Глава 24

Лиора

Я погрузилась в учебу.

Стала роботом, у которого есть сердце. Оно еле жило. Периодически давая о себе знать, когда откликалось сильнейшей болью. Глушила ее в учебниках и музыке, делая перерывы на сон.

Перестала разговаривать. Перестала чувствовать. Перестала жить. Я была уже не способна выражать эмоции.

Меня окончательно добили.

День сменялся днем, ночи стали мокрые, подушки влажные.

Терзала себя мыслями о нем, проваливаясь без сил в забытье. Я изматывала себя до изнеможенного состояния, уборкой по дому, уборкой в шкафах, готовкой еды, которую не ела. Не осталось больше места, куда бы я не заглянула, чтобы смахнуть пыль. Дом сиял, а я умирала, с каждой пылинкой, оставшейся на грязной тряпке. Смотрела на нее, мысленно твердя:

«Я с вами, ребята. Заберите меня с собой в канализацию».

Цеплялась за любую возможно отвлечься, только лишь бы не думать о нем.

В таком состоянии я провела почти месяц.

С того вечера, с того последнего разговора, мы с Ником больше не общались. Подруги звонили мне. Да, что подруги? Мне звонило половина школы. Знакомые, знакомые знакомых, каждый день, информируя, о том, что видели, моего любимого парня, с какой-то девушкой в том или ином районе.

— Вы вместе?

— Вы были такой замечательной парой.

— Лиора, видела Ника, с другой. Что случилось?

— Сейчас встретила, Ника, гулял за ручку с высокой девушкой. Вы расстались что ли?

— Ли, офигеть. Я в шоке. Ты в курсе, что твой парень тебе изменяет?

Это малая часть того, о чем, я слушала, отвечая на звонки. В какой-то момент перестала вообще брать трубку.

Я знала, что он был с ней, прекрасно знала и чувствовала. С той самой высокой и худой девушкой, по имени Хеллен. С каждым прикосновением, Ника к ней, меня начинало ужасно тошнить. Вот настолько наша связь с ним была крепка. Завязалась в плотные узлы, что просто так их нельзя разорвать. Только перерубить, но мне пока что это сделать было не чем.

Перестала выходить на улицу, боясь, что встречу их и умру на месте. Меня накроет асфальтом, и я больше не выживу, что сердце замрет и перестанет биться.

«Ты же любил меня⁈» — пролетало в мыслях.

«Нет! Не любил.» — вторило подсознание.

«Любил и любит» — спорила я с реальностью, вспоминая прошлое и надеясь на настоящее.

«Пошли его к черту» — ставил точку мозг.

«Нет точек. Потому что вы любите друг друга» — пререкалось сердце, ломая ребра.

Изматывала свое тело до бессознательности, пыталась проваливаться в сон при любой возможности, чтобы не думать, лишь бы нахрен забыть ту картину с фестиваля. Дошло до того, что я могла уснуть в ванне, на холодном полу. За столом, накрывшись учебником, в шкафу среди кучи вещей.

Мне хотелось поговорить с ним, мне хотелось, обнять его, даже не целовать, нет. Мне хотелось побыть с ним, в тихом молчании, зная, что он есть у меня, что мы есть друг у друга.

Но нас больше не было…… и никогда не будет.

Сложив учебники и тетради в сумку, подошла к окну, разглядывая дождливую осень, во всей своей красоте. Листья на деревьях поменяли цвет, на желтый и красный. Облетали, ложась на холодную землю, чем-то напоминая меня. Закапал легкий дождик, первые капли появились на стекле моего окна.

Не знаю, зачем судьба настолько насмехалась надо мной. Не знаю, чем я так разгневала Бога. Не знаю, что меня подтолкнуло посмотреть в окно именно сейчас, но я снова увидела… его.

Ник. Мой Ник. Моя любовь до безумства. До ожога в легких.

Боль перемешалась со счастьем. Я до одури соскучилась по нему, и впервые с того дня смогла снова увидеть его. Но, горячий котел перевернулся, обжигая меня невыносимой мукой, посылая озарение того, что он шел не один.

Ник, держал Хеллен за руку, смеясь. Она улыбнулась ему самой искренней улыбкой, расхохотавшись в голос. По его не ровной походке, сразу поняла, что был сильно пьян. Не смотрел, в сторону моего дома. Но, прекрасно чувствовал, что я его вижу. Издевался надо мной, крича в тишине подсознания:

«Смотри, мне с ней хорошо»

— А со мной, Ник? — прошептала в пустоту комнаты, обдавая горячим дыханием холодное стекло.

Я скомкала в руке штору, и уткнувшись в нее, заплакала, тихо так, почти беззвучно, чтобы никто не услышал даже моего рваного дыхания. Чтобы не потревожить покой брата, который находился через стенку. Чтобы не прервать мирный разговор родителей в гостиной. Еще один осколок откололся от моего сердца.

Стена моего собственного ада пополнилась еще одним кирпичиком.

Взяв телефон с тумбочки, набрала единственный номер, по которому могла позвонить и молчать. Викки, взяла трубку, после двух гудков. Мне не нужно было с ней здороваться и любезничать.

— Ли, он мудак. Забудь его. — подруга была в бешенстве. Переживала за меня еще с того дня, когда первая заметила моего парня в обнимку, с другой.

По счастливой случайности мы жили, через пару домов друг от друга.

— Видела его сейчас, с этой…. Даже, не знаю…не могу подобрать слов. Она, похожа на чудовище. — тараторила, Вик, в трубку, словно это не мой, а ее парень гулял мимо наших домов, с другой.

— Вик, не надо. Не говори так.

— Как так, Ли? Он, моральный урод, раз так поступил с тобой.

— Она, не чудовище. Не надо говорить так о человеке, которого не знаешь.

— Ты головой ударилась? — заорала на меня

— Нет.

— Тогда, какого хрена, ее защищаешь? — она возмущалась, и я ее понимала.

— Потому что в первую очередь она человек, и судить ее по внешности, не собираюсь.

— Ладно, Ли. Будем считать, что у нее волшебная душа и дырка поперек. Другого объяснения я не нахожу.

— Вик…. Не надо… — от ее монолога, у меня начинало трещать в висках.

— Не могу остановиться, извини меня. Она, ему не пара, Ли. Он не любит ее. Уверена, на сто процентов. Не знаю, почему он это делает, но у него явно проблемы с головой.

— Меня он тоже не любит.

Викки, вздохнула.

— Не знаю, что происходит между вами. Это первый случай в истории, в котором, я, как и ты не нахожу ответа. — подруга, снова тяжело вздохнула, пытаясь рассуждать логически в ситуации, которая не поддавалась логике. — Вывод напрашивается только один.

— Какой? — спросила, пытаясь найти в себе силы. Каждое слово давалось мне с трудом.

— Лиора, мне кажется, что это еще не конец. Я видела его глаза и твои тоже. Завидовала вашей любви. Но….Сейчас, в полном замешательстве.

— Я боюсь, Викки. Боюсь точек и еще больше боюсь запятых.

— Ли, я правда не знаю, как тебе помочь. Отвлекись, пожалуйста, от мыслей.

— Хорошо.

— Может, сходим куда-нибудь? Тебе нужен свежий воздух. Не в парк. Уедем далеко, подальше отсюда. — предложила подруга.

— Не могу. — я прервала звонок, чтобы не смогла уговорить меня выйти из дома.

Оставив мокрую от слез штору в покое, села на кровать, закрывая лицо ладонями.

Безысходность и пустота накрыла меня с головой.

Дверь открылась без стука. Моя комната становилась проходным двором. Никого не заботило, что я могла переодеваться и предстать полностью в своей наготе.

— Опять страдаешь? — спросила мама. Бросила на нее быстрый взгляд. Она стояла в дверном проеме, со сложенными руками на груди.

— Нет, не страдаю. — солгала ей, вытирая мокрые щеки.

— Я же вижу, что страдаешь. Лиора, прекрати это шоу, ради Бога. Оно уже всем надоело. — мама, скривилась, как будто отравилась, чем-то и ее сейчас стошнит. — Этот мальчик не стоит твоих слез. Ты знаешь, сколько таких еще будет в твоей жизни?

Клишированная фраза для таких, как я. Спасибо, за поддержку, мам. Мне, прямо стало намного легче и лучше.

— Мне не надо других. — ответила ей, сжимая руками подол футболки.

Мама рассмеялась, как будто я сказала самую смешную шутку, которую ей, когда-либо приходилось слышать.

— Дура ты, Лиора. — сказала она, захлопывая за собой дверь.

Всегда. Страшная, толстая, маленькая, теперь еще и дура.

От громкого звука я испугалась, немного дернувшись на месте. Шаги отдалялись, а ее смех так и остался стоять в ушах.

За дверью послышались еще шаги, другие. Могла различать их, даже сквозь сон.

«Только бы он прошел мимо. Пожалуйста.» — тихо молилась у себя в голове, уже напряглась и сжала кулаки для обороны.

Дверь снова открылась. Мои молитвы никто не услышал. Я, осталась в этом мире одна.

— Сестренка.

Замерла на месте, сгорбившись, опустила голову.

Прайз, закрыл за собой дверь.

— Чего ноешь? — сделал паузу. — Хотя, мне по хуй, можешь не отвечать. Деньги есть?

Не смотрела на него, но начала дрожать, осознавая, что мне конец.

В голову прилетела подушка. Не сильно, я смогла выдержать удар.

— Я задал вопрос. — крикнул мне.

Замотала головой. Соврала ему. Деньги у меня были, я копила их, на колледж, чтобы уехать отсюда и больше не возвращаться никогда.

— Лживая тварь. — усмехнулся. — А, если найду? Отдашь сама или будет хуже.

— У меня нет денег. — запинаясь, снова соврала. Пыталась быть убедительной, но он уже открыл шкаф, выкидывая все вещи из него.

— Я, их найду и тогда тебе пиздец, сестренка. — рассмеялся, своим же словам, а я мысленно готовилась к худшему.

Не успела, их хорошо спряталась. Не думала, что ему понадобятся деньги, тем более мои. Не думала, что вспомнит о моем существовании. Спустя пару минут, он нашел то, что искал.

— Вот же, они. ООО, да тут много. Зачем тебе столько? Мне они нужнее.

Свернул пополам приличную пачку денег, кладя их себе в карман.

— А теперь, я отблагодарю тебя. Я же обещал.

Все. Убегать и кричать было бесполезно. Осталась сидеть на том же месте. Он накинулся на меня, придавив своим огромным телом к кровати, и со всей своей мужской силы, ударил ладонью по щеке, отвешивая звонкую пощечину. Не закрывалась, не кричала, не защищалась. Сколько точно было ударов, я не стала считать. Остановился только тогда, когда из моего носа потекла кровь.

— Слышишь, тварь. Скажешь, кому, то приду и добавлю. — с ненавистью выплюнул.

Слез с меня, оставляя в покое.

Щеки горели адским пламенем. Прикоснуться было нельзя. Сев, вытерла нос краем футболки, размазывая по ткани и по лицу алые капли. Кровь все равно не хотела останавливаться. Дверь за моей спиной снова открылась. Немного усмехнулась, подумав, что брат все же решил вернуться и добить меня.

— Кушать будешь? — услышала голос папы.

В ответ, шмыгнула носом, не оборачиваясь.

— Почему плачешь? Оценку плохую получила? — так же монотонно спросил.

— Она страдает по мальчику. — подключилась мама, отвечая за меня.

— У нее есть мальчик? — удивленно поинтересовался отец.

— Да, есть, а может, был. Точно никто не знает, что у них там произошло.

Смотрела на штору, не поворачивая головы в их сторону. Зажала нос футболкой, пытаясь остановить кровотечение.

— А плачешь, потому что, виновата в чем то?

ВИНОВАТА, СНОВА, САМА, ВО, ВСЕМ. Не он, не этот мальчик, а именно я, сделала, что-то не так.

— Просто оставьте меня. — прокричала я, навзрыд. Сил терпеть их нападки у меня больше не осталось.

— Как ты смеешь повышать голос на родителей? — крикнула мама в ответ.

Я, взяв подушку, уткнулась в нее, заплакав еще сильнее.

— Перестань страдать. Если он обидел тебя, значит, виновата в этом ты.

Новый поток слез увлажнил подушку.

— Значит, ему, что-то не понравилось в тебе. — вторила мама.

Еще немного и я потеряю сознание. Быстрее бы.

— Тебе бы похудеть, и перестань носить эти ботинки. С твоим ростом надо носить каблуки.

Хотелось кричать «Убейте меня. Этими же ботинками. Пускай, Прайз, вернется и доделает начатое.»

Мама, больше ничего не говорила. Она, закрыла, молча дверь, и выключила свет в комнате.

Встав с кровати, подошла к окну, и села на подоконник, смотря на улицу. Ветер закружил листья, поднимая их высоко и раскидывая по улице. Одинокий фонарь освещал асфальт вокруг себя.

Я, закрыв глаза, вспомнила морозный вечер, когда под этим фонарем стоял Ник, когда еще, не знала, кем этот человек станет для меня.

Надо было бросить его там одного. Чтобы стоял и ждал. Чтобы замерз нахрен под этим ярким фонарем. Чтобы……

Темный силуэт появился вдалеке. Высокая фигура приближалась к моему дому. Человек шел медленно, пошатываясь. Лицо скрывал капюшон куртки.

Он остановился напротив моего окна. Не поворачиваясь, стоя боком ко мне. Не шевелясь. О чем то, думая, смотрел себе под ноги.

— Ты трус, Ник. — сказала я, но он не мог меня слышать. — Гребаный трус.

Постояв еще немного, пошел в сторону своего дома.

— Иди, Ник, иди. Ведь я больше тебя не приму.

Я смотрела ему в след, говоря все эти слова.

— Ты только, пожалуйста, не оглядывайся и не смотри в мои глаза. Иначе, я тебя уничтожу. Заберу твою душу в ад. Я в нем выживу, уже живу, а ты сгоришь.

Мне многие говорили, особенно преподаватели, что у меня очень тяжелый взгляд. Не каждый мог его выдержать. Ник, тоже упоминал каждый раз об этом, что я пронизываю, смотрю в самую глубь, сжирая.

— Не возвращайся больше никогда.

С этими словами силуэт Ника, скрылся из вида, зайдя за угол. Я знала, что он мог чувствовать меня, то, как сверлила его спину глазами.

То, как пинала его душу. Но он еще не знал, на что я способна.

Ненависть кипела в каждой клеточке моей крови. Сжимала и разжимала кулаки.

Когда ярость утихла, то боль вернулась. Хотелось, вылезти в окно и бежать босыми ногами, по мокрому асфальту за ним. Целовать его и не отпускать.

— Ник, вернись. — прошептала смотря вдаль, где скрылась фигура парня. — Вернись ко мне, пожалуйста.

Я умоляла, я просила, смотря на тот самый угол.

Не моргала, не отводила глаз.

Но, Ник ушел и не оглянулся.

— Ты же до сих пор любишь меня. — прошептала снова, гипнотизируя улицу.

Посидев еще немного и в конец устав, слезла, плотно задвинув шторы.

Легла на кровать, не заботясь о том, что мое лицо и футболка, испачканы кровью.

Заботилась только о том, чтобы не снился мне!

— Я сбегу. С деньгами или без. Сбегу. Только отдохну немного.