Глава 7

До дома Палача мы добрались лишь спустя пару часов. Мужчина, как всегда, выглядел равнодушным ко всему, я же возмущенно пыхтела, ощипывая листики зелени, торчащие из небольшой корзинки. Единственное, что мне пришлось нести самостоятельно, и то исключительно потому, что трость иначе не помещалась в широкой ладони.

– Неужели так происходит каждый раз? – не смогла удержаться от вопроса, стоило нам переступить порог дома и зайти на кухню, где я с раздражением поставила на стол свою ношу.

– Тебя что-то удивляет?

– Удивляет? – я не понимала, серьезно ли он спрашивает. – Да меня это злит!

– Кайлин, помнится, ты спрашивала, точно ли я живу в Кронте…

– Да, и ты ответил, что в жизни города не участвуешь!

Палач методично выкладывал продукты на стол, а я, помыв руки, раскладывала их по полкам и в холодном шкафу.

– Ну так вот, у меня складывается впечатление, что ты и сама не очень знаешь про жизнь в городе.

– Не знаю, – согласно кивнула, – потому что редко туда хожу. Но я и подумать не могла, что люди, что они…

– Что они настолько меня не любят?

Я старательно держала себя в руках, глубоко дышала и пыталась успокоиться, но стоило мне вспомнить безобразие, происходившее на рынке, как вся выдержка полетела в бездну.

– Какой в этом смысл? – мой вопрос застал Палача уже в дверях кухни, кажется, он собирался уйти и оставить меня саму разбираться с продуктами. – Чего они пытаются добиться таким поведением?!

– Успокойся, Кайлин, мне это жить не мешает, даже позволяет сильно экономить, как ты сама могла убедиться, – злорадная усмешка искривила губы. – Если ты не против, я пойду уберу свою трость, а потом вернусь. Нам стоит решить, где ты будешь спать.

Возражать я не стала, тем более мне нужно было успокоиться, иначе я рисковала натворить дел, да и прав Палач, нам многое нужно обсудить про совместное проживание в его доме. Но все равно поведение горожан не укладывалось у меня в голове!

Механически перебирая зелень, я погрузилась в воспоминания.

Единственный, кто более-менее спокойно отреагировал на наше появление у прилавка, была вдова Трэвор. И то, видимо, исключительно потому, что между нами с Палачом замерла Маришка и весело щебетала о том, как она рада, что ее любимая Лини не уедет из города, а Палач и вовсе нестрашный, раз смог подружиться со мной. Кажется, это был единственный раз за сегодня, когда маска равнодушия на лице мужчины дала огромную трещину и на нем легко читалось удивление. Да что там удивление, практически шок. Особенно когда Маришка, повернув свое личико к нему, спросила:

– А можно я буду заходить к вам в гости? Раньше мы с Лини часто вместе гуляли в лесу.

Палач очень старался оставаться все той же привычной ледяной глыбой, я едва сдерживала смех, а мать этой непоседы побледнела.

– Если твоя мама и Кайлин не будут против.

Чего ему стоило согласиться на посещение своего дома одной непоседой, я даже представить не могу, но заметив, как у Сарины трясутся руки, решила не задерживаться и не нервировать вдову. Зря, лучше бы я с упоением нюхала и выбирала травы как для чая, так и для приготовления всякого разного, и не только еды, будем честными, чем отправилась за другими продуктами. Но, так или иначе, еды в доме Палача было крайне мало и пополнить запасы было необходимо, поэтому мы переходили от лавки к лавке, где сталкивались с одним и тем же: завидев меня торговцы начинали сначала демонстрировать свой товар, а как только к нам подходил Палач, чтобы расплатиться, как они превращались в грубых, неотесанных… Ух!

– Нам не нужны твои кровавые деньги, – было самым невинным, что я сегодня услышала.

Еще были выкрики о том, что убийц они не обслуживают, как и “Подавись ты этими яблоками”. Торговец, кстати, его я не знаю, даже осмелился швырнуть в меня яблоком, которое Палач перехватил на лету и спокойным голосом, глядя в бледнеющее лицо продавца, произнес:

– Отлично, и еще корзину вот таких же крупных и спелых. Мне подходят.

Давиться он явно ими не собирался, а я, потеряв дар речи, не смогла ничего сказать, только зловредно подумать, что вот из этих бесплатных яблок получатся замечательный компот и пирог!

Примерно то же самое происходило и у мясника, только там, – спасибо! – в меня не летели куски свежего мяса. Вопрос, почему продуктами пытались “осчастливить” именно меня, даже не возникал. Хотела бы я посмотреть на того, кто осмелился бы что-то кинуть в самого Палача. Сволочи!

– Можно подумать, если они своим поведением изведут этого Палача, ему на смену не придет другой, – ворчала я, нарезая овощи. – Головы рубили, рубят и будут рубить, и совсем неважно, продадут торговцы ему свои продукты или отдадут бесплатно. Глупцы!

Как всегда, когда меня обуревали эмоции, я, не задумываясь, начала готовить, наверное, поэтому, когда Палач вернулся на кухню, уже совсем в другой одежде и с влажными волосами, ему было чему удивляться. Кажется, он успел не только убрать трость, но и освежиться. Вообще-то я бы тоже не прочь смыть с себя сегодняшний день, но готовка успокаивала лучше.

– Кайлин? – Палач осмотрел наполовину неразобранные продукты и удивленно выгнул бровь. – Что-то случилось?

– Ничего нового, – передернув плечами, я отточенным движением закинула картошку в глубокую чугунную сковороду, – я просто задумалась и вместо того, чтобы разобрать продукты, начала готовить, надеюсь, вы не против.

Стоя спиной к мужчине быть смелой было проще, но вообще-то щеки мои в очередной раз полыхали краской стыда. Ведь я не дома и привычки свои нужно бы усмирить. А то расхозяйничалась тут, того и гляди выгонят.

Тихий смешок заставил меня выпрямить спину и свести лопатки, вот сейчас Палач все мне скажет!

– Если ты поделишься со мной тем, что у тебя получится, я даже сам разберу оставшиеся продукты.

– Что? – резко обернувшись, я неверяще посмотрела на спокойного мужчину.

– Не поделишься? – поднимая корзину с мясом, Палач, кажется, старательно прятал от меня улыбку. – Неужели ты сможешь спокойно есть горячий ужин и смотреть, как я снова делаю себе бутерброд?

***

Руки дрогнули и большая деревянная ложка чуть не выскользнула из пальцев, когда порывисто шагнула к столу.

– А что, если бы вы готовили ужин, вы бы со мной не поделились?

– После того, как благодаря тебе у нас появились такие хорошие продукты, – Палач, фыркнув, открыл холодный шкаф, чтобы убрать кусок свежего мяса, – что бы про меня ни думали в городе, но родители воспитывали меня хорошо.

Родители?! У него есть родители?!

“Кайлин, глупая твоя голова, конечно, у него есть родители, вряд ли Палач появился только потому, что он был нужен королю!” – мысленная оплеуха помогла и вместе того, чтобы позорно выспрашивать мужчину про его мать с отцом, я угрюмо, исключительно из-за недовольства собой, подвела черту в этом разговоре:

– С учетом того, что благодаря вам большая часть продуктов досталась нам бесплатно, мое воспитание тоже не позволяет не разделить ужин.

– О, так тебя все же кто-то воспитывал! – в отличие от меня, Палач не стал утруждать себя тактом в выборе вопросов. – А я-то уже подумал, что ты всю жизнь жила одна рядом с лесом и твоими друзьями были те самые белки и кролики.

Взяв в руки нож, я потянулась за луком. Лучше работать, чем грубить хозяину дома. Шуточки у него какие-то мрачные!

– У меня есть друзья, – не выдержала уже спустя пять минут, – и не такая уж я и дикарка, чтобы…

– Тихо-тихо, Кайлин, извини, я не хотел тебя обидеть, – Палач внимательно посмотрел на меня и тяжело вздохнул, – я слишком давно вот так просто ни с кем не общался, боюсь, совсем разучился шутить.

– Как будто у вас так много поводов для шуток, – недовольно пробурчала и отвернулась, пряча лицо.

– Нет, как и нормального человеческого общения, но зато в моей работе есть и плюсы.

Не знаю, что имел в виду мужчина, но промолчать не смогла и довольно ехидненько протянула:

– Да, экономия на продуктах у вас знатная.

Глубокий мужской смех заполнил комнату, а я непроизвольно снова вжала голову в плечи. Все же это удивительное знание: Палач умеет смеяться!

– Кайлин, скажи, – успокоившись, мужчина вернулся к разбору корзин, – а зачем тебе понадобилось так много трав? Ты годовой запас чая решила мне сделать?

– Что? – кинув взгляд через плечо, нахмурилась. – Вот все, что в этих мешочках, я сама разберу. Лучше нарежьте пока подкопченного мяса небольшими кусочками.

Палач не стал сопротивляться и послушно взял нож. У него так ладно получалось с ним обращаться и ломтики мяса выходили такими ровными, что я невольно засмотрелась.

“А что ты хотела, – проворчал внутренний голос, – ему-то не привыкать орудовать огромной секирой и делать ровный срез!”

Закашлявшись, отвернулась, еще не хватало похвалить мужчину за его профессиональные навыки. Не уверена, что он оценит, а если оценит, не уверена, что это понравится мне.

– Так зачем тебе столько трав?

– Для чая, но, конечно, не все, – с радостью ухватилась за тему разговора, – часть из них пойдет на приготовление обезболивающей мази, которую у меня постоянно покупает мама Маришки, еще часть сгодится для наведения порядка в вашем доме. Ну и так, по мелочи.

– Мазь, уборка? Как с этим связаны обычные травки?

– Обычно. Для мази мне, конечно, понадобится еще растопить тот жир, за который я заплатила целый золотой в лавке мясника. Знал, паразит такой, что без него я не уйду. Мясо вам даром отдал, зато за жир цену в два раза поднял. Ну это ладно, зато он чистый, всегда в этой лавке брала, знаю, о чем говорю. Так вот, жир нужен будет, крепкий отвар из некоторых травок, а еще в лес нужно будет сходить за ягодами. Мои запасы в доме все разорены. Мерзкий Джон! – сцепив зубы, мысленно пожелала старику пять раз споткнуться на ровном месте и продолжила: – А такие травки как черепавка, брукина, цветочки такие мелкие белые, название всегда у травы этой забываю, но мне соцветия только и нужны. Так вот, если, допустим, шторы постирать в воде с добавлением этих травок, то ткань потом дольше пыли сопротивляется. Так же и полы помыть можно, и ковры почистить. А если взять сайну и смешать ее с растопленным воском, и еще теплым им натереть деревянные поверхности мебели, дерево оживает буквально на глазах. А например…

– Ладно, ладно, я понял, что ты действительно разбираешься в травах, – меня мягко перебили, – но как трава может помешать пыли скапливаться на полу или в ткани, понять не могу.

Обезоруживающая усмешка искривила мужские губы и я чуть не призналась, что одних травок мало, нужно еще и силой те отвары напитать. Глупая ведьма Кайлин! Чуть сама себя не разоблачила!

– Ну я же не говорю, что убираться потом не придется вовсе, просто делать это будет легче, – пришлось небрежно пожать плечами и сделать вид, что в знаниях, накопленных не одним поколением моей семьи, нет ничего особенного, – да и потом, запах после такой уборки в доме становится очень приятным.

– Ты сейчас тонко намекнула, что в моем доме плохо пахнет? – Палач замер у плиты, помешивая в сковороде овощи, в которые я уже успела добавить нарезанное мясо.

– Нет, – ответила не поднимая взгляда от своих сокровищ в виде десятка мешочков с травами, – сейчас в нем пахнет запустением и одиночеством, ну и пылью. Немного. А будет пахнуть уютом и чистотой.

Пока мы говорили, оба перемещались по кухне совершенно не мешая друг другу. В то время, пока я крутилась у плиты, Палач разбирал продукты, стоило мне начать шинковать свежую зелень, как он отошел в сторону шкафа, чтобы достать посуду, а как только я занялась травами, мужчина, не спрашивая, нужно это делать или нет, отправился помешивать наш ужин, чтобы овощи не пригорели к сковороде. Это было удивительно, но отчего-то от таких простых совместных действий на душе становилось спокойно. Тут, на кухне, стиралась грань между ведьмой и палачом, оставляя просто двух одиноких людей, которым так не хватало простого общения. Опасно-обманчивое ощущение безопасности. Если так пойдет и дальше, как бы мне не потерять бдительность и не раскрыть свою суть перед этим мужчиной. Ведь тогда он будет вынужден сделать свою работу.