Глава 37

– Что за…! – шёпотом выругался знакомый голос, и я наконец смогла выдохнуть от облегчения и перевести дух. С тех пор, как дверь, ведущая в тайный ход, сдвинулась, а в покоях раздались тихие шаги, по-моему, я даже не дышала. – Лорд Рейнир, какого чёрта вы крадётесь?! Могли просто постучать в дверь, и я бы открыла, – зло прошипела, рывком принимая вертикальное положение, и вперилась в удивлённое лицо мужа, благо света лампы хватало рассмотреть каждую его деталь. И вскинутые в изумлении брови, и распахнутый в немом вопросе рот, и даже выпученные глаза. – Хм… Лиат, что ты здесь делаешь? Эээ… это же моя комната. – Ваша, лорд Рейнир, как и моя, ведь я владелица замка и могу находиться где пожелаю, – саркастически ответила, чуть склонив голову набок, – из-за вас я едва от страха не умерла, думала, снова тёмный объявился. – Я считал, дверь заклинило… – заговорил было коннетабль, но быстро сориентировался и обвиняюще воскликнул, – Лиат, ты же знаешь, что здесь дверь в тайный ход не закрыта, почему её не подпёрла тем же сундуком?! – Забыла! Могла я забыть?! – сердито рыкнула, ещё минут десять назад лёжа в постели, не дыша и притворяясь спящей, и мысленно ругала себя за беспечность и безголовость. – И всё-таки ты не ответила, что делаешь в этой спальне? – В моей ремонт, – коротко бросила, давно сообразив, что все причины моего переезда ещё вчера были смешны и надуманы. – Ремонт… – многозначительно протянул мужчина, наконец отлипнув от кресла, о которое он собственно и запнулся, и прошёл к свободной кровати, – это моя? – Да. – А отвар и пирог для меня? – Да. – Спасибо, я голоден, – ответил коннетабль, его лицо сейчас находилось в тени, но в голосе явственно слышалось довольство, так что я была уверена, что лорд улыбается. – Пожалуйста, вы так заботливы ко мне, а я была с вами груба, – нараспев протянула, с трудом сдержав смех, заметив, как Рейнир замер от удивления с кружкой в руках, – я приказала приготовить воду для вас, чтобы вы могли сполоснуться, но, кажется, она давно остыла. – Угу, – промычал муж, как только откашлялся. – Как прошёл ваш день? Хотя что это я, вы наверняка устали, – окончательно добила мужчину, потому как тот резко развернулся ко мне лицом и требовательно спросил: – Что случилось? Ты себя хорошо чувствуешь? А ребёнок? Лиат, дай я тебя посмотрю. – Ничего не случилось, вот ремонт решила сделать. Чувствую себя отлично, как и малыш… если вы считаете, что меня необходимо осмотреть, то я не против. – Лиат, – обеспокоенно пробормотал коннетабль, спешно рванув ко мне, и стоило мужчине взять меня за руку, я, вдруг вспомнив очень действенный приём, повалила его на кровать. Оседлав потрясённого мужчину, ткнула пальцем в его каменную грудь и, грозно сведя брови к переносице, зловещим голосом проговорила: – Теперь, ваше королевское коннетабльское, вы мне всё расскажете. – Лиат… – простонал лорд, надув щёки и снова выпучив глаза. – Кто вы и что вам от меня нужно?! Говорите! – Я лорд Рейнир, королевский коннетабль и твой муж. – Что вам от меня нужно? – Только ты и наш ребёнок! – просипел мужчина, со свистом сдувая щёки, – Лиат, ты нево… – Молчать! Отвечать чётко и по существу! Что вам от меня надо?! Почему ты такой?! – остановила мужчину, но тот одним быстрым, грациозным движением перекатил меня под себя. И вот я на спине, руки подняты над головой и прижаты к кровати, а надо мной нависает Рейнир. Его глаза сверкают предвкушением, и сейчас он похож на хищника, который приготовился к броску. – Ты и наш ребёнок, – вкрадчивым голосом повторил мужчина, медленно склоняясь к моему лицу, и растягивая каждое слово, прошептал, – Лиат, я терпелив, но ты сейчас слишком соблазнительна… – Только попробуй! – предупреждающе выкрикнула, яростно заёрзав под коннетаблем, пытаясь выбраться из крепкого захвата, но лишь раззадорила его ещё больше. – Ты одно сплошное искушение, Лиат, – рвано прохрипел Рейнир, но не отпустил, лишь слегка ослабил хватку, тотчас стремительно впиваясь в мои губы страстным, жадным поцелуем. Он словно бросал мне вызов, молчаливо требуя признать напряжение и жар, что существовали между нами. Его ненасытные, опьяняющие поцелуи заставили меня содрогнуться. Это были поцелуи, обещающие сорвать всю мою защиту… – Рей… – жалобно выдохнула, наконец высвободив руку из желанного плена, с силой толкнула мужа в грудь, но он не обратил никакого внимания на моё сопротивление. Продолжая осыпать поцелуями мой подбородок, шею, плечи… – Лиат… – судорожно выдохнул мужчина, вновь возвращаясь к губам, терзая их сладостным, нетерпеливым поцелуем. Жар всепоглощающего огня волной прошёлся по моему телу, свернувшись тёплом в животе, и ещё ниже… и я вдруг с ужасом осознала, что стоны, доносившиеся до меня сквозь пелену желания, издавала я… – Лиат… нам нельзя, – с сожалением и затаённой болью внезапно прохрипел Рейнир, перекатываясь на спину, – прости… – И ты меня, – глухим голосом ответила, невидяще уставившись в потолок, признавая, что первая начала опасные игры, – ты прав, нам нельзя. Тебе скоро возвращаться, но прежде мы должны разобраться с нашим союзом… – Нет, Лиат, ты меня не так поняла. Нам нельзя, потому что ты носишь малыша. Мы останемся мужем и женой. Я знаю, что ты уже была замужем… я подожду, когда ты меня примешь. Но никогда не оставлю тебя и ребёнка, и, Лиат… родовые камни не соединяют пары, которые безразличны друг к другу. – Хм… – тяжело вздохнула, устав спорить, продолжая лежать рядом с действительно волнующим меня с первой встречи мужчиной. Выдержав небольшую паузу, я тихо проговорила, – Рейнир, буду с тобой откровенна. Я давно не верю в любовь с первого взгляда, а мы с тобой друг о друге ничего не знаем и слишком мало знакомы, чтобы полюбить. Да, родовой камень Эсхейма прав, и я чувствую к тебе влечение, почему нет – ты красивый, заботливый мужчина, но это не повод, чтобы выходить за тебя замуж. Твои мотивы непонятны, прости, но я не доверяю тебе. Допустим, тебе нужен мой мнимый дар, который до сих пор во мне так и не проявился? И, как одарённая, на рынке невест я ценный трофей, но дар может принадлежать моему ребёнку. Земли Эсхейма? Ты сказал, что не нуждаешься в них. Я бедна как церковная мышь, значит, и богатство отпадает. Мало того, в моих землях завёлся тёмный, а ещё куча других забот и проблем, так что как невеста я так себе… – Хм… с твоей стороны я выгляжу и правда очень подозрительным или сумасшедшим, – усмехнулся мужчина, накрывая своей ладонью мою и, не заметив от меня сопротивления, слегка её сжал. – Рада, что ты это осознаёшь, – с улыбкой произнесла, тотчас поспешив добавить, – но я искренне тебе благодарна за помощь и заботу. Твоё появление оказалось очень кстати, ты замечательный и не похож на остал… – Тогда прекрати сопротивляться нашему союзу и прими меня. – Опять?! Я полагала, мы всё обсудили, и ты согласился. – Чего ты боишься, Лиат? – А ты? – рывком села в кровати, пристально посмотрев на мужчину, – Рейнир, чего боишься ты?! – Потерять тебя и сына… однажды я уже лишился дара Владычицы, – нехотя ответил коннетабль, не отводя от меня свой тёмный как чернильная ночь взгляд. – Потерять меня? – переспросила, признаться, на мгновение решив, что Рейнир и правда сошёл с ума, но тот, горестно рассмеявшись, замолчал и только спустя десять гнетущих минут тишины вновь заговорил: – Её звали Эмма, нам было всего по восемнадцать лет, когда нас объединил камень её рода. Она мне нравилась, милая, хрупкая и нежная… спустя год она сообщила, что беременна. Это счастье для одарённых… но прошёл месяц, и Эмма изменилась. Стала нервной, не спала ночами, запиралась в покоях со служанкой, однажды вылезла в окно и едва не разбилась, чуть не упав с третьего этажа в замке моего отца. Её словно подменили, из вежливой и тихой девушки она превратилась в злобную и неуравновешенную. Но спустя три месяца всё прошло как не бывало… мы снова стали жить, как прежде. Но всё оказалось обманом, Эмма перестала есть, гулять, она травила нашего ребёнка… я узнал об этом поздно, когда Эмма умерла, как и наша дочь. – Мне жаль… – Сила дара в нашей дочери свела её с ума. Я мог это изменить, всего лишь должен был находиться с ней рядом. Настоять… не хотел принуждать… я виноват, мне повезло получить одарённую, Владычица даровала мне дочь, а я не уберёг. – Хм… – растерялась, не сразу подобрав правильные слова, но этого и не потребовалось, лорд Рейнир продолжил: – Одарённой Владычица награждает только раз, и я был счастлив, когда твой родовой камень нас объединил. И сделаю всё, чтобы ты и ребёнок не пострадали…