25

В смысле?.. У меня даже челюсть отвисает.

Демон садится за свое роскошное кожаное кресло, и кивает мне на стул напротив.

Я осторожно сажусь на краешек.

Он откидывается на спинку и с интересом смотрит на меня.

— Я могу работать поздно вечером, иногда ночью, реже рано утром. Каждый раз тебя дергать — неудобно. Пока ты там доедешь... Было бы проще, если бы ты все время находилась у меня под рукой.

Я смотрю на него и не могу понять, он серьезно или прикалывается. Вроде не шутит.

— Ээээ... — мычу я, — я не могу.

Его брови взлетают вверх.

— Почему? От меня до твоего универа близко. Ближе, чем от твоего дома. Тут и метро рядом и инфраструктура развита. К тому же, у меня домработница. Она вкусно готовит и убирается. Тебе не нужно будет об этом беспокоиться.

Заманчиво, конечно, но нет!

— У меня бабушка! — поясняю я сидящему напротив меня мужчине. — Она сейчас в больнице, но скоро ее должны выписать, и тогда мне придется о ней заботиться...

И я не могу бросить ее одну!

— Так у тебя и правда бабушка болеет? — сощуривается начальник.

— Ну да. Я же говорила.

Он задумчиво трет подбородок.

— Хмм... Я, признаться, думал, что это просто отмазка. А когда ее выписывают?

Может, ей лучше после выписки побыть в специальном медицинском учреждении?

Тогда она будет под постоянным присмотром. А то ты то в универе, то на работе.

Когда тебе за ней смотреть?

— Вы имеете в виду что-то типа дома престарелых? Ни за что! — горячо возражаю я.

Знаю я подобные учреждения!

— Да нет! — машет он на меня рукой. — Я имею в виду какое-нибудь приличное место. Что-то вроде санатория — свежий воздух, сосновый лес, разные процедуры, грязевые ванны, минеральная водичка, зарядка, танцы для тех, кому за...,прогулки, развлечения, качественное и вкусное питание, медики двадцать четыре на семь.

— Вы говорите со знанием дела...

— Да. У меня мама одно время жила в таком месте. У нее были серьезные проблемы со здоровьем. Ей там нравилось, — поясняет он, но я успею заметить, как по его лицу пробегает тень.

Я почему-то отмечаю это про себя.

Ну, раз его мама там жила, то это должно быть и правда хорошее место. И я такое точно не потяну.

— Наверное, это очень дорого... Боюсь, я не осилю, — сомневаюсь я, закусывая губу.

Не то, чтобы мне хотелось куда-то отправлять бабулю, но я понимаю, что после больницы ей желательно отдохнуть, а не впрягаться сразу в бытовые дела.

А если меня постоянно не будет дома, и я буду приходить только на ночь, то она будет, по сути, большую часть времени одна, без моей помощи.

Но и сидеть рядом с ней целыми днями я тоже не смогу, кто-то ведь должен оплачивать ее лекарства.

— А, кстати, где твои родители? Почему бабушка на тебе?

Я мрачнею. Нет, вопрос логичный, но отвечать на него очень уж не хочется!

— Их нет. Так получилось, — хмурюсь я.

— Ладно, — кивает он, к счастью, решив не развивать тему, — по поводу цены. У меня в том санатории есть хорошая скидка. Его хозяин — мой знакомый. Поэтому, если хочешь, я могу попробовать договориться с ним, чтобы ты смогла осилить. У тебя вполне приличная зарплата. Думаю, ты сможешь.

Ох, на самом деле, это, наверное, было бы здорово. Не знаю, правда, понравится ли это бабушке...

— Спасибо, Тимур Борисович, — киваю я. — Спросите у вашего знакомого, а я, в свою очередь, поговорю с ба. Попробую ее уговорить.

— Лады, — кивает он. — Но если все получится, то ты живешь у меня. Согласна?

ОХ... а что мне еще делать?

— А если я буду жить у себя, а к вам приезжать, когда нужно, то такое вас не устроит? — нерешительно тереблю я пояс платья.

— Не устроит, — подтверждает он. — Сидеть постоянно в офисе до ночи неудобно.

Было бы комфортнее дома доделать все дела. А зачем тебе туда-сюда таскаться?

Я чувствую где-то подвох, но где именно — понять не могу.

Зачем ему это? Я ведь явно его не привлекаю, ну... в этом плане. Он вон даже вчера, увидев меня голой, и то не заинтересовался. Значит, и правда это просто, для работы.

Ох, ладно! Была — не была!

— Ну... давайте попробуем... — нерешительно мямлю я.

— Пробовать мы не будем. Я как раз контракт хотел сегодня доработать. И тебе, если ты хочешь на меня работать, придется его подписать.

— Контракт? — тут же пугаюсь я.

— Ага. Рабочий. Где прописаны твои права и обязанности. А так же мои.

— Я смогу с ним ознакомиться?

— А как же! Ты разве обычно подписываешь что-то, не читая? Давай, садись. Я внесу пару правок и можешь знакомиться. А после примемся уже, наконец, за работу.

Я изучаю контракт. После прочтения, у меня появляется ощущение, что меня практически берут в рабство. С хорошей зарплатой, правда. А также с премиальными и сверхурочными, что в итоге примиряет меня с кабальными условиями.

Но разве у меня есть выбор?

Мне хочется перед подписанием контракта все же узнать о предостережении бабушки, но телефон сел, а подходящей к моей модели зарядки, у начальника дома нет. Оказывается, смартфоны с такими разъемами давно не делают.

Но, поразмыслив, все же решаю, что навряд ли там что-то очень уж важное. Скорее всего, это что-то из того, что я и так уже знаю. Например, что начальник — злобный тиран. Но это я переживу.

Тимур Борисович ждет, пока я дочитаю, нетерпеливо барабаня пальцами по массивной деревянной поверхности стола.

Это действует мне на нервы.

В итоге я подписываю контракт, ежась под довольным взглядом ухмыляющегося Демона.

Такое ощущение, что я сейчас как минимум душу дьяволу продаю.

Но это же просто работа, верно?