Глава 14

Впервые предстать перед некоторыми обитателями дворца со змеей в руках и измазанной оранжевыми выделениями оказалось неожиданно неловко. Сейчас как никогда прочувствовала, что Шантия на моем фоне — настоящая леди. Аккуратненькая, почти кукольная, в элегантном, хоть и немного помявшемся из-за драки, платье, с уложенными волосами и идеальным макияжем.

Нет, я ею точно горжусь!

Когда появился приятный молодой арнеарец с ухоженной бородкой и забрал у меня змею, стало чуть легче. А то на меня уже странно косились. Отлично было бы сейчас пойти в душ, но мои владения проверяли на наличие еще чего-нибудь опасного, так что пришлось ждать. Заодно успела нормально посмотреть, как устроили Шантию.

Примерно как меня, только вместо бежевого — разные оттенки фиолетового, белый и совсем немного розового на пологе, пуфе и туалетном столике. Некоторые детали обстановки у нее были более изящные, а духи и косметика — другие. И больше. Казалось бы, совсем немного отличий, но комнаты выглядели совершенно разными.

Это и хорошо.

Напрягало всерьез лишь одно несовпадение.

— Почему у меня есть личный дворецкий, а у тебя нет?

Шантия отвела взгляд и ответила очень тихо:

— Это все Трис. Я потом тебе объясню.

Подозрительность сделала стойку, но сейчас для нее имелась другая пища.

Обездвиженного куда-то уволокли. Нас с Шантией въедливо расспросили о первых минутах во дворце. Комнаты перевернули вверх дном, но больше никаких угроз не нашли. Когда с этим уже заканчивали, пришел Ретх и кратко пояснил, что Ийяр не имеет отношения к случившемуся. Прямого, во всяком случае. Это одна из поддерживающих его семей отличилась. Их уже выставили из дворца, неудачливый убийца отправлен в тюрьму, пока можно чувствовать себя в безопасности.

Утешение слабенькое, но за неимением другого…

— Что там у тебя с братом моего жениха? — спросила я, когда все лишние уши вымелись из покоев.

— Все паршиво, — призналась Шантия, усаживаясь прямо на пол.

На мягкий ковер, вернее.

Она так делала, только когда было… действительно паршиво. Повод насторожиться.

— Эй, он все-таки не совсем здоров! — Я опустилась рядом. — Будь к нему снисходительнее.

— Я влюбилась в него, — горько усмехнулось это несчастье ходячее. — Куда уж снисходительнее?

Засада.

Почему с ней вечно так?

— Ты в курсе, что выходишь замуж? — на всякий случай напомнила я.

И получила в ответ плаксивое:

— Угу.

— Изменять королю — не самая умная идея.

Слез не было. Вместо них глаза Шантии опалили меня негодованием.

— Я и не собираюсь никому изменять! — Она шумно вздохнула, успокаиваясь. — В Арнеаре это самоубийство. И вообще, я не уверена, что это технически возможно.

Хорошо. То есть вообще плохо, но в нашей ситуации — хорошо.

— А Трис что?

— Мы общаемся, — призналась страдалица. — Он постоянно меня шпыняет.

— Любовью к розовому и тем, что ты не выживешь без армии слуг под боком? — догадалась я.

Идеально подкрашенные глаза забавно округлились.

— Как ты узнала?!

— По комнате в фиолетовых тонах и отсутствию дворецкого.

Несколько секунд мы рассматривали друг друга, после чего Шантия задала куда более сложный вопрос:

— Делать-то теперь что?

Ответа я не знала, но обладала кое-какой информацией. Времени свести все ниточки воедино пока не было, да и не хотелось. Интуиция подсказывала, что некоторые открытия могут оказаться неприятными. Но Шантии сейчас труднее, и я должна ее как-то поддержать.

Поэтому собралась с духом и осторожно начала:

— Расслабиться и плыть по течению. Шестое чувство мне подсказывает, что на празднике нас обеих ждет сюрприз.

Моя новая фишка: не знаешь, как объяснить необъяснимое, — вали все на дар!

— Зейн посмотрит на меня вблизи и передумает жениться? — Шантия сморщила нос, покосилась на зеркало и фыркнула. — Маловероятно.

— Дэн дважды дал понять, что министр Данлок соврал тебе. В том, что тебя привезли для самого короля.

— Бред! — Но мне все же удалось поселить в ее сердце сомнения, по голосу слышу. — Зачем это папе?

— Наверное, чтобы ты спокойно отправилась в Арнеар и не создавала проблем.

Помолчали.

Вопреки обыкновению, Шантия не ринулась в спор и не нагрубила мне. Просто была уже научена опытом, что от ее папочки можно ожидать всего.

— Но за кого-то же я замуж все-таки выхожу?

Что-либо ответить я не успела. В дверь громко постучали, и, когда Шанти открыла, в комнату ворвалась Норин.

— Девочки, вы целы?!

— Конечно, — заверила я.

— А у Лэли теперь есть террариум со змеей, — похвасталась Шантия.

Не знаю, собиралась ли она обсуждать с будущей родственницей свое шаткое положение, но такой возможности и не представилось. Минуты не прошло, как в покои невесты набились какие-то дамы, прилетел Трис в своем кресле и, кажется, я видела Данни. Вокруг все жужжали и трещали, живо обсуждали, по ощущениям, сразу тысячу вещей.

Я всегда терялась в такой обстановке.

Скоро начало противно колоть в висках.

Минут пять я честно терпела, потом поняла, что все равно не участвую в разговоре, и потихоньку ускользнула к себе. А там рухнула в прохладное мягкое облако, именуемое кроватью, и сразу же отключилась.

Проснулась за час до полуночи, с гудящей головой и… зверски голодная. Прошлась по комнате, выглянула в окно. Оно выходило на подсвеченный розовато-сиреневыми огоньками парк. Невероятная, какая-то магическая красота. Если бы не сжимающийся желудок, я бы до утра ею любовалась.

Змея проводила меня к двери возмущенным шипением.

— Если бы тебя подкинули Шантии, из тебя бы уже шили сумочку, так что не жалуйся, — пристыдила ее я.

Вряд ли неприятная живность могла меня понимать, но шипеть она перестала, свернулась неровными кольцами и затихла.

Что-то внутри меня не дало ее выкинуть. Если вдуматься, она пострадала из-за меня. Теперь я за нее отвечаю.

Уйти сразу не удалось, знакомое чувство толкнуло подойти к прозрачному жилищу моей новой питомицы. Права Шантия, крокодилы и змея в домашних любимцах — не совсем нормально. Оставленные умирать от голода крокодилы и покалеченная змея. На мой взгляд, это все объясняло.

Полюбовавшись на блестящие ромбовидные чешуйки, я сунула руку внутрь и осторожно погладила длинное тело.

— Не бойся, я тебя не брошу, — произнесла тихо. — И сумки предпочитаю из ткани. Честно.

Змея подняла голову и проникновенно уставилась на меня. У нее оказались яркие желто-красные глаза.

Вытащив руку из террариума, я непроизвольно нарисовала на стекле знак.

Защита. Помню, он уже несколько дней как есть в моей книге.

По пути вывела такой же на дверном косяке. Дважды, с обеих сторон. Для этого пригодились резко пахнущие оранжевые выделения, в которые я вляпалась пальцами, когда гладила змею.

Все, теперь безопасно. Можно идти охотиться на еду.

Если кто-то из местных обитателей наивно решил, что я позволю издеваться над беззащитным живым существом или напасть на меня, его ждет неприятный сюрприз.

А Шантию теперь незаметно охраняют дроны…

В коридорах горел приглушенный свет, что не отменяло моего незнания дворца. И никакой знак не собирался мне помогать в поисках кухни. Ладно, это честно, иначе я разучусь хоть что-то делать самостоятельно. Побродив немного, я нашла лестницу. Кажется, мы по ней поднимались… Если это не вторая такая же. Ладно, в конце концов, я кого-нибудь встречу, тогда и выясню, где тут у них кормят.

Даже с точки зрения элементарного быта жить в обычном доме было бы куда приятнее.

Спустилась на первый этаж — в холле тоже никого.

Наверное, сейчас глубокая ночь.

Следовало бы вернуться к себе, но… я ведь уже полпути прошла.

Направо или налево?

Выбрала левую сторону… и опять заблудилась.

Кухни тут точно не было. Но поняла я это, когда после довольно длительных блужданий по извилистым коридорам вышла к полупрозрачным раздвижным дверям. Они были приоткрыты. Достаточно, чтобы рассмотреть три желтые с прожилками ступеньки и ухоженный сад.

И здесь эти разноцветные огоньки. Так красиво!

— Мама, не начинай, — уставший голос Дэна заставил меня подпрыгнуть от неожиданности.

Секунду я размышляла, преодолеть эти три ступеньки или лучше все-таки уйти. Принять решение не успела, «мама» ответила:

— Мальчик мой, совершенно очевидно, что Лейилин не собирается рисовать тебе знак.

Я чуть не упала, узнав голос Норин. И звучал этот голос разочарованно.

Но… мать короля?!

Блин.

— Ну и что? — Дэн попытался от нее отмахнуться.

Не вышло.

— Обручаться с ней так необходимо?

Может… она заменила ему родную мать? Или что-то в этом духе?

Нет же, Дэн рассказывал все совсем не так!

Давай, Лэли, можно сколько угодно отгораживаться от правды, от этого она не перестанет быть реальной.

— Не необходимо, — так же бесстрастно ответил Дэн. — Но я не собираюсь ничего переигрывать.

Его мама издала полный переживаний вздох.

А я вновь почувствовала себя насаженной на иглу бабочкой. Только… в этот раз игла была большая. Просто огромная. И от нее не спастись. Эта боль навсегда.

— Ты все-таки влюбился в нее? — Норин пыталась скрыть беспокойство за насмешкой. Не слишком успешно. — Но ты же понимаешь, что это все ерунда? И точно не стоит того, чтобы ломать судьбы вам обоим?

Не подозревала, что душевная боль может быть такой сильной, что от нее трудно дышать.

Бедная Шантия! Ей часто приходилось это переживать.

Стараясь ступать неслышно, я преодолела эти несчастные три ступеньки и запрокинула лицо к звездному небу. Пожалуйста, скажи «да»! Что я стою того. Мы вместе.

Увы, сказки недолговечны. Он ответил совсем другое:

— Чтобы удержать власть, нужен знак, способный пробудить дар, или же сильный брак. Лэли может мне дать хотя бы второе. А может, она еще и насчет первого передумает. Все-таки она любит меня.

Глазам стало больно.

Словно в качестве издевательства мысли золотым светом озарил очередной знак. Новый. Я такого еще не знаю.

Ненавижу это все!!!

Хотелось все-таки добраться до кухни и мстительно съесть им полхолодильника, но побежала я в комнату. Туда хоть известна дорога.

Напоследок еще услышала срывающийся голос матери короля:

— Жажда власти ослепила тебя…

А меня слепили слезы, льющиеся из глаз. Справедливо будет им тут что-нибудь случайно сжечь! Но, столкнувшись со слугой, я передумала и резко шарахнулась в сторону. Поранить невиновного не хотелось.

Дэн прав, я реагирую не как нормальная девушка.

Удивительно, но даже в состоянии истерики я безошибочно нашла обратную дорогу. Это я поняла по голосу Шантии:

— Лэли? Ты что, плачешь?!

Дворец, а побыть наедине с собой ни секунды нельзя. И в то же время, когда надо, никого под рукой нет.

— Эй, не молчи! — Я рассказывала Шантии о свойстве моих слез, но сейчас она не испугалась вцепиться в меня. — Тебя опять пытались убить?

Хлюп.

— Не-е-ет…

— Тогда что?

— Хуже!

Хлюп.

— У меня не такая богатая фантазия, — начала злиться Шантия. — Объясни нормально!

Дрожь, прерывистое дыхание и иногда стучащие зубы мало способствовали конструктивному диалогу. Но я все же попыталась:

— Я пошла что-нибудь съесть… Но заблудилась. И нечаянно наткнулась на Дэна с Норин… Они разговаривали… Обо мне… — Как я ни старалась дышать и говорить медленно, рыдания снова прорвались. — Он меня не любит, а она вообще против нашего брака!

— Ей что за дело? — удивилась Шантия.

— Он — ее сын!

Пауза получилась настолько насыщенная эмоциями, что к ее концу я почти успокоилась. Внешне, во всяком случае.

— Я всегда говорила о вреде ночных перекусов. — Шантия втолкнула меня в комнату. — Вот не пошла бы ты никуда, не было бы сейчас этих слез.

Сложно с ней спорить.

Мы устроились на полу у кровати. Шантия обняла меня и гладила по волосам. От этого ни капли не становилось легче, но попросить ее уйти не хотелось. Мне нужно разложить все по полочкам. А для этого пусть лучше она с ее вопросами будет рядом, иначе есть большой риск, что я опять начну убегать от реальности.

— Надеяться, что у нее три сына, глупо, так?

Об этом я себя уже спрашивала. И пришла к вполне определенному ответу.

По правде сказать, очень может быть, что я к нему пришла еще раньше, но как страус спрятала голову в песок.

— Он — король, — сказала четко, изо всех сил игнорируя треклятую иглу, снова прошившую меня насквозь.

Блин.

Ни одна бабочка так долго не протянет.

— И он твой жених?

— Совершенно очевидно.

Признайся Дэн матери в неземной любви ко мне, это все равно было бы проблемой.

— За кого тогда замуж выхожу я? — Шантия ощутимо вздрогнула. — Постой… По местным законам он вполне может жениться на нас обеих.

Злость и обида толкали принять как данность любую гнусную мысль насчет мужчины, разбившего мне сердце, но я подумала… и медленно покачала головой.

— Нет.

— Ты не можешь этого знать! — Та из нас, кому уже следующим вечером готовили церемонию обручения, тоже начала поддаваться панике.

Но я, хоть и с трудом дышала от боли, все еще могла рассуждать здраво.

— Дэну нужны знак и крепкий союз. Все это он может получить, только если я буду его любить. А я точно не буду, если он позовет меня старшей женой в свой гарем. Он достаточно изучил меня, чтобы это понимать.

Вот что пугало больше всего. Причиняло самую жестокую боль. Как это вообще возможно? Он… столько сделал, понимал меня с полуслова, угадывал желания, всегда знал, что у меня на душе. Он изменил мою жизнь, дал мне силу, стал точкой опоры в новом мире. И все ради того, чтобы править страной, половина которой его ненавидит?! Мне этого не понять.

И как же тогда знак? Ведь это именно Дэн в нашу первую встречу подкинул мне идею с солнцем. И знак сработал. Я ношу на себе символ королевского дома, будто сама к нему принадлежу. К чему все это?

— Могу ошибаться, но, похоже, Норин просила у Данлока руки его дочери для своего больного сына. — В признании реальности я решила идти до конца. — Условия были выгодные, и он согласился. А тебе наврал, чтобы ты сидела тихо и не наделала глупостей.

Злиться на отца Шантия не стала. То ли он еще после истории с Инвудом был вычеркнут из числа любимых людей, то ли ее просто сейчас интересовало больше другое:

— То есть мы с Трисом…

— Очень похоже на то.

Забывшись, Шантия издала счастливый писк. Впрочем, почти сразу вспомнила обо мне и нацепила на лицо скорбную мину.

— Слу-у-ушай… А ты можешь нарисовать на нем знак? Ну, чтобы он на самом деле влюбился в тебя.

Я фыркнула и заползла на кровать.

— Могу, — призналась откровенно. — Он мне как раз привиделся, когда я подслушала их.

— Лэли…

— Но я ни за что так не сделаю. — И это тоже было правдой. Я даже не сомневалась ни секунды. — Это глупо и такая любовь мне не нужна.

Изобразив в очередной раз расстроенного бурундука, Шантия тоже встала с пола.

— А я бы на твоем месте не устояла, — призналась она. — И знаешь, это было бы справедливо!

Когда засыпаешь в слезах, наутро всегда голова тяжелая. Неприятное открытие.

Но щека так уютно прижималась к чему-то теплому, лежать было удобно и так хорошо, что, кажется, каждая клеточка тела вибрировала. Возвращаться из этой сладкой неги в реальность как-то не хотелось. Поддавшись капризу, я несколько минут плавала в полудреме. Потом все же собралась с мыслями… и пришла к выводу, что то теплое, к чему я так замечательно прижимаюсь щекой, это ткань дорогой пижамы, нагретая телом. А само тело мерно дышит, и у меня в ухе отдается стук его сердца. И это точно не Шантия, потому что у нее не такая плоская грудь и… она бы не стала класть ладонь мне на попу.

Глаза распахнулись.

Дэн!

Блин.

Я непроизвольно отстранилась.

Но из-под одеяла не вылезла, наоборот, подобрала в теплый кокон замерзшую пятку Работающий кондиционер за ночь выстудил комнату, и сейчас здесь было довольно холодно.

Ночной гость шевеления мои явно почувствовал, объятия разжал, но глаз не открыл. Его губы чуть заметно дрогнули. И мне что-то подсказало, что он ждет поцелуя.

Король…

Зачем он пришел ко мне ночью и влез под одеяло, если… не любит?! Всегда считала, что браки, заключаемые из холодного расчета, выглядят как-то иначе. Даже вначале, когда супруги еще не успели возненавидеть друг друга.

— Как понимаю, на утренние обнимашки можно не рассчитывать, — с веселой нежностью обозначил свое пробуждение Дэн и открыл глаза. — Иногда мне жаль, что ты не обычная девушка. Доброе утро, милая.

Он сам потянулся к моим губам, но я уклонилась.

Хотелось плакать. И разнести им тут все. И нарисовать знак… злой, ужасный знак… чтобы всему этому жестокому миру было плохо, как мне сейчас. Кричать в голос. А еще зарыться к Дэну в объятия и представить, что вчерашнего вечера просто не было.

Небо…

Ну почему он король?!

— Лэли? — Дэн увидел во мне что-то такое, что его напрягло.

Я болезненно сглотнула.

— У тебя глаза черные, — сказала, оттягивая самый тяжелый момент.

Только неестественно яркими линзами такие и спрячешь. Я знала.

— Ну да, я сплю без линз, — слегка растерянно признался Дэн.

Продолжать притворство в его планы не входило?

— Я…

— Соскучилась? — подсказал жених, ловко просунул руку под одеяло, пощекотал коленку и скользнул по бедру вверх.

Я лихорадочно потрясла головой и отползла подальше от его загребущих рук, прихватив с собой одеяло. У него пижама есть, не замерзнет.

— Хватит вранья. Я все знаю.

Неужели это мой голос?

— А именно? — Дэн приподнял брови, но, в общем-то, не выглядел застигнутым врасплох.

Пальцы вцепились в одеяло с такой силой, что, кажется, слышался треск ткани.

— Вы обманщик, ваше величество. — Я почти шептала, борясь со слезами. — Подлый, бесчестный, помешанный на власти тип.

Он тихонько хмыкнул. Уголки чувственных губ дрогнули.

— Должен признать, мне такого еще не говорили.

— Можешь отправить меня в тюрьму за оскорбление короля!

Голос все-таки сорвался на крик. Потревоженная змея подняла голову, чтобы посмотреть, из-за чего там расшумелись эти двуногие.

— Лэли, успокойся. — Дэн попытался поймать меня, но я увернулась, а потом вскочила на ноги, отгородившись от него кроватью. — Я тебе не лгал, просто не озвучивал до поры до времени некоторые детали своей нелегкой жизни.

— Корона действительно тяжела. Особенно если голова, на которую она надета, дурная, — прошипела я. И живо среагировала на очередной его маневр: — Не приближайся ко мне!!!

Он послушно сел обратно на кровать и попытался пригладить торчащие во все стороны после сна волосы.

— В Эстергарде я не имел права сказать, это был вопрос безопасности, — принялся терпеливо меня увещевать. — А потом… если честно, мне просто нравилось быть обычным, строить отношения с понравившейся девушкой, наши романтические моменты.

— Аккуратно подводить дурочку, ничего не понимающую в отношениях, к мысли нарисовать тебе нужный знак, — ехидно подсказала я.

Отпираться он, как ни странно, не собирался:

— Когда мы гуляли в Эстергарде, я понятия не имел, что ты это можешь. Вероятность была ничтожна. И я тебе еще при знакомстве с дядей честно сказал, что сунулся в Эстергард, чтобы посмотреть на дочек Ливвии, — спокойно парировал Дэн. — Получается, все дело в моем положении?

Теперь я еще и виновата?!

— Дело в том, что ты умолчал о нем!

Небо, с каким удовольствием я бы расколотила у него на голове вазу! Но нельзя, она далеко и в ней цветок.

— Как я уже сказал, мне нравилось чувствовать себя обычным, — не дрогнул мой коварный жених. — Видишь ли, любовь моя, в короне личную жизнь особо не наладишь.

Я подтянула повыше одеяло и переступила босыми ногами по холодному полу. Угораздило же стать именно туда, где нет ковра! И миленький комплект для сна теперь бесил. Лучше бы на мне было что попроще.

— Поздравляю, наладил, — буркнула враждебно.

— Мне нравится, что ты полюбила меня, точно не зная, кто я. — Выглядело так, словно он признался честно. — Просто меня. Со всеми моими недостатками.

Пришлось снова изменить положение и специально стать на место, где пол еще холоднее. Потому что внутри от его слов что-то начало сладко таять, а я не хотела на это отвлекаться.

— Не тебя, — поправила тихо. — Дэна.

Четко очерченные губы сложились в привлекательную улыбку.

— Меня зовут Зейнден, — представился этот врун. — Домашние называют Дэном. Для Арнеарского полное имя неудобное в произношении, надо было как-то его сократить, и я выбрал первую часть, которую до того почти не использовал.

Всему-то у него есть объяснение…

— Вчера я услышала, как ты говоришь Норин, что я тебе нужна для сильного союза, — выложила последний аргумент.

Быстрей бы этот разговор закончился! У меня ноги замерзли.

— Наш брак действительно будет считаться таковым, — пожал плечами Дэн и лишь потом добавил: — Но я не сказал, что не люблю тебя.

Больно.

Как будто в глубокую открытую рану сунули палец и начали ковырять.

— Но и не сказал, что любишь! — Ненавижу выяснять отношения! Почему-то всегда ощущаю себя крайне глупо.

— Большие мальчики не обсуждают с мамочками такие вещи и не учитывают в подобных вопросах их мнение, — жестко заметил Дэн и встал. Я тут же попятилась. — Я сказал тебе, этого достаточно. Ты обещала верить.

Никто не предупредил, что это будет так трудно.

Король шагнул ко мне.

Я торопливо сделала шаг назад.

— Лэли! — рыкнул он.

У него тоже нервы не железные.

От этого звука кровь в венах похолодела.

— Я тебе не верю, — пролепетала я и тряхнула головой, отчего волосы упали на лицо. — Ты опять все врешь.

— Это тебе дар сказал? — вкрадчиво уточнил король.

Дэн держался так, будто ни доли секунды не сомневался в собственной правоте. Но он всегда так держался!

Я закусила губу.

Как назло, мой драгоценный дар хранил нейтралитет, вообще ничего не подсказывал касательно отношений. Не предостерегал, когда Дэн мастерски недоговаривал, ни разу не попытался увести от него в сторону, хотя о других опасностях всегда предупреждал. А тут будто специально предоставлял нам разобраться самим.

— Вот видишь, — победно ухмыльнулся Дэн, а потом все-таки подошел и поддел мой подбородок пальцем. — Прекращай разводить трагедию.

И направился в мою гардеробную.

Я проводила его взглядом и только потом опомнилась…

— Ты куда?!

— Одеваться, — донеслось изнутри. — Завтрак мы проругались, через десять минут у меня встреча.

Заглянув внутрь, я увидела, что он возится с той самой дверью, вызвавшей мое любопытство вчера.

— Наши комнаты смежные, — пояснил Дэн, вставляя обычный ключ в обычный замок. — Вообще-то, согласно традиции, эту дверь торжественно откроют перед первой брачной ночью, но я не удержался и сделал себе дубликат.

И он весело подмигнул.

Ведет себя так, словно это была мимолетная размолвка и уже все в порядке! Он даже не попросил прощения за обман! И… непонятно ведь, кому он сказал настоящую правду: мне или Норин.

Это меня добило.

Решение, которое зрело всю ночь, окончательно оформилось.

— Дэн, постой!

Я тоже вошла в гардеробную.

Взгляд, которым он меня окинул, так и говорил: «Может, не сейчас?»

— Шантия для Триса? — Сейчас это главное.

— Мой брат от нее без ума, — усмехнулся мой собственный жених. — Не переживай, у этих двоих все получится.

Хотелось бы в это верить. Хотя, если вспомнить их в беседке… на первое время лучше к ним приставить охрану, чтобы не поубивали друг друга.

Я сцепила руки в замок, почти сразу же разъединила, погладила пальчиками камни фамильного королевского кольца. Ну же, Лэли. Это больно, неправильно.

— Вечером я буду на обручении, но потом переберусь к дяде, — произнесла на грани слышимости и потянула кольцо с пальца. — Забери это. Прости, но я не знаю, верю ли я тебе.

Кольцо не двинулось с места.

Как?! Оно же еще вчера было свободно…

— Таких доказательств тебе достаточно? — нахально уточнил Дэн. — Ты же знаешь его историю?

В том, что сплетни доползут до меня, он не сомневался.

— Знаю, — выдохнула тихо и поджала замерзшие пальчики, — но я не очень-то верю в подобные штучки.

Смешно, наверное, когда такое говорит Мастер Знаков.

И кольцо упорно не снимается…

— Тогда как насчет таких доказательств? — Дэн в какую-то долю секунды преодолел разделяющее нас расстояние.

В следующий момент я оказалась прижатой спиной к стене.

Еще крошечный миг — и ощутила вкус его губ на своих губах.

Небо… Меня целует король. Лейилин целует король!

Это была последняя связная мысль, потом разум утянуло в омут головокружительного поцелуя. Кажется, поначалу я еще пыталась трепыхаться, хотя в глубине души совсем не хотела, чтобы он отпускал. Но Дэн крепко удерживал мои руки прижатыми над головой, своим телом вдавливал меня в стену и целовал так, что коленки задрожали, а внутри начало что-то сладко таять. Я сама не поняла, в какой именно момент ответила ему. И когда укусила его за губу, это было отнюдь не сопротивление. В качестве ответной ласки Дэн свободной рукой избавил меня от одеяла и поверх нежной полупрозрачной ткани погладил грудь.

Воздух закончился одновременно у обоих.

И после судорожного вздоха ничего не продолжилось.

— Узкое пространство между двумя гардеробными — не самое подходящее место, чтобы впервые соблазнить мою королеву, — отметил Дэн и обвел указательным пальцем мои дрожащие приоткрытые губы. — Но мы сюда еще вернемся. Как-нибудь потом.

Я была настолько ошеломлена случившимся, его натиском, голодом, целой гаммой чувств, что до сих пор могла только дышать и растерянно хлопать глазами. Но не отреагировать на самоуверенность было нельзя!

— Я не соглашалась быть твоей королевой!

Наглая морда напротив бесстыже ухмыльнулась.

— Лэли, я нужен тебе. А ты нужна мне. — Кончика носа коснулся игривый поцелуй. — Остальное — детали малозначительные.

И пока я определялась с возражениями, Дэн удрал собираться на свою встречу, на которую и так безнадежно опоздал.

По возвращении в комнату меня ждал сюрприз: лежащий на полу дворецкий, которого кольцами обвила змея. Физиономия у него была бледная, глаза смешно выпучены, носки туфель нервно подергивались.

— Госпожа! — проскрипел Ретх, стоило мне появиться.

Пришлось сдерживаться изо всех сил, чтобы не хрюкнуть от смеха.

— Что здесь происходит? — спросила максимально строго.

Щеки мстительно разболелись от усилий.

Оказывается, жить во дворце — уже само по себе титанический труд!

— Я пришел сказать вам, что через пятнадцать минут принесут завтрак, — залопотал дворецкий.

— Фс-с-с-с-с! — вклинилась змея.

— Но не нашел вас в комнатах и как раз хотел заглянуть в гардеробную, а это чудовище набросилось на меня!

Чудовищу нужно имя, но идей как-то нет.

Что ж, убить меня сегодня еще не пытались, уже хорошо.

— Отпусти его и возвращайся на место! — приказала змее.

Она сразу же подчинилась, только хвост мелькнул.

Дворецкий отскреб себя от пола и сейчас старался вернуть в облик достоинство.

— А что вы там делали так долго? — поинтересовался между делом.

Я оглянулась на пустую гардеробную и предельно серьезно ответила:

— Выбирала, что надеть.

Через пятнадцать минут стало не до упражнений в острословии. Когда я вышла из душа, поднос с завтраком уже ждал. Едва успела заглотить йогурт с кусочками свежих фруктов и какими-то хлопьями, прибежали Норин с Шантией и поволокли меня с собой в местные бани. Естественно, на время нашего пребывания вход туда запретили всем прочим обитателям дворца. Несколько часов специально обученные девушки нас мыли, массажировали, делали маски и обертывания, умасливали и намазывали. Это утомило хуже тренировок! И когда после всех процедур нам подали еле теплый чай с местными полезными сладостями, я не смогла впихнуть в себя ни кусочка.

И я еще всегда считала, что у всяких тусовщиц и светских львиц жизнь легкая! Что угодно сейчас бы отдала за возможность влезть в любимые джинсы, открыть альбом и никуда вечером не ходить.

Мать наших женихов постоянно находилась рядом, поэтому перекинуться с Шантией хоть словечком не получилось. Но она выглядела довольной, только что не мурлыкала, хотя временами бросала на меня обеспокоенные взгляды. Но прекратила, когда я, поймав ее на этом, пару раз состроила в ответ злобную рожицу.

Кольцо с пальца не снялось, даже когда я намочила и намылила руку. Создавалось впечатление, что основная проблема заключалась в недомолвках. Как только все выяснилось, этот маленький нюанс исчез. Но я ведь уже говорила, что не слишком верю в мистику старинных родовых украшений? И да, трудно быть разумной и рассудительной, когда дело касается твоей личной жизни.

Об обеде мне порекомендовали забыть, чтобы платье сидело лучше.

Зато позволили пару часов отдохнуть. Но тут как раз заявился Ретх с рассказом, что по дворцу поползли слухи, будто Зейн что-то задумал, о страшном монстре — моей змее, еще болтали, что я красивая и способнее дяди. Рядом с королем меня бы видеть не прочь, но вот самого короля по-прежнему оставалось многовато желающих сменить. А об утреннем таинственном пребывании королевской невесты в пустой гардеробной ни звука. Значит, Ретх не разболтал. А это, в свою очередь, значит, что ему можно верить.

Оставшиеся минуты, которые так надеялась потратить на сон, у меня отняли служанки, которых дворецкий подробно представлял, заодно объясняя, какая за что отвечает. У меня на четвертой все в голове перепуталось, а их набралось еще штук пять.

Потом принесли подарок от Дэна — коробку дорогущего шоколада, которого в Арнеаре не найдешь и который он купил для меня в поездке. К лакомству прилагалась записка, где это пояснялось, а также рассказывалось о том, что Инвуд выдворен из Арнеара и начал путь сквозь измерения домой.

Мысленно пожелав третьему принцу Эстергарда на этом пути обзавестись парочкой переломов, я забыла о нем навсегда.

Дальше были парикмахеры, стилисты, визажисты, уже знакомая особа, доставившая платье, девчонки, которые разбирали в гардеробной мои вещи… Голова кружилась от суеты, я чувствовала себя совершенно опустошенной и окончательно укрепилась в намерении завтра же утром перебраться к дяде.

Иначе я здесь свихнусь!

На этой отнюдь не оптимистической ноте в комнату заглянул Ретх с сообщением, что пора выходить.

В коридоре уже стояла Шантия. Если бы не это, соблазн трусливо сбежать был бы слишком велик.

— Лэли, ты такая красивая! — ахнула она и отошла на шаг, еще раз внимательно меня оглядывая. — Уверена, что невеста не ты?

— Традиционная штука для обручения на тебе, — улыбнулась в ответ. — Кстати, в ней ты похожа на арнеарку.

И, наверное, по причине нашего сходства между собой меня на праздник решили одеть более современно. Я же ценный Мастер Знаков, в глазах местного общества мне любая выходка сойдет с рук. Впрочем, жаловаться не собираюсь. Верхнее платье из жесткого кружева, которое было на Шантии, смотрелось слишком вычурно и наверняка стесняло в движениях. Мое же лиловое платье мне шло, сегодня даже вечерний макияж и туфли на каблуках не раздражали.

— Подозреваю, внешность имела не последнее значение при выборе подходящей иностранки, — заметила моя спутница по пути к лестнице. — И я рада, что выиграла этот конкурс красоты.

Так тоже можно на это смотреть.

Я улыбнулась и сжала ее руку.

— Лэли?

— Мм-м?

Лестница.

— Давай уже определимся с нашими отношениями и будем считаться сестрами? — предложение оказалось не то чтобы неожиданным, просто… И когда жизнь успела так измениться? — Мы похожи и всю жизнь вместе. Ну так как?

— Скажу Трису что он замечательно на тебя влияет, — ухмыльнулась я.

Шантия тут же снова превратилась в обиженного бурундука.

— Он вредный, упрямый и самый невыносимый парень из всех, кого я знаю! Не смей быть на его стороне!!!

Моя ухмылка стала шире.

И лестница наконец закончилась.

— А я что? Сестры всегда подтрунивают друг над другом, разве нет?

— Мне больше нравятся такие сестры, которые меняются одеждой, — пробурчала Шантия. — Ты же разрешишь мне брать что-то из твоей гардеробной, когда станешь королевой и у тебя появится много красивых вещей?

Я закатила глаза.

Днем, когда мы возвращались после косметических издевательств в свои комнаты, я поймала минутку без посторонних ушей и рассказала ей о разговоре с Дэном. Такое впечатление, что из всего моего эмоционального монолога она услышала всего две вещи: что Дэн вроде как просто хотел побыть нормальным человеком и что кольцо с пальца теперь не слезает. Естественно, ее романтичная душа уже придумала счастливый финал!

— Не вопрос, все мои потертые джинсы и заляпанные краской майки к твоим услугам, — беззаботно отозвалась я.

За что на меня так полыхнули глазами…

Но поколотить не успели — нас объявили, пора было идти в зал.

Все взгляды были прикованы к Шантии — заинтересованные, любопытные, завистливые, ненавидящие. Меня желающие уже видели, к тому же я не являлась чужачкой, а Шантию скрывали несколько месяцев — и вот результат. Поначалу кожа просто чесалась от пристального внимания. Дэн решил не делить мужчин и женщин, как было принято раньше в Арнеаре, а устроил общий прием. И это было где-то даже умно: присутствующие друг с другом чувствовали себя настолько неловко, что на откровенную агрессию в сторону иностранки их уже не хватало. Поначалу все просто пялились. Потом кое-кто осмелился заговорить. Одна девушка примерно нашего возраста спросила, не страшно ли отправиться замуж в чужую страну, еще одна похвалила наряд Шантии, за что чуть не получила затрещину от дородной тетки в ярком платье, третья робко попросилась прийти ко мне за знаком. Остальные нас пока сторонились, но первый контакт был налажен. Шантия заметно расслабилась. Она общительная и умеет расположить к себе. Уверена, пройдет пара месяцев, и у нее отбоя от желающих подружиться не будет.

Норин тоже выбрала прямое платье до колен нежного кремового цвета и сейчас заметно выделялась на фоне арнеарских дам. Впрочем, с ее светлыми волосами попытка слиться с толпой выглядела бы смешно. Но я заметила, что это ее не смущало… и что многие присутствующие мужчины, оставаясь без внимания жен, бросали на мать короля весьма заинтересованные взгляды.

Подарки принесли все. Не берусь угадать, что там в ярких коробках, но горка на специальном возвышении набралась приличная. А еще вдруг показалось, что Норин наслаждается ситуацией. Не праздником, устроенным в ее честь, а тем, что в эту минуту она, недавняя рабыня, бесправная наложница, выше всех этих аристократов, собравшихся в зале.

Даже знать не хочу, что и когда ей пришлось сделать, чтобы это сбылось.

— Девочки, вы великолепно выглядите! — Отделавшись от общества тучного бородатого арнеарца, Норин подплыла к нам.

— Вы тоже, госпожа, — мурлыкнула Шантия.

Не сговариваясь, на людях мы решили притворяться, что соблюдаем правила.

— Я счастлива, — шепотом призналась будущая свекровь. — В придачу к любимым сыновьям я сегодня получаю двух замечательных дочек.

Прозвучало сладко и… правдиво. Я просто знала это.

Не всем так везет со свекровью.

За Шантию было радостно, а вот за себя…

— Что значит — двух? — уточнила нервно.

Не рановато ли?

Впрочем, ответ плавал где-то на поверхности. С тех пор как перестала прятать голову в песок, я стала удивительно догадливой.

— А Дэн тебе не сказал? — Норин прижала ладонь к губам. — Кажется, я испортила сюрприз.

— Не сказал, — буркнула я. — Его величество в своем репертуаре.

Интересно, если я при всех скажу ему «нет», его хоть это чему-нибудь научит?

А меня вообще спросят?

Если даже и спросят, а я устрою демарш, все равно буду выглядеть глупо, когда не смогу снять кольцо с пальца.

— Лэли, не нервничай. — Шантия схватила с подноса пробегающего мимо слуги орешек в чем-то вязком и практически запихнула его мне в рот. — На вот, съешь сладенькое!

Подозреваю, месть за шутку про джинсы.

Прожевала, проглотила.

Сладкий вкус, поселившийся во рту, мало способствовал улучшению настроения.

— Не сердись на него, — вздохнула все еще смущенная Норин. — Так получилось, что с раннего детства мой сын был вынужден выживать в банке с пауками, потом один в чужих странах, и все время заботиться о нас с Трисом. А теперь и обо всем Арнеаре. Я даже не знаю, в какой момент он разучился интересоваться мнением того, чью судьбу решает.

Понимаю. И люблю вместе со всеми его недостатками.

Но со мной этот номер не пройдет!

Осталось только придумать, как бы тонко выкрутиться из брачной ловушки хотя бы на сегодня…

Идея уже почти сформировалась, когда где-то рядом прозвучало:

— Теперь ясно, почему я не посвящаю мать в некоторые свои дела?

Я подпрыгнула и затравленно огляделась. Никого! То есть полный зал переговаривающихся между собой незнакомых мне людей, но Дэна в пределах видимости нет. Очевидно, где-то на мне сидит крошечное насекомое.

— Не дергайся так, а то решат, что у тебя нервный тик, — посоветовал голос.

От ярости просто-таки затрясло.

— Прибью! — прошипела гневно, изо всех сил стараясь сохранить лицо.

— Замышляем покушение на короля? — уточнила вкрадчиво жертва моих коварных замыслов прямо в ухе. Похоже, «мошка» присела на сережку. — Ай-ай-ай, нехорошо!

— Только попробуй сделать мне предложение при всех, — зашипела упреждающе. — Я скажу «нет»!

Будущих родственниц от меня как ветром сдуло. Очевидно, Дэн проделывал подобные штучки регулярно, потому что его мать живо все просекла и предпочла «оставить нас наедине». Все-таки она мудрая женщина.

— Ты носишь мое кольцо уже несколько недель, — спокойно возразил голос Дэна. — Либо мы объявляем сейчас, либо через недельку-другую придется выдержать еще один прием. Ты к этому готова?

Нет!!!

Уел.

Паршиво, когда твой жених король. Только сейчас полностью прочувствовала насколько.

— Вот и умница, — похвалил меня дрон.

В конце концов, я могу оставаться невестой сколько угодно долго…

Но прямо сейчас имелись и более важные проблемы:

— Опасности я не чувствую, но все равно это сборище — дурная затея. — Перешептывания с чем-то, невидимым взгляду постороннего человека, маскировала поеданием сладостей. — Зря ты все не отменил.

— Колдуны решили напасть, значит, в любом случае нападут, — рационально заметил Дэн. — Но для этого им придется выйти из тени. И у меня будет шанс расправиться с ними.

— Не можешь остановить безобразие — возглавь его?

— Как-то так. Расслабься, все под контролем.

Сказать ему, что обычно, когда кто-то настроен вот так, потом и начинаются самые крупные неприятности? Лучше не стоит, достаточно того, что дергаюсь я. Да и дрон уже улетел.

Дэн как-то объяснял, что разработки гения-Данни способны молниеносно вводить цели парализующие вещества или даже яд, так что примерный план я понимала. И он был хорош. С технической точки зрения. Но мы имеем дело еще и с магией!

Парня, которого убил Ийяр, среди гостей заметить не удалось.

Зато я увидела Ская, который не отводил взгляда от красивой арнеарки в голубом платье. Наверное, это и есть его Хейлива. В такую правда легко влюбиться с первого взгляда. Но она явно не разделяла чувств друга короля, с ее лица не сходило брезгливое выражение, и она старалась держаться поближе к родителям и братьям. В общем, даже не знаю, кого из этих двоих больше жаль.

Решить не успела — раздался звон колокольчика, и в зале все смолкло.

Звонил слуга, привлекая всеобщее внимание. Главный из местных дворецких.

На возвышение, с краю которого сложили подарки, поднялся король. Рядом со мной зашушукались какие-то женщины. Одна говорила другой, что мельком видела его час назад, он был одет иначе, по-другому причесан и… выглядел старше на десять лет. Сплетницы были изумлены и заинтригованы, мне же обостренная даром интуиция подсказала единственно верное объяснение.

То была голограмма.

Потому что это точно мой Дэн.

Поэтому он и расхаживал все эти дни по городу, не скрываясь. Все заинтересованные видели «величество» во дворце и с немного подправленной внешностью.

— Рад вас всех приветствовать в моем доме. Я ценю ваше согласие сделать шаг навстречу. — Какой у него все-таки голос… Опять что-то тает внутри. Но это не отменяет того, что я дико зла на одну королевскую морду! — Сегодня мы собрались здесь, чтобы поздравить с днем рождения мою мать…

Говорить он умел, талантливо выплетал словесное кружево и в то же время оставался достаточно краток. Искренне, не заученно Дэн пожелал счастья и благоденствия женщине, давшей ему жизнь. Потом пригласил ее на сцену, обнял, расцеловал в обе щеки и вручил подарок — сияющее бриллиантами колье в комплекте с крупными серьгами к нему.

Она тоже что-то говорила, утирая слезы. Я же тем временем рассматривала Дэна в новом качестве: костюм глубокого серого цвета, сшитый по последней моде, идеально отглаженная рубашка — он был бы похож на какого-нибудь бизнесмена, коих повсюду полно, если бы не старинная арнеарская брошь, в соответствии с местными традициями прикрепленная на узле галстука, тонкая корона, украшенная камнями, на голове, черные глаза и поистине королевская стать.

Залюбуешься.

Но как с таким строить отношения, пока не понятно.

И тут по спине скользнул неприятный холодок…

Что-то происходит.

Взгляд пробежался по собравшимся, но найти то самое, подозрительное, я не успела.

— Но есть и вторая причина, почему я собрал вас всех сегодня, — продолжал Дэн. — Пользуясь случаем, хочу объявить о помолвке моего брата Триса и прекрасной Шантии Данлок.

Они появились эффектно: Шантия, расправив свои роскошные одежды, сидела на передней закрытой части кресла, а Трис летел очень медленно, чтобы она не упала. Братьев откровенно не любили, но несколько восхищенных вздохов я разобрала. Кресло зависло в воздухе, довольно низко, сантиметрах в двадцати от пола. Трис бережно ссадил Шантию. Руки у него действительно сильные. Я уже видела их вместе, потому, подозреваю, только я и заметила, как Шантия опалила принца взглядом. Подозреваю, до того как вылететь на сцену, парочка самозабвенно ругалась.

Но на светском сборище они вели себя идеально. Он поблагодарил ее за то, что она прибыла так издалека, чтобы стать его женой, преподнес кольцо в бархатной коробочке и задал тот самый вопрос. Чисто формальный в данном случае, но для невесты все равно важный. Шантия смущалась, отчаянно краснела, сияла глазами, сама сунула пальчик в кольцо, потому что у жениха руки дрожали, и в положенный момент выдохнула тихое «да».

Трис снова подхватил ее и поцеловал. Прямо у всех на виду, хотя в Арнеаре так не принято.

Даром клянусь, что как минимум половина из присутствующих девушек в эту минуту мечтала оказаться на месте счастливой невесты.

Скоро в Арнеаре вообще многое поменяется.

Король, который стоял чуть в стороне, рядом с матерью, выглядел довольным своей задумкой.

— И раз уж сегодня здесь так много счастья, я тоже поделюсь своим, — прервал молчание он. Взгляд черных глаз остановился на мне. — Многие, несомненно, уже заметили фамильное кольцо арнеарских правителей на пальчике наследницы Мастера Знаков. Так вот, мы собираемся пожениться. Вероятно, через пару месяцев после церемонии Триса и Шантии.

Зал загудел, но я так сразу не смогла определить их настроение.

— Лэли, поднимайся сюда! Я хочу поцеловать тебя и окончательно всех шокировать. — Небо, он правда это сказал?!

Затравленно оглянувшись и не найдя свободного пути к бегству, я сделала несколько шагов по направлению к сцене. И в этот момент в зал вбежал перепуганный главный дворецкий.

— Ваше величество! Нападение!