10.1

В приемную вошел принц. Он оглядел меня и скривился.

— Элен, зайди ко мне, — бросил недовольно и скрылся за дверью.

— Скажи ему, — с нажимом произнесла Стрелка.

Я раздражённо дёрнула плечом, поправила волосы и пошла в кабинет к Его Высочеству.

Нет… не то чтобы я собиралась скрывать, что кто-то зло подшутил со мной. Ну… просто… я хотела сначала обсудить этот вопрос с Софи. Кто лучше помощницы Верховного стража скажет, как поступать в подобных ситуациях?

А ещё мне было стыдно. И не хотелось выглядеть перед Его Высочеством бестолковой куклой, которая не может запомнить элементарных правил. Поэтому, заходя в кабинет принца, я решила, что сначала всё же поговорю с Софи. Может быть, ему вообще рассказывать не придётся.

Дверь закрылась с тихим щелчком, отсекая нас от внешнего мира. В кабинете было холодно и сегодня как-то безжизненно. Не шуршали бумаги, птички не носились под потолком, тяжёлые портьеры закрывали часть высокого окна.

Я внутренне собралась, готовая к работе, но первые же слова принца выбили меня настолько, что мир на секунду поплыл перед глазами.

Всё моё собранное, деловое «я» рассыпалось в прах, оставив вместо себя оглушённую, почти детскую обиду. Это было так неожиданно и так несправедливо, что я растерялась, чувствуя лишь комок в груди.

Слова «плакать в своей комнате» ударили в самое незащищённое место. Он, конечно же, не мог знать. Не мог знать, что очень давно я запретила себе плакать, решив, что это жалость. А я себя жалеть не собиралась и другим никогда не позволяла.

И сейчас, когда вместо делового разговора, я получила укор, почва ушла из-под ног. А когда Его Высочество сказал, что подпись на прошении о разводе стояла моя, ощутила внутри ледяную пустоту и горький комок, застрявший в горле.

— Мне не нужен был развод, — с трудом проталкивая слова, проговорила я. — Он лишил меня всего… выставил из моего дома… в трущобы с мизерным содержанием. И всё для того, чтобы таскать своих…

Я перевела дыхание, стараясь успокоиться, но у меня очень плохо получалось.

— Своих женщин по дорогим ресторанам, — сквозь зубы всё же сказала я.

Как же я разозлилась!

Я не смотрела на принца. Не могла. Во мне клокотала такая злость, что, казалось, ещё мгновение и я выплесну на него всю свою горечь. Я спрятала руки за спину и сжала пальцы в замок. Почему-то именно этот простой и подлый обман Вольдемара особенно сильно ударил по мне.

— Но подождите, — я подняла голову и посмотрела на принца, — подождите… значит, он… заранее… То есть практически после нашей свадьбы получил от меня бумагу с подписью. Ведь потом… — горло моё всё же перехватило, и я ответила шёпотом, — я уже ничего не подписывала.

Принц слушал мою сбивчивую речь не прерывая. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но в глубине глаз, мне показалось, мелькнула тень сочувствия. Или мне просто хотелось, чтобы она там была. Уголки его губ дрогнули, но я так и не поняла, собирался он усмехнуться или раздражённо вздохнуть.

— Вызови ко мне редактора «Королевского сплетника», Элен, — отдал он приказ и повернулся спиной.

Я кивнула, закусив губу, и тут же вспомнила, как он рявкнул, требуя прекратить их терзать.

«Ладно», — мысленно сдалась я, хотя не понимала, перед чем именно и выскользнула из кабинета.

Закрыла дверь. Обессиленно прижалась к ней спиной. Перевела дыхание и тяжело вздохнула, надув щёки.

— Сказала? — сразу же атаковала меня Стрелка.

— Что? — не сразу поняла я и нахмурилась.

— Про кофе! — недовольно буркнула птичка.

— А… кофе… — протянула я, усаживаясь за рабочий стол и вынимая из ящика кристалл связи.

Я поставила его перед собой и сосредоточилась.

— Главный редактор газеты «Королевский сплетник», — произнесла я, вглядываясь в прозрачную поверхность.

Сначала он помутнел, потом некоторое время ничего не происходило, но, когда я уже отчаялась ждать, над кристаллом появилось лицо.

Презрительно сжатые губы, тонкие пренебрежительно поднятые брови, высокомерный взгляд холодных глаз. Каштановые волосы, убранные в сложную причёску.

Главный редактор смотрела на меня так, словно я была грязью под её идеально отточенными ногтями.

— Леди Лерхенфельд, — тем не менее медовым голосом произнесла она, — какими судьбами. Вот уж не думала, что вы захотите связаться именно со мной. Чего желаете? Опровержения? Или, может быть, хотите дать ответное интервью? Моё издание всегда за диалог.

— Светлого утра, — поздоровалась я ровным голосом и только сейчас поняла, что не знаю, как её зовут. Но узнавать было поздно, поэтому я продолжила, как ни в чём не бывало, — меня зовут Элен Лерхенфельд, я личный секретарь Его Высочества. Принц Кассиан вызывает вас к себе.

Женщина сильнее сжала и без того тонкие губы, и я с удовольствием добавила:

— Срочно.

— Зачем Его Высочеству меня вызывать? Ещё и через временную секретаршу? — от медоточивости её голоса не осталось ни следа. — Ты там ненадолго, милочка! Не задирай нос, покарябаешь!

— Мне передать Его Высочеству, что вы не придёте? — спокойно уточнила я.

Я пропустила мимо ушей её слова и сделала вид, что записываю.

— Что значит не приду? Приду! — рявкнула редактор и отключилась.

А я впервые за это утро улыбнулась.

— Кофе! — пискнула над ухом птичка.

— Софи! — тут же вспомнила я и хлопнула по столу ладонью. — И мне нужен адвокат. Срочно!