Глава 33

Неожиданно я получила отсрочку увольнения. Елизавету Андреевну вызвали на сбор директоров школы в комитет образования. И её не будет целую неделю. Расслабляемся и пашем. – Дети, сейчас у вас по расписанию английский язык. Идите на перемену и не опаздывайте. Ученики стайкой покидают класс, и остаётся только одна Люба Демидова. Она в расстроенных чувствах. – Люба, что случилось? – спрашиваю. – Ненавижу английский! – Почему? – Марина Владимировна каждый урок меня спрашивает и ставит двойки! Бабушка говорит, что она скоро станет моей мамооой. Не хочуууу! – горькая слезинка катится по её щеке. – Люба, Марина Владимировна просто хочет, чтобы ты отлично знала английский язык. И могла поехать заграницу и там свободно общаться. Кого я обманываю, а? Марина не любит девочку, считает её конкуренткой за внимание Демидова. Да и вообще никаких детей не любит. Я сильно удивлюсь, если англичанка когда-нибудь станет матерью. – Нет, она меня ненавидит! – с жаром возражает Люба. – Пожалуйста, Лилия Сергеевна, выйдете замуж за моего папу, – девочка цепляется за мой рукав и доверчиво всматривается в моё лицо влажными оленьими глазами. Ох, тяжело разочаровывать малышку. Ведь она нафантазировала себе уже всякого. – Но я не люблю твоего папу. – Не правда. Папу все любят. – Эта не та любовь, по которой выходят замуж. У меня уже есть любимый человек, его тоже зовут Сергей, – улыбаюсь мыслям о Медведеве. – Он плохой! Этот ваш Сергей. Он в тюрьме был. – Кто тебе это сказал?! – Бабушка, – шмыгает носом Люба. – Она ходила к Елизавете Андреевне и требовала, чтобы вас уволили. Ну кто бы сомневался, а! Снова бабка козни строит. – Люба, мой Сергей – честный и порядочный человек. И в тюрьму он попал по ошибке. Перед ним извинились и отпустили. Слышишь? Он никому не сделал плохого. Никто перед Медведевым не извинялся, конечно. Но мне важно, чтобы моя ученица поверила мне, а не старой сплетнице. Что у Елизаветы Андреевны, что у тёщи Демидова никакой личной жизни нет, вот и лезут к другим. Да ещё и перед ребёнком обсуждают такие серьёзные вопросы! Нет, я так не могу. Злость разбирает. Набираю номер Сергея Вадимовича и выпаливаю в трубку: – Здравствуйте. Нам нужно встретиться. У меня к вам разговор есть. – Без проблем, – отзывается Демидов. – Я буду с Любой, она жалуется на головную боль, и я отпустила её с оставшихся уроков. После услышанных слов слезы на лице Любочки мгновенно высыхают. Пусть хотя бы сегодня отдохнет от сучки Марины. А её отец сейчас получит у меня звездюлей. Неужели не в курсе, что его "любовь" притесняет дочурку? Не хотела лезть, но видимо придётся. Не могу спокойно смотреть на то, как моя ученица страдает. – С ней что-то серьёзное? – обеспокоено спрашивает Демидов. – При встрече расскажу. – Буду через пятнадцать минут. Помогаю Любе застегнуть молнию на куртке. Потом одеваюсь сама, и мы, взявшись за руки, выходим из школы. Мне нужно будет вернуться через час на продленку. С неба сыплются крупные хлопья снега. Красиво-то как! Зима… Люба прыгает на одной ноге, ожидая приезда отца. У неё такой радостный вид, что я невольно улыбаюсь, смотря на неё. Смешная девчушка. Зубы передние ещё не вылезли, и улыбка получилась просто класс. Демидов подъезжает на школьную парковку на своём шикарном авто. Люба бежит ему навстречу. Я криком останавливаю её. Но не слышит! Видимость из-за снега плохая, а машины одна за одной проезжают мимо. – Люба, стой! – Папа! Раздаётся шелест тормозов, девочка падает на снег, а машину заносит. Господи! Сбили! Бегу к ней с одной стороны, с другой Демидов. Одновременно падаем на колени возле девочки и ощупываем её. Перепуганный насмерть водитель вышел из машины и что-то говорит, но из-за шума крови в ушах ничего не слышно. – Люба, детка. Скажи что-нибудь! – требует Сергей Вадимович. – Я люблю тебя, папа, – отвечает малышка и крепко обнимает за шею отца. Демидов почти рыдает. Да и я тоже. – Я не сбил её, не было удара, – оправдывается водитель. – Она просто поскользнулась на снегу. Но мы это уже и сами поняли. Сергей Вадимович бережно поднимает Любу и несёт ее на руках в машину: – Отвезу её домой. А мы с тобой поговорим в машине. Я киваю и вытираю выступившие слезы перчаткой. После пережитого не вижу иного выхода, как сесть в салон и сказать то, что хотела. Но сначала бы оправиться от шока… – Эй! – стучит в окно мужчина, который был за рулём. – С ней всё нормально? У вас нет ко мне претензий? Демидов опускает стекло вниз и отвечает ровным голосом: – С ней всё хорошо. Поезжай. И будь внимателен на дорогах. – Спасибо, спасибо… – водитель пятится задом, а потом почти бежит к своему авто. Да, все мы пережили сейчас ужас. Но Демидову будет повод задуматься о дочке и уделять ей больше внимания. Ведь он мог её потерять сегодня, как и свою жену когда-то. И это очень страшно. Будто намёк ему дан от высших сил. – Сергей, у меня времени не так уж много. Если вы не против, перейдем к делу? – Да-да, конечно, я слушаю, – рассеяно кивает и выстукивает пальцами по рулю. – Начнём с Марины Владимировны. Эта женщина третирует вашу дочь, ставит ей низкие оценки. Люба больше не хочет посещать ее занятия. – Она говорила, что строга с детьми, что это её методика. – Вздор! Раскрой глаза, Марина не любит свою работу, не любит язык, который преподает, и терпеть не может детей! Демидов кашляет и косится на Любу. Та надела наушники с единорогом и слушает музыку. – Я не знал, – выдаёт он. – Кроме того, твоя женщина, пускает ужасные слухи про Медведева, которые дошли до директора школы. Твоя тёща требует меня уволить! – Лиль, я решил вопрос с твоим якобы увольнением с Елизаветой Андреевной. Её саму скоро попрут с работы, я постарался. Возьмут нового директора. Молодую женщину. – Что? Это правда? – теряю дар речи. Не зря её вызвали в комитет образования, ох, не зря. – Да, чистая правда. Тещу тоже угомоню. Я решил отправить её жить в свою квартиру. Первого числа оттуда съедут квартиранты, и я перевезу бабкины вещи. Больше ты ее не увидишь. – А как же Люба? – С сегодняшнего дня я буду образцовым отцом. Ну, неужели что-то понял? Я рада очень. – Я оставлю бизнес на попечение наёмных директоров. Сам буду работать из дома не более трёх часов в день. С меня хватит! Всех денег не заработаешь.  А дочь – это самое ценное, что есть в моей жизни. Я это понял… Понял десять минут назад… Это было предупреждение. Я не могу потерять и её тоже. Господи, до слез прямо. – Ты молодец, – кладу руку ему на плечо. – Сделал правильный выбор. А насчет Марины подумай хорошо, нужна ли тебе женщина, которая не любит твою дочь?