Глава 13

Э В А

– Эва?! Это ты?

– Лика?!

В комнате царил полумрак. Поэтому я не сразу поняла, что нахожусь тут не одна. Я повернулась на звук голоса. Передо мной стояла Лика!

Я кинулась ее обнимать и крепко прижала к себе!

– Лика! Лика! Это ты! Я нашла тебя!

– Ой… Эва… потише… потише… мне больно.

Услышав ее слова, я застыла. Мое сознание, учитывая все сказанное мне в течение последнего часа, живо нарисовало картинку произошедшего с подругой.

Ослабила хватку и выпустила девушку из объятий. Сделала шаг назад, посмотрела на нее внимательно, затем развернулась и побежала к двери:

– Уроды! Сволочи! Козлы!!! Что ж вы за люди такие?! Вы нелюди!!! Ублюдки!!! Убью всех! Вы не люди – вы звери проклятые!

Все бранные слова, какие я только знала, вылетали из моего рта неосознанно, под воздействием эмоций. Я колошматила по дверям руками и ногами, не обращая внимания на боль и возникающие ссадины, продолжала бить изо всех сил.

Сначала даже не поняла, что Лика обхватила меня за талию и попыталась оттащить от двери.

– Тише, Эва! Тише! Не ори! Со мной все хорошо, правда. Уже все хорошо! Прекрати, иначе нам обеим не поздоровится! Успокойся, прошу тебя, – последние слова она произносила уже со слезами на глазах.

Я повернулась к ней. Наши взгляды встретились, и мы разрыдались, теперь уже вместе. Наши плечи сотрясались от слез и всхлипов.

Медленно осели на пол и, не разжимая объятий, продолжали плакать. Руками гладили друг друга по голове, утешая.

Не знаю, сколько это продолжалось. Но понемногу мы начали успокаиваться.

Я отклонилась и прошлась по ней взглядом. Лика была одета в майку и шорты, которые ничего не скрывали. Лицо в гематомах, глаз заплыл, губа была разбита, но уже почти зажила.

Тело в синяках и порезах. Видны отпечатки пальцев чуть выше локтя.

– Эва, посмотри на меня.

Я долго не могла поднять глаз. Мне было стыдно, неудобно, страшно.

– Прости меня, Лика. Мне надо было уже давно тебя найти, надо было позвонить папе, чтобы он вытащил нас из этой передряги. Боже, Лика, если сможешь, прости меня! Я даже не представляю, в каком аду ты побывала!

И снова в слезы: я просто не могу контролировать эмоции, так как понимаю, через что она прошла, но уверена, что даже не представляю, как ей при этом было больно, и морально, и физически.

– Эва! Ты что?! Ты не виновата! Я сама, слышишь, – она меня потрясла за плечи, – сама виновата. Поплатилась за свою доверчивость и излишнюю инициативность.

Я покачала головой в отрицательном жесте. Нет, мне надо было сразу бить тревогу, все пошло наперекосяк. Я попала к Лексу и жила как принцесса в хоромах, а Лика попала в ад.

– Да, Эва! Ты ни при чем. Это все Роберт виноват.

– Я его видела сегодня. Он мне рассказал, что у него не хватило денег выкупить нас и…

– Что?! Не хватило денег?! – начала возмущаться Лика, – да он и не собирался нас выкупать, по крайней мере, меня уж точно!

– Что ты имеешь в виду?

– Поверить не могу! Он еще пытался обелиться в твоих глазах, рассказав байку о нехватке денег!

– О чем ты, Лика?

– Я о том, моя доверчивая подруга, что Роберт – мерзкая змея, которая кусается чужими руками.

– Не понимаю…

– Он меня затащил на этот проклятый аукцион специально! Потому что меня ему заказали. Я приглянулась одному садисту, которому Роберт проиграл огромную сумму денег в казино. И тот предложил вместо денег взять меня. Только так, чтобы меня не кинулись искать. Как будто сама захотела. Пришел ко мне, признался, что влюблен в тебя с юности, а подойти не решается. Попросил помощи. Рассказал об условиях аукциона и обещал, что за месяц он тебя добьется, ведь ты будешь постоянно рядом и увидишь его с другой стороны. Только ты одна ни за что бы не согласилась в этом участвовать, поэтому и я пошла на торги. С условием, что он нас обеих выкупит, меня отпустит, а тебя будет добиваться. Но он этого не сделал, нарочно. Потому что на меня покупатель уже был! И скорее всего, тут все было наоборот – тебя туда заманили из-за меня.

Я слушала и не могла поверить в этот адов заговор! Что происходит?! Что случилось с людьми, раз они стали поступать так мерзко по отношению к другим?!

– Кстати, кто тебя привез и вообще как ты сюда попала? Вроде на том аукционе тебя выкупили как раз передо мной.

– Да, – горько усмехнулась я, – еще один аукцион, только деньги пошли на благотворительность и все в рублях. А приехала сюда… обманом меня привезли.

– Кто привез? – с интересом спросила она.

Кто привез? Вроде водителя звали…

– Миша.

– Ясно. Гад еще тот, меня тоже он привез.

– Ну да, не божий одуванчик.

– Но не переживай, меня скоро вытащат отсюда, а значит – и тебя.

– Ты о чем? Ты знаешь, как отсюда сбежать?

– Да. Уже первый этап пройден, – поморщившись, уточнила она, – осталось пройти последний, и я буду свободна.

– Ты о чем? Можешь нормально объяснить, кто нам поможет? – шепотом поинтересовалась я, боясь, что нас могут услышать.

– Алекс.

– Кто? Алекс? – изумлено крикнула я.

– Ты что так кричишь! Тише! Да, Алекс.

Я посмотрела на Лику, как на умалишенную. Алекс меня сюда привез и уж точно не поможет сбежать.

– Не смотри на меня так! – заметив выражение моего лица, недовольно изрекла она. – Да, он поможет. Он уже мне помог.

– Как? Как он тебе помог? – слезы наворачивались на глаза при взгляде на тело Лики.

–Я избежала насилия.

– Не поняла…

– Этот урод, Павел… – голос ее дрогнул, но она продолжила. Немного тише, но продолжила, – он избивает и насилует. В него как будто кто-то вселяется, он становится психом рядом с девушками, любыми. Поэтому даже из фирмы всех женщин и девушек они посокращали.

С каждым ее словом мой рот от изумления открывался все больше и больше.

Это как ее Алекс обработал, что она так об этом говорит?!

– И это все тебе рассказал…?

– Алекс. Я ему нравлюсь, и он… хороший, и мне тоже нравится. Мы познакомились незадолго до этого кошмара. Как-то в клубе пересеклись. А потом еще пару раз встретились, ну и… ты понимаешь. И как-то Павел увидел меня с ним, а они партнеры по бизнесу, в общем, он меня увидел и захотел приобрести как игрушку для своих игрищ. А Алекс не может ему отказать: они повязаны с ним большими деньгами. Но и везти меня к нему сам отказался. Тут Павлу на руку пришлось мое знакомство с Робертом, который на тот момент уже одну девушку сюда отправил. У нее нет никого в столице, приехала учиться. Однокурсница Роберта. В общем, Алекс подсказал мне, как надо себя вести, чтобы этот урод Павел не озверел в конец и отпустил меня целой и невредимой, не надругавшись над моим телом.

– И это как же?

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел мужчина с подносом еды, поставил на столик у кровати и удалился.

Желудок свело от запаха домашней готовки: я за весь день так ничего и не съела.

Лика, увидев мою реакцию на еду, поднялась и положила все на пол возле нас.

– Нам надо кушать, чтобы были силы выжить и выбраться отсюда.

Я молча согласилась. Мы быстренько перекусили, и я нетерпеливо задала интересующий меня вопрос:

– Так что тебе посоветовал Алекс?

– Делать вид, что мне нравится насилие. Что меня возбуждает, как он меня бьет, и просить еще и еще. И главное – делать это умело, правдоподобно.

Мои глаза округлились и достигли размеров пятирублевой монеты. Я прокашлялась и спросила:

– И ты смогла?

– Иначе я бы сейчас с тобой тут не сидела, Эва, – немного обиженно ответила подруга.

– И что теперь?

– Придет Алекс, и я попрошу его вытащить и тебя.

Что-то я сомневаюсь, что он мне поможет.

– Так они с Павлом партнеры по бизнесу? – решила узнать все, что возможно, об этих людях.

– Да, Павел очень помог Алексу в начале его карьеры, поэтому тот не может отказать ему ни в чем. Но мной делиться он не намерен, поэтому выкрадет меня из лап этого чудовища.

Что-то настораживало меня в рассказе Лики. Но понять, что именно, я не могла.

А также не могла довериться ей полностью: если у нее не Стокгольмский синдром, то какая-то патологическая привязанность к этому монстру точно есть. И он найдет для нее отговорку, чтобы меня тут оставить. А значит, мне надо самой позаботиться о своем вызволении из этого дома.

Сказав, что мне надо в туалет, я зашла в смежную с этой спальней комнату, которая служила уборной. Достала телефон, а номеров в нем нет! Вообще! Ни одного! Черт! Блокнот уехал вместе с сумочкой! И куда теперь звонить?!

Я помнила наизусть только номер Адама, потому что начало номера и последние три цифры были одинаковыми, а между ними одни нули, четыре штуки.

Он его специально выбирал так, чтобы я смогла запомнить. Начало – код мобильного оператора, потом нули и последние три цифры – снова код оператора.

Что я ему скажу, я точно не знала… но, возможно, у него есть номер моего отца.

Включила воду, чтобы мой разговор за стенкой не привлек внимания, и набрала номер бывшего парня.

Гудок… второй…

– Эва?

– Адам, привет, – тихо зашептала я, – в общем, слушай внимательно, – послышался шум в трубке, надеюсь, это он так принялся слушать, – меня и Лику похитили какие-то уроды. Мы недалеко от Москвы. Где-то на юго-западе. Пожалуйста, позвони отцу или в полицию. И поскорее нас заберите. Прошу, быстрее…

– Мы выезжаем, Эва. Подожди совсем чуть-чуть, маленькая…

Мне послышалось, или это голос…

– Лекс?! – я отняла трубку от уха и внимательно посмотрела на номер, да нет, номер Адама.

– Да, это я. Все будет хорошо, только немного подожди, хорошо?

– Хорошо, – неуверенно пробормотала я.

– И трубку не выключай, она нам понадобится, чтобы найти вас.

– Хорошо, – все так же неуверенно повторяла я.

– Ладно, малыш, ты сейчас где?

– В ванной… – на автомате даю ответы.

– Ты воду включила?

– Да.

– Умница, теперь слушай меня внимательно, – мне кажется, или мы поменялись местами? – Намочи лицо и волосы. Смой всю косметику. Если сильно боишься, можешь закрыться в ванной, но лучше выйди, чтобы не вызывать подозрений. Телефон держи при себе или недалеко от себя. Звук выключи. Мы найдем тебя и без него. Веди себя хорошо, не провоцируй их. А лучше вообще молчи, а то знаю я твой язычок. И не возмущайся, это правда. Ты все поняла?

– Да, – обиженно произнесла я. На что он выдал смешок.

«Козел», – подумала, а после услышала:

– Я же о тебе беспокоюсь, глупенькая, и сделаю все, чтобы вытащить тебя оттуда. Ты поняла?

– Да, – а вот такое было приятно услышать.

– Хорошо, жди меня, я скоро.