Глава 10

Если Палач и думал, что я забыла о своем “страшном” обещании, то сильно ошибался. Тем более что его работа внесла свои коррективы в мои планы. В то время как я изо дня в день мыла, чистила, терла, протирала, выбивала и выметала из дома всю грязь, Палач исчезал по утрам, а приходил домой только когда солнце касалось горизонта. Темный Бог, как твой сын вообще еще ноги передвигает?! Мне пришлось приучить себя вставать с рассветом, хотя я и раньше это делала, но теперь вместо того, чтобы бежать в лес за травой, я плелась на кухню и готовила завтрак, чтобы один упрямец мог перекусить перед выходом из дома. Когда это произошло в первый раз, меня смерили таким взглядом, что я чуть не попятилась в попытке спрятаться от урагана, зарождающегося на дне темных глаз.

– Ты правда думаешь, что при моей работе полный желудок лучшая идея?

Таким угрюмым Палача я еще не видела и это пугало, но в тот момент, когда я поняла, что запугивают меня осознанно, тут же бросилась в бой:

– А ты что, – забыв про свое отстраненно-уважительное “вы”, пошла в наступление, – с самого утра будешь секирой размахивать?

– Какого… Кайлин! – мужчина вмиг растерял всю свою грозную уверенность и выглядел ошарашенным. – Да как ты можешь…

– Что? Как я могу проявлять самое обычное беспокойство о здоровье человека? Ну, извини, если ты не привык, что с тобой могут общаться по-человечески, это не моя проблема! За стол!

Кто бы мне рассказал, что я когда-нибудь осмелюсь спорить с самим Палачом Его Величества, а уж тем более воспитывать его – не поверила бы. А, вероятнее всего, и вовсе посоветовала бы обратиться к врачевателю душ. У кого в здравом уме хватило бы смелости, ну или наглости, стоять в дверях кухни и не давать выйти Палачу из комнаты, пока он не поест?

– Напомни мне, почему я решил впустить тебя в свой дом? – тихо, а главное, очень недовольно буркнул Палач, косясь на все еще горячий омлет и несколько тостов, поджидающих Его Упрямство.

– А ты не впускал меня, ты на руках меня сюда принес. Сам. Я не просила!

После трех дней бесконечной уборки скрывать свой характер становилось все тяжелее. Особенно с учетом того, что я видела, в каком состоянии этот мужчина приходит домой. Да его же мотало как былинку на ветру. И если сначала я думала, что причина исключительно в моральном опустошении, потом поняла, что шикарная фигура палача не что иное, как постоянные физические нагрузки, – а секира его это не жалкий засохший сучок, – на голодный желудок. Складывалось впечатление, что он задался целью извести себя как можно быстрее, но как можно незаметнее. Дурак!

Вот с того дня каждое утро у нас шло противостояние: я готовила завтрак, а Палач, с видом будто он делаем мне огромное одолжение, уминал его с огромным аппетитом. Вечерами мы все так же мило беседовали за ужином, а потом шли в малую гостиную, до которой я все еще не добралась с уборкой. Ну, по крайней мере, в этой комнате больше не скапливались грязные тарелки.

Как выяснилось, ближайший выходной должен был случиться через десять дней после того дня, когда я переехала к Палачу, вот только не случилось. Пока я, погруженная в домашние хлопоты и в игру “воспользуйся своей силой в доме палача”, занималась уборкой на втором этаже и постепенно собирала заново коллекцию трав и готовила мази, притирки и настои, Палач с каждым днем все больше смурнел, пока однажды вечером не огорошил новостью:

– Мне нужно уехать в Кселе. Приказ короля.

Это прозвучало так неожиданно, что я чуть не расплескала чай, с которым сидела в моем кресле. Работу Палача мы обычно не обсуждали, точнее сказать, делали все, чтобы он мог забыться дома и не вспоминать о ней. И вот сейчас он впервые сам решил поделиться чем-то, что касалось службы Его Величеству.

– Уехать? – в голове сразу завертелось множество дел, которые я смогу сделать без страха быть пойманной на применении силы, но одновременно с этим в сердце проникла тревога.

– Да, в соседнем городе пятеро осужденных ждут казни. И это…

– Пятеро, – глухим эхом повторила за мужчиной, даже боясь представить, каково ему понимать, что он едет, чтобы убивать.

– Много, да. Поэтому меня не будет дня три, может, больше. Во-первых, еще нужно удостовериться, что они действительно виновны и заслуживают смерти по законам королевства. Во-вторых, если там нет никакой ошибки, все казни в один день не произойдут. Но в любом случае поездка не будет быстрой.

Мы замолчали, и я кожей чувствовала, как по комнате разливается напряжение. Складывалось впечатление, что Палач ждет, когда я вскочу из кресла и с ужасом убегу от него. Вот только я сразу знала, в чьем доме буду жить, на какую работу мужчина уходит каждый день и, как ни странно, ни страха, ни брезгливости так и не появилось. Только вздохнула из-за того, что большая стирка откладывается, а тем временем в прачечной уже заканчивалось место.

– Как это происходит? – вопрос, сорвавшийся с губ, удивил меня едва ли не больше, чем самого Палача.

– Казнь? – на меня так выразительно посмотрели, да еще и выгнув бровь, что я едва сдержалась, чтобы не поежиться. – Не думал, что ты настолько кровожадная.

– Нет, я не про… – подавившись воздухом, возмущенно посмотрела на обескураженного мужчину. – Темный Бог, да что в твоей голове? Если бы я хотела знать, как именно ты казнишь, я бы ходила на публичные казни!

– А ты не ходила?

И снова этот удивленный взгляд. Ну, конечно, чем же еще заниматься одинокой девушке, кроме как развлекаться зрелищем. Тьфу!

– Ты не Палач, знаешь? Индюк ты надутый!

Отвернувшись от мужчины, я особенно громко прихлебнула остывший чай. Всем своим видом и каждым звуком демонстрируя, как меня обидели его слова. В голове не укладывается, назвать меня кровожадной! Палач молчал, кажется, ему тоже было над чем подумать.

– Индюк, надо же, – тихий мужской смешок раздался в гостиной, но я не торопилась поворачиваться, – не думал, что кто-то осмелится так со мной разговаривать. Ты снова удивляешь, Кайлин.

– Вот такая я удивительная дура, – припечатала в ответ, поняв, что обида не утихает, несмотря на извиняющиеся нотки в голосе Палача.

Встав со своего места, я собиралась отнести кружку на кухню, но мне не дали сделать и трех шагов, поймав за руку, когда я проходила мимо кресла Палача.

– Не уходи, Кайлин, – посмотрев в сторону мужчины, я заметила и печальную усмешку, и виноватый взгляд, – я не хотел тебя обидеть, и уж тем более я не хочу, чтобы мы ругались.

– Мы не ругаемся, мы спорим, – фыркнула, пытаясь освободиться от захвата, – а поспорив, я имею полное право обижаться на твердолобого, заносчивого, упрямого…

– Я понял, был неправ, не понял тебя и не оценил поддержку, – я видела, как уголки губ мужчины начали подрагивать, и уже и сама с трудом сдерживала смех, – и я точно заслужил наказание, но только не бросай меня одного. Ммм?

– Что-то мне подсказывает, что в детстве ты был невыносимо хулиганистым ребенком, но наказаний всегда избегал.

– С чего ты это взяла? – Палач лукаво улыбнулся и состроил еще более виноватое выражение лица. – Может, меня просто не за что было ругать?

– Может, и не за что, – пришлось согласиться и с таким вариантом, – но я в это не верю. Отпусти, я хочу налить горячего чая.

Потянув руку, я снова встретила сопротивление, и на этот раз удивленно посмотрела на Палача.

– И принести большой кусок яблочного пирога, да?

– Да ты пользуешься мной?

– Нет, я просто высоко ценю твои кулинарные способности. Ну же, Кайлин, не будь жадиной!

Смех я сдержала с трудом. Палач сейчас действительно выглядел как провинившийся подросток, всеми силами пытающийся избежать наказания. Так и хотелось протянуть руку и взъерошить его темные волосы. Хорошо, что обе руки были заняты, это желание пугало и смущало меня. И я не готова проверять, как на такой порыв отреагировал бы сам Палач.

– Пойдем лучше на кухню, там сможешь съесть целых два куска пирога. А может быть, и вяленого мяса.

– Времеми же уже много, а кушать перед сном вредно. Разве нет?

Несмотря на свои слова, мужчина уже поднялся из кресла, и все еще не выпуская мою руку, сделал шаг в сторону выхода.

– Ну, вы можете тогда обойтись просто кружкой воды и крошечным кусочком пирога, а мне бояться нечего, вес не наберу от одного перекуса перед сном!

– О нет, – уже утягивая меня за собой, возмутился мужчина, – ты не можешь быть настолько жестокой! Снова это “вы”, Кайлин!

– Я готова рассмотреть вашу жалобу, но не раньше, чем вы ответите на мои вопросы!

Пересекая холл, Палач тянул меня за собой и ворчал себе под нос:

– Зря, вот зря женщин не берут в подразделение стражей, что касается пыток, вы куда как более изощренные, а уж в допросной вам и вовсе цены бы не было.

– Предлагаете мне сменить сферу деятельности? Ну так предложите королю, думаю, он оценит вашу инициативу…

Тихо посмеиваясь, я шла за мужчиной, продолжая тонко издеваться над ним.

– Хорошо, твоя взяла, спрашивай, о чем хотела!

Я чуть было не подпрыгнула, хлопая в ладоши от радости. Неужели у меня появился шанс узнать что-то про Палача, что-то, что знает далеко не каждый!

– Как работает твоя сила?

***

На кухне мы удобно устроились за столом. Палач с удовольствием принялся за большой кусок пирога, я без ложной скромности отрезала себе приличный кусок вяленого мяса и соорудила бутерброд. Поздно, не поздно, но когда очень хочется, то просто необходимо! Вместо чая у нас был компот из яблок с добавлением ранних ягод. Почему бы и нет, спать будет слаще. Наверное.

– Почему тебя интересует моя сила? – прожевав, поинтересовался Палач.

– Ты найди человека, кого она не интересует, просто не у всех есть возможность обменять эту информацию на яблочный пирог.

Мужчина оценивающе покосился на выпечку, потом перевел взгляд на меня и тихо хмыкнул:

– Кажется, я продешевил.

– Нет, у тебя же еще и компот есть, – с самым серьезным видом покивала, – но если ты не можешь рассказать, то, конечно…

– Могу, – он тяжело вздохнул, – просто правда не думал, что тебе это может быть интересно.

– И тем не менее.

– Ммм, ну давай попробую объяснить так, чтобы не возникло еще больше вопросов, – мужчина побарабанил пальцами по столу и ненадолго задумался, а мне оставалось только ждать, когда он начнет свой рассказ. – Как ты знаешь, в нашем мире особая сила есть далеко не у каждого.

– Я бы сказала, что ее нет ни у кого.

– Ну, тут ты несправедлива. Как бы кто ни относился к ведьмам, в них магия заложена самой Светлой Богиней.

– А может, Темным Богом, – рискнула я пошутить, но на меня та-ак выразительно посмотрели, что пришлось прикусить язык, – ну, может быть, и нет, конечно.

– Да нет, может, ты, конечно, и права, на самом деле ведь никто не знает, откуда в этих женщинах такая сила, чтобы творить настолько страшные вещи, с которыми мне приходилось столкнуться, но мы ушли от твоего вопроса. Так вот, сила ведьм врожденная, моя же приобретенная. Не буду рассказывать, как и почему происходило принятие магии, главное, что она мне позволяет вызывать секиру и видеть правду. Наверное, это ближе всего из объяснений, что можно подобрать к тому, как работает моя сила.

– То есть ты чувствуешь, когда тебе врут? Ну вот, допустим, я скажу, что люблю по ночам гулять под дождем, и ты сразу поймешь, правда это или ложь?

– Это очаровательная выдумка, до лжи ей далеко, но и к правде она отношения не имеет.

– То есть действительно чувствуешь? – по спине поползли мурашки. Это что же получается, Палач точно знает, как часто я ему… Ну, скажем так, недоговаривала?!

– Нет, Кайлин, в таких мелочах не чувствую, это просто вывод из наблюдений за тобой. Ты слишком любишь спать, чтобы ночью бежать на улицу, как только услышишь звуки дождя.

Сдержаться и не вздохнуть от облегчения мне удалось только чудом, хотя этому чуду немало поспособствовал насмешливый взгляд Палача.

– Хорошо, но что ты тогда имел в виду под ”видеть правду”?

– Я могу применять силу только в одном случае, когда кого-то обвиняют в преступлениях.

– Как тогда в проулке? – вспомнила свое “знакомство” с Палачом.

– Именно, – мужчина кивнул и поднялся, чтобы налить себе еще компота, – тебя обвинили в том, что ты изводишь детей. И мне достаточно было потянуться к своей силе, чтобы увидеть, действительно ли ты это делаешь. Если бы на твоей совести лежала ответственность за такие деяния, то я бы почувствовал, а все остальные, и ты в том числе, увидели бы проявление силы.

– Увидели? – вот это было неожиданно.

– Секира, – Палач внимательно посмотрел мне в глаза, – она не приобретает свой смертоносный вид, если передо мной нет преступника, заслуживающего смерти.

– То есть, – мне пришлось крепко сцепить перед собой руки, – если бы я действительно лишила Джона мужской силы или бы варила яды… Ты мог казнить меня прямо в том проулке?

– Зачем? Для этого у нас есть или главная площадь, когда есть необходимость, чтобы казнь стала показательной, или же задний двор башни стражей. В основном приговоры приводятся в исполнение именно там.

– И..

– И тебя бы я увел в башню, где для начала был бы составлен подробный допрос, чтобы исключить вероятность ошибки. Поверь, Кайлин, никого в королевстве не казнят без уверенности в виновности.

– Подожди, так все дело в самих вопросах?

– В какой-то степени да.

– И если бы тебе тогда сказали бы, что я варю зелья, и собираю ядовитые ягоды, то…

– Да, я увидел бы в этом частичную правду. Хотя я ее и так увидел. Яды ты все же варишь, но узнал я это не в переулке, а на собственной кухне, – Палач улыбнулся и даже имел наглость подмигнуть мне, обмирающей от волнения, – кто бы мог подумать, да, ведьмочка?

– Ты опять?

– А ты каждый раз смешно реагируешь.

Возмущению моему не было предела. Это надо же додуматься дразнить меня моей же сутью и не понимать этого!

– Рада служить личным развлечением для самого Палача.

– Ох, Кайлин, только не обижайся на меня, ты же знаешь…

– Что у тебя отвратительное чувство юмора? Конечно, знаю. Думаю, что рано или поздно стоит познакомить тебя с моим, – прищурившись, окинула мужчину задумчивым взглядом. – Когда ты уезжаешь?

– На днях.

Мысленно прикинув, что с отъездом палача у меня будет время сделать побольше заготовок, довольно потянулась. Ну надо – значит надо, работу никто не отменял. Мою, между прочим, тоже. А стирку мы отложим до возвращения хозяина дома. В конце концов, одна я просто не справлюсь!

– А если твоя сила приобретенная, то у нее есть источник? – решила вернуться к теме его силы.

– Да, источник есть. Но если ты хочешь узнать об этом подробнее, то разговор придется отложить. Слишком длинная будет история.

– Ладно, тогда сейчас я спать, а посуду моет тот, кто на ночь ест сладкое! – легко уступив в этом вопросе, поднялась на ноги и уверенно пошла к выходу из кухни.

Возмущенные реплики у меня за спиной стали причиной появления коварной улыбки на моем лице. А ты как хотел? Чтобы бедняжка Кайлин бесконечно все драила и совсем отказалась от помощи большого и сильного мужчины? Не-ет, так мы точно не договаривались!

Утро прошло как обычно и началось с небольшого спора по поводу завтрака для одного упрямого Палача, а потом я с головой окунулась в работу. Сегодня я наконец-то добралась до библиотеки. Благодаря многочисленным чехлам книги все были в прекрасном состоянии и мне необходимо было только помыть окно, натереть дерево мебели и убрать пыль. Вот только я как-то не подумала о том, что в библиотеке вся мебель деревянная. Поэтому если с пылью я справилась быстро, то с натиркой провозилась до самого вечера, благо ужин я привыкла готовить сразу после завтрака, чтобы освободить себе день, а вечером просто разогреть еду. Запасы моих зелий для уборки стремительно таяли и я сделала мысленную пометку заготовить их как можно больше во время отсутствия Палача.

В конце дня, когда руки, ноги и спина уже гудели от усталости, а желание лечь на кровать было едва ли не единственным, я спустилась вниз и после душа пошла греть наш ужин. По времени Палач как раз должен был появиться дома. Завтра с утра хорошо бы успеть сходить с ним на рынок и закупить продукты, холодный шкаф уже почти опустел и придется снова пережить несколько неприятных мгновений общения с продавцами в торговых рядах. Главное, чтобы Палач смог сходить со мной, ведь одна я пока боюсь выбираться в город.

Поток моих мыслей прервал настойчивый стук в дверь. Который и удивил, и даже напугал меня. Ни разу еще в дом Палача никто не приходил. Уж точно не поднимался на крыльцо и не тарабанил в дверь.

– Кто? – спросила, остановившись недалеко от входа, не торопясь открывать незваному гостю.

– У меня послание для Кайлин Орнато от Палача!

Зычный мужской голос заставил меня вздрогнуть, но сама фраза немного успокоила. Открыв дверь, встретилась взглядом с одним из стражников города. Мужчина с военной выправкой и бесстрастным лицом протянул мне небольшой конверт и, едва заметно кивнув, поспешил убраться восвояси.

Развернув хитро сложенную бумажку, прочитала послание, явно написанное впопыхах:

“Уехал в Кселе”.

– Кажется, в город мне придется идти одной…