Глава 9 · Я тебя закодирую! © Фрея Грин

Дорогой дневник, Тобиаса Бергмана я решила похоронить глубоко в своем сердце. Надеюсь, ты мне в этом поможешь.

Я очень надеялась, что Тобиас внемлет моим словам и прекратит терзать мне душу и сердце. Единственное, что продолжало тяготить — это то, что совсем не поблагодарила его за спасение от тех уродов.

Макс пришел в тот же день и принес мне шикарный букет цветов. Я извинялась так, как не извинялась никогда в жизни, за то, что бросила его, хоть это и не было моей виной. Но ему об это знать было совершенно необязательно. Приближался мой день рождения, и я решила, что это отличный повод начать жизнь с чистого листа. Перечеркнуть всё, что было до и начать строить новое и, надеюсь, светлое будущее. Без всех этих эмоциональных качелей. Да, я решила разделить свою жизнь на до Тобиаса и после.

Снова ушла в работу. Книга, которую нам отдал Максимилиан, была настолько интересной, что затмила собой все остальные. Страница за страницей я погружалась в историю, куда более значимую, чем вся моя жизнь. Особое внимание привлекали заметки на полях, уже на современном языке, которые помогали лучше понять текст.

— Книга всегда принадлежала вашей семье? — как-то спросила у Макса.

— Я точно не знаю, но как-то она у нас оказалась.

— А эти пометки не ты оставил? Благодаря им намного интереснее читать.

— Пометки? — удивился Максимилиан. — Я если честно, боялся ее даже трогать. Она такая ветхая. И всегда хранилась под стеклом у отца в кабинете.

— Ну и ладно. В любом случае, спасибо тому, кто это сделал!

Очередное свидание с Максимилианом проходило просто безупречно. Я попросила его больше не водить меня в слишком людные места. Мой дневник уже был полон счастливых моментов, которые почти каждый день дарил Макс. А я начала немного изнывать от того, что свидания завершались лишь поцелуями.

— Фрея, со мной что-то не так? Почему он медлит⁈

— А ты как себя вообще чувствуешь после… — аккуратно спросила подруга.

— За это вообще не переживай! И перестань об этом напоминать. На самом деле, мне кажется, что Тобиас со мной что-то сделал, потому что я правда… — я попыталась подобрать слова. — Я не чувствую себя жертвой или что-то в этом роде. Он же мог промыть мне мозги?

Фрея недовольно поджала губы, но промолчала.

— Ладно. Я не хочу больше о нем говорить. Что насчет Макса?

Фрея задумалась.

— Может, он импотент?

— Фрея!

— Ну а что? Я не вижу другой причины. Или ждет, что ты сделаешь первый шаг.

— Надоело делать первый шаг.

— А как он должен понять, что ты готова к безумной и страстной ночи с ним?

— И как ты предлагаешь это сделать? Подойти и сказать: «Максимилиан, я так хочу тебя. Возьми меня». — Театрально изобразила свои слова, заливаясь после смехом. — Да я со стыда сгорю!

— Раньше тебя это совершенно не смущало.

— Старой Октавии больше нет. Если только милая и скромная Октавия Ленар. Максимилиан заслуживает самого лучшего.

— Ну так покажи ему лучшую часть себя, — Фрея указательным пальцем показала себе между ног, у меня от смеха уже болел живот.

— Помоги. Нормальным советом! — сложила руки в мольбе.

— Пригласи его на ужин к себе домой, порази его домашней немагической кухней.

Фрея как всегда была на высоте. Решение было прямо на поверхности. И как я об этом не подумала?

— Ты гений, любовь моя!

Фрея сложила пальцы сердечком, и я ответила ей тем же, посылая вдогонку море воздушных поцелуйчиков.

— Как дела у Грега? — я поиграла бровями, ожидая подробностей.

— Нормально у него дела, — недовольно выплюнула Фрея. — Снова уехал куда-то на север.

— Скучаешь?

— Знаешь, — подруга тяжело вздохнула, — я от него порой устаю. Он как пиявка.

— Высасывает из тебя все соки?

— Ага. Соки у меня между ног.

Мои уши запылали от смущения. Фрея как обычно была откровенна в выражениях.

— И почему я до сих пор не могу это слушать?

Моя фантазия бежала вперед паровоза, в голове уже нарисовалась картина того, как Грег и Фрея развлекаются в постели.

— Что естественно, то небезобразно. Надеюсь, что и твоего сочку скоро испробуют.

— Перестань, пожалуйста. Ты меня убиваешь.

Фрея захохотала во весь голос, продолжая меня смущать.

— Вы приедете на мой день рождения? — спросила в конце разговора.

— Ой, милая, обещать пока не могу. С Грегом вообще всё сложно, а я очень занята в магазине. Но я постараюсь!

Через силу улыбнулась, потому что Тина и Ваня тоже ничего внятного не ответили и это меня сильно печалило. Но признаться не поворачивался язык. Мы взрослые люди и у всех свои заботы.

— Скажи, как будешь знать точно.

— Конечно, милая. Давай, беги звать Макса в свой свинарник, удиви его.

— Фрея!

— В комнате убиралась всегда я. Вот мне и обидно, что для него-то ты постараешься и устроишь операционную. Ты же его заманить хочешь, а не отпугнуть.

— Всё-то ты знаешь, — сморщила нос, как будто завоняло, показывая Фрее, какая она противная порой. — Целую. Пока.

Коннектор потух. Я оглядела свою квартирку, намереваясь очистить тут каждый угол, потому как всё выглядело плачевно.

«Но сначала пригласи Макса!» — напомнило подсознание.

«Точно!»

Звонить ему не стала, боясь, что не смогу произнести и слова. Решила написать сообщение: «Макс, если ты свободен сегодня вечером, не хочешь поужинать у меня?» Долго смотрела на коннектор, но в итоге отправила. Не успела моргнуть, как на прозрачном камне зияло: «С превеликим удовольствием».

Заулыбалась, прижимая камешек к груди, затрясла ногами вверх-вниз как перевернувшийся таракан.

«Смотри не кончи от радости! Дождись Макса!» — подсознание уже настроилось на нужные мысли.

— Максимилиан, сегодня вечером ты станешь полностью моим!

Шуршала по дому и на кухне, пропотела вся насквозь, но, оценив плоды своего труда, осталась более, чем довольна. Мои полы давно забыли мокрые ласки швабры, а пыль уже стала предметом интерьера, придающим моей берлоге особый свинячий шарм. Я сама испекла хлеб, добыла на рынке самую свежую говядину, тушила ее просто миллион часов, чтобы добиться идеальной мягкости. На гарнир решила подать пасту орзо — не банально и как по мне, очень вкусно. Еще салат из свежих овощей с соленым сыром и травами и дело в шляпе.

Не забыла также охладить до правильной температуры любимое вино Макса. Осталось только себя в порядок привести. Но я что-то так нервничала, что решила закинуться парочкой бокалов для храбрости.

«Не напейся до его прихода!» — ругало подсознание, но во рту уже ощущался терпкий вкус винограда.

«Не боись. Бокал туда, бокал сюда».

«Ничему тебя жизнь не учит!»

Приняла душ, намывая себя тщательно во всех доступных и недоступных местах. Побрилась так, что кожа скрипела. Нанесла на тело один из кремов, что мне прислала Фрея не так давно, с ароматом кокоса и шоколада, чтобы пахнуть повкуснее, ведь на десерт я готовлю Максимилиану себя.

Облачилась в то самое красное платье, в котором была на ужине с Тобиасом, за неимением ничего более сексуального. От мысли о нем всю передернуло, налила себе еще бокальчик, чтобы сбить наваждение.

«Вместо того, чтобы снова напиваться при мысли о Тобиасе, лучше бы как с Леоном и Заком приняла факт его существования. Как не очень приятный эпизод твоей жизни!»

Подсознание было слишком громким. Выпила вино залпом, чувствуя как начинает кружиться голова от крепости.

— А я ведь за весь день и крошки не съела…

Аккуратный стук в дверь. Испуганно вскочила с кресла, ища, куда сныкать початую бутылку. То, что от меня уже вероятно несло, как от алкашки на три километра, я решила проигнорировать. Открыла дверь, а там он — Максимилиан. Мне стало совершенно плевать на ужин, который ждал нас на столе и который я много часов готовила. Увидев Макса, у меня случилось помутнение рассудка. Мной стало управлять то, что у меня между ног и вино.

«Да у тебя по жизни помутнение…» — подсознание уже и не ожидало, что я отреагирую. Ворчало где-то на задворках.

Набросилась на Максимилиана Бергмана прямо с порога, не дав ему даже поздороваться. Втащила в квартиру за галстук, незамедлительно соединяя наши губы в поцелуе.

— Вит…

— Тихо, — приказала ему замолчать, и дождалась ответной нежности.

Я готова была съесть его всего, особенно уши. Наконец, я могла их укусить. Все эти милости и свиданки, бесспорно, прекрасны, и сам он весь такой сугубо положительный, что аж тошно порой, но мы взрослые люди, которым нужен секс. Во всяком случае мне. И терпеть больше я не могла.

Макс явно не ожидал такого напора с моей стороны, потому что даже в такой момент будто бы боялся перейти черту.

— Хочу тебя, — шепотом произнесла, кусая его за мочку уха и переходя поцелуями к шее, пальцы уже расстегивали пуговицы на его рубашке.

Мои слова явно произвели положительный эффект, потому что на ягодицы легли его руки и сжали их. Не сдержала стона, хотя он толком ничего и не сделал. Но я уже столько себе успела нафантазировать, пока ждала его, что многого мне было и не надо. Потянула его в сторону спальни.

— Иди за мной, — от возбуждения перед глазами уже плыло.

Я вела его за галстук как пса за поводок, заигрывающе виляя бедрами. От каждого шага платье задиралось выше, оголяя ноги. Кажется Макс настолько был в шоке, что не говорил ни слова, лишь тяжело дышал и поддавался всем моим действиям. Толкнула его на кровать и забралась верхом, расправляясь с оставшимися пуговицами, а следом разобралась и с ремнем его брюк. Под рубашкой скрывалось подтянутое мужское тело.

— Тебе не кажется, что мы торо…

Пальцами коснулась его губ, у него было очень сексуальное выражение лица. Лицо человека, который не против, чтобы его растерзали.

— Ты же не думал, что я позвала тебя просто так? — хищно улыбнулась и снова поцеловала Макса.

Его руки сомкнулись в замок на моей спине. Он перевернул меня на спину, оказавшись сверху. Пылающие и мягкие губы впились в мою шею, заставляя растекаться лужицей по кровати. Сначала он снял одну лямку платья, затем — вторую, оголил мою грудь и прильнул к ней в страстном порыве, сжимая пальцами. Я выгнулась от удовольствия и задрала низ платья, призывая его к более активным действиям. Обнаружив тот маленький факт, что я без белья, я прочитала на лице Максимилиана приятное удивление.

— Жарко было, пока готовила, — пошутила, запуская руку ему в штаны и радуясь тому, что нашла там недвусмысленный отклик.

Приспустила штаны Макса, уже изнывая от ожидания близости, но он придержал мои руки, шепча: «Не торопись».

«Да куда ж тут не торопиться!»

Я вся горела от желания. Между моих ног был настоящий пожар или, скорее, водопад.

Пальцы Макса изучали моё тело, он опускался ими всё ниже и ниже.

— Ты такая красивая… — низко прошептал он и я закусила губу, чтобы не спугнуть его своей нетерпеливостью. Его грудь тяжело вздымалась.

Макс начал целовать меня, идя по пути, нарисованному его пальцами, пока не оказался передо мной на коленях.

«Фрея, кажется провидицей была ты, а не я.»

Язык Макса коснулся меня, заставляя меня дернуться. Ноги согнулись, поддаваясь его движениям и обхватили спину.

«Напишите на моем надгробии, что я умерла от эсктаза!» — только такие мысли крутились в голове.

Он творил со мной что-то невероятное, потолок ходил ходуном, хватала пальцами простыни, все мышцы сокращались разом.

А потом темнота. Я провалилась в забытие. Я открыла глаза, когда солнце светило своими отвратными лучами прямо в мозг. Моя голова готова была взорваться. Я была в своей кровати, в пижаме, даже в трусах.

— Мне всё приснилось что ли? — спросила у своего отражения в зеркале.

Собралась с силами и поползла из спальни в кухню. На столе ничего, кроме стакана с водой и таблетки поверх записки, на которой красивым каллиграфическим почерком написано: «Выпей. Тебе станет легче. Прости, не смог остаться до утра. Макс».

«Все-таки не приснилось. Но что вообще произошло?»

«Кажется, мы уснули. А я говорила тебе много не пить!»

Из меня вырвались все известные и неизвестные бранные слова. Хуже ситуации и придумать было невозможно!

Написала Максу сообщение. Долго думала, что именно написать, переписывала несколько раз. В итоге отправила короткое «прости».

«Тебе лучше?» — спрашивал Макс в ответ.

«Да, спасибо. Мне так стыдно,» — мне хотелось провалиться под землю.

«Всё в порядке».

«Прости, пожалуйста. Как я могу загладить свою вину?»

«Вита, не переживай. Всякое бывает. Я сейчас очень занят. Напишу позже».

Выглядело так, будто меня отшили. Да я и сама бы себя послала куда подальше после такого. Но это же Макс, он слишком вежливый и добрый. Он скорее сделал бы так, чтобы наше общение сошло на нет естественным образом.

Набрала трясущимися руками Фрею.

— Ну и как поживает наша секс-тигрица? — весело спросила подруга.

— Секс-тигрица конкретно облажалась.

Фрея выжидала моего рассказа.

— Кажется, я вчера перебрала и заснула пока он, пока мы…

— Уснула во время секса с Максом? — Я прямо ощутила удар, хоть Фрея и не была рядом. — Ты вообще что ли там берега попутала, Вита?

— Я не знаю, как так вышло. Он пришел, мы целовались, потом пошли в спальню и дальше темнота. А утром я очнулась уже одетая. Прикинь, он меня переодел, и убрал еще еду со стола.

— Ответь мне честно, Октавия Ленар, ты вчера напилась? Потому что судя по твоему внешнему виду, даже спрашивать не надо.

Я согласно кивнула, закрыв глаза.

— Я в шоке, — Фрея провела ладонью по своему красивому лицу и тяжело вздохнула: — Я тебя закодирую. Есть у меня одно средство. На алкоголь вообще никогда больше не то что смотреть не будешь, а даже рядом стоять не сможешь.

— Прости.

— У меня то за что просишь прощения? Смешная, — Фрея хмыкнула.

— Что мне делать?

— Снимать трусы и бегать, блин. Исправлять свою ошибку. И больше чтобы ни капли в рот, поняла меня⁈

Отключила коннектор, не в силах выносить правду. Фрея мне не сильно помогла, но хотя бы разделила со мной этот позор. Одна я бы точно не вынесла этого.

«И что мы будем делать?» — интересовалось подсознание.

«Придется придумать какой-то план».

Но всю ближайшую неделю Макс был очень занят, или делал вид, что занят. Что еще хуже для меня. Даже работа не помогала отвлечься, а на календаре уже маячил мой день рождения, на который я даже не успела его пригласить.

— Чего кислая такая? — спросила Кассандра, когда вернулась с очередной экспедиции.

— Скоро мой день рождения, но кажется, никто не сможет прийти.

— Ой, и не переживай вообще. Нет ничего лучше посвятить этот день себе любимой.

— Я хотела отметить с друзьями и… — я замялась и смущенно отвела взгляд.

— У-у-у. Смотрю у кого-то появился мужчина. И кто он?

Мне до сих пор было тяжело называть Макса моим мужчиной, ведь у нас даже секса не было. А еще Кассандра была сестрой Леона, этот факт не способствовал возможности быть с ней откровенной.

— Ладно. Не хочешь — не говори, — Кассандра тряхнула головой, поправляя свои волосы. — Я вот не люблю отмечать день рождения. Я так устала от всех и вся, что просто каждый год беру выходной и устраиваю себе свидание с самой собой. Выбираю место, покупаю цветы, ужинаю в хорошем ресторане. Ну а там, если повезет, да утащу кого-нибудь под бочок. Если силы останутся, — Кассандра так громко засмеялась, что поняла, что ни разу и не слышала, как она смеется.

— Звучит довольно неплохо, — улыбнулась, заражаясь её весельем. — Возьму на заметку.

— Пользуйся на здоровье. Если вдруг так сделаешь, то расскажешь через месяца два, как прошло.

— Ты опять уезжаешь? Куда теперь?

— В тундру. С пустыней закончили, теперь мы хотим копать снег и колоть лёд.

— Звучит… холодно.

— Даже думать пока не хочу. А ты не кисни, — подмигнула Кассандра и опять удалилась своей кошачьей походкой.

Вопрос с Максом оставался открытым.

«Великий Магистр, ну за что мне весь этот геморрой?»