Глава 7

То ли это из-за наступающих сумерек, то ли Лия просто накрутила себя до высшей степени, но слова Родиона произвели на неё впечатление. Девушку даже кинуло в жар.

И эта его близость…прикосновения…

— Я понимаю, — глухо прошептала она, осторожно пытаясь вернуть себе пальчики.

Фигушки.

Ничего подобного — никто её не отпустил. Наоборот, пальчики сжали сильнее. И погладили большим пальцем.

У Лии глаза распахнулись, и она на себе почувствовала литературное выражение — «глаза стали, как озера». Она могла поклясться, что видела себя со стороны! Свой шок.

Ей казалось, что после того, как голый Таширов повалил её на кровать, сильнее удивить её он не сможет. А нет. Смог. И даже не так называемым предложением руки и сердца.

А тем, как смело касался её. Собственнически.

Точно уже имел на неё право.

Почему же тогда у неё зачесалась другая ладонь, и воображение Лии подкинуло ей картину, где девушка звонко прикладывает её о небритую щеку Таширова? Смачно так.

Но нельзя…

Нельзя же?

А хочется.

— Пустите меня, — тихо, но решительно произнесла она.

Её слова не подействовали на мужчину нужным образом.

Наоборот, ей показалось, или он как-то весь напрягся, точно перед прыжком? И даже плечи сделались шире, а такое априори невозможно.

У неё точно разыгралось воображение.

— Не пустите, а пусти, — так же тихо ответил он, и в его голосе послышались неприятные режущие нотки. — Тебе неприятны мои прикосновения, Лия? Говори как есть. Если да — это проблема. И я повторюсь. Несмотря на всё то, что ты нафантазировала в своей буйной красивой головке, я за здоровые отношения между мужчиной и женщиной. Никакого принуждения.

Лия быстро облизнула губы и посмотрела на их соединенные руки. Большая у него ладонь. Крепкая. С небольшими темными волосками, не кажущимися отталкивающими.

Держащая её уверенно. Вроде бы даже и не слишком сильно.

К девушке пришло отчетливое понимание того, что если она сейчас приложит чуть больше усилий и вырвет руку, он её отпустит.

Но её действие будет иметь определенные последствия!

А она к ним готова?

Не слишком ли много последствий на неё свалилось за последнюю неделю?

Лия прикрыла глаза и глубоко задышала, прислушиваясь к себе и шуму ветра.

Если она сейчас выдернет руку — это и будет её ответом.

Родион, точно интуитивно чувствуя её метания, подлил масла в огонь. Не прекратил поглаживание, наоборот, сделал его более ярким.

Они стояли в той части парка, откуда просматривалась дорога.

Лия распахнула глаза и увидела, как мимо них проезжает карета скорой помощи. Девушка машинально проводила её взглядом. У каждого человека, наверное, на подкорке срабатывает рычажок предосторожности, когда видит автомобиль скорой помощи или пожарной службы. И невольно начинает смотреть, куда она движется.

Так и Лия.

Скорая сбавила скорость и затормозила.

Девушка мгновенно напряглась.

— Родион…

Тот понял её без лишних уточнений.

— Скорая к вам?

— Кажется… Но как?…Почему так быстро? И…

— Рядом, значит, была. Пошли.

Он первым потянул её, так руку и не выпустив. Лия даже на несколько секунд порадовалась, а потом все мысли о Таширове, его словах и предложении отошли на второй план.

Мама говорила, что в последнее время у Рината шалило сердце. Лия сама видела, как он вчера высыпал в ладонь едва ли не горсть таблеток. На её вопросы он лишь отмахнулся, улыбнувшись.

Девушка вбежала в дом и сразу устремилась к гостиную, откуда слышались голоса. Но Родион притормозил её, потянув на себя.

— Не мешай.

Лия повернулась к нему, собираясь высказать, что как раз он тут лишний и пусть не вмешивается в семейные дела, но натолкнулась на предупреждающий взгляд карих глаз. При этом они не транслировали осуждения или гнева. Лия зависла на несколько секунд, пытаясь переосмыслить собственные эмоции.

И главная из них — почему Таширова стало так много? Разом?

Он первым разорвал контакт их глаз. Кивнул, как будто точно так же сделал какие-то выводы, и направился к бригаде медиков и Давиду.

Вместо неё…

— Лия, — мама оказалась рядом.

— Что с папой Ринатом?

— Не говорят. Подозрение на инфаркт.

Лия с силой сжала руки в замок. Её тянуло вперед, к папе Ринату. Как-то помочь, что-то сделать.

Родион наклонился к Давиду и что-то ему сказал. Тот кивнул. Таширов, получив согласие, отошел и достал телефон. Ответили ему быстро. Лия внимательно следила за ним. Переводила взгляд с медиков на него. И обратно.

Папу Рината госпитализировали. Мама пошла одеваться.

— Я с вами, — встрепенулась Лия. Давид хотел ей что-то сказать, но она опередила его, скрестив руки в молельном жесте. — Я всё равно не останусь дома одна, даже не думайте! Вы поедете, я за вами.

— Она может со мной.

Родион подошел и встал рядом с Лией. Его поддержка оказалась как нельзя кстати. И лишь потом до Лии дошел смысл «со мной».

Давид сдался.

— Хорошо.

А у Лии ещё больше возникло вопросов. То есть Давид доверяет Родиону? Без лишних расспросов и указаний? Или рад помощи от него?

В висках у девушки снова запульсировало. Она сойдет с ума, если не перестанет постоянно задаваться вопросами.

Холодный ветер не остудил жар, пылающий внутри Лии. Нет ничего хуже, чем не знать, что будет с близким человеком.

Своего биологического отца Лия не знала. Мама называла его фамилию, рассказывала, что они встречались. Ничего нового, интересного. Особенного. Потом она забеременела, он сказал — делай аборт, ребенка не хочу. И всё. Нет, он никуда не уехал из небольшого города, где жила и работала молодая Надя. Начал встречаться с другой девушкой. А Надя родила дочку и записала её на фамилию своих родителей. Поэтому, когда мама выходила замуж за Рината Мусина, он с готовностью дал ей свою.

На самом деле это было чудом. Чтобы чужую девочку полюбили. Взрослый мужчина, его сын. Чтобы приняли в семью как родную. Со стороны Давида даже не было никаких подколов, шпилек. Наоборот, он первое время задирал нос и гордо говорил друзьям:

— Моя сестра.

Давая понять, что обижать её не следует. Ни при каком раскладе.

Она же дикой была, зажатой. Ни дня не жила с мужчинами, а тут сразу папа Ринат и старший брат, который задорно улыбается.

При воспоминании, как они учились общаться, дружить, как проказничали вместе, тугой жгут стянул ребра.

У них семья. Настоящая. Папа Ринат, мама, Давид, она. И Лия сделает всё для них.

Абсолютно всё.

Глаза щипало от непролитых слез.

Родион ждал её на улице. Они подошли к его машине. Он предложил руку, чтобы помочь Лии с посадкой.

Девушка, не задумываясь, вложила свою ладонь в его.

Мужчина подсадил её, но дверь закрывать не спешил.

— Ты мне не ответила. Что по поводу моих прикосновений?

Лия вспыхнула. Нашел время спрашивать!

— Мне они не неприятны, — быстро выдохнула она и добавила: — Поехали?

— Рината Давидовича уже ждут в больнице. Если мы приедем на десять минут позже, нам медперсонал скажет «спасибо».

— Почему?

— Мешаться не будем.

С этими словами Таширов прикрыл за ней дверь. Лия притихла, обдумывая его слова. А как не торопиться? Как не подгонять «лошадей» под капотом?

Родион занял водительское место и тронулся.

— А… Давид? Он за нами поедет? — Лия обернулась, заметив, что брат с мамой выжидают.

Точно пропускали Таширова вперед. Лия ничего не понимала, но градус тревожности повысился.

Салон «танка» был просторным, места впереди более, чем хватало. Лия поймала себя на мысли, что Родиона снова слишком много. Он вел машину уверенно, не нервничал, не газовал, чтобы потом резко сбавить скорость.

Умеет водить…

— Да.

— Клиника какая? — Лии необходимо было говорить. Иначе она надумает такого, от чего будет намного хуже.

Хотя, казалось бы, куда.

Услышав название клиники, Лия нервно сглотнула.

Наверное, она сделала это слишком громко, потому что Родион, нахмурившись, бросил на неё взгляд, смысл которого она не уловила, и достал воды.

— Попей.

Но у Лии что-то случилось и с руками. Сколько она не пыталась отвинтить крышку, та никак не поддавалась.

— Дай я.

Лия с пылающими щеками протянула ему бутылку. Собственная беспомощность подбешивала. Девушка никак не могла взять себя в руки. Страх за родного человека скручивал изнутри.

Сделав несколько глотков прохладной жидкости, Лия откинулась на эргономичное кресло. Как же удобно. И расслабляет. Девушка не заметила, как продолжала удерживать бутылочку с водой.

— Родион, это ты договорился о клинике? Даже я знаю, что в неё попасть фактически нереально, — негромко уточнила она, решив, что лучше сразу расставить точки над «i». Хотя бы над некоторыми.

Мужчина ответил не сразу. Они как раз остановились на светофоре, и Лия прикусила губу от досады. Почему нельзя, как на скорой, пронестись дальше?

Приходится стоять…

— Мне ничего не стоило сделать один звонок.

Сказанные ровным тоном слова подействовали на Лию странным образом. Родион — незнакомый человек. Мужчина, пугающий её до чертиков, на каком-то инстинктивном уровне. Лия не могла припомнить, чтобы ещё кто-то на неё так действовал.

— Там, — прежде чем продолжить, Лия снова отпила воды, — твои знакомые?

Они оба поняли, про что она спрашивает.

— Полгода назад в клинике сменился руководящий состав. Члены совета — тоже. Совладельцем стал мой хороший знакомый.

— Я слышала, что приехали москвичи.

Родион усмехнулся.

— Готов поспорить, что немного с другой интонацией.

Лия примирительно улыбнулась.

— Есть такое дело.

Она отвернулась к окну и с легкой тревогой отметила, что пошел дождь. Вот и солнечная погода. Не прошло и получаса, как погода кардинально поменялась, точно вторя состоянию Лии. Бегущие капельки на окнах машины не внушали оптимизма.

— Ты занимаешься отельным бизнесом, правильно, Родион?

— Погуглить успела?

— Угу.

Скрывать своего интереса Лия не стала. В конце концов, она должна была знать, с кем имела дело в ту роковую ночь.

— У меня два отеля в Казани, — сообщил он ей то, что она уже и так знала.

Ага, значит, пока о делах, приведших его в их края, он говорить не спешил.

Зато замуж успел позвать.

Вот как интересно он себе представляет их брак? Как в известной фразе легендарного итальянца: «Мы были замечательной прекрасной парой! Ты красивая, а я намного красивее!» Так получается?

Лия мысленно поморщилась, в душе рос яростный протест.

Она решила не развивать тему. Главное — папа Ринат.

Они остановились у клиники. Лия потянулась, чтобы открыть дверцу, но Родион задержал её.

— Лия, — позвал он, перехватывая вторую её руку.

У девушки мгновенно подскочил пульс.

Зачем он постоянно её трогает?

Точно провоцирует…

Она повернулась, собираясь высказать своё недовольство, но слова застряли в горле.

— Запиши мой номер, — строго сказал он, развернувшись к ней корпусом.

Лия сдержалась, достала из кармана телефон.

— Давай.

Пусть будет.

Мало ли…

Знакомство с руководящим составом клиники давало ему карт-бланш. Она готова побыть послушной девочкой ради общего блага.

Родион продиктовал.

— Дозвон сделать?

— У меня есть твой номер.

И почему Лия почти не удивилась, услышав последнюю фразу.

— И ещё.

Мужчина достал из кармана бархатную коробочку и протянул её Лии.

Молча.

Гипнотизируя и давя взглядом.

Истерика заклокотала в горле девушки. Что она там раннее думала про любовь и нежность? Про помолвку, гостей?

Или ещё ничего не успела подумать. И правильно! Дальнейшая буря перекрыла всё.

Ей. Просто. Протянули. Бархатную. Коробочку.

Внутри которой лежало кольцо.

Точно их союз уже решенное дело. Вот кольцо. Вот я. Будем жить долго, а по поводу счастья… Как получится.

Лия вздохнула и так же молча взяла коробочку. Открывать не стала. Сразу сунула в карман куртки.

Каково предложение, таковы и ответные действия.