59. Арслан

Кара резко обернулась и посмотрела затравленным взглядом, как только я вошёл в подвал. А стоило к ней приблизиться, она забилась в угол, закрыв лицо руками, словно опасалась удара.

Сейчас в моём воображении очень ярко вспыхнули картины издевательств над молодыми девушками, в качестве воспитательных мер, после чего вырастают послушные живые куклы, которыми можно распоряжаться по своему желанию и усмотрению… И нет пределов фантазии, как можно их использовать и наживаться на этом…

— Я не трону тебя. Можешь не бояться, — сразу заверил. Не собираюсь её бить, хотя не скрою, посещали такие мысли, если начнёт увиливать от ответов, снова врать или вовсе откажется говорить правду.

После всего, что узнал, эмоции немного поутихли. Нет, сочувствия во мне как не было, так и не появилось, но услышанной информации хватило, чтобы взять себя в руки, собраться и не опуститься до физического насилия или расправы.

Именно об этом просила Лейла.

«Подумай о нас…» — прозвучала в голове её фраза. Да, согласен, ошибки не допустимы — чего постараюсь избежать.

— Отпусти меня… — осторожно сказала Кара, глядя исподлобья. Она обняла себя руками и заметно дрожит. Но не от холода. В подвале сухо и температура комфортная, здесь нет крыс и насекомых. Данное помещение используется для хранения продуктов.

— Это вряд ли, не отпущу, — я присел на корточки возле неё, пытаясь понять, изображает ли жертву опять или, действительно, испугалась всерьёз, когда стало ясно, что ситуация приняла другие обороты, а задуманный план невыполним.

«На свободу пусть не надеется» — ответит за всё по закону. Надолго отправится за решётку.

— Где моя дочь? — она подтянула колени к груди, опустив взгляд.

— Твоя? — я усмехнулся.

Потом схватил Кару за волосы, чтоб не отворачивалась и смотрела в глаза. Лицо исказилось от боли, но она не проронила ни звука. И я тут же отпустил её, вовремя остановив себя, иначе меня занесёт ещё больше, и тогда не сдержусь.

— Наверное, ты забыла уточнить, что дочь моя, а не твоя, — внимательно наблюдаю за реакцией.

— Что..? — она искренне удивилась. — Откуда ты…

— Откуда знаю? Не ожидала?

— Я… не… — Кара выглядит озадаченной.

— Или думала: я конченный идиот, которому достаточно наплести чудо-версию и тут же поверю? И не захочу убедиться в правдивости каждого слова?

— Э-э… м-нн…

— Так вот, дорогуша, у меня есть документы, подтверждающие отцовство. Поэтому можешь не стараться: не напрягай свои извилины, выдумывая очередную лживую историю. И чем быстрее ты всё расскажешь, тем для тебя же лучше.

От моих слов и тона голоса, с которым произнёс — тихого, но угрожающего, Кара вздрогнула.

— Я жду, — поторопил её. И пока относительно спокойно говорю.

— Дай мне уйти, в обмен на правду. Обещаю исчезнуть навсегда и никогда о себе не напоминать, — на удивление, смело заявила она. Ещё имеет наглость ставить условия.

— Сейчас ты не в той ситуации находишься. В любом случае, я всё узнаю, а вот если пойдёшь навстречу и чистосердечно сознаешься в содеянном — это тебе зачтётся при вынесении приговора.

— То есть..? — Кара нахмурилась. Неужели, думала, что соглашусь? И ей всё сойдёт с рук?

— Пошевеливайся!

— Ты не жил как я! — закричала она, включая снова излюбленный драматизм. Из неё получилась бы хорошая актриса.

— Опусти своё прошлое. Я в курсе, каким местом ты зарабатывала.

— Меня заставили! Удерживали насильно!

«Сейчас расплачусь» — на жалость давить бесполезно.

— У тебя была возможность завязать с этим…

Мой знакомый поведал один интересный момент: когда Кара повзрослела, то интерес к ней пропал, ввиду особой специфики борделя (на фоне несовершеннолетних девочек клиентов не стало). И её выставили на улицу как ненужный балласт, но вместо того, чтобы начать жить с чистого листа, пошла тем же путём, уже в другом месте…

— Не тебе меня судить! — прошипела она.

— Да плевать! Единственное, что волнует, каким образом, и главное, для чего ты украла мою дочь?

— Я родила девочку… — Кара изменилась в лице, а на глазах выступили слёзы, хотя тут же она собралась и продолжила говорить. — Ты, наверное, не поймёшь… но я облегчённо выдохнула, когда увидела, что ребёнок мёртв… Ещё бы, ведь меня избивали постоянно, обкалывали какой-то дрянью… Я стала обузой, денег своему хозяину не приносила… Впрочем, важнее другое: радовалась тому, что дочь не повторит моей судьбы и участи, а это неизменно случилось бы…

«Вот это уже похоже на правду».

— Что дальше?

— А дальше…

Я не торопил её на этот раз, давая возможность собраться с мыслями.

Кара задумалась ненадолго, потом продолжила:

— Ты не видел, что бывает с детьми в таких местах… Сначала они побираются, их даже организованно увозят попрошайничать, а как подрастают, то могут продать куда угодно. Но чаще всего мальчики с десятилетнего возраста попадали к боевикам, борцам за установление Халифата* (прим. исламское государство) во всём мире — где из них делают безжалостных убийц… А девочек лет с тринадцати-пятнадцати принуждают к проституции… И то, что мой ребёнок родился мёртвым, меня вполне устроило.

— Айше тоже попрошайничала? — как представлю, что моя маленькая девочка стояла с протянутой рукой, сердце сжимается от боли.

— Нет, её не успели привлечь. Месяц назад мне удалось сбежать из борделя.

— Как моя дочь попала к тебе? — пора перейти к главному.

— Мой хозяин строил планы на ребёнка… Он был недоволен тем, что девочка родилась мёртвой. Ведь хотел заработать на вымогательстве и шантаже. Мужчина, от которого я забеременела довольно известная личность, и, соответственно, мог заплатить за молчание, лишь бы не узнали о его тайных увлечениях и ребёнке от проститутки…

— Дальше, — руки сами сжались в кулаки до хруста костяшек пальцев, этот жест не остался незамеченным.

— Так у меня появилась Айше… — Кара испуганно вздрогнула.

— Ближе к делу.

— Хозяин всё устроил, договорился со знакомым врачом, заплатив ему за ребёнка, причём не первый раз они такое проворачивали. О том, кто мать девочки, я узнала позже, как и то, что сестра родила двойню. А ей сообщили, будто одна из девочек мертва, а на самом деле они обе родились слабенькими и почти не плакали, лишь пищали, как котята. Роды были тяжёлые — этим воспользовался «купленный» доктор.

«И жена не решилась сказать…» — значит, опасалась моего гнева и сама просила не говорить мне ничего. Если бы она сделала по-другому, то всего этого могло не случиться, ведь врачам пришлось бы предъявить мёртвого ребёнка, которого у них не было.

— А с Меликой ты не встречалась и не общалась, так получается?

— Нет. Мы не виделись с тех, пор, как я ушла из дома.

— Продолжай…

— До недавнего времени тот мужчина платил моему хозяину, пока не узнал, что дочь не его, ДНК-тест тоже был поддельным… Я сама ему рассказала, когда он, спустя четыре года, захотел познакомиться с Айше. И попросила о помощи. Так я сбежала.

— Потом тебе пришла в голову идея нажиться на моей дочери?

— Всё было не так… — она покачала головой.

— А мне вот интересно, не возникла мысль просто вернуть ребёнка родителям?

— Нет… Возможно, я была не очень хорошей матерью, но делала всё зависящее от меня и заботилась о ней как могла.

— В любом случае, ты собиралась устроиться за счёт Айше.

— Называй это, как хочешь. Я устала скитаться, и нужно было начинать новую жизнь.

— Как же ты узнала обо всём, что происходит в моём доме?

— После того, как я сбежала из борделя, обратилась к своей подруге Гизем…

«Гизем… Понятно, без неё не обошлось».

— Она тоже из ваших? — меня передёрнуло внутренне от отвращения, что имел связь с проституткой.

— Гизем давно не занимается этим… честно живёт… — конечно, Кара бросилась на защиту.

— И какую лепту она внесла? — даже не сомневаюсь: приняла активное участие.

— Ты сильно обидел её…

— Я ничего ей не обещал! И не об этом речь сейчас. Значит, это она надоумила тебя заявиться к нам, и поведать жалостливую фальшивую историю?

«Захотела нагадить…».

— Когда мы разговорились с Гизем, то выяснилось, что моя сестра и твоя жена — один и тот же человек. Таких совпадений быть не могло… Да, всё придумала она, но не сразу.

— Не хватало информации… Кто оказался слишком болтливым?

«Хотя и так ясно…».

— Онур помог, — прозвучал ожидаемый ответ.

«Вот только он многого не знал…».

— Вдобавок, в твоём доме работает девушка, влюблённая в него, именно она разведала всю обстановку по его просьбе, — Кара словно поняла моё замешательство относительно осведомлённости брата и поспешила пояснить. — После чего план созрел сам собой. Я должна была рискнуть, устроить нашу жизнь, а дочь вернулась бы к родному отцу…

— Ещё добавь, что женился бы…

— Не исключала такой вариант, особенно, когда увидела тебя. Арслан… — она потянулась к моему лицу.

Отмахнувшись от неё, толкнул в сторону.

«Сборище обиженных, мстительных и алчных людишек…».

Я вышел из подвала, заперев дверь на ключ. Теперь иначе на всё взглянул. И план расправы нужно менять, чтобы каждый ответил по заслугам…