2.15.1

В кабинете повисла тишина. Она была липкой. Густой. И тяжёлой. Она давила мне на виски, наполняя тело тревогой.

Мне казалось, что предательски сильные удары моего сердца слышны всем присутствующим. Что эти глухие звуки выдают меня с головой.

Я невольно пошатнулась, но, отступив ещё на один маленький шаг, взяла себя в руки. К счастью, ни король, ни принц не смотрели в мою сторону, и у меня было время не только перевести дух, но и подавить внутреннюю панику.

Братья в упор глядели друг на друга и молчали. Казалось, что между ними идёт безмолвный диалог. Тишина растягивалась в мучительном ожидании того, кто осмелится её разорвать.

— Матушку ты берёшь на себя. И сделаешь так, чтобы она близко не подходила к Элен, — наконец сказал принц, и его голос прозвучал жёстко и надменно.

Я с удивлением покосилась на Его Высочество, не понимая, причём здесь я.

— Хорошо, — услышала невозмутимый голос короля, но на него посмотреть так и не решилась.

Не успела я опустить глаза, как принц развернулся. Взгляд его был суров, но сразу же смягчился, стоило нашим глазам встретиться. Он поспешно подошёл ко мне, закрывая от короля, и взял за локоть.

— Пойдём, — сказал принц, твёрдой рукой разворачивая к выходу.

Только оказавшись за порогом кабинета, я почувствовала внутри нервную дрожь.

— Дыши, — тихо сказал принц, так и не выпуская меня из своих рук.

Мы шли достаточно быстро по пустым магическим коридорам дворца, и только в середине пути я поняла, что принц подстроился под мой шаг. Шёл плечом к плечу со мной, а если быть точнее, закрывал меня своим телом, силой и магией. Скорее всего, если бы мы пошли обычным путём, никто из придворных не заметил бы, кто именно идёт рядом с принцем. Во всяком случае, именно такое чувство у меня сложилось, когда я испытала магическую мощь Его Высочества. Он как будто стал щитом между мной и миром.

«Нет, нет, — принялась мысленно убеждать себя, — ты выдумываешь! Всё это ничего не значит».

— Не накручивай себя до того, пока мы не поговорим, — раздался тихий голос принца, и я вздрогнула. — Не придумывай лишнего, хорошо?

— Хорошо, — выдохнула я чуть слышно.

Его Высочество в ответ чуть сжал мой локоть.

Я честно пыталась не думать, но выходило у меня плохо. К счастью, мы довольно быстро дошли до апартаментов Лоренцо.

В гостиной никого не было, что не удивительно для этого часа.

Принц подвёл меня к креслу и настойчиво надавил на плечи, заставляя сесть.

Сам он опустился рядом со мной на одно колено, совершенно так же, как в тренировочной комнате в конце последнего урока.

— Встаньте, Ваше Высочество, вдруг кто зайдёт, — переполошилась я и попыталась встать с кресла, но он удержал меня.

— Кассиан, — мягко сказал он, пристально глядя мне в глаза.

— Что? — с недоумением переспросила я.

— Кассиан, — повторил он и слегка улыбнулся. — Мне будет приятно, если ты начнёшь называть меня по имени. Хотя бы когда мы вдвоём.

— Как я могу, — прошептала в ответ и отвела глаза. — Вы — принц, а я…

— Моя невеста, — усмехнулся принц, и от этой усмешки у меня так сильно заболело в груди, что я неожиданно всхлипнула.

Его Высочество осторожно прикоснулся кончиками пальцев к моему лицу и за подбородок нежно повернул мою голову, чтобы я посмотрела ему в глаза.

— То, что сказал Таддеус, это политический манёвр, — начал говорить он, но голос его был мягкий и бархатистый. — Ты это понимаешь? Он поступил с нами жестоко, но он король, а мы его подданные. Даже я.

От его слов мне стало тяжело дышать. Настолько тяжело, что я приоткрыла рот, чтобы вдохнуть побольше воздуха, но от жара в гостиной мои губы мгновенно пересохли.

Взгляд принца скользнул по моему лицу, и он медленно провёл большим пальцем по моей нижней губе, сминая её. А после этого снова посмотрел в глаза. От его взгляда мне стало неуютно, и одновременно, мне хотелось, чтобы он продолжал смотреть на меня так: алчно, пронзительно, красноречиво.

— Я… — начал говорить он, и моё сердце совершило кульбит, — понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

«Нет, Ваше Высочество! Вы даже представить не можете, что именно я сейчас чувствую», — хотелось крикнуть мне, но я только сухо сглотнула.

— Ощущение, что земля уходит из-под ног. В голове крутятся мысли, что тобой играют, — он говорил тихо, и от нежности его голоса, от его близости у меня колени сводило в нервной дрожи. — Я не могу изменить то, что уже сказано. Но могу дать тебе один выбор и… — он помолчал и чуть повёл шеей, — и одно обещание.

Принц отпустил мою голову. Положил руки на подлокотник кресла, в котором я сидела и, неожиданно для меня, расслабленно выдохнул.

— Нет, — он покачал головой и так обезоруживающе улыбнулся, что мне захотелось протереть глаза. — Я не могу дать тебе выбор. Не могу позволить тебе сказать «нет», потому что хочу, чтобы ты была рядом. Чтобы мы были вместе.

Он сделал паузу, продолжая вглядываться мне в глаза.

— И я хочу, чтобы то, о чём объявил король, стало правдой. Я сделаю всё…

Он медленно встал и теперь нависал надо мной, упираясь уже двумя руками в подлокотники кресла.

— И это моё обещание, — его лицо было так близко, что мне пришлось отклониться, вжаться спиной в бархатную обивку кресла. Его дыхание опаляло. Его руки запирали. Его словам невозможно было поверить и, вместе с тем, очень хотелось. — Я сделаю всё, чтобы твоё «да» было искренним и полным любви. Ко мне.

Он склонился ещё ниже и коснулся губами моей щеки. Невесомо, как дуновение ветра, но мой мир перевернулся с ног на голову. Сердце рвалось из груди, бешеным стуком отдаваясь в виски, уши, горло, в каждый кончик пальцев.

Руки онемели, потеряв всякую связь с телом, которое внезапно оказалось сотканным из одного огненного ощущения — прикосновения его губ.

Принц чуть отстранился.

— Я обещаю, — прошептал он мне прямо в губы и накрыл их своими.

Он коснулся мягким поцелуем сначала верхней, потом нижней губы. Невесомо проник языком внутрь, отчего я покрылась сладкой дрожью и мурашками. Обнял меня одной рукой и углубил поцелуй, заявляя о себе, помечая, показывая, что имеет право, и я… ответила.

Время сжалось. И тут же распалось на тысячу бесконечных мгновений.

В одном — шелковистый жар, разливающийся по всему телу.

В другом мгновении — его рука на моей талии, что удерживала в этом безумии, не давая уплыть.

В третьем — мой тихий, сдавленный стон, вырвавшийся из самого сердца. Никогда в своей жизни я не испытывала таких ощущений. Никогда моё тело не плавилось в мужских объятиях и не просило большего, чем поцелуй. Никогда! Никогда… до сегодняшнего момента.