Глава 22

Это случилось вечером, после ужина, когда мы с Артисом валялись на диване в гостиной и, дурачась, обсуждали какое бы нам посмотреть кино.

— Слушай, есть один фильм, мне Ольга скинула название… Сказала, посмотреть, так как ей кажется, что ты похож на одного героя.

Поискав телефон, я открыла переписку с подружкой и прочитала название фильма.

— Это русский фильм, — заметил Артис. — На русском.

— Ты не знаешь русского?

— Не очень хорошо, — пожал плечами мой Викинг.

— Я тоже не владею им в совершенстве, но мы можем попробовать.

Мой Викинг внезапно резко привлек меня к себе и вынудил заглянуть ему в глаза.

— Алексис, единственное, чего я не терплю — это лжи.

— О чем ты? — не поняла я.

— Как ты можешь плохо владеть языком родной матери? — сощурился мой Викинг. — Я понимаю, что в Шотландии ты боялась за родителей и вынуждена была скрывать ото всех правду. Но… не ври мне, хорошо?

— Артис, родители долгое время скрывали от меня настоящее полное имя мамы. Она всегда была для меня Милой Грей, англичанкой до кончиков ногтей. — Напряжённо ответила я. — Когда родители отправили меня учиться в пансион и не забирали даже на Рождество, по школе начали ходить слухи, будто я приемная… Я, кстати, тоже также решила и, оказавшись дома, решила поискать свидетельство своего удочерения.

Артис молча смотрел на меня.

— Я понимаю, звучит, как бред, — неловко улыбнулась я. — Но, тем не менее, это правда. Я только тогда узнала, что мама родом из России.

— Как она объяснила тебе это?

— Никак, — усмехнулась я. — Родители молчали, будто набрав в рот воды…

— Тем не менее, ты всё же знаешь русский, — прищурился Артис. — Достаточно хорошо знаешь русский, чтобы понять кино. Как же так?

— В пансионе, где я росла, было много девочек из разных стран. Ольга была много лет моей соседкой по комнате. Когда я узнала, что она родом из России, я попросила научить меня родному языку моей матери.

Артис, впившись пальцами в мой подбородок, задрал мою голову вверх — так, что мне пришлось встретиться с ним взглядом. Волчьи желтые глаза огнём жгли моё лицо.

— Допустим, — проскрипел он. — Но неужели ты ни разу не разговаривала с матерью на её родном языке.

— Ты издеваешься? — фыркнула я. Мне было не по себе от его жесткой хватки. Но я, чувствуя за собой вину о том, что мы не обсудили этот вопрос раньше, подавила в себе чувство тревоги. — Мама швырнула бы в меня чем-нибудь тяжёлым, если бы я хоть попыталась это сделать.

Не знаю, что там искал в моих глазах Артис, но спустя несколько бесконечно долгих мгновений он привлек меня к себе и принялся крепко целовать, попутно обвиняя мою мать во всех смертных грехах.

— Меня злит мысль, что мы потеряли целых семь лет, — целя меня в шею, посетовал Викинг. — Я мог забрать тебя из их лап ещё семь лет назад. Если бы я только догадался проверить комнаты персонала!

— Может, ты тогда не обратил бы на меня внимания, — рассмеялась я. — Я до восемнадцати лет — считай, всю свою сознательную жизнь — провела в закрытой школе, из которой меня практически никогда не выпускали.

— Неважно, — покачал головой Артис. — Это всё равно была бы ты.

— Другая я, — мне почему-то очень хотелось объяснить своему Викингу разницу. — Артис, я была испуганной вчерашней школьницей, резко выпущенной в огромный опасный мир.

— Главное достоинство любой самки — быть маяком для своей избранной пары. А молодые девушки при должном руководстве легко вливаются в новую взрослую жизнь, — улыбнулся Артис. — Уверен, ты без проблем приняла бы мою стаю, а моя стая без проблем приняла бы тебя.

Мне… мне на минуту почудилось в его тоне нечто странное. Как если бы мой Викинг знал всю мою подноготную историю с Джошем. Ведь…

Если признаться честно, то я начала встречаться и жить со своим первым парнем во многом благодаря маминым советам и полной растерянности, которая случилась у меня после окончания пансиона. Я была тогда настолько ведомая, настолько слабая…

Бред, конечно, но мне почудилось сейчас в интонации Артиса не сожаление о потерянных годах, а то, что я не оказалась в его стае молодой и неопытной.

Я замотала головой, пытаясь выкинуть этот странный бред из головы.

Артис как будто тоже отмер и, улыбаясь, нашёл фильм, о котором я говорила.

— Значит, твоя подружка считает, что я похож на одного из героев? — спросил Артис.

— Ольга считает, что ты похож на капитана, — кивнула я. — С моих слов, конечно. Ольга читает, что ты воспитанный красавчик-блондин, мечта любой девушки.

— И моей девушки тоже, я надеюсь? — притворно серьёзно приподнял левую бровь Артис.

— А разве есть сомнения, — рассмеялась я. — Видишь, даже подруге все уши прожужжала.

Мы замолчали, так как на экране возникла заставка: начался фильм.

В перерыве между первой и второй серией, пока Артис отвлёкся на телефонный звонок одного из своих бет, я побежала на кухню сделать попкорн.

По дороге, из приоткрытого окна коридора, доносилась торопливая женская речь. На латышском, разумеется. Увидев, что Аустра что-то быстро отвечает расстроенному пожилому мужчине в рабочей форме, я решила вмешаться. Не потому, что хотелось продемонстрировать свой особый статус — я почему-то подумала, что экономка Артиса обижает этого пожилого рабочего.

— Аустра, не могли бы вы перевести мне ваши слова? — вежливо поинтересовалась я через окно. Услышав мой голос, экономка вздрогнула. А когда собеседники повернулись ко мне, я увидела застывший ужас в глазах обоих оборотней.

— Луна, — брякнула Аустра, чем очень меня удивила. — Добрый вечер.

— Добрый вечер, Луна, — низко поклонился мужчина.

— Здравствуйте, как поживаете, — вежливо ответила я. — Так о чем шла речь?

— Эм… — рабочий начал было что-то мне отвечать, но Аустра его перебила.

— Молчи, — рявкнула она и быстро затараторила на латышском. Естественно, без перевода.

— Аустра! — перебила я пламенную речь экономки. — О чем шла речь?

— Я скажу, — ответил мужчина на плохом английском. — Даже есть мне придется долго платить за это… Я скажу.

— Я не знаю латышского, но вполне сносно владею русским, — на всякий случай предупредила я рабочего. — Если вам будет удобней, вы можете использовать русский язык.

— Да, — с облегчением выдохнул мужчина и заговорил со мной по-русски. — Спасибо, Луна.

— Эмин, — напомнила о себе Аустра. — Подумай, что ты делаешь.

— А что он делает, Аустра? — склонив на бок голову, я посмотрела на экономку. — Может, вы мне расскажите, а?

— У нас всё хорошо, — явно лгала домоправительница.

— Это моя дочь, Луна, — тяжело вздохнул рабочий. — Мою дочку похитил один из Теней Альфы.

— Ты же знаешь, что это не совсем так, — встряла Аустра. И пояснила специально для меня. — Девчонка понесла от этого мужчины, он в своём праве.

— Нет такого права, похищать девиц против их воли, — не сдавался рабочий. Покосившись на меня, он зачем-то добавил. — К тому же, её истинный — совсем не воин, а архитектор из Краславы.

— Она беременная, значит, отец должен заботиться о ребенке.

— Никто не вправе разлучать истинных, — упрямо повторял мужчина, — это главное наше правило. Испокон веков так заведено было.

— Подождите, а почему вы не заявили в полицию, — недоуменно спросила я.

Мужчина открыл рот от удивления, а Аустра… Аустра рассмеялась. Ядовито, причем.

— Вот такая у нас Луна, — развела она руками перед рабочим.

Возможно, не поведи она себя подобным образом, я бы ещё какое-то время пыталась узнать, в чем причина, но после язвительной фразы домработницы в меня как будто что-то вселилось.

Вспомнив, что Альфа является не просто вожаком, а абсолютным монархом на своей территории, я позвала обоих оборотней в дом.

— Луна, пожалуйста, — вдруг испугалась Аустра. — Не надо…

— Я уверена, сейчас всё прояснится.

Мне казалось, что если кто-то нарушил закон — тем более, закон оборотней, то Артис приложит все усилия, чтобы решить эту проблему в кратчайшие сроки. Он ведь был вожаком и отвечал за всю стаю.

Я настояла на том, чтобы рабочий и экономка прошли вслед за мной в гостиную и предстали перед изумленным Артисом.

Выключив телевизор, я попросила рабочего повторить всё своему Альфе. Мне казалось, что иного решения просто не будет: если дочь рабочего на самом деле похитили, то её должны незамедлительно вернуть домой, а похитителя следовало арестовать до суда… ну хотя бы, и каким-то образом наказать.

Артис же, выслушав рабочего, отчего-то не спешил объявлять о своём решении.

— Кто он? — спросил Викинг у расстроенного отца.

— Роберт Калнарс.

— Тень? — нахмурился Артис и пояснил для меня: — Это один из моих лучших воинов.

— Но ведь никто не может преступать закон, не так ли? — настаивала я, от всего сердца надеясь, что восторжествует справедливость.

Артис вздохнул и покосился на меня.

— Ты хочешь решить этот вопрос прямо сейчас?

Я недоумённо взглянула на своего Викинга.

— Ну, разумеется. Чем скорее похищенная девушка вернётся домой — тем лучше.

— Хорошо, — пожал плечами Артис и, взяв телефон, сделал короткий звонок Ульриху.

 Спустя час в кабинете Артиса на первом этаже собралось много народу: мой Викинг и я, Аустра, и рабочий. Последними в комнате появились бета Ульрих и ещё зверского вида мужчина, ни на минуту не опускавший от себя темноволосую, коротко подстриженную девушку.

— Даце, — бросился к девушке рабочий, едва не плача. — Доченька! Как ты себя чувствуешь? Все хорошо?

Воин, удерживавший девушку, свободной рукой отстранил отца от его дочери.

— Назад, — рявкнул мужчина, бесцеремонно заставив девушку отодвинуться в другую сторону.

— Роберт, здесь Альфа, — предупредил Ульрих. Лишь после этого грубиян убавил свой зверский темперамент.

— Альфа, — поклонился он Артису. Затем также низко поклонился мне. — Луна.

— Роберт, на тебя поступила жалоба, что ты удерживаешь самку — истинную другого оборотня, — спокойным тоном поинтересовался мой Викинг, не обращая внимания на тихие всхлипывания расстроенной девушки и гримасу отчаяния на лице её отца. — Объяснишь?

Я сначала подумала, что ошиблась: не мог Артис так панибратски обращаться к похитителю и преступнику… Что это значит мягкое «объяснишь?»

— Как такое возможно? — Я покосилась на своего Викинга, но тут заговорил Роберт:

— Даце беременна моим щенком.

— И? — Артис сделал нетерпеливый жест рукой. — Её отец говорит, что у девчонки вроде как истинный нашёлся. Она к нему не стремится что ли?

— Стремлюсь, — всхлипнула девушка, за что получила резкое одергивание со стороны беты.

— Тебе слова пока не давали.

Я не понимала жестокости, с которой бета Ульрих обратился к бедняжке. Это её удерживали грубой физической силой. Это она была жертвой. Она — а не этот хмурый мужик.

— Роберт? — напомнил о своём вопросе Артис.

— Она встретила своего истинного, уже залетев от меня, — пожал плечами воин. — Я не в претензии, пускай женятся, но как только она родит моего ребенка.

Мужчина, притянув к себе девушку, положил той руку на живот.

— Щенок уже воспринимает мою силу.

— Это ещё ничего не значит, — всхлипнула девушка. — Несвязанные самки часто скидывают, не донашивая и до половины срока.

— Мой щенок будет жить. — Упрямо произнес мужчина.

А все вокруг… согласно закивали головами.

— Медицина не стоит на месте, — обратился Ульрих к Роберту. — Вы ещё не обращались к врачам? Если надо, наши медики просто запрут её на весь срок в больнице.

— Если понадобится помощь, мы можем обратиться к целительнице Баевской стаи, — задумчиво произнес Артис. — В прошлом году она помогла несвязанной самке удачно доносить двойню от Ингвара.

— Простите, — откашлялась я. — Может быть, мы все-таки спросим саму Даце, чего она хочет?

Мужчины, с недоумением покосившись в мою сторону, молча переглянулись.

— Это — самка, почувствовавшая свою пару, — раздражённо протянул воин. — Она вряд ли способна сейчас рационально думать.

— Что вы сказали? — вскинув голову, я зло посмотрела на мужчину. — Не способна рационально думать?

— Даце, какие отношения тебя связывали с Робертом? — перебил меня Артис. Я ошарашено покосилась на своего Викинга, не понимая, почему он пропустил мимо ушей грубость своего подчинённого.

Даце, нервно вздрагивая, ответила что-то на латышском, и эту фразу Аустра моментально мне перевела:

— Она говорит, что её содержал Роберт.

— То есть они жили вместе? — не поняла я, мысленно ужасаясь той грубости, с которой мужчина обращался со своей возлюбленной.

— Нет, — вместе Аустры, ответил сам Роберт. — Я пользовался её телом в обмен на неплохое содержание. Мы не жили вместе, и тем более я не собрался вступать с ней в брак по уговору.

— Но ты обеспечивал её, не так ли? — спросил Артис, явно для того, чтобы это услышала я.

— Разумеется, — кивнул Роберт. — Как обычно у нас принято… После рождения ребенка она также получит хорошие отступные.

— Я не хочу ребенка, я хочу замуж за свою истинную пару! — заплакала девушка.

— Слышите, Альфа? — обвиняющее уставился на девушку Роберт. — Она не хочет моего щенка.

— Я не понимаю, в чем проблема подождать девять или столько там тебе осталось носить щенка — месяцев? — нахмурился Артис.

— А если моя пара не выдержит? — всхлипнула девушка. По крайней мере, так для меня перевела Аустра. — Если он сорвётся… Или тоже сделает кого-нибудь беременной?

— Мои медики присмотрят за твоей парой, — равнодушно кивнул Артис. — А подождать ему всё же придется.

— Но мы истинные! — воскликнула девушка. — Альфа, пожалуйста… Вы же знаете, как мало шансов у несвязанных пар доносить ребенка. Моё тело разбухнет, изменится, потеряет свежесть…

Я замотала головой, не понимая, как одна часть её фразы состыкуется со второй её частью. Покосилась на Аустру.

— Это то, что она сказала?

— Я перевела всё правильно, — пробормотала женщина. — Это её слова.

— Новая жизнь — это всегда дар, — царственным тоном отрезал Артис. — Мы все будем надеяться, что твои усилия увенчаются успехом, и Роберт сможет взять на руки своего новорожденного щенка.

— Альфа… — всхлипнула девушка.

Эту фразу я поняла без перевода, но всё равно повернулась к Аустре, чтобы уточнить у экономки последнее решение Артиса.

— То есть, Даце пока останется временной женой этого мужчины? — спросила я.

— Она сама довела ситуацию до этого, — ответил мне почему-то бета. — Если бы она не угрожала Роберту прерыванием беременности…

— Подождите… — я выставила руки ладонями вверх. — Это её право — делать аборт или нет.

Рыдающая девица мгновенно замолчала и с интересом посмотрела на меня.

— У самок нет такого права, — рявкнул Роберт. — Она может требовать от меня денег, помощи… но избавиться от своего щенка я ей не позволю.

— Но это не вам решать, — покачала я головой. — Это её тело. Её тело — её дело.

— Это. Мой. Щенок.

— Но она не хочет вашего щенка.

— Алексис, — позвал меня Артис и протянул руку так, что я вынуждена была подойти и встать рядом с ним.

— Беременная самка для оборотней — несказанное счастье, которое случается довольно редко. Возможно, это будет единственный ребенок Роберта, его единственное продолжение, поэтому решение не может быть простым.

— Только женщина должна решать, что ей делать с её телом.

— Даце знает наши законы, — мягко ответил Артис. — Он знает, как отцы ждут щенков — и на что они готовы пойти, чтобы эти щенки у них родились.

Взглянув на девушку, мой Викинг продолжил:

— Если бы Даце сразу не воспротивилась той роли, которую на неё возложила природа, мы бы нашли способ уладить этот вопрос без ограничения её свободы…Ульрих!

Бета Артиса вскинул голову.

— Да, Альфа?

— Проследи, чтобы с её истинным всё было в порядке.

— Уже сделано, — подтвердил бета. — Парень — слабый оборотень, полукровка. Доктор прописал ему принимать порошок, но это лишь для перестраховки.

Артис перевёл взгляд на девушку и её отца.

— Наша стая чтит древний закон истинных пар. Поэтому, как только твоя дочь родит, ей будет предоставлена возможность построить крепкую семью со своей истинной пары.

Артис перевёл взгляд на Роберта.

— До тех пор, она полностью твоя.

— Спасибо, Альфа, — опустился на одно колено воин. Девушка рядом с ним, как будто скукожившись от боли, надрывно заплакала, а затем и завыла, протягивая руку к своему рыдающему отцу.

— Пошли, — рявкнул воин-оборотень, бесцеремонным резким движением поднимая девушку на ноги. Даце громко всхлипнула и последовала за своим… бывшим любовником.

Вслед за ними из кабинета потянулись и остальные.

И мы остались одни.