Глава 8. Разборки

Утром я немного задержалась в ванной, поэтому пришлось пойти на завтрак одной, так как Наталья уже ушла, чтобы занять столик первой. Вечером она поспорила с Ником, что запросто проснётся на рассвете и будет уже в столовой, пока тот дрыхнет.

Я вышла, спокойно направилась в столовую, погрузившись в размышления о Денисе. Что я к нему испытывала? Почему меня злило, когда он разговаривал с Полиной?

Неожиданно врезалась в человека, будто на стену натолкнулась.

– Простите, – вырвалось на автомате.

– Не прощу! – зарычал над головой объект моих терзаний. Подняла взгляд, нахмурившись, но, увидев Дениса в шапке, развеселилась. Чего это он, лето же! Его глаза смотрели зло, отчего мурашки побежали по коже, никогда его таким не видела.

– Надо поговорить, – сказал он таким голосом, что мне захотелось дать дёру, впрочем, он это сразу понял, поэтому схватил меня за руку, чтобы не сбежала.

– Пусти, – возмутилась я, попытавшись вырваться, паника волной нахлынула, ибо Денис был очень решительно настроен, а хуже всего то, что он уводил меня с территории лагеря.

Не успела опомниться, как оказалась в машине. Денис запрыгнул на водительское место и рванул, я испуганно вжалась в спинку сиденья, боясь даже пошевелиться, чтобы лишний раз не привлекать его внимание. Чего это он? Я вроде ничего плохого не сделала!

Некоторое время мы ехали молча, и, только отъехав на приличное расстояние, он наконец остановился. Вышел из машины, стал ходить туда-сюда, а потом и вовсе психанул, со злости пнув камень. Я понимала, что выходить мне сейчас не стоит, но всё равно сделала это.

И заметила, что чуть в стороне застыла другая машина. Лица водителя не видела, но, похоже, это тот, кто обычно следит за Денисом. Интересно, а в каких случаях он вмешивается?

– Зачем ты меня сюда привёз? – спросила у Дениса, встав у машины.

– Зачем? – заорал он и сдёрнул шапку. – Прибить тебя решил по-тихому!

– Ой! – удивлённо ахнула, округлив в шоке глаза.

Волосы вожатого были с розовым отливом.

– Вообще-то вначале надо обесцвечиваться, и уж только потом наносить такую краску, – заметила я, ибо если уж краситься, то надо делать это грамотно.

Он зарычал, двинувшись на меня. Я перепугалась его реакции, и до меня наконец начало доходить, почему я здесь!

Кажется, кто-то решил меня по-крупному подставить, ибо в лагере такой эксклюзивный раскрас имела только я. Да и достать такую краску ни у кого не было возможности, зато она имелась у меня до вчерашнего вечера.

– Это не я! – взвизгнула, оббежав капот.

– Да ладно, не ты! – заорал он, пытаясь поймать меня. – Я вас видел вчера, нетрудно догадаться, что у тебя было в руках и что ты так усердно прятала!

– Это правда не я! – взвыла, так как оправдаться, чувствую, не получится. Он рванул, пытаясь догнать, а я запнулась, упав на небольшие камушки и разбив в кровь коленки. На губах вожатого застыла победоносная улыбка, не успела сообразить, что происходит, как в следующее мгновение оказалась прижатой к нему, и его губы накрыли мои. Поцелуй никак нельзя было назвать нежным, скорее, наоборот, он был злой, словно попытка отомстить. Одна рука Дениса оказалась у меня на затылке, не давая возможности отстраниться, а вторая прижимала к телу, лишая возможности сопротивляться.

– Это моральная компенсация! – сказал он, вновь запихивая меня в машину. – Поехали.

Я даже спрашивать не стала, куда мы направляемся, все мои мысли занимал поцелуй. Кажется, мне повезло, и я ещё легко отделалась!

Посмотрела на разбитые грязные колени, до меня наконец начала доходить боль, и я отвернулась к окну, так как скрыть обиду не получалось.

Свист тормозов, и мы снова остановились, съезжая на обочину.

– Чёрт! – выругался Денис, выбравшись из машины.

Я напряглась, что на этот раз не так.

Моя дверка распахнулась, и меня резко развернули за ноги.

Встретились с ним взглядами.

– Почему молчишь, что коленки разбила! – заорал он, заставляя меня поморщиться и ещё больше обидеться.

– А разве это имеет значение? – огрызнулась я.

– Имеет! – рявкнул Денис.

А затем открыл бардачок, достав оттуда влажные салфетки. Вытащил одну из упаковки и аккуратным движением, следя за моей реакцией, провел по царапинкам. Зашипев от пронзившей боли, неожиданно ощутила, как Денис ласково подул на рану. Так и замерла, не в силах отвести от этого действа взгляда.

Он бережно стёр дорожную пыль и запекшуюся кровь, а потом, достав одеколон, как прыснет! Чуть пяткой в глаз не получил, ибо предупреждать надо.

– Извини! – прошептала я.

Он ничего не ответил. Убрал всё, сел за руль, и мы дальше отправились в путь.

Блин, приятно, когда о тебе так заботятся! Вот только что всё это значит? Да и как он умудрился окраситься, я же отдавала флакон Тане. Сомневаюсь, что она могла так меня подставить. Тогда кто это сделал и вообще куда мы едем?

Где-то через полчаса показался город, а ещё минут через десять мы остановились около парикмахерской: чувствую, мне хана. Вот реально, прям в дрожь бросило, вдруг он меня заставит побриться наголо из мести. Денис припарковался, вышел из машины и, дождавшись меня, вошёл внутрь. Первой мыслью было бежать, как говорится, «я не трус, но я боюсь».

Нас встретил приветливый мужчина и тут же спросил, чем может помочь. Денис молча стянул шапку. Я едва сдержала очередную улыбку. Ему указали на кресло и обратили взор на меня. Хм, а что я? Я здесь абсолютно ни при чём!

– Ваших рук творение, милая леди? – приветливо поинтересовался мужчина.

– Нет! Да! – хором ответили мы.

Парикмахер усмехнулся, посоветовав из мести перекрасить меня в однотонный цвет! Вот гад!

Признаюсь, некое чувство вины меня преследовало, поэтому, как только мне указали на соседнее кресло, я безропотной ланью поплелась туда.

– Настя! – позвали ещё одного мастера. – Займись девушкой!

К нам вышла девчонка лет восемнадцати, ещё более креативная, чем я. Денис даже дёрнулся в мою сторону, но тяжёлая рука парикмахера остановила его.

– Не переживайте, ваша девушка в надёжных руках!

Я смутилась, ожидая, что вожатый возразит по поводу девушки, но он промолчал, отчего и я не решилась что-либо сказать.

– Настя, перекрась её в натуральные тона! – приказал мужчина.

– Её бы и постричь не мешало, – заметила девушка. А я, чёрт возьми, напряглась.

– А я так стремительно здесь оказалась, что деньги забыла! – пискнула, молясь, чтобы меня отпустили.

– Ничего, дорогая! Я всё оплачу! – пропел Денис.

Зыркнула на него гневно. Ладно-ладно!

– Колорирование? – предложила мастеру.

– Думаю, да! – уверенно заявила она, надевая фартук и выбирая расчёску.

Дениса намазали краской, и он, с ехидной улыбкой попивая кофе, следил, как меня мучают, разделяя прядки, украшая мою голову фольгой, словно ёлку.

– Пройдёмте, – позвал Дениса мастер, и тот, отставив чашку, направился за ним.

Настя неожиданно положила передо мной фото с очень интересной, но короткой стрижкой.

– Как тебе? – спросила она меня.

– Супер!!! – выдохнула я, ибо давно хотела выбрить себе один висок, но предки не желали даже слышать об этом, а тут такой шанс!

– Только боюсь, твой парень будет в шоке! – заметила девушка. Я оскалилась как акула.

– А можно я истерику закачу после стрижки? А то, боюсь, мой парень не ведает, что такое чувство вины! Представляете, он решил, что это я его покрасила, и даже слушать меня не хочет. А это обидно!

– Оу, так он усадил тебя сюда из мести? Ну тогда он крупно попал!

Денис вернулся с полотенцем на голове, и теперь уже моя очередь настала смывать краску.

– Оплату у него сразу запросите! – дала я дельный совет шёпотом.

– Окей! – подмигнули мне.

Меня вернули в кресло, к этому времени мой вожатый уже стал таким же, как и прежде, только волосы немного укоротились.

– Можете идти оплачивать, мы уже тоже почти всё! – сказала Настя, беря в руки ножницы.

И он ушёл! А девушка оказалась с золотыми руками.

– Плачь давай! – толкнула она меня в плечо.

Ой, точно!

– Не могу, – призналась я, ибо действительно стрижка получилась супер.

Меня нагло ущипнули за руку, и, чёрт, больно ущипнули, даже скудная слеза проявилась на глазах.

Настя взяла бритвенную машинку, уверенно сделала последний штрих.

Боже! Я Дениса таким никогда не видела, он так резко рванул к нам, но было уже поздно!

– Вы… ЧТО НАДЕЛАЛИ! – взревел он.

Я молча вытерла свою одинокую слезинку.

– А по-моему, шикарно вышло! – улыбнулась ему Настя, феном завершая образ.

Так, главное, не смотреть ему в глаза.

Меня снова незаметно ущипнули, и ещё одна слеза скатилась по щеке.

– Настя, по-моему, ты перестаралась! – заметил мужчина, встав за её спиной.

Мне помогли подняться, обстановка вокруг начала накаляться, поэтому я быстро поинтересовалась:

– Ты оплатил?

– Да.

– Тогда идём! – прошептала я, не поднимая взгляда.

Мы направились к выходу, но я не удержалась и, обернувшись, кинула мужчине ехидную улыбку, подмигнув. Он выдохнул, с укоризной посмотрев на свою помощницу, и та, не сдержав ухмылки, помахала мне на прощание.

Я села в машину, и мы молча поехали дальше. Мне жутко было смешно, поэтому я отвернулась к окну.

– Прости!

– Да ладно, ты же именно этого хотел, вот только не я тебе краску подлила! – буркнула, всё также не оборачиваясь.

Чувствую, кто-то от чувства вины сейчас захлебнётся, поэтому напомнила:

– Я есть хочу! – завтрак же мы пропустили.

Денис остановился возле кафе, но выходить что-то не торопился.

– Хочешь сказать, что это сделал кто-то другой? – наконец сказал он, не глядя на меня. Неужели совесть проснулась?

– Зачем мне себя так явно подставлять? – Я устало вздохнула и попыталась открыть дверь, но она была заблокирована. – Может, ты меня накормишь, время-то уже обед!

Он окинул меня задумчивым взглядом, разблокировав дверь. После этого меня повели в местное кафе.

Зайдя внутрь, мы выбрали столик в самом углу и уютно разместились там. Нам принесли меню, которое я с интересом принялась изучать. Неожиданно у Дениса зазвонил телефон, именно в тот момент, когда к нам подошла официантка принять заказ.

– Закажи мне что-нибудь! – буркнул он, выйдя из-за стола, и спешно направился к выходу, чтобы поговорить.

Девушка на меня внимательно посмотрела, приготовившись записывать.

– Э-э-э, мне, пожалуйста, борщ, блинчики с вишневым вареньем и чай с бергамотом! – перечислила я, думая о том – лопну или нет.

– А молодому человеку? – тут же поинтересовалась официантка.

Я задумалась. В голове созрела мстя. Денис должен ответить за такой произвол. Ишь, разошёлся – обвинил просто так.

– Кашу! Манную! Двойную порцию! – улыбнулась я, едва не потирая руки от предвкушения.

– Ой, у нашего повара она ужасно получается, зачастую с комочками!

– Отлично, он именно такую и любит! Без комочков точно есть не будет!

Официантка на меня как-то посмотрела с сомнением, но ничего не сказала.

– Варенье… орешки… мёд? – предложила.

– Нет! – помотала головой. – Кашу, чистую, без сахара и масла!

– А из напитков? – продолжила делать заметки официантка, совершено не комментируя мой выбор. У неё даже выражение лица не поменялось. Вот это профессионализм.

– Кисель! Клюквенный!

– Тоже без сахара? – немного ехидно уточнила она.

– Ну конечно!

Девушка мило улыбнулась мне, напоследок спросив, что подать первым. Разумеется, мой борщ, и уж только потом всё остальное!

Денис вернулся в не очень хорошем настроении, и, так как вместе с его приходом мне принесли мой горшочек с супчиком, я поторопилась приступить к трапезе, а то, не ровен час, кашку ему вынесут и он вообще в бешенство впадёт.

Открыла глиняную крышечку, вдохнув чарующий аромат, посыпала сверху свежую порубленную зелень, зачерпнула ложку сметаны, схватила пампушку и… всё, я пропала, растворилась во вкусе. Что-то давно я нормально не ела, раз даже пропустила момент, когда принесли кашку. Но это фигня, ибо и Дениска-сосиска тоже не обратил внимания на то, что ему принесли. Понял, что ест, только тогда, когда положил себе в рот ложку белой жижи, к сожалению, без комков.

– Твою мать! – выругался он, с трудом глотая, так как выплёвывать было некуда!

Эх, говорила же официантке, без комков он есть не будет!

– Горячо? – поинтересовалась я у вожатого, облизав ложку, так как супчик закончился.

– Ты что мне заказала?! – возмутился он, помешивая кашу и с прищуром глядя на меня.

– Манку, – спокойно ответила. Хотела добавить: «И кисель!», но не рискнула.

– Я не ем МАНКУ! – едва не заорал он, но быстро вспомнил, что мы тут не одни.

– А я откуда знаю, ешь ты её или нет! – философски пожала плечами, словно ничего плохого не совершила. – Её все едят! Даже дети!

– Им просто деваться некуда! – буркнул Денис обиженно и, не глядя, хлебнул из своей кружки. – Твою!..

– Кисель тоже не любишь? – участливо поинтересовалась я, на что он молча позвал официантку.

Та подошла, поставив передо мной кружевные блинчики на огромной тарелке, красиво политые вишневым сиропом и шоколадом, слегка присыпанные сахарной пудрой и украшенные вишенками и взбитыми сливками.

– Сейчас принесу ваш чай! – проворковала она, в то время как я вцепилась в ножик и вилку.

Подняла на официантку глаза, полные счастья, столкнувшись взглядом с ужасно недовольным вожатым.

– Мне, пожалуйста, солянку, пельмени в горшочке и чёрный чай! – буркнул он, с прищуром посмотрев на меня.

А я так испугалась за свои блинчики, что поспешно отрезала кусочек, положила его в рот и вот не удержалась, зажмурилась от восхищения, а когда открыла глаза, мои вишенки исчезли! Бесследно!

– Ты! – зашипела я, ткнув в сторону предполагаемого преступника вилкой.

– Нет, не я! – уверенно возразил он, принимая кружку с МОИМ чаем у официантки и нагло отпив.

– Не обожгись! – прошипела, отчего Денис неожиданно подавился.

Короче, весело мы пообедали, вожатый даже живым остался, не могла же я ему позволить захлебнуться от чувства вины, поэтому со всей ответственностью треснула пару раз по спине, на что Денис даже прохрипел мне «Спасибо!».

– Кто звонил? – ненавязчиво поинтересовалась я, усаживаясь в машину.

– Тебя искали, пришлось соврать, что я тебя в больницу повёз и забыл их предупредить! Если вдруг спросят, скажи, что вновь появились головные боли и тошнота. Когда забирал тебя из больницы, врач говорил, что такое возможно. Поэтому я решил не рисковать твоим здоровьем и повёз на осмотр.

– Хорошо.

Денис бросил на меня косой взгляд, но, так как я больше ничего не сказала, завёл мотор, и машина сорвалась с места.

Интересно, а как он будет объяснять руководству смену моего имиджа? Хотелось бы мне это услышать!

И Наташа там небось беспокоится, куда я пропала.

Непроизвольно посмотрела на губы вожатого, вспомнив поцелуй.

– Чёрт! – прошептала, стремительно отвернувшись.

– А ты не хочешь извиниться? – спросила я у Дениса, начиная наглеть, ибо очень сильно бесило, что меня по-прежнему считали виноватой, а я даже рядом не стояла.

– За что? – удивился он, на секунду отвлекаясь от дороги.

– За ложное обвинение. – Я скрестила руки на груди и нахмурилась.

– Ну это пока не доказано. – Денис пожал плечами. – Ты могла сделать это не сама, а подговорить кого-то.

– И для чего мне это? – разговор становился интересным.

– Без понятия. Вас, девушек, вообще нереально понять.

– Забавно, – усмехнулась я.

– Что именно тебя забавляет? – нахмурился он.

– Чтобы краска подействовала, её минимум пятнадцать минут надо на голове держать. Вот скажи, ты так долго голову мыл? Или масочки для волос используешь?

Меня наградили весьма хмурым взглядом. Нет, а что, я не права, что ли? Как можно не заметить, что шампунь не того цвета, что обычно. Это слепым надо быть. Мне прям обидно. Ещё и коленка ноет.

– А зачем ты краску Тане отнесла? Или думала, я не замечу этого? – вдруг спросил он, продолжая вести машину и не глядя на меня.

– Для сохранности, – я не видела смысла лгать. – После того, как у нас кто-то побывал и испортил всю косметику, решили перестраховаться.

– К вам кто-то забрался? – Денис даже голову повернул.

Чёрт, я совсем забыла, что мы никому не говорили об этом.

– Да, – я махнула рукой. – Это было в самом начале. Ничего не украли, только вещи испортили.

– Вы должны были сообщить! – отчитывал меня Денис, как маленького ребёнка.

– Так ничего же не пропало, – я развела руками. – И вообще, не уходи от темы. Я не люблю, когда меня обвиняют в том, чего я не совершала. Вспоминай, чем вчера голову мазал.

И вот тут Денис покраснел. Реально. У меня даже глаза округлились от этой картины. Ничего себе! Даже страшно представить, что же он там делал.

– Я сам в этом разберусь, – неожиданно ответил он, сильнее сжав руль.

Это заявление меня расстроило. Я поджала губы и отвернулась, устремив взгляд в окно. И до самого лагеря мы больше не разговаривали. По приезде я вышла из машины и направилась к домику. Когда зашла внутрь, то увидела, что кроме Натки тут ещё и Таня.

– Всем привет, – поздоровалась я, садясь на свою кровать.

– Оля, – улыбнулась подруга. – Ого… Круто! – Меня тут же стали рассматривать со всех сторон. – Когда успела? И вообще, где ты была?

Я поведала им всю историю, правда, про поцелуй говорить не стала. Слишком личное это. Девочки слушали и ржали над тем, как мне удалось одурачить Дениса с причёской. А потом выяснилось, что Танька пришла как раз по вопросу с краской. Она хотела предупредить нас, что флакон пропал. Воровкой могла быть только Полина. Именно она заходила вчера к Тане за какой-то фигнёй. Долго болтала и пыталась разузнать побольше о моих отношениях с Денисом. Краска стояла на столике, и, видимо, заметив её, она решила сделать очередную подставу, а возможно, и где-нибудь подслушала нас. Меня это совершенно не удивило бы. Вот только как именно ей удалось намазать вожатого? Надо обязательно это выяснить. Любопытно же.

– Я хочу увидеть её лицо, когда она заметит твою новую прическу, – улыбнулась Натка, потирая руки. – По-любому желчью изойдёт.

– Возможно, – согласилась я. – Вот только как остальным объяснить, откуда у меня новая стрижка, вожатого подставлять не хочется.

– Скажи, что я подстригла, – предложила Танька, вставая с кровати. – У меня мама парикмахер, и я тоже могу творить. Так что вопросов станет меньше. Ладно, я пойду. Меня Ник ждёт.

Мы попрощались, и я улеглась на кровать, раскинувшись звездой. Наташа смотрела на меня и хитро улыбалась.

– А теперь колись, что у вас было, – пристала она, подпрыгивая от нетерпения. – У тебя коленка разбита, и ты постоянно губу прикусываешь.

Я немного поломалась для приличия, но потом поведала о поцелуе.

– ДА! – заорала подруга и прыгнула так, что едва не сломала кровать. – Я же говорю – ты ему нравишься! – Наташа пустилась в пляс. – Вы будете отличной парой!

– С ума сошла? – зашипела я, поднимаясь. – Какая пара? Да он меня от злости поцеловал, а вообще, прибить хотел без свидетелей! Через месяц я свалю отсюда и забуду всё, как страшный сон. – Вот тут я лукавила, так как вожатый уже успел запасть в душу. Но признаваться в этом я не намерена. – Денис и словом не обмолвился, что я ему нравлюсь. К тому же он и Полине улыбается. Может, они тоже где-то целуются, пока никто не видит.

– Прости, – подруга села напротив. – Я как-то не подумала об этом. А может, прижмём её в тёмном углу и всё выясним?

– О нет! – отмахнулась я. – И так с ней проблем хватает.

Наташа кивнула и сменила тему. До вечера мы провалялись в кроватях, а потом пошли на ужин. Я надела джинсы и белый топ на бретелях, чтобы подчеркнуть мою новую прическу. Ещё и глаза подвела. Получилось супер. Натуська показала мне класс, и мы направились в столовую. Причём специально опоздали на пару минут.

Моё появление вызвало небывалый интерес.

– ВАУ! – воскликнул Славик, окидывая меня взглядом. – Ты просто шикарна. – Он усадил меня рядом с собой и по-хозяйски обнял, заставив напрячься. – Спокойно, – быстро наклонился и зашептал он на ухо. – Я не претендую, просто кое-кому не помешает поревновать. Будем надеяться, что разборки со мной он не устроит.

Я осторожно кивнула, принимая его слова к сведению, и расслабилась. Взяла компот и подняла взгляд на Полину. Девица пылала гневом и едва сдерживала себя. Я не удержалась, приподняла стакан и отсалютовала ей. Она заскрипела зубами. Ничего, пусть побесится. Ей полезно. Напоследок подмигнула и приступила к еде. Друзья хором сказали, что новый имидж мне идёт. Это безумно радовало. Под конец ужина зашла наша директриса и объявила, что через день у нас состоится игра в пейнтбол. Эта новость произвела фурор. Все захлопали и стали тут же обсуждать игру. Наши ребята так воодушевились, что даже немного страшно стало. Славик сказал, что мы точно будем в их команде. Они нас и прикроют, и стрелять научат. Главное, понять, что за площадка будет и какие соперники. В общем, весь вечер был посвящён разбору игры. Если честно, то я не сильно горела желанием бегать по лесу с автоматом наперевес и пытаться найти соперника, чтобы застрелить его. К тому же не раз слышала, что пули бьют больно. А мне и так синяков хватает. Новых совершенно не хочется. Хотя если по секрету, то стреляла я неплохо. Папа увлекается охотой и несколько раз брал меня с собой. А уж сколько раз мы ходили в тир! Да и в компьютерных играх умение стрелять очень важно. Но пока я буду держать свои навыки в секрете. Неизвестно, в какой команде окажусь и кого придётся обстреливать.