30. Лиза

Этой ночью мы почти не спали. Не потому, почему вы подумали! То есть не только поэтому.

Стоило мне заснуть, и я проваливалась в кошмар — к отморозкам в чулках на головах, жадно лапающему меня лорду Гроверу, смеющемуся Кисе и мертвому Вадьке. Джей будил меня раз пять, обнимал, утешал, чуть ли колыбельные не пел. На пятый раз даже принес мне горячий шоколад, ужасно густой и сладкий, мы пили его вместе из одной чашки, а потом целовались. Поцелуи со вкусом шоколада… м-м-м… В общем, мы оба нормально уснули только на рассвете.

А проснулась я первой. С бешено колотящимся сердцем и ощущением подступающего кошмара. Опять. Правда, в объятиях Джея он быстро отступил, но вот спать дальше мне уже не хотелось. Зато очень хотелось есть и кое-что еще. Все же какао среди ночи — это только для сильных духом.

Я тихонько выбралась из постели, полюбовалась своим мужчиной. Джей спал на спине, голым, вольготно раскинувшись по кровати. И улыбался. Такой доверчивой, нежной улыбкой, что у меня сердце защемило. От нежности. И от восхищения тоже. Мне же ни разу еще не представилось случая его как следует разглядеть без одежды и при нормальном освещении. Я и сейчас видела его не так чтобы идеально, линзы же сняла на ночь. Но и того что видела, было вполне достаточно, чтобы еще раз удивиться собственному везению. Вот так, с первого раза, получить идеал? Да я с ума сойти какая счастливица!

И плевать на кошмары. Пройдет. Вот прямо сегодня и пройдет. Ведь Джей рядом.

Если бы не острые потребности организма, я бы наверняка не выдержала, поцеловала бы, разбудила, и мы бы снова занялись чем-нибудь интересным. Ну очень хотелось. Этот мужчина творил со мной что-то невообразимое! Такого взрыва гормонов у меня даже в шестнадцать лет не было! Ну или просто не попадалось достойного объекта.

В общем, я покинула достойный объект со счастливой улыбкой на все лицо. И с такой же улыбкой, накинув его вчерашнюю рубашку (без одной пуговицы), отправилась по маршруту ванная комната — кухня. По дороге я, разумеется, осматривала владения лорда Бизона. Все же у меня пока в голове не очень укладывается, зачем одному человеку столько пространства (шмоток, машин, денег и т. д.). Хотя надо признать еще раз, у него тут на удивление уютно и приятно. А еще пахнет свежим кофе и чем-то еще сумасшедше вкусным.

Похоже, Мак проснулся. А судя по тому, что с кухни доносятся голоса — он таки спас свою леди от гнусных обидчиков и привел сюда. В святая святых, на кухню. Милорду при попытке проникнуть в сакральное место строит козью морду, а едва знакомую девицу — привел. Влюбился. Мак влюбился!

«Мак влюбился, Мак влюбился», — промурлыкала я на какой-то свежепридуманный мотивчик.

Те, которые на кухне, меня явно не услышали, увлеченные собственными делами. И не увидели, даже когда я остановилась на пороге кухни.

Офигевая.

«Мак! Ты ли это?» — хотелось спросить мне.

Строгий камердинер (в седьмом поколении, что усугубляет!) внезапно обнаружился на кухне в одних только пижамных штанах. Босиком. Небритым и непричесанным. Зато счастливым до безобразия. Причем куда больше счастья отражалось на суровой шотландской физиономии не при взгляде на драгоценные кастрюльки, в которых уже что-то булькало. О нет. Мак буквально светился, когда его задевала плечом растрепанная, одетая лишь в длинную футболку с британским флагом блондинка.

Футболка была подозрительно знакомой. Кажется, я позавчера именно ее видела на Джее. И размерчик явно бизоний, Мак как-то поскоромнее будет.

Я несколько секунд молча наблюдала дивную картину: приготовление завтрака вдвоем. С комментариями… и спорами! Святый Будда, это что, два шефа на одной кухне? О… вот это я понимаю, Мака зацепило!

Да еще как зацепило!

Вот они с двух сторон тянутся ложками что-то помешать в кастрюльке, вот сталкиваются — сначала ложками, потом «лбами»: спорят, и ни один не желает уступать…

А в следующий момент блондинка привстает на цыпочки и целует Мака. Из его рук падает ложка, а сами руки ложатся на природой предназначенное для них место — задницу блондинки…

— Кхм… Кхм! Доброго утра! Кажется, у вас что-то убегает, — с интонациями Доктора Зло вмешалась я.

О, надо было видеть, как Мак и блондинка отпрыгнули друг от друга, причем Мак тут же бросился к кастрюльке, а блондинка обернулась ко мне…

— Лиз?

— Кэм?

— Э… вы знакомы?

Ну, вы все поняли, правда же? До меня и то дошло. На удивление сразу. И я… Ну да. Я заржала. Я ржала и не могла остановиться. Камилла и Мак очень быстро заразились и присоединились. Правда, Мак все еще не понимал, отчего обе дурынды заливаются смехом и утирают слезы. Но это быстро исправил милорд Бизон. Разумеется, он проснулся, и его тоже принесло на кухню. В отличие от Мака, он пижамными штанами не заморачивался, ему хватило одних трусов.

— Камилла?..

При виде Джеевой физиономии меня одолел новый приступ ржача. Надо же, моего просветленного лорда тоже может что-то огорошить! О, как прекрасны его синие, вытаращенные в офигеннии глаза!

Почти так же, как злобное шипение Камиллы:

— Джеймс-с! С-свинья!

И куда только делась та счастливая и веселая девчонка, которая целовалась с Маком две минуты назад? Вместо нее откуда-то взялась разъяренная кошка. А у нее в руках — длинная ложка…

О нет. Нет!

Остановить Камиллу никто не успел. Ложка отправилась в полет — прямо в лоб Джею. И ударилась в него с громким стуком. А вот нечего так офигевать, что даже не уворачиваться.

— Черт, Кэм! За что? — Джей обиженно потер ушибленное место.

— Ты… а ты?! Как ты мог?! — это уже было офигевшему не меньше Джея Маку.

На него тоже набросились с кулаками. Но в отличие от Джея, Мак был ближе и сумел предотвратить теракт. Все тем же простым и надежным способом: поймав Кэм за обе руки и заткнув ей рот поцелуем.

Хм. Мак открывается с новой стороны. Пожалуй, таким он нравится мне еще больше. Но не так сильно, как Джей.

Быстренько схватив из оказавшегося поблизости холодильника банку пива, я отвела руку Джея ото лба и приложила банку.

— Спасибо… — еще не отойдя от шока, пробормотал он… и заржал.

Ну вот. И он заразился. Впрочем, я тоже засмеялась. Уже потише, чем в первый раз — иммунитет, он такой иммунитет.

В общем, через минуту диспозиция была простой и очаровательной: Мак с Камиллой целуются, мы с Джеем ржем. В обнимку. Закончили примерно одновременно. Целоваться и ржать.

А все потому что булькающее в кастрюльке приготовилось. Ну, в смысле, таймер звякнул. И Мак опомнился.

Вот что значит ответственный человек! Не выпуская Камиллу из объятий, потянулся выключить плиту. А Кэм… ну… я же говорила, что она была в одной только футболке с британским флагом? Так вот. Трусов на ней тоже не было. Что и заметили мы с Джеем. На полсекунды раньше, чем Кэм это осознала и одернула футболку, а сама залилась краской.

Я по шкодной морде Джея поняла, что ему пипец как хочется прокомментировать пейзаж. И ущипнула его за задницу. Превентивно.

— Упс. За что? — У него стали очень удивленные глаза.

— Из женской солидарности, — похлопала глазами я. — Надеюсь, сегодня второго раунда бокса не будет? Я есть хочу. Кэм, а что вы такое готовите?

Вместо нее ответил Мак, снова прижав Кэм к себе (на сей раз так, чтобы она не смогла ничем запустить в Джея).

— Фрикадельки под соусом бешамель. Доброго утра… Джей.

— Доброго, Мак. Эм… вкусно пахнет. Ну… не будем вас отвлекать, — дипломатично до скрежета зубовного сказал он и… отступил.

Сэр Бизон — отступил! С ума сойти, он умеет, оказывается.

— Ага. Не будем, — поддержала я его.

И мы смылись, оставив Мака объясняться с Камиллой. То есть… ну… смылись, закрыли дверь на кухню — и остались подслушивать. Не сговариваясь. Только ухмылками обменялись. Вот такое у нас взаимопонимание.

Несколько секунд за дверью кухни молчали. Очень вдумчиво молчали. Я уже собралась предложить Джею тотализатор: Камилла стукнет Мака или сначала все же что-нибудь спросит?

Я бы проиграла.

— Фрикадельки готовы, — первым отмер Мак и чем-то там загремел.

Джей хмыкнул: один-ноль в пользу друга. А из-за двери выплыл умопомрачительный запах печеного мяса. Кажется, этой ночью не только мы проголодались.

— Фрикадельки… — протянула Камилла.

Не знаю, чего в ее голосе было больше, угрозы Маку или угрозы фрикаделькам. Склоняюсь к тому, что все же фрикаделькам.

Не тем, о которых вы, надеюсь, не подумали. Вы же приличные люди, не то что некоторые.

А вообще счет сравнялся. Один-один.

— Попробуй, милая, — невозмутимо предложил Мак. — Мне кажется, это божественно.

— Слишком много тимьяна. Дай-ка еще.

— В самый раз, милая. У тебя отличное чувство меры.

Мы с Джеем переглянулись, оба — в восторге от дипломатических способностей Мака.

— Хм… да, пожалуй. Дай-ка соус…

— Они там без нас все съедят! — шепотом возмутился Джей, у которого выразительно забурчало в животе.

— Чш! Не жалей для друга фрикаделек, сатрап феодальный! — так же шепотом возразила я. — У Мака, может, личное счастье на кону, а тебе бы все пожрать.

Джей только возмущенно фыркнул, не согласный с тем, что его «пожрать» вдруг перестало быть важнее чьего-то там счастья.

— Ладно, ты был прав. Твой соус вкуснее, чем у Лорана. Но ты… Мак, привести меня к этой свинье Карлайлу… Как ты мог?! После того, что он вчера устроил!.. Ты… ты…

— Я привел тебя к своему лучшему другу, Летти. И вообще-то я сам тут живу.

— Нет, только не говори мне, что ты — служишь этому напыщенному, скользкому, высокомерному…

— Малфою? — продолжил за ней Мак с едва слышной насмешкой.

— Да, Малфою! Тьфу, Карлайлу!

— Летти, любовь моя…

— Не смей его защищать! Он оскорбил меня! Унизил! Он… Он отказался на мне жениться! Он выставил меня на посмешище! Я его ненавижу, слышишь, не-на-ви-жу!

— Так ненавидишь или хотела за него замуж? Я староват стал, не успеваю за полетом твоей мысли.

— Ты!..

— Да, моя радость? Еще фрикадельку?

Послышался звон ложки о кастрюльку и задумчивое чавканье. Очень такое, знаете ли, изысканное и аристократичное. Сразу слышно — леди кушать изволит. Фрикадельку в соусе бешамель. Или две фрикадельки. А может и три. Судя по тому, как смягчился ее тон, там могло быть и все четыре.

— Все же тимьяна многовато.

— В самый раз, любовь моя. Может быть, кофе? Кстати, я недавно опробовал новый рецепт, со свежеобжаренными какао-бобами и пятью травами. Давай я тебе сделаю.

— Сделай, — милостиво согласилась леди, и уже куда спокойнее продолжила: — Ты должен был меня предупредить, что твой друг — Карлайл.

— Я бы непременно предупредил, если бы подумал, что для тебя это важно… хм… Летти. Или все же Камилла?

— Камилла Летиция Даниш, — фыркнула леди.

— Красиво звучит. Мне Летти нравится больше.

— Мне тоже.

— Извини, Летти. Я не знал, что ты — та самая леди Даниш и не подумал, что для тебя имеет значение, какую фамилию носит мой друг.

— Погоди… Мак, так ты у него работаешь или ты с ним дружишь?

— Одно другому не мешает. Но если тебя смущает, что я — камердинер и повар…

— Нет! То есть… почему ты камердинер, если ты — шеф-повар?

— Может, потому что я многогранная личность, любовь моя?

Мне так явственно увиделась насмешливо изогнутая бровь Мака, что я тихо хихикнула. На что Джей легонько погладил меня по губам и велел:

— Чш-ш!

А там, на кухне, продолжалась романтическая комедия «Его дворецкий» (ну и что, что Мак камердинер, дворецкий звучит лучше). Мак спокойно объяснял леди Камилле, что одно другому не мешает, и что Джей на самом деле вполне нормальный парень. Ведь Камилле то, что она леди, вовсе не мешает быть чудесной, прекрасной, милой и совершенно нормальной. Не то что всякие там высокомерные ублюдки вроде… хм… Гроверов, к примеру. Просто Джей не сумел разглядеть в Камилле Летиции ту нежность, чуткость и ранимость, что она показала Маку, и ведь это же на самом деле очень удачно, что она вчера Джею отказала. Конечно, Джей — лорд и самолюбив, как и всякий лорд, ему сложно пережить отказ такой чудесной, невероятно прекрасной леди…

На сей раз хрюкнул Джей, и я закрыла ему рот.

— Тише, страдающий Бизон. Раз Мак говорит, что сложно — значит, сложно. Что тебе, ради друга слезу пустить жалко?

Джей сделал большие глаза и помотал головой, мол, ничего не жалко! Тише, дай подслушать дальше-то!

Собственно, дальше ничего особенного и не было. Мак улещивал Камиллу, как опытный царедворец, Камилла таяла и уже почти простила бедненького, несчастненького Джея, который не мог пережить ее отказа и потому немножко взбесился. Ну, подумаешь, устроил шоу с дракой, с мужчинами такое бывает. Особенно с такими мальчишками, как Джей. Вот то ли дело Мак! Взрослый, разумный и выдержанный, точно знающий, чего он хочет.

— И чего же ты хочешь, Мак? — уже вполне мурлыкающим тоном поинтересовалась Камилла.

— Тебя и свой ресторанчик.

— Но остаешься с этим глупым высокомерным мальчишкой Карлайлом, когда давно мог бы!

— Не могу же я оставить друга совсем одного. Вот сейчас, когда у него появилась Лиз…

Я еле удержала Джея, вознамерившегося шагнуть на кухню и прямо спросить Мака: ты же не всерьез собираешься меня бросить?!

Да уж. Это вам не отказ прекрасной леди. Это — камердинер, он же нянька, он же кормилец и поилец, собирается кинуть бедненького лорда на произвол судьбы. Это — серьезно!

— Хватит подслушивать, пошли уже одеваться. Если вмешаешься, останемся без завтрака, — заявила я и потянула Джея прочь. За руку.

Он с тяжелым вздохом послушался. Явно потому что остаться без завтрака был морально и физически не готов.

А за завтраком…

Да, собственно, что там могло такого быть? Четыре хороших человека всегда договорятся. Особенно когда на столе — кофе с шоколадом и пятью травами, фрикадельки со спаржей под соусом бешамель и дивно пышные пряные булочки. А главное, когда рядом любимый мужчина (или любимая женщина), и все уже хорошо…

Короче говоря, мы отлично пообщались. Джей с Камиллой выяснили, что когда их никто не заставляет вступать в брак — они вполне могут дружить. Тем более Джей извинился за утопленную куклу, Камилла — за вылитые в его ботинки мамины духи… хм… ну, они много за что извинились друг перед другом…

— Хм… может быть, оптом будет проще? — невозмутимо предложил Мак, когда они перешли к десятому эпизоду своей чистой детской «дружбы».

— Пожалуй, — кивнул Джей. — Короче, я очень сожалею и обещаю больше не… хм… Больше не. Мир?

— Ладно, мир. Мальчишка! — фыркнула Камилла.

— Мальчишка, ага, — пожал плечами Джей, вовсе не намекая на то, что Камилла на три года его старше. — Надеюсь, наши родители сумели утешить и поддержать друг друга, когда ты… хм…. мы оба сбежали.

— Папа обещал лишить меня наследства, если я не выйду за тебя и не рожу ему внука-будущего-графа. И черт с ним, с наследством. У меня есть галерея, а еще мы с Маком откроем ресторан.

— И тебя тоже? Ох уж этот дядюшка Гарри. Ничего, опомнится.

— Дядя Руперт, как я погляжу, лишать тебя наследства передумал? Как тебе удалось?

— И дядя Гарри передумает.

— Уверен? — подняла бровь Камилла.

— Передумает, — кивнул Джей. — Слово Бизона.

Камилла перевела заинтересованный взгляд на меня. Ну а я что? Я сидела тихо и отсвечивала по минимуму. Пусть сначала между собой разберутся.

— Похож, — ласково улыбнулась я. — Особенно когда прет напролом.

— Ничего и не напролом, — сделал вид, что обиделся Джей. — Я, между прочим, само воплощение дипломатии. Я же Карлайл!

— Ага, очень заметно.

— Конечно, милый.

— Кто бы сомневался, милорд.

Сказав это одновременно, мы все трое переглянулись и заржали. Ужасно дипломатично. А Джей светло улыбнулся и развел руками.

— Ну ладно, ладно. Бизон и пру напролом. Уговорили. — И в качестве подтверждения обнял меня за плечи. — Вы собираетесь пожениться или вам и так неплохо?

— Собираемся, — заявил Мак.

— И так неплохо… — одновременно с ним сказала Камилла, обернулась к Маку…

— Мы поженимся, Летти. А Джей будет шафером. В конце концов, твои родители так хотели видеть вас рядом у алтаря, нельзя же их разочаровать.

Честно говоря, я ожидала, что Камилла встанет на дыбы. Ну не производит она впечатления женщины, которая позволяет хоть кому-то решать за себя, или леди, которая пойдет замуж за камердинера. Но я ошиблась.

— Ладно, — кивнула Камилла. — Я выйду за тебя. И пусть папа хоть треснет.

— А ты прав, Мак. Устроим двойное торжество, пусть мама и тетушка Мэнди порадуются.

— Эм… Маленькая сложность, Джей, — обломала я его планы. — Я все еще замужем.

— А, фигня. Твой художник даст тебе развод хоть завтра, или когда там работает консульство.

— Бизон, — фыркнула я.

То есть проскочила у меня мысль отказаться. Резоны? Да сотня резонов. И первый — я же опять выйду за деньги, только на этот раз — за очень большие деньги. Выглядит это, как охота за состоянием. Лимита с амбициями, если быть точнее. Второй резон — я не леди даже близко, круг Джея меня не примет. Особенно после феерического дебюта на его несостоявшейся помолвке. Третий резон — он меня задавит, Бизон хренов, всегда будет решать за меня, и я так и не буду ничего из себя представлять, просто девочка-куколка…

Ужасно логичные резоны, и эти, и остальные девяносто семь.

Но с другой стороны, какая мне разница, кто и что подумает? Я люблю Джея, а не его деньги, и я могу чего-то добиться как драматург и будучи замужем леди Карлайл. В конце концов, я как никто другой знаю, что талант без поддержки денег — зачахнет, засохнет и умрет с голоду, как Бетховен. Так что хватит быть дурой, пора стать счастливой.

Ну и…

Ладно. У меня был еще один резон «за». Ужасно меркантильный, злобный, гадкий резон. Как представлю морду Кисы, когда на очередную его выставку я приду как леди Карлайл… о да! А уж морду его мамы!..

— Ага, Бизон, — согласился Джей и поцеловал меня в висок. — Ну, раз все хорошо, то пора бы обрадовать наших дорогих интриганов. Кэм, ты сама скажешь отцу или тебе оказать моральную поддержку? Если что, можешь все валить на меня.

— Оказать, — ответила Камилла после секундного размышления. — Пусть орет на тебя, ты Бизон, тебе не страшно. Кстати, у нас с Лиз сегодня куча дел. В три часа открытие выставки… Еще есть время пригласить русского консула, пусть не тянет с разводом Лиз.

— Кэм, я говорил тебе, что ты — отличный друг?

— Можешь начинать, Бизон, — усмехнулась леди Камилла и… да нет, мне показалось! Не могла она показать Джею язык!

— Начинаю. — Джей поклонился, прижав руку к сердцу. — Леди и джентльмены, леди Камилла Даниш — воплощение ума, красоты и благородства, настоящий друг!

Ну вот на какой-то такой ноте и закончился завтрак в кругу семьи. Моей новой, немножко сумасшедшей, но от того не менее прекрасной семьи.

А потом была выставка. Вы спросите, что я забыла на выставке моего бывшего мужа, которому яйца оторвать мало? Вот то и забыла. То есть я не собиралась ему ничего отрывать. Ни в коем случае. Так только, чуть-чуть потоптаться. И забрать кое-какие бумажки.

А что из этого вышло — читайте после слова «Эпилог».