2.1.3

Его Высочество принц Кассиан

О том, что Освальд предлагает своим клиентам надеть артефакт, я знал. Обычная практика у этого адвоката. Большинство законников довольствуются простыми магическими договорами, но только не Клермонт.

Во многом именно благодаря своим браслетам он выигрывал большую часть судебных дел. Артефакт только выглядел изящной безделушкой, а на самом деле это был знак. Сигнал, который подавал Клэрмонт: «Этот человек под моей защитой».

Впрочем, была у него ещё одна особенность. Я знал об этой детали, потому что в своё время он запросил у меня разрешение на использование необычной разработки, и я одобрил.

Браслет-артефакт реагировал на сильные эмоции. Страх, ярость, восторг — стоило браслету уловить эмоциональные перепады клиента, как он подавал сигнал Клэрмонту и начинал записывать всё, что происходило вокруг. Освальд рассказывал, что этот артефакт пару раз спасал жизнь его клиентам.

И всё же, когда я увидел браслет на изящном запястье Элен, меня покоробила мысль, что она приняла амулет защиты от кого-то другого. Не от меня.

Она мой личный секретарь и находится под моей защитой. Сегодня ночью я был вынужден признаться самому себе, что эта хрупкая, но сильная девушка мне дорога.

Как помощница.

Неожиданно я понял, что доверяю ей, хотя весь мой опыт говорит, что женщинам доверять нельзя. При дворе женщины самые ненадёжные союзники и самые изощрённые враги.

Но Элен была совсем другой, как бы банально это ни звучало. Мне хотелось ей верить, С самого начала. И я раз за разом устраивал ей проверки, пытался подловить на лжи и несостыковках, уверял себя, что у неё просто другая тактика, а цель всё та же — заполучить влиятельного мужчину.

Но она стойко проходила проверки и была искренней, даже ошибаясь.

И вот теперь я смотрел на браслет адвоката, и мне хотелось его снять. Совершенно не задумываясь о причинах своего порыва, я скрыл артефакт, накинув на него полог невидимости.

Касаясь нежной кожи случайными прикосновениями, я захотел скользнуть пальцами выше к локтю, задрать рукав платья и обнажить плечо. Обхватить за талию и прижать к себе. Насладиться. Сорвать и этот цветок тоже.

Но я только слегка прижал подушечки пальцев к пульсирующей венке на тонком запястье, чтобы почувствовать её дрожь. Её сладкий трепет погрел моё самолюбие, я чуть заметно улыбнулся, ещё раз погладив большим пальцем хрупкую косточку…

И скрылся за дверью своего кабинета.

Здесь, в тишине, разрываемой только звуком моих шагов, я подумал: как жаль, что Элен не опытная придворная леди. Что она не готова, ради привилегий и королевской милости…

А впрочем…

Я подошёл к своему столу, опёрся бедром и скрестил руки на груди. Шторы были уже раздвинуты, и солнечный осенний свет дарил последние тёплые лучи. Ковёр из разноцветных листьев уже покрывал королевские лужайки, и садовники с раннего утра приводили парк в порядок.

«А впрочем… — подумал я, глядя остановившимся взглядом в низкое небо. — Женщин в королевстве много, а отличных секретарей — единицы».

— Ты размяк, Кассиан, — тихо сказал самому себе.

Усмехнулся. Сел за стол и громко хлопнул в ладоши, пробуждая от магического сна своих верных помощниц. Кабинет сразу же наполнился привычными звуками: шелестом свитков, хлопаньем крыльев и тихим скрипом древних шкафов.

— Работаем! — сказал громко и притянул к себе кристалл связи.

Над ним сразу же возникло сосредоточенное лицо Вороновского.

— Что там наш счастливчик? Узнал что-нибудь?

— Да уж болтает так, что я заткнуть его не могу, — недовольно парировал Адриан. — Да вот толку мало. Зачем мне знать, как часто меняют исподнее наши фрейлины или в каких именно сундуках они хранят подаренные украшения. Весьма ценная информация, конечно, но мне она не помогает.

— Что было в еде ты так и не выяснил, да?

Адриан покосился на меня, поджал губы и нахмурился ещё больше. Потом резко выдохнул. С силой растёр лицо обеими ладонями и встряхнулся, как пёс.

— Я ж не ведьма, — устало и как-то обречённо наконец-то сказал он. — Я маг. Сильный маг, да только что в кофе, что в позднем ужине, что принесли вашей девочке, ведьминские проклятия. А это, как мы все прекрасно знаем: другое. И ведьм в штате у нас нет.

— Упущение, — бесстрастно прокомментировал я, — что будешь делать?

— Упущение, — удручённо согласился Вороновский, — но ведьмы не стремятся с нами работать, а те, кто вообще готов жить во дворце или столице…

— Идут во фрейлины к матушке или удачно выходят замуж, — усмехнулся я, вспомнив жену Верховного стража, — знаю. И всё же? Раньше вы как-то справлялись?

— Раньше нас целительницы выручали и те же самые фрейлины, а здесь тёмные заклятия. Есть у меня, конечно, на примете одна ведьма, — ещё тяжелее вздохнул Вороновский, — как бы только её из глуши вытащить.

— Делай что хочешь, но вечером у меня должен быть результат, — отрезал я и после паузы добавил: — и, Адриан… Элен — леди секретарь, а не «моя девочка».

— Как скажете, Ваше Высочество, — ответил Вороновский, отчаянно зевая.

Я выключил кристалл связи и задумался.

Проводив Элен в мастерскую к Лоренцо, я направил одного из Стражей за её вещами. Признаться, я не думал, что матушка что-то предпримет против моей… помощницы. Но внутреннее чутьё требовало не оставлять Элен одну.

Страж, помимо её саквояжа, привёл ещё и одного из молодых слуг матушки. Смазливый юноша принёс поздний ужин от Его Высочества. То есть от меня. И очень удивился, когда дверь ему открыла не молоденькая девушка, а сильный и мощный Страж.

Слуга не сопротивлялся и попал прямиком к Вороновскому, которого пришлось вытаскивать из постели. Вот только как именно должны были подействовать на Элен заклятия, спрятанные в еде, он не знал.

Я откинулся на спинку стула и уставился в высокий потолок.

— Мотив, — пробормотал я и потёр пальцами переносицу, — мне всё ещё непонятен мотив.