Глава 23

— Фейроника! — вбежал взволнованный Крегерх. — Ты должна на нее посмотреть. Только глянь!

— Что случилось? Ты меня напугал. На кого я должна посмотреть?

— Идем скорее! — вместо ответа Крегерх тянул меня к выходу.

Мы чуть ли не бегом добрались до общежития, вихрем пронеслись внутрь, распугивая детишек, жавшихся к стенам и большими глазами оглядывающих необычное явление — бегущих директора и меня. Крегерх втянул меня в комнатку, где из четырех кроватей занята была лишь одна. На ней сидела, поджав коленки к груди, девчушка лет десяти. Она смотрела на нас огромными синими глазами. Девочка выглядела очень истощенной, вся будто состояла из одних костей и углов. Никаких округлостей, присущих подросткам на Лирасе в этом возрасте.

— Привет, — я подошла к девочке и присела рядом. — Как тебя зовут?

— Лиза. — Очень тихо ответила девочка.

— Как-как? — удивилась я.

— Лиза, — еще тише прошептала она, опуская голову.

— Лиза, посмотри-ка на меня, — приподняла голову малышки за подбородок. — Ты чего-то боишься? — Девочка помотала головой и расплакалась. — Эй, ну чего ты? — обняла ее, прижав крепко-крепко.

Крегерх прошел вглубь комнаты и застыл у небольшого окна. Посмотрела на него вопросительно.

— Ты должна сама понять, — не стал ничего объяснять лиран.

Девочка быстро успокоилась, только ее тщедушное тельце продолжало вздрагивать у меня в руках. Я снова приподняла ее подбородок и заглянула в глаза. Необычные для человеческого ребенка глаза, слишком яркие, с мерцающей каплей в глубине. Чем больше я смотрела на девочку, тем больше убеждалась, что она не обычный ребенок. Взгляд Лизы увлекал, завораживал, затягивал. А потом я увидела ЕЕ. Будто провалилась в колодец, где на самом дне лежала, свернувшись клубочком, совсем еще маленькая лирана. Она даже головы в мою сторону не повернула, не заметила моего присутствия. На первый взгляд, лирану ничего не сковывало, ничего не ограничивало ее активности. Но, подняв голову вверх, неба я не увидела, будто колодец закрыт крышкой. Попробовала подойти к лиране, дотронуться, но не вышло — девочка вдруг дернулась, и связь прервалась.

Уложила Лизу на кровать, прикрыла одеялом и вышла задумчиво из комнаты. Крегерх ступал за мной шаг в шаг. Он дал мне время привести мысли в порядок, не задал ни одного вопроса, пока мы не вышли на свежий морозный воздух. Ледень уже подходит к концу, но морозы еще не спадают, да и земля кругом еще укрыта плотным снежным покрывалом.

— Где ты ее нашел? — поинтересовалась, слегка поежившись. Холод мне не страшен, горячая кровь лираны согревает получше любой одежды, меня знобило изнутри. Странный холодок зародился в груди и все рос, заставляя ежиться.

— Я ее выкрал. — Спокойно ответил лиран.

— Ты что сделал? — обалдела я.

— Ну а что мне оставалось? Лизу избивал собственный отец. Кричал, что если она не хочет замуж выходить за того, на кого он укажет, то пусть убирается, кормить ее он больше не станет.

— Какой замуж? — удивилась я. — Ребенок же совсем!

— Ей двадцать. — Глухо пояснил Крегерх.

— Она сама сказала?

— Да нет. Она со мной не говорила. Это отец ее кричал, что двадцать лет кормит, а отдачи никакой. Знаешь, а ведь я не просто так вмешался, — решил пояснить лиран. — Меня невыносимо потянуло в сторону ее дома, пришлось сделать два круга вокруг, пока нашел на самой окраине Востгратиса в полуразвалившейся сараюшке. Потом, пока нес сюда, хотел вернуться и прибить к Фрею ее папашу!

— Ты ее на руках принес из Востгратиса? — удивилась я.

— А как еще? Не в лапах же! Ты ее видела? Там чуть прижмешь и сломается ненароком.

— Крегерх, знаешь, я думаю, что она не человек. — Я внимательно смотрела на реакцию лирана. Его кадык судорожно дернулся, он глубоко вздохнул, закрыв глаза, а когда открыл в них светилась решимость.

— Я знал! — заявил он. — Понял, но сам не верил. Как такое возможно?

— Не знаю. — Покачала я головой. — Еще когда у Шада лиран проснулся, я много размышляла на эту тему. Никакой он не потеряшка, он точно человеческий ребенок. Обычный человеческий ребенок, в котором вдруг пробудился лиран. Ты вообще о таком когда-нибудь слышал?

— Фейроника, такого не бывает! — уверенно заявил Крегерх. — Его семью не нашли, но это ничего не значит.

— А Лиза что же? Тоже потерянный ребенок? Еще один? — хмыкнула я.

— Скорее всего! — кивнул лиран. — Пойми, не может лиран пробудиться в человеке! Это невозможно!

— Думаю, ты все же ошибаешься. Говоришь, тебя к ней тянет? К Лизе?

— Даже сейчас. Странное такое ощущение, рядом с ней как будто воздух легче. Хочется просто сидеть рядом. Но еще больше хочется взять за руку, касаться. Я пока нес ее, думал опьянел, такое счастье испытывал.

— Крегерх, ты уж, пожалуйста, свою тягу сдерживай, ладно? — нахмурилась я.

— Фейроника, ты за кого меня принимаешь? — возмутился было лиран.

— Не хочу больше говорить на эту тему, но, надеюсь, ты меня услышал. Я не знаю сколько девочке лет, но не смей к ней приближаться! Она еще ребенок! И обиженного из себя строить тоже не нужно. Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю и чего опасаюсь. Если почувствуешь, что не можешь себя контролировать — улетай! В Рекфрас или куда угодно, но пока не остынешь, возвращаться не смей, понял? И, Крегерх, это приказ!

Лиран вздрогнул, по его лицу прошла судорога, Крегерх сглотнул и против воли склонился. Резко разогнувшись, мужчина пошел прочь. Неужели я перегнула палку? Возможно. Но однажды этот лиран уже не сумел совладать со своей тягой, и чуть не случилась трагедия. Это не должно повториться.

Решила вернуться к девочке и попробовать поговорить. Лиза лежала на кровати, все также свернувшись комочком, и беспокойно спала. Некоторое время я присматривалась к ней, думая о том, как я могу ей помочь. Девочка во сне то и дело вздрагивала, стонала и даже похныкивала. Когда я увидела слезы, текущие у нее по лицу, решила вмешаться. Присела рядом и положила руку Лизе на голову. Имя-то какое родное — Лиза. Сразу так тепло стало, о Земле вспомнила. Закрыла глаза и постаралась настроиться на девочку, почувствовать ее лирану.

Все оказалось сложнее, чем с Шадом. Между моим сознанием и ее будто была тонкая грань, стена, едва ощутимая, но все равно не дающая к ней прикоснуться. Думаю, все дело в доверии. Точнее, в его отсутствии. Лиза меня не знала и боялась. Девочка продолжала стонать и всхлипывать, она не металась во сне, напротив все больше сжималась в комок. Потрогала крепко сжатые ладошки девочки — холодны, как лед. Стараясь не потревожить малышку, взяла одеяло с соседней кровати и укрыла ее еще одним. Сама же осталась сидеть здесь же, дожидаясь ее пробуждения. Называю ее малышкой, а ведь по словам Крегерха Лизе уже двадцать. Совсем не ребенок уже. И вполне понятно, что отец решил выдать девушку замуж. Невесты на Лирасе — товар, за который семья получает выкуп. Браки по любви тоже есть, но только в семьях с адекватными, любящими родителями.

Я, кстати, все еще свободная от обязательств лирана. Обряд в начале леденя не состоялся, потому как Рейнхард вынужденно улетел сначала в Лерейну, а после в Рангхорт. После ареста стольких подданых островов вилор Лерейны потребовал объяснений. И каан приказал Рейнхарду уладить все спорные вопросы. А в Рангхорте давно уже было неспокойно, для империи степи трорков вообще постоянный очаг напряженности. Это довольно воинственная раса, им повоевать и повода особого не нужно. А сейчас, после смерти одного из старейшин у них начались внутриклановые междоусобицы, которые грозились вылиться в масштабную войну на всей территории Рангхорта, что, понятное дело, империи совершенно не нужно.

Рейнхард прилетал дважды за восемь десятин разлуки, но вместе побыть удалось лишь несколько часов, и он снова улетал. Оба раза любимый настаивал на моем переезде в Рекфрас под защиту дворцовых стен. Настаивал, убеждал, давил на мою сознательность, говорил, что не может сосредоточиться на своей миссии, все время переживая за меня. Но я уже не та лирана, что впустила в свой дом Хербера Рорска. Изменилась я, изменилось мое отношение к жизни, к окружающим. А еще изменились мои способности, они заметно подросли. Занятия с Крегерхом не проходили даром. И не с ним одним.

Каан сам настоял на моем обучении не только базовым навыкам управления магической энергией, но и на расширенной программе. Способность к призрачному полету легко трансформировалась в способность открывать порталы — довольно редкую и потому ценную. Но вот отношения с кааном Мидраркхом превратились в холодное противостояние. Он, с одной стороны, способствовал моему образованию, позволял мне несколько раз высказывать свои соображения о нуждах самой многочисленной расы Лираса — людей. И, надо заметить, прислушивался. Владыка пообещал мне в течение года открыть еще две школы для человеческих детей, а в ближайшем будущем образовательный центр для взрослых. Там они смогут не только получить азы школьной программы, но, что важнее смогут научиться любому ремеслу, что по душе. Бесплатно, за счет казны. Тут у нас, конечно, спор возник нешуточный, но я смогла доказать, необходимость этих расходов. Сверлен очень помог, он выступал в качестве рефери на всех наших переговорах.

Ну а с другой стороны, я чувствовала, что Мидраркх меня опасается. Не боится, нет. Опасается. Нового витка волнений, противостояний, неизбежно возникших бы, узнай лираны о моем настоящем происхождении. Всегда есть недовольные, а меня можно использовать вместо знамени. Как же, законная наследница предыдущего владыки! Так что пока никто не знал. Кроме самых близких — Адриэйна, Крегерха и Сверлена. Владис узнал раньше всех, но ему я доверяла не меньше, чем сама себе. Этот ольф стал самым доверенным моим другом, ближе никого. Даже Рейнхард, мы с ним слишком мало времени провели вместе, и он обо мне почти ничего не знал, как и я о нем. Уверена, что Мидраркх намеренно послал к ольфам и троркам именно его. Смог таким образом выиграть время, взял паузу. Думаю, он еще не решил для себя одобрять ли наш союз с его братом, или же нет.

Лиза завозилась и открыла глаза. Увидев меня, девочка тут же отпрянула в испуге. Я не двигалась, старалась только улыбаться доброжелательно. Она напоминала испуганного зверька, пойманного в силки и теперь не знающего, чего ожидать.

— Лиза, — заговорила я спокойным тоном. — Ты в Муравейнике — это поселение на окраине Востгратиса. Насильно никто тебя удерживать не станет, можешь уйти в любой момент. Ты помнишь, как оказалась здесь? — Девочка кивнула, продолжая смотреть на меня настороженно. — Меня зовут Фейроника. Пойдем прогуляемся? — предложила ей. — У меня живут два красивых послушных гарда. Хочешь взглянуть?

— Гарды не подпустят людей, — прошептала она.

— Ты будешь со мной, не бойся.

Подала девочке руку и помогла подняться с кровати. Великая мать, до чего же она истощенная! Ножки, будто спички!

— Лиза, ты всегда была такая маленькая? — спросила ее по дороге. Шли мы неторопливо, я давала девочке возможность осмотреться. Крегерх принес ее ночью, вряд успела хоть что-то увидеть.

— Мамка завсегда бранила, что не расту совсем. Помощи от меня никакой, а ем в три горла. — Девочка говорила, не поднимая головы, и чтобы расслышать, мне приходилось напрягаться.

Чуть не стукнула себя по лбу. Как я могла забыть? Она же наверняка голодная!

— Лиза, я такая голодная! Ты не против со мной позавтракать? Я приготовлю чудесный напиток — силы отлично восстанавливает. Покажу тебе мой дом, а потом пойдем в рысятню. Договорились?

Почти весь ледень я, как и все мои домочадцы, прожила в странноприимном доме, что построили вместе с таверной и лавкой зарядки артефактов. А мой дом восстанавливали, но работа осложнялась холодной, снежной погодой — первый снег выпал в этом году очень рано. Разрушенную часть первым делом разобрали, стараясь не повредить уцелевшее крыло. Возвели временную стену, чтобы спасти сохранившееся от непогоды, и потихоньку отстраивали разрушенную половину по старым чертежам. Я переехала сразу, как только в доме можно было жить, недавно, чуть больше десятины назад.

Зияна по-прежнему была рядом, помогала вести хозяйство, конечно за достойную оплату. Но это не мешало нам постепенно становиться подругами. Я не представляю, как отучить эту упрямую девушку выкать мне и называть теперь уже лирессой. То, что я лирана не афишировали, но и не скрывали. В конце концов, я буду жить тут с Рейнхардом и ни от кого прятаться больше не собираюсь. Но ее «лиресса» звучало мягко и дружески, вроде имени. Вот и сейчас, стоило нам с Лизой зайти на кухню, девушка отвлеклась и поприветствовала нас кивком головы. Она не стала задавать никаких вопросов, молча ожидая указаний или пояснений.

— Зияна, — мягко обратилась я к ней, — знакомься, это Лиза. Лиза, это Зияна, моя помощница. — Познакомила я девушек. — Зияна, а ты завтракала? Мы с Лизой голодны, может, составишь нам компанию?

— Только если вы сварите свой великолепный кофе. — Тут же приняла правила игры девушка. Сняла передник и подошла к Лизе. — Поможешь мне накрыть на стол? Не будем мешать лирессе. Она готовит чудесный кофе — напиток, способный вернуть к жизни.

— Правда? — округлила глаза двушка.

— А то! — подмигнула ей Зияна. — Бери-ка вот эту корзинку, пойдем в кладовую, наберем всяких вкусностей.

Девушки ушли, а я принялась священнодействовать. К счастью, во время обрушения дома урожай кофе был в подвале и совсем не пострадал. Зерна, отложенные на посадку, как только представилась возможность замочили, а после посадили в горшки. Самый ароматный бахур уродили кусты, начавшие свою жизнь в темном подвале, поэтому все горшки с новыми ростками были сейчас как раз там. Приготовление любимого напитка было для меня сродни медитации, в этот момент я могла по-настоящему расслабиться, отрешиться от тревожащих мыслей, и вся отдаться привычному делу. Краем глаза видела то и дело забегающих на кухню девушек. Они, накрывая на стол, переговаривались и даже находили поводы похихикать. Зияна умница, быстро нашла подход к пугливой Лизе. Я улавливала обрывки их разговоров, Зияна через слово упоминала мое имя, стараясь расположить девочку ко мне.

Когда кофе был готов, я разлила ароматный напиток по трем чашкам и направилась в столовую. Девочки сидели за столом и болтали, будто были знакомы сто лет, а не узнали друг друга полчаса назад.

— Это кофе, — пояснила для Лизы Зияна. — Попробуй, тебе обязательно понравится!

— Пахнет здорово, — пискнула девушка, снова зажимаясь при виде меня.

— Лиресса пьет его без добавок, но тебе и мне я вижу сделала с сахаром и молоком. — Снова взяла слово Зияна. — Попробуй.

Я в это время молча наслаждалась своей порцией и обдумывала дальнейшие действия. Неплохо было бы взять Зияну на прогулку, но гарды ее не подпустят. А на рыське девушка ездить так и не научилась, хотя я много раз советовала ей освоить это нехитрое дело. Мало ли, когда пригодится?

— Лиресса, — обратилась ко мне Зияна, — можно мне сегодня вечером отлучиться? Я ужин загодя приготовлю и в тепле оставлю.

— Конечно, Зияна. На свидание? — подмигнула я ей.

— Ага. — Вдруг засмущалась девушка. И я смутилась тоже. Наверное, только это и может оправдать мои следующие слова.

— А Владис знает?

Зияна потупилась, покраснела вся до самых кончиков волос.

— Так, лиресса, я с ним и иду.

— Великий Рехтер! Зияна, прости, что лезу не в свое дело. — Повинилась я. — Просто я вижу, как он к тебе относится, только поэтому и спросила. А так я очень за вас рада.

Тут в комнату вошел Крегерх, окинул нашу компанию задумчивым взглядом и, молча отодвинув стул, уселся за стол.

— Вы же не против если я присоединюсь? — номинально поинтересовался он. — Ох, Фейроника, кажется, я опоздал на твой кофе. — Напоказ расстроился лиран.

— Ралион Крегерх — директор нашей школы, — решила пояснить для Лизы. — Он за версту чувствует талантливых и способных учеников, вот и тебя определил с первого взгляда.

— Да я и не умею ничего, — смутилась Лиза. — Ни на что я не годная. — Низко опустила она голову, явно повторяя чужие слова.

— Лиза, — обратилась я к девочке, сама подкладывая ей на тарелку кусочек пирога, — не так давно в нашем поселении жил мальчик — Шад. Его нашли в Востгратисе очень больного и привезли в больницу. Там мы с ним и познакомились. Шад выглядел намного моложе своих лет, совсем малышом, а еще его постоянно мучили кошмары. — Я внимательно отслеживала реакцию на свои слова. — Мы смогли ему помочь, он сейчас живет в Рекфрасе.

— С лиранами? — завороженно спросила Лиза.

— Его усыновила прекрасная семья, он счастлив. — Подтвердила я. — Лиза, тебе снится маленькая синяя лирана?

— Откуда вы знаете? — распахнула глаза девочка.

— Я ее видела. А ралион Крегерх почувствовал.

— Я не понимаю, — замотала головой Лиза.

— Успокойся, — накрыл ее ручку своей Крегерх, — все в порядке. Ничего страшного не случится. Ты теперь под защитой, никто тебя ни к чему не принудит. Мы лишь хотим помочь.

Покататься на гардах Лиза категорически отказалась, зато погладила и дала каждому по куску мяса. Талф бодал меня головой, заигрывал, явно вынуждая покататься. В последнее время я очень редко их выгуливала, времени совсем ни на что не хватало. А если и выпадала свободная минутка — я предпочитала полетать.

Крегерх, конечно, увязался с нами, его явно тянуло к девочке. Он охотно отвечал на ее вопросы, поддерживал, стоило только той оступиться, чуть ли не заглядывал в рот. Выглядело это прямо скажем не очень! Взрослый мужчина и десятилетняя, пусть только на вид, девочка.

— Лиза, а сколько тебе лет?

— Я не знаю, — снова опустила она голову. — Мамка меня на улице подобрала. Двадцать лет жила с ними, пока батя замуж за соседа не решил выдать. А он старый и пьет все время. Я его боюсь.

— Ну-ну, перестань, — погладил Лизу по голове Крегерх, — все в порядке, никто тебя насильно не заберет, я не позволю. — А сам смотрел на меня торжествующе — как же подтверждалась его теория, что Лиза — потерянный ребенок лиранов. Только не верилось мне в это и все тут!

Вечером, когда мы все собрались по обыкновению у меня, я спросила Крегерха, почему он столько вкладывает собственных средств в школу для человеческих детей.

— Знаешь, Фейроника, я многое переосмыслил, ожидая казни. Зачем мне эти драхи? У меня нет ни жены, ни детей. Одному лирану не съесть два завтрака, не жить в ста домах. Я раньше иначе относился к людям, признаю. Но теперь, живя в Муравейнике, бок о бок сталкиваясь с ними ежедневно, многое осознал. Понял, что человеческие дети тоже не должны голодать, не должны умирать от болезней или побоев пьяных родителей. Они также заслуживают счастливое детство. Лираны не ценят человеческую жизнь за ее краткость, скоротечность. Что человек успеет за свои пятьдесят-шестьдесят лет? Лираны к этому времени еще считаются детьми. Но и тут я ошибся. Смотри, сколько всего ты смогла сделать всего лишь за полтора года! А отличие твое от лирасцев только в том, что ты получила образование! Образование — вот чего не хватает людям. И я сделаю все от меня зависящее, чтобы им в этом помочь.