Глава 50

Мы вышли из кондитерской, и я снова взяла Джефри под руку. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие золотисто-розовые тона. Воскресная прогулка удалась: мы изображали влюбленную пару так убедительно, что несколько достопочтенных дам, встретившихся нам на пути, кивали с одобрительными улыбками.

- Кажется, нас приняли за настоящих романтиков, - усмехнулся Джефри, когда мы проходили мимо лодочной станции.

- А мы и есть настоящие романтики, - парировала я, глядя на безупречную гладь городского пруда, где отражалось закатное небо.

Мы решили покататься на лодочке – классический жест для воскресного свидания. Джефри помог мне сесть в маленькую деревянную посудину, оттолкнулся от берега, и мы поплыли по гладкой зеркальной поверхности водоема. Вёсла мерно опускались в воду, поднимая брызги, которые сверкали в лучах заходящего солнца.

- Господин следователь, позвольте уточнить, долго нам ещё придется изображать влюбленную пару? – с лукавой улыбкой я обратилась к лже-жениху.

- Тебя это так напрягает, Катрин? – спросил он, задумчиво глядя на меня.

- Наоборот, - парировала я, любуясь работой его мышц под тесным сюртуком. – Боюсь влюбиться в тебя по-настоящему.

Лартон нервно закашлялся и когда замолчал, я поняла, что задела его за живое.

- Ладно, не грузись, - решила я смилостивиться над ним. – Я сумею взять себя в руки. Тебе нечего опасаться.

Джефри улыбнулся и надолго «ушёл в себя».

Мы проплыли круг, потом ещё полкруга. Солнце уже почти село, когда я сказала:

- Пора возвращаться. Темнеет.

- Давай срежем путь, - предложил он, когда мы причалили к берегу. – Через боковую аллею и полянку. Так быстрее доберемся до твоего дома.

- Тогда веди нас, ты знаешь этот парк лучше меня.

- Я здесь вырос, - усмехнулся следователь, - и с мальчишками мы облазили каждый куст.

Мы сошли с главной дорожки и углубились в лес. Здесь было тихо и сумрачно: ветви старых дубов переплетались над головой, создавая зелёный свод.

Поляна открылась внезапно – залитая последними лучами заходящего солнца, усыпанная весенними цветами. Она выглядела такой безмятежной, что я на мгновение забыла обо всех тревогах этого дня.

- Очень красиво! – сказала я вслух, с восторгом оглядываясь по сторонам

- Я знал, что тебе понравится, - Джефри на секунду остановился рядом, с нежной улыбкой наблюдая за моей персоной.

Мы успели сделать несколько шагов по открытому пространству, как вдруг раздался выстрел.

Я услышала свист пули, пролетевшей так близко, что ощутила движение воздуха у виска.

- Ложись! – закричал следователь.

Он яростно рванул ко мне, и в следующее мгновение я уже падала на землю, придавленная его телом. Второй выстрел прозвучал глухо, почти сразу за первым. Я услышала, как Лартон резко и сдавленно выдохнул. Мы рухнули на траву, и я почувствовала, как его тело дернулось.

- Джефри? – позвала я, пытаясь выбраться из-под него. – Джефри!

Он приподнял голову, и я увидела его лицо – бледное, с капелькой пота на лбу. Но он улыбался той самой искренней улыбкой, которая с недавних пор появилась в его арсенале красивого мужчины и очень мне нравилась.

- Жива? – спросил он хрипло.

- Да… Да! Но ты…

- Плечо, - сказал он коротко. – Всего лишь плечо. Пустяки.

- Ты идиот?! – зашипела я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. – Зачем ты это сделал?

Он загадочно посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое, почти нежное.

- А как ты думаешь?

Я открыла рот, чтобы ответить, но его веки дрогнули, и голова безвольно опустилась на мою грудь. Он потерял сознание.

Я осталась лежать под ним, придавленная весом его тела, с пульсирующей мыслью в голове: кто-то стрелял в «прозрачную леди», и Джефри только что спас мне жизнь.

Над поляной сгущались сумерки, и где-то вдалеке за деревьями послышались торопливые шаги – стрелок уходил. Вдруг спасительной трелью воздух разрезал полицейский свисток. Я услышала топот бегущих ног, спешащих в нашу сторону.

- Держись, - прошептала я, прижимая его голову к себе. – Ты не умрешь здесь. Я тебе не позволю!