9-2

— Вы умирали. Ваш организм воспринял нектар фей, как яд. Поэтому я решил провести для вас ритуал воззвания к памяти рода.

— Но я же безродная!

— Именно это я и выяснил здесь, в месте, где вы никогда не рождались. Эта земля не помнит вас, Лира Истра. Или мне следует называть вас как-то иначе?

“Вас”. Сартарэн снова обращался ко мне на “вы”.

— А это что-то изменит?

— Нет. Уже нет. Как я уже говорил, я перенес вас сюда, чтобы воззвать к памяти предков, хотел чтобы они помогли вашему телу нейтрализовать яд.

— У вас что универсального антидота под рукой не нашлось? Зачем все было так усложнять?

— Затем что вы едва не стали единственной на моей памяти жертвой цветочного нектара!

— Это была банальная аллергия.

— Банальная. Аллергия, — передразнил меня Сартарэн. — Скажите, а если бы я случайно открыл портал в ваш настоящий дом, как бы на это отреагировали ваши родные?

— Я… Я не знаю, — тихо выдохнула я, понимая, что отпираться бесполезно. — Я снимала квартиру отдельно от родителей. Просто прошло столько времени.

— Сколько?

— Больше года.

— Как вы попали в Ревинтор? Что первое увидели после перемещения? Как открыли свой дар? Что послужило катализатором? Кто вообще взял вас в академию?! Как вы смогли поступить?

Сартарэн засыпал меня вопросами с такой скоростью, что захотелось снова растянуться на земле, закопаться в туман и притвориться мертвой. Притянув колени к груди, я уткнулась в них лбом. Не позволю с собой разговаривать в таком тоне. И отвечать на вопросы не буду.

Хотелось спрятаться, просто взять и исчезнуть.

— Нет, Лира… — Рука Сартарэна опустилась на мое плечо и слегка его сжала. — Я все еще здесь.

— Это прискорбно.

— Вы не представляете, насколько прискорбна наша ситуация, — зловеще произнес глава Серого дольмена. — Чтобы вас спасти, не прибегая к помощи целебных снадобий, я решил воззвать к земле, вас породившей, и обнаружил, что она понятия не имеет, кто вы такая. Девушка-загадка, чистый лист без рода и семьи. Ваша магия утекала из умирающего тела…

— А что вы?.. — Я приподняла голову и робко посмотрела на склонившегося надо мной мужчину.

Сейчас в ночи его лицо казалось особенно зловещим, замкнутым, суровым, непреклонным, и только синие глаза лихорадочно блестели.

— А я должен был стоять и смотреть, как вы умираете у меня на руках?! Если бы я знал, что вы иномирянка, я бы не притащил вас в светлую глушь!

— Но вы меня спасли. И я… я вам за это благодарна.

— И даже не спросите, как я проделал этот трюк?

Язвительность Сартарэна заставила отступивший страх снова запустить в меня когтистую лапу. Я растерянно коснулась тумана, который теперь ощущался как-то иначе. Не как дым, а нечто более осязаемое и материальное.