22-7

* * *

Мне пришлось стать посредником между гильдией, Серым дольменом и королевским Советом магов. Для иллюзионистов я была одаренной, безродной и независимой. Последнее маги гильдии считали способностью чуть не превосходящей мои магические таланты. Нет, я никого не посвящала в детали своей биографии, но то, что я обучалась в Ревинторе наравне с другими магами, стало для них шоком. Локар убеждал всех, что быть иллюзионистом в Элькрасе опасно для жизни, что магов этой специализации чуть ли не в рабов превращают.

И сам прекрасно справлялся с этой задачей.

Гильдия давала иллюзионистам кров, пропитание, работу и полную зависимость от гильдии.

Локар мастерски сыграл на прошлом, когда иллюзионисты уничтожались тварями Разлома. Я не удивлюсь, что это он поддерживал слухи об опасности иллюзионистов, которых необходимо строго контролировать.

В Элькрасе иллюзии были магией, которую не понимали. Магией, от которой не было привычных методов защиты. А то, чего нельзя понять, всегда боятся сильнее.

Моей главной задачей было объяснить магам, что никто не считает их врагами, что у них сохранятся прежние возможности для развития гильдии.

Королевский совет и Серый дольмен считали иначе.

Король собрал всех в тронном зале для обсуждения будущего гильдии, и здесь я была единственным ее представителем. Забавно, да. Другие магии, даже те, кто работал в королевском будуаре, просто перепоручили мне вести переговоры, как самой инициативной. Логика их решения просто умиляла: раз я выжила в Ревинторе — значит, я правда умею договариваться.

Удивительно, но больше никто не верил в возвращение мастера Локара. Прошло всего две недели, а его подопечные уже списали бывшего главу со счетов.

Итак, я выступала в тронном зале.

Едва я огласила требования гильдии иллюзионистов, то увидела, как вытянулись лица магов. Каменная физиономия мужа ни капли не изменилась, но я чувствовала его недовольство. Я знала, что он уже мысленно потирал ладони и собирался перетянуть наиболее перспективных магов к себе на службу, а тут собственная жена организовала феерический облом.

— Они не хотят ничего менять. Бытовые иллюзии — направление, которое их полностью устраивает.

— Они просто ничего интереснее не пробовали, — хмуро бросил маг из дольмена Стужи.

— Все иллюзионисты высоко адаптивны. Если их поместить в новую среду, вырвав из привычного канона… — мечтательно протянул светлый жрец, представляющий магов Света.

— То есть вы сейчас делитесь планами и подтверждаете, что все, чего так страшатся иллюзионисты — чистая правда? — вкрадчиво произнесла я. — Учтите, эти маги сейчас остаются в Пригороде, потому что еще надеются, что смогут вернуть привычный уклад. Если окажется, что их хотят разделить и адаптировать поодиночке…

— Они разбегутся, как клопы, и мы их замучаемся искать, — хмуро подытожил Сартарэн и едко добавил: — Приношу свои извинения представителю гильдии за неуместное сравнение.

Ох… Кажется, у меня назревал семейный скандал.

Нет, я знала, что в нашем с Лином случае столкновение интересов неизбежно, но… Он знал, на ком женился!