ствол прыгал вверх-вниз.

Бом

Земля под ногами снова дрогнула.

Я физически ощущал идущее от тела тепло.

Хруст.

Эльфы, напрочь позабыв и про меня, и про Наиру, синхронно передернули затворы автоматов и стали медленно пятиться назад, сбиваясь в кучу.

Бом.

Очередная дрожь отдалась в коленях.

— ВАЛИ ЕГО И БЕЖИМ!!! — истерично крикнул один из остроухих, окончательно поддавшись панике.

— Нет! — во все горло гаркнул я.

Я вспомнил пугающее воспоминание: любая агрессия вызовет у него очередной приступ телепортации. А если он прыгнет сейчас, то заберет нас всех с собой в неизвестность, как тот караван!

Ночной лес разорвала оглушительная череда выстрелов. Эльфы зажали спусковые крючки, вслепую поливая свинцом огромную тушу у меня за спиной. Гильзы со звоном вылетали из стволов и падали в снег. Где-то вдали истошно, словно предчувствуя беду, закричали козодои.

Монстр получил свою порцию свинца, и его реакция не заставила себя ждать.

— РРРРЫЫЫЫЫЫАААРРРР!!!

Рев был такой силы, что меня едва не сбило с ног звуковой волной. В этом реве слились воедино чистая ярость и сводящая с ума боль, о иначе зачем ему так истошно рычать?

Пространство вокруг меня сжалось и стало густым, словно я упал в ванну с клеем. Мир вокруг вспыхнул ослепительно режущим глаза светом, а затем все просто погасло.

Наступила абсолютная, вакуумная тишина.

Какое-то время я стоял с закрытыми глазами, боясь пошевелиться и пытаясь понять, что со мной произошло. Я умер? Меня дезинтегрировало на атомы? Мое сознание сейчас парит где-то в чистилище?

Но слух постепенно начал возвращаться. Я услышал привычный шум ветра, гуляющего в кронах сосен. Почувствовал морозный укус на щеках. Снег под ногами никуда не делся. Судя по всем физическим ощущениям, я был жив, и где-то… где-то уж точно находился.

— Егор, — раздался знакомый глуховатый голос.

Бу?

Я медленно, с опаской открыл сначала один глаз, потом второй.

Я стоял на той же лесной поляне. Вокруг возвышались заснеженные сосны. Прямо передо мной между деревьями по-прежнему висел Бу, все так же опутанный толстой браконьерской сетью.

Чуть правее, опустив винтовку дулом в снег, стояла Наира. Ее руки дрожали, а лицо было бледным, как свежевыпавший снег. Она тяжело дышала, ошарашенно озираясь по сторонам.

Я резко повернулся назад. Там, где секунду назад возвышалась лохматая тварь с оленьим черепом, зияла пустота.

Ни монстра. Ни троих вооруженных эльфов, которые только что палили в него из автоматов.

Снег на поляне был истоптан, валялись отстрелянные латунные гильзы, но не было ни единой капли крови, ни клочка одежды, ни малейшего следа того, куда делись похитители.

— Он телепортировался, — бесстрастно изрек Бу, констатируя очевидный факт.

Я опустил автомат, посмотрел на пустую просеку, затем на Наиру, перевел взгляд на висящий в сетке камень.

— ДА ТЫ ЧТО, ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ⁈ — заорал я на весь лес, запрокинув голову к небу.