39. Арслан

Стоило Лейле покинуть гостиную, в помещении повисло ощутимое напряжение… А внутреннее чутьё подсказывало, что разговор будет непростым.

— Присаживайся. Не стой, — говорит Назар всё тем же недовольным голосом. Потом устраивается на диване.

— В чём дело? — сажусь в кресло напротив.

— Вот и я хочу узнать: в чём дело? — он тяжело вздохнул, взглянув исподлобья.

— Не совсем понимаю… — вернее, совсем не понимаю, уж лучше бы он прямо сказал, а то миллион вариантов в голове пролетело: от самого элементарного — он нашёл часы и догадался, что ночью я был здесь; до более подробных моментов — насилие над его дочерью и принуждение к близости, лишение выбора, как такового…

— Давай начистоту, хотя, не скрою, мне неудобно обсуждать это…

— Это? — переспросил я, наконец, сообразив, куда Назар клонит.

— Что было между вами? — озвучил мои опасения.

«Если бы не этот срок в неделю, то мы были бы женаты уже, а подобные вопросы не имели никакого смысла, но всё пошло не так…» — теперь не знаю, к чему приведёт. И как ответить, чтобы не сделать хуже — тоже.

— Держи. Твои, — он достал из кармана часы и протянул мне. — Нашёл в спальне дочери, лежали на видном месте… Она их не заметила, судя по всему. А вспомнив утро, всё встало на свои места. Срастить два факта не сложно. Ты ночевал в моём доме? Нет, даже точнее спрошу: спишь с моей дочерью? Совратил её?

— Сейчас объясню. Всё не так, как кажется… — я собрался с мыслями, и старался говорить как можно спокойнее. Придётся сознаваться.

— Не так? А как тогда? — Назар нервно усмехнулся.

Никогда не думал, что попаду в такую ситуацию. Конечно, на статус безгрешного человека не претендую, а после того, как с женой отношения сошли на «нет», вовсе стал вести разгульный образ жизни, но за свои поступки готов отвечать.

— Да, я приходил ночью, не отрицаю… Мы просто спали, ничего не было… — хотя бы тут честно. — Я соскучился. Хотел её видеть.

— Просто спали… соскучился… — повторил за мной он, сжимая руки в кулаки до хруста костяшек пальцев. — Что ещё я должен знать? Как далеко зашли ваши отношения? Вы ведь не один день вместе провели… И что происходило в стенах твоих владений — интересно послушать.

— Я люблю Лейлу, сделаю её счастливой и никогда не обижу — это главное.

— Значит, всё-таки было… Не предполагал, что моя дочь такая… — подытожил Назар. Потом резко встал. — Меня и раньше посещали эти мысли, но гнал прочь… доверял…

— Она ни в чём не виновата, — я тоже машинально поднялся, перегородив собой путь. Очевидно, его гнев, в том числе, выльется и на Лейлу, чего допустить никак не могу.

— Надо было сразу проверить её у врача, но не хотел подвергать унижениям… а выходит, вот оно как… — он сделал несколько шагов в мою сторону.

— Она ни в чём не виновата, — повторил опять, и пора признаться. — Я взял её силой…

— Что..? — Назар изменился в лице. Приблизился ко мне и схватил за рубашку. — Что ты сказал?!

— Я сожалею о содеянном… — слова даются с трудом.

— Ты изнасиловал мою дочь… — он прикрыл глаза на секунду, вздыхая шумно. И снова посмотрел прожигающим взглядом.

— Мне стыдно за это…

— А дальше, вероятно, уже добровольно отдавалась — так получается. Я ещё уговаривал её выйти замуж… надёжным тебя называл… И сам дурак, простил за всё… — Назар отпустил меня, отойдя назад.

— Подобное никогда не случится, — что бы я сейчас ни сказал — это мою вину не уменьшит, не загладит, и вряд ли поможет ситуации.

— Конечно, не случится, потому что ты сейчас же покинешь мой дом и забудешь сюда дорогу, — прошипел он со злостью.

— Без Лейлы никуда не уйду.

— Моя дочь не станет твоей женой!

— Я виноват, нет мне оправданий, и женившись на ней, исправлю свою ошибку. Ничья репутация не пострадает. Возможно, она беременна. Подумай об этом.

— Пошёл вон!!!

На крик прибежала Лейла.

— Папа? Арслан? — она оглядела нас. — Что происходит?

— Как ты могла?! — Назар переключился на неё. — Разве тебя этому учили?

Она испуганно вздрогнула.

— Лейла ни в чём не виновата, — я заслонил её собой, спрятав за спину. Не знаю, может ли он ударить дочь или нет, но подстраховаться не помешает.

— Вон из моего дома!

— Я не оставлю Лейлу. Зачем всё усложнять? Есть ведь выход, — не понимаю его, откуда взялась эта внезапно очнувшаяся принципиальность. Сейчас уже ничего не изменить, проще смириться.

— А ты иди в свою комнату. И молись, чтобы оказалась небеременной, иначе я… — Назар приложил руку к груди, оседая на пол…

— Лейла… — я обнял её за плечи, подойдя со спины. Вот уже час она стоит у окна и смотрит задумчиво вдаль. — Не молчи… выговорись — легче станет…

— Это одно из любимых папиных занятий — любоваться закатами… — она откинулась затылком мне на грудь, а руки положила поверх моих, переплетая наши пальцы.

— Не грусти. Всё будет хорошо, — хочется унять её терзания, в особенности обострившееся чувство вины. Единственный, кто должен отвечать за всё — это я. — Ты ведь слышала, что сказал врач: твой отец недельку полежит в больнице, и выпишут. Его жизни ничего не угрожает. А завтра можно навестить.

— Он никогда не говорил о проблемах с сердцем… повышенное давление ещё добавляет сложностей… Если бы не я, то… — Лейла резко развернулась и прижалась ко мне, уткнувшись в грудь.

«Ну вот, опять плачет…».

— Перестань винить себя, — обнял её лицо ладонями, чтоб посмотрела в глаза. — Ты. Ни. В чём. Не виновата.

— Я врала ему…

— Вся ответственность на мне, — вытер слёзы с её щёк. — Обещаю тебе: всё наладится.

— Как? — она прикоснулась к моим рукам, поглаживая нежно. Этот простой ласковый жест вызвал неуместный прилив возбуждения. Приятно получать от неё такие знаки внимания.

— Твой отец на эмоциях сказал… И я его хорошо понимаю, — чего только сгоряча не наговоришь. Злость поутихнет — он сможет трезво взглянуть на ситуацию.

«Да, я поступил отвратительно, но готов всё исправить».

— Надеюсь, он смирится и простит.

— Пожалуй, я бы убил того, кто посмел бы обидеть нашу дочь… Покалечил бы сто процентов… — именно так и сделал бы, несмотря на то, что сам «отличился», опустившись до насилия. Сотни раз пожалел.

— Даже не сомневаюсь в твоих способностях, — Лейла слегка улыбнулась. И ничего не имеет против словосочетания «нашу дочь».

— А ты? — очень хочется услышать, как она относится ко мне: не предполагать, догадываться и, тем более, мечтать, а точно знать. Её любовь нужна как воздух.

— Что я? — Лейла нахмурилась.

— Простила меня? — начал с главного.

Она кивнула, и для меня это означает гораздо больше слов. Я вижу искренность в глазах.

— Ты сможешь когда-нибудь полюбить меня? Со временем… — не менее важный вопрос.

— Вот со временем и узнаешь, — умело схитрила, уйдя от ответа. Но «нет» не прозвучало, а значит — есть надежда. Добьюсь любви, будет принадлежать мне всецело — и душой, и телом.

— Дразнишь? — склонился к её губам, желая поцеловать.

— Хочу принять ванну… — Лейла увернулась от поцелуя, резво отстранилась от меня.

— Я могу сделать тебе массаж, — иду за ней следом.

— У-у-у, даже так. Заманчивое предложение, — она бегло оглянулась через плечо, подмигнула мне, а потом сняла с себя домашний сарафанчик, бросив тот на пол.

Не ожидал такой сексуальной игривости от неё. И, конечно, мгновенно попался в сети.

— Девочка моя, соблазняешь? — я приблизился и поймал её, как зверь желанную добычу. — Может быть сразу в спальню?

— Будем спать? — Лейла заливисто засмеялась и обняла меня за шею, устроившись головой на плече.

— Со мной не уснёшь…