Глава четвертая

– Нэйтан… – едва слышно хрипел Фирон, вцепившись в его руку и тщетно пытаясь высвободиться из стальной хватки. – Это какое-то недоразумение… Ты все не так понял…

– О нет, – с убийственным спокойствием парировал Нэйт, так и держа его за горло на вытянутой руке, – если кто-то из нас двоих что-то не так понял, то исключительно ты. Или я тебе в прошлый раз недостаточно доходчиво объяснил, чтобы ты не приближался к моей сестре?!

– Я здесь совершенно случайно! – это слизняк все еще надеялся отпереться. Тщетно все рыскал бегающим взглядом, но здесь, снаружи особняка, у черного входа сейчас никого не было. А даже если бы кто-то и объявился, то не рискнул бы вмешиваться. – У меня и мысли не было посягать на твою сестру! К тому же…

– Нэйтан! – истошный вскрик самой Клотти вслед за звуком открываемой двери оборвал слова Фирона. – Что ты делаешь?! Отпусти его сейчас же! Ты же можешь случайно его задушить!

– Случайно – не могу. А вот нарочно – очень даже. И, знаешь, дохлым он мне будет куда больше нравиться.

Фирон аж перепуганно икнул. А Клотти, выронив шкатулку, тут же попыталась брата оттащить. Вот только с тем же успехом, она могла бы пытаться сдвинуть камин в главном зале.

Фирон уже с хрипом начал закатывать глаза. Нэйт брезгливо разжал пальцы, и тот обмякшим мешком шлепнулся на пол, держась за горло и сипло хватая ртом воздух. И попутно отползая прочь в сторону зарослей, пока не встал на ноги не принялся бежать.

Клотти хотела кинуться следом за придушенным возлюбленным, но Нэйтан придержал сестру за руку. И, конечно, истерика не заставила себя ждать.

– Да как ты можешь?! Мы же с Фироном любим друг друга! Сколько уже можно препятствовать нашему счастью?! Как же…

– Если этот негодяй что-то и любит, то лишь деньги! – раздраженно перебил ее Нэйт. – Ступай к себе и хотя бы впервые для разнообразия подумай головой! Я не стану рассказывать родителям о твоей выходке, но мы еще вернемся к этому вопросу.

Клотти ничего не ответила. Подняв шкатулку, со слезами кинулась обратно в дом. Нэйтан досадливо проводил сестру взглядом. Милая безобидная Клотти, совершенно не приспособленная к реалиям мира… А ведь если бы не предупреждение светловолосой незнакомки, сестра бы и вправду сбежала сегодня с этим мерзавцем! Поставив этим крест и на своем будущем, и на репутации всего рода…

Нэйт не стал больше задерживаться, сразу же вернулся в особняк. Хоть настроение и было знатно подпорчено, но не сомневался, что крайне приятный остаток вечера сгладит впечатление. Да и нечего заставлять прелестную девушку ждать.

Только она и не ждала… Ее и вовсе уже в коридоре не было! И что-то однозначно подсказывало, она уж точно не случайно куда-то отлучилась.

Тихо выругавшись сквозь зубы, хотел уже спешить в холл к парадному выходу, как под ногами на ковре что-то блеснуло. Наклонившись, поднял тот самый кулон, который и был на незнакомке. Так спешила сбежать, что даже не заметила пропажу? Что вообще за мания у нее: постоянно от него сбегать?!

И он ведь отсутствовал совсем недолго! Она бы точно не успела еще уехать!

Сейчас же магией запереть ворота поместья и лично проверить все экипажи!

Лилиана

Я не стала терять драгоценное время, и едва мой темноволосый незнакомец ушел, поспешила и сама исчезнуть. Только, конечно, не через черный вход, где наверняка должна была развернуться картина хоть и прелюбопытная, но все же не стоило там никому на глаза попадаться.

Так что особняк я покинула через парадный вход, обогнула дом по садовым тропинкам, немного поплутала, но все же вышла к той роще, на опушке которой мы с Вентоном оставляли экипаж.

Экипаж был здесь. Вентон был здесь. А еще был здесь тот самый мужчина, которого до этого мой брат тащил неведомо откуда неведомо куда.

– Лили, наконец-то! – воскликнул при виде меня Вент. – Я уже собирался идти тебя искать!

– Вент, ты что с ним сделал? – я опасливо смотрела на бессознательного блондина весьма приятной наружности, который недвижимо лежал на сиденье. – Неужели это тот самый Терей, про которого ты говорил? Только не говори, что ты решил осуществить бредовый план с похищением!

– Ай, – брат досадливо поморщился, – да не собирался я никого похищать! Я же не знал, что бедолага совершенно не умеет пить. Чтобы вызнать побольше информации, я усиленно его спаивал, и в итоге тот стал совершенно невменяемым! Понимаешь, я не мог оставить его там в таком состоянии, он бы обязательно как-нибудь опозорился. Пока еще Терей мог идти я вывел его из трапезного зала. Хотел довести до его экипажа, чтобы несчастного парня отвезли домой. Но еще по пути Терей впал в беспамятство. И, сама понимаешь, бросить я его нигде не мог, показаться на глаза с ним в таком виде тоже не мог. Оставалось только пустующими коридорами незаметно ото всех вытащить его отсюда. И, кстати, – изобличительно смотрел на меня, – с каких это пор ты на мужчин с поцелуями кидаешься?!

– Мне просто ничего другого в голову не пришло, – даже вспоминать было стыдно. – Увидев тебя, я перепугалась, что произошло что-то страшное, и ни в коем случае нельзя, чтобы вас заметили. Вот и пришлось…импровизировать. Только что теперь, Вент? – я перевела взгляд на бессознательного Терея.

– Отвезем беднягу к нему домой – что тут еще поделать, – брат пожал плечами. – Ну не мог я его бросить! Никогда бы себе не простил, если бы из-за меня он глупостей натворил. Все-таки он – славный малый. Хотя и совершенно не умеет пить… Ладно, поехали, – он забрался на козлы и взял поводья. – Заодно по пути проверишь его на магию, а я расскажу, что мне удалось выяснить. Но уже заранее ясно, что Терей – просто идеальный кандидат!

Обратно в Вайтерхофф мы возвращались той же объездной дорогой, и вскоре громада графского особняка скрылась в ночи. Но я старательно гнала от себя навязчивые мысли, сидела на козлах рядом с братом и внимательно слушала.

– Итак, что мы имеем. Терей всю сознательную юность и последующие годы провел в учении, но так как сам он парень скромный и благовоспитанный, ничуть не жалеет, что не прозябал в развлечениях. Он прибыл в Вайтерхофф с младшей сестрой, той всего восемь лет, их родители погибли год назад, и Терей теперь сестру опекает. Все его мысли заняты этой ответственностью, и потому он покинул столицу, чтобы здесь, в провинции, жить в тишине и спокойствии. Я напоил его достаточно, чтобы он был предельно откровенным. Так что он изливал душу весьма активно. Бедолаге и вправду морально тяжело, и он бы очень хотел когда-нибудь встретить хорошую девушку, которую не только сам полюбит, но и его сестра ее примет.

– Ага, а если там сестра – эдакий маленький демоненок? – Я пыталась учесть все возможные подводные камни.

Отвлекшись от дороги, Вент выразительно глянул на меня:

– И что же, ты сомневаешься, что наша Фил, с ее феноменальной добротой и терпением, не способна укротить любого демоненка? И между прочим, пока ты где-то бродила в поисках того, на кого бы накидываться с поцелуями, я уже подготовил почву для их знакомства.

– Ты так и будешь мне пенять этим? – насупилась я.

– Я это теперь тебе до старости припоминать стану! – но все же сменил тему. – Так вот, про знакомство. Терей обмолвился, что его сестра до отъезда сюда начала обучаться живописи и сейчас бы очень хотела продолжить уроки. Вот и выход! Сосватаем ему Филинду якобы для обучения девочки! Так наша Фил не только постоянно будет мелькать у него на глазах, но и сможет наладить отношения с возможным демоненком.

– Тут только есть одно но, – возразила я. – Фил ни в коем случае не должна быть в качестве прислуги. Нужно, чтобы Терей изначально воспринимал ее как равную себе. Потому придется нам продолжать спектакль. К примеру, можно сделать следующим образом. Завтра навестишь Терея, но снова в виде лорда, якобы обеспокоенный его здоровьем после попойки. И скажешь, что одна прекрасная леди вполне может давать его сестре уроки живописи, ведь обожает и живопись, и детей, и у нее достаточно свободного времени.

Вентон тяжело вздохнул.

– Что?  – не поняла я. – Плохой план?

– Да нет, не плохой. Я просто представил то обилие лжи, в котором мы в итоге неизбежно увязнем…

– Но как иначе, Вент?.. Я тоже совсем не хочу лгать. Но сейчас это меньшее из зол. Сам посуди, какие шансы у нашей Фил? Я не сомневаюсь, что любой мужчина будет пленен ее душевными качествами и умиротворяющей красотой, но если он не воспримет ее как достойную, то никогда не возьмет в жены. Так что либо мы идем на любые ухищрения, либо так и ждем неведомого чуда, которое почему-то все не спешит происходить.

– Лил, я не спорю, – хмуро произнес брат.  – Просто ложь – это не самая лучшая основа для крепких отношений. И сколь бы ни были сильны чувства, но, если влюбленные будут лгать друг другу… Боюсь, это все может закончиться весьма печально.

– А мы постараемся, чтобы закончилось не печально, – с улыбкой возразила я. – Так что будем считать, что первый этап нашего грандиозного плана завершен. А завтра перейдем ко второму. Ты подготовишь все для знакомства Терея и Фил, а я наведаюсь в Запретную Рощу.

– Ты уверена, что риск оправдан? – Вентон нахмурился еще больше.

– Я уверена, что иных вариантов попросту нет, – тихо ответила я, отведя взгляд. – Нужно время, чтобы создались отношения настолько крепкие, что дошло до свадьбы. А время это выиграть можно лишь чудесным снадобьем, ведь Фил будет становиться с каждым днем все хуже. Но Терей не должен даже подозревать о ее болезни! Да и если замысел с ним сорвется, нам все равно необходимо все то же время, чтобы придумать что-то еще. Так что завтра с наступлением темноты я отправлюсь в Запретную Рощу.

И предвкушая новый виток возражений брата, тут же сменила тему, рассказала о подслушанных разговорах. И подытожила:

– К счастью, под конец я сообразила, что если я вырублю этого Фирона магией, чтобы сорвать побег, то ведь магический след останется, что крайне нежелательно, ведь меня по нему могут найти. Потому и переложила ответственность на другого человека. Но уверена, что он…не подвел, – от одной мысли о темноволосом незнакомце, боюсь, снова проступил румянец.

Но уже было достаточно темно, чтобы Вентон засек.

– Ты, конечно, правильно поступила, что предотвратила злодейство. Но все же лезть в отношения других людей… Тут можешь не угадать, к лучшему то или все же к худшему, – в голосе брата отчетливо чувствовались нотки сожаления.

Прекрасно его зная, я мигом догадалась:

– Вент, ты же не просто так это сказал.

Он хоть и помолчал будто в сомнениях, но все же произнес:

– Я тоже однажды помешал чужому побегу из благих намерений.

– Серьезно? – изумилась я. – И кому же ты помешал?

– Филинде.

– Филинде? – мне даже показалось, что я ослышалась. – Погоди, как это… Ты про нашу Фил говоришь? Но ведь такого быть не может!

– А вот представь себе, – хмуро отозвался Вентон, не сводя взгляда с сумрачной дороги, чтобы не пропустить поворот к городу. – Это случилось как раз незадолго до того, как мы всего лишились. Филинда была тогда даже младше, чем ты сейчас,  на год, и она без памяти влюбилась. И ладно бы в кого достойного, но нет, ее избранником стал один из стражников.  Ему хватило то ли наглости, то ли смелости прийти к нашему отцу, признаться во взаимных чувствах и просить руки Фил. Он клялся, что обязательно добьется успеха в жизни, что ему вовсе не нужно никакое приданое невесты – лишь она сама. Поступок хоть и благородный с его стороны, но и неимоверно глупый… Естественно, отец был возмущен и прогнал этого стражника, запретив ему вообще появляться поблизости Дагнес-Холла.

– Думаешь, он вправду любил ее? – тихо спросила я. Никак это в голове не укладывалось! Ну да, на момент тех событий мне было одиннадцать лет, никто бы не стал меня посвящать во все это…

– Тот стражник? Жаль, не помню его имени… Оглядываясь назад с теперешним опытом, я все же думаю, что он и вправду ее любил всей душой. Но тогда я все воспринял иначе. Филинда по наивной вере в якобы мудрость старшего брата рассказала мне, что собирается сбежать с любимым. Естественно, я не мог этого допустить. Я отговорил Фил, применил множество веских доводов, даже до слез довел упреками, что она обречет семью на бесчестье – сейчас даже вспоминать стыдно!.. – Вентон тяжело вздохнул. – И мои слова возымели должный эффект. Она разорвала отношения с возлюбленным. Он уехал и с тех пор они никогда больше не виделись…

Вентон ненадолго замолчал. Мы как раз пересекли черту города. В столь поздний час прохожих на улицах не было, и даже магические огни дорожных фонарей мерцали как-то сонно.

Я тоже молчала, пытаясь переварить все услышанное и прекрасно зная брата: он еще не закончил рассказ, ему нужно собраться с мыслями.

Наконец, Вент продолжил:

– Я уверен, Филинда до сих пор любит его. И именно о нем она вздыхает украдкой. У меня не хватает решимости вообще поднимать эту тему. Но ведь если рассудить по справедливости, Лил, не помешай я тогда, наверняка сейчас наша сестра была бы гораздо счастливее, чем теперь. И, кто знает, вдруг бы и недуг миновал ее стороной.

– Нам все равно не узнать, как могло бы все сложиться, – тихо отозвалась я. – Но зато мне теперь понятно, откуда у Фил порой эта странная грусть и отстраненный взгляд будто бы в никуда. Наверняка это очень тяжело: любить кого-то и знать, что этот человек для тебя навсегда потерян…

– Что ж, остается надеяться, что мы с тобой как раз везем сейчас для Фил новое счастье, – Вент с усмешкой покосился на посапывающего на сиденье экипажа Терея.

– Хорошо бы… – я вздохнула. – Его магия кажется вполне достаточной для исцеления Филинды во время свадебной церемонии. Лишь бы только все удалось…

Еще из пьяных откровений Терея Вентон знал, где тот живет. И сдав бессознательного беднягу на руки его же дворецкому, брат вернулся в экипаж.

Мы уже подъезжали к аллее нашего дома, когда брат вдруг спросил:

– И все же, Лили, это был твой первый бал как-никак, довольна вечером?

– Довольна, – улыбнулась я. – Хотя все было сумбурно и с множеством неожиданностей, но это словно бы небольшое такое приключение.

– С поцелуями незнакомцев? – выразительно глянул на меня Вент.

Но я не стала больше смущаться.

– Можешь меня корить, но я ни о чем не жалею. Все равно мне такой мужчина никогда больше не встретится. А если бы даже и встретился, все равно бы никогда не взглянул на такую, как я… – я резко осеклась.

– Что? – Вент сразу заметил, что что-то не так.

– Кулон… – я лихорадочно коснулась шеи – Мой кулон пропал!

Нэйтан

Леди Ифильда остановилась в дверях гостиной, придирчиво глянув на сидящего на диване, вытянув ноги на стоящий рядом столик, внука, и только после этого прошествовала к креслу.

Присев, тут же достала из кармана на платье свою курительную трубку и на выразительный взгляд Нэйтана бескомпромиссно заявила:

– Будь добр, оставь все свои занудные нотации при себе. Из нас двоих именно я знаю, что делаю. У меня, конечно, много невинных шалостей. Но я, по крайней мере, никогда не захлопывала магией ворота и не останавливала чужие экипажи.

И тут же задорно добавила:

– Эх, жаль, я лично не видела выражения лица этой старой сплетницы Фирды, когда ты дверь их экипажа распахнул! Но до меня уже дошел слушок, что она с перепугу сразу пискнула, что в этот раз точно ничего не воровала! Нэйт, ты когда в следующий раз вздумаешь так развлекаться, то хотя бы меня позови!

Нэйтан ничего не ответил. И без бабушкиных подколов понимал, что перегнул сегодня палку. Но, если оглянуться назад, вряд ли поступил бы иначе.

Раскурив трубку от магической искры, леди Ифильда преудобно устроилась в кресле и полюбопытствовала:

– Ну-с? Я, между прочим, жажду услышать душещипательную историю того, как мой старший внук так внезапно сошел с ума. Кого ты пытался сегодня выловить?

Нэйт все же ответил:

– Одну девушку.

– М-м… – с пониманием протянула бабуля. – Одну девушку… А чего только одну? Там в бальном зале их целое стадо было, готовое идти послушными овечками, если ты только поманишь! И эта Миролана, которую тебе все навязывают, уж точно была готова скакать за тобой горной козочкой. А ты, выходит, променял всю эту дрессированную живность на какую-то одну, да и то удравшую?

– Бабушка, – хмуро смотрел на нее Нэйт.

– Ох, – она страдальчески закатила глаза, – давай хоть ты не будешь читать мне нотации, как я должна выражаться. Между прочим, нам, девочкам слегка за семьдесят, это простительно, и всегда можно списать на старческий маразм. И не будешь же ты спорить, что девушек в высшем свете воспитывают именно послушными овечками. Взять хоть ту же Клотти…

Нэйтан раздраженно перебил:

– Клотти сегодня намеревалась с Фироном сбежать. И не предупреди меня об этом одна незнакомка, их замысел очень даже удался бы. Даже думать не хочется о возможных последствиях…

Бабушка ответила не сразу. Нахмурившись, выпустила несколько дымных колец под потолок.

– Как я понимаю, родителям ты не сказал… И правильно сделал. Клотильду просто нужно как можно скорее замуж выдать, и пусть уже ее муж с нею нянчится. Надо подкинуть твоей матери эту идею, а то пока она лишь на твоей женитьбе зациклена, уже, вон, кружева вовсю заказывает. Но ты от темы не уходи: что там за девушку ты искал?

– Ту самую, что меня насчет Клотти предупредила. Причем совершенно бескорыстно! Она ведь даже не знала, кто я! Естественно, я обязан ее найти, чтобы поблагодарить за помощь.

– Ой ли? – со скептическим смешком глянула на него леди Ифильда. – Только ради этого?

– Допустим, не только, – все же улыбнулся Нэйт, достал из кармана камзола кулон. – Еще нужно вернуть ей украшение.

Бабушка смотрела на него со все большим скептицизмом:

– Прости мне мою больную фантазию, но чем вы таким занимались, что бедняжка второпях даже украшение надеть забыла? Да и зачем, собственно, снимала?

– Ничего такого, – с усмешкой возразил Нэйтан. – Она случайно кулон потеряла.

Точнее, не совсем случайно. Очевидно, как раз в тот момент, когда целовал незнакомку, он задел цепочку, и застежка расстегнулась.

– Но в любом случае пропажу нужно вернуть обладательнице. Только и всего.

– Ну-ну, – леди Ифильда хмыкнула. – Но, когда ты в порыве этого твоего «только и всего» будешь обшаривать каждый дом в Вайерхоффе, распугивая обитателей гневными воплями: «Подать мне беглянку сюда!», не забудь хотя бы извиняться за столь своеобразный визит.

– Это можно провернуть куда проще, – Нэйт поднял кулон за цепочку на уровень глаз. – У меня есть ее вещь. А значит, и отследить магией будет совсем несложно.

– Почему же ты тогда сейчас здесь сидишь, а не мчишься в неведомом направлении с мешком наперевес?

– С мешком? – не понял Нэйтан.

– Не совершай ошибок своего деда. Лучше сразу воспользоваться мешком, чем долго и упорно мотать себе нервы. Конечно, можешь просто закинуть девицу себе на плечо и утащить, но, согласись, с мешком для нее доходчивее будет. Для девушек всегда важно знать, что намерения у ухажера вполне серьезные…

И с нарастающим энтузиазмом бабушка тут же добавила:

– О, кстати, держать ее можно будет в нашем охотничьем домике! И достаточно далеко от города, и засовы там надежные. Только, опять же, поверь моему опыту, там все бьющееся и колюще-режущее лучше не просто спрячь заранее, а унеси, как можно дальше, или даже в реке утопи. Твой дед в свое время не учел это… Нет, конечно, тот шрам на лбу потом придавал его образу загадочности, но…

– Бабушка, – со смешком перебил Нэйт, – я всего лишь хочу вернуть кулон и поблагодарить за предупреждение о Клотильде. Не более.

– Так а я разве спорю? – она невинно улыбнулась. – Просто на всякий случай делюсь бесценным опытом – ведь разве не для этого и существуют на свете мудрые старцы?

Нэйтан засмеялся.

– Извини, но запихивать девушку в мешок и запереть посреди леса в охотничьем домике – так себе совет.

– Это и не совет, – веско возразила леди Ифильда, – это правда жизни, проверенная на скорбном горьком опыте! Твоего деда.

И мучимая любопытством добавила:

– Но ты мне хоть расскажи, как вообще так получилось, что эта уже безмерно меня интригующая девушка, вдруг исчезла?

Нэйтан нахмурился.

– Да она весь вечер только и делала, что от меня сбегала!

– То есть сам ты никак это не провоцировал? – уточнила леди Ифильда, внимательно на него глядя.

– Нет, естественно. Я вел себя вполне галантно, не дал ни малейшего повода для неприязни. Впервые сталкиваюсь с настолько странным поведением девушки! – в сердцах добавил: – В чем вообще логика? Весь вечер от меня шарахалась, а после поцелуя и вовсе сбежала!

Бабуля поперхнулась дымом и закашлялась.

– Пресветлые силы, Нэйтан, какой позор! Неужели ты настолько отвратительно целуешься?! Нет, дорогой мой, боюсь, в твоем случае мешок – и вправду единственный вариант…

Нэйтан наградил ее выразительным взглядом.

– Бабушка, я ведь серьезно.

– А я разве нет? У меня, может, теперь прямо душевная травма, что мой великовозрастный внучек дожил до двадцати пяти лет, а целоваться так и не научился! – но уже с задумчивостью продолжила: – И все же странно выходит… То девица от тебя бегает, то целуется с тобой – может, это просто такой хитромудрый способ привлечь внимание?

– Точно нет, – Нэйт покачал головой. – Как ни прискорбно это признавать, но ей мое внимание было совсем не нужно. Но, быть может, лишь потому, что она не знала, кто я на самом деле.

– Погоди-погоди, – леди Ифильда даже трубку на столик отложила. – То есть она не знала, кто ты; ты не знал, кто она; при этом вы еще и целовались? Зачем вообще тебе девица столь сомнительных моральных качеств, что готова целоваться с кем попало?

– Нет, тут что-то другое… Тем более для нее это был первый поцелуй в жизни – все же магия позволяет определить неприкосновенность девушки во всех смыслах. Причем, именно она поцелуй спровоцировала, а не я. И я бы, конечно, мог счесть, что все дело в моем неотразимом обаянии, – усмехнулся, – но, боюсь, тут не все так просто.

– Да уж… – насупилась леди Ифильда. – Теперь не только ты, но и я сама уже очень хочу, чтобы эта девица нашлась. Любопытно – сил нет!

– Я найду ее без проблем. А вам тем временем, быть может, стоит лучше поговорить с Клотильдой? Попытаться ее хоть как-то вразумить. Родителям я рассказывать не хочу, а меня она уже во враги зачислила, даже слушать не станет.

– Как будто меня станет! – леди Ифильда фыркнула. – При всей моей любви к маленькой миленькой Клотти, разговаривать с этой девицей смысла нет. Я и без того прекрасно знаю, что творится у нее в голове. В мельчайших подробностях.

– И что же?

– Внутри ее головы от уха до уха проходит извилистая такая дорожка, по которой скачут доблестные рыцари. И все разнообразие мышления Клотти в том, что они то скачут слева направо, то справа налево. Порой в качестве озарений могут еще тащить с собой тушку дохлого монстра, сраженного в честь Клотильды. А порой и не совсем еще дохлого, но уже основательно осипшего менестреля, горланящего оды в ее же честь. И все. Этим вся мыслительная деятельность нашей Клотти, увы, и ограничивается.

– Но не настолько же она глупа, – возразил Нэйт.

– Она не глупа, она просто совершенно не приспособлена к жизни, – веско ответила бабушка. – Ее растили, как цветок в оранжерее. И стоит такому цветку попасть за пределы этих тепличных условий – все, погибнет, – вдохнула. – Клотти не изменить. Столкновение с реальностью будет для нее слишком жестоким и болезненным, чего я ей все же не желаю. Потому в нашем случае идеальный вариант: пересадить ее из одной оранжереи в другую – выдать замуж. Найти какого-нибудь богатого простофилю, с которым она до конца жизни на пару по ролям будет декламировать любовные оды.

И тут же спохватилась:

– Кстати, о глупости! Уж не глупостью ли как раз и объясняется странное поведение твоей беглянки?

Нэйтан покачал головой.

– Нет, она вовсе не глупа. Это чувствуется даже не из ее разговоров, а по ней самой. В любом случае уже завтра я буду знать о ней все. Небольшой магический ритуал – и ее же кулон приведет меня к ней, – откинувшись на спинку дивана, предвкушающе улыбнулся: – Она так стремилась сбежать от меня, но я все равно ее переиграю…