О сводной сестре Тина рассказывала неохотно, ведь ее мать, Зейна Лаварди всегда ставила приемную дочь в пример. Имина была выносливее, сильнее и талантливее Тины. Один прокол, она не была Лаварди и не могла пробудить родовую магию. Только поэтому Тина оставалась наследницей рода, что не делало ее счастливее. Вместо того чтобы с гордостью нести звание преемницы главы клана, она тихо надеялась, что произойдет чудо и о ней забудут.

 Зря.

 По крайней мере, одна фея точно будет помнить, что она, несмотря на многочисленные достоинства, не из ветви Лаварди.

 Имина мне сразу не понравилась. Для встречи с нами она принарядилась. Я с неприязнью рассматривала и венок, символизирующий высокий социальный статус феи, и кокетливую полупрозрачную юбку, надетую поверх облегающих, как вторая кожа, штанов. Да и золотисто-бежевые сапоги, на которых не было ни единого пятнышка, явно не предназначались для долгого патрулирования. Конечно, я могла представить, что Имина была звездой бытовой магии, но я скорее поверю, что феи нагло дождались, пока мы решим их проблему, а теперь явились и себя показать, и на последствия стихийного портала посмотреть.

 Не знаю, вырабатывали ли светлые феи феромоны, но от этой конкретной особи так фонило, что мне становилось тревожно за нашего главу. И все-таки Сартарэн был опытным мужчиной, он невозмутимо выдержал “липкий” взгляд феи и спокойно пояснил:

 — Благодарить нужно не меня, а моих учеников. Это они уничтожили все последствия открытия стихийного портала и, как я подозреваю, уничтожили и иные следы темной магии, случайно затерявшиеся в Гиблых лесах.