11-8

— Искра. Теперь ты моя искра. Мой маяк в ночи. Светоч моей пробуждающейся памяти. Вот видишь, сколько признаний. Так что теперь ты просто обязана раскрыть, как называешь меня в ответ. Нет, нет. Мои откровения ты будешь осмысливать чуть позже, сначала придется удовлетворить мое любопытство… — выдохнул мне в губы Сартарэн.

На мгновение мне даже показалось, что он меня поцелует.

— Серым волком. Я тебя называю… Как-то так.

Да, с визуализацией волка вышла явная промашка. Вместо хищника из наших лесов я почему-то изобразила чудовище с горящими глазами и с меня ростом. Оно буквально заполнило собой кабинет, принюхалось, фыркнуло и неспешно потрусило… ко мне.

— Мама… — еле слышно пискнула я, не понимая, что вообще происходит.

Хорошо, что за Сартарэном было так удобно прятаться. Отважно выглянув из-за широкой спины мужа, увидела, что он задумчиво почесывает мохнатую морду зверюги.

— Он меня не слушается, — на всякий случай уточнила я.

— Знаю. Потому что сейчас он слушается меня. Знаешь, что это означает?

Сартарэн взял меня за руку и подвел к волку, чья морда сейчас находилась на уровне моих глаз.

— Скрытая магия пробуждается?

— Нет, — возле моего уха раздался едва слышный шепот, хотя мы с Сартарэном стояли плечом к плечу. — Я серый, Искорка, это необратимо.

— Но ты же использовал иллюзии! Туман в парке, твоя внешность в Светлой башне, стопка газет — все это были отличные нематериальные иллюзии. Лин, я сама иллюзионист, и я чувствую родственную магию!

— А должна была почувствовать отток собственной. Нам обоим очень повезло, что я сразу учел эту возможность и экспериментировал предельно осторожно. — Сартарэн взял меня за руку и потер запястье, прикрытое иллюзией чистой кожи. Я тут же ее отменила, обнажив серебрящуюся татуировку. — Видишь свечение?

— Хочешь сказать, что мы можем обмениваться магией?

— Хочу сказать, что я могу тебя выпить, как внешний источник силы. Вот почему серые маги не женятся, Искорка. Мы подавляем и выжигаем тех, кто находится рядом.

— Но Серый дольмен принимает других магов на службу!

— Сроком на три года и контракт не продлевается. Если я замечаю, что маг становится слабее, контракт прерывается досрочно. Я первый серый маг своего дольмена, и некоторые нюансы серой магии постигал исключительно опытным путем. Но видят все высшие силы этого мира, я не хочу тебе навредить.

— Не навредишь. Я тебе верю!

Повинуясь порыву, я спряталась лицо на груди мужчины, и тут же услышала тяжелый вздох. Сартарэн думал, что совершил ошибку. Я и сама так считала. Венчание двоих должно быть глаза в глаза, а не происходить, когда невеста в беспамятстве, в ночи под елками.

Так вот, в чем дело.

Я злилась не из-за того, что Сартарэн на мне женился, а потому что пропустила все самое интересное. Но если бы я была в сознании? Смогла бы я сказать “да” исключительно ради своего спасения?