Глава 4

— Завтра мы возвращаемся в Рекфрас. — Рейнхард вошел в отведенную мне комнату и уселся на край кровати. — Крегерха заберут сегодня. Подыщи в доме смену одежды в дорогу и отдыхай, завтра будет непростой день.

— Рейнхард, я безусловно благодарна тебе за помощь, но ты начинаешь вести себя точно также, как и Крегерх! — Мне пришлось встать, чтобы чувствовать себя увереннее. — Я не привыкла молча повиноваться кому бы то ни было и привыкать не собираюсь! Было бы лучше, на мой взгляд, поинтересуйся ты моим мнением, прежде чем принимать любое решение, непосредственно касающееся моей жизни.

— Фейроника, возможно, ты выросла в другом обществе, в другом мире, но сейчас ты здесь. На Лирасе свои устои, свои традиции, выработанные тысячелетиями нашей истории. — Менторским тоном вещал Рейнхард. — У нас патриархат! Женщины вынуждены подчиняться, потому что они слабее, потому что они нуждаются в заступничестве и даже защите более сильных — мужчин, лиранов. Никого сильнее лиранов в нашем мире нет. И этим все сказано.

— Думаю, что уже смогла доказать, что вполне способна принимать решения самостоятельно, разве нет?

— И к чему это тебя привело?

Боже, мне захотелось дать ему пощечину.

— Ты винишь в случившемся меня? — ахнула я. — В том, что сумасшедший лиран похитил меня с пустой ночной дороги, на которой именно ты бросил меня одну, перед тем напугав до полусмерти! — подошла вплотную и ткнула в Рейнхарда пальцем. — Так это я в этом виновата?

— Ты не смогла себя защитить, потому что слаба!

— А от тебя кто должен был меня защитить?!

— Ты ничего не знаешь! Даже представить себе не можешь, что тогда произошло!

— И что же это было?

Рейнхард резко замолчал.

— Собирайся! — Бросив это, он вышел за дверь.

Что происходит с лиранами вокруг меня? Крегерх ведь поначалу тоже был нормальным, вменяемым. Теперь вот и Рейнхард сходит с ума! Или он такой и есть? Властный деспот и тиран, привыкший командовать! Если вспомнить, что он брат каана, то скорее всего все так и есть. Только я длинный лирасский год боролась за свою независимость не для того, чтобы уступать какой-то громадной ящерице, пусть и такой привлекательной!

В гневе и растрепанных чувствах я металась по выделенной мне комнате, подыскивая приемлемый выход из сложившейся ситуации. Однозначно, спускать Рейнхарду такие разговоры я не буду. Сложится у нас что-то в дальнейшем или же нет, не важно. Один раз позволишь говорить с собой подобным тоном — и будешь пото́м всю жизнь тапочки приносить и подобострастно в рот заглядывать.

Я ведь могу улететь и сама. Посмаковала эту мысль со всех сторон. Да, определенно мне эта идея нравится. Плюсы очевидны. Во-первых, я не выдам своего секрета, а Рейнхард, похоже, сам не понял, что во мне изменилось. Во-вторых, проучу этого зарвавшегося лирана, привыкшего командовать и помыкать женщинами. В-третьих, потренируюсь летать и маскироваться. Есть, правда, и минусы — я не знаю дороги, даже направления куда лететь. Еще это может быть довольно опасно — путешествовать одной, я только-только выбралась из серьезной передряги и вот-вот вляпаюсь в новую.

Нашла листок бумаги и писчую палочку.

«Со мной все в порядке. Возвращаюсь домой.»

Все, больше никаких пояснений! Этому самоуверенному лирану не помешает немного поволноваться. Никаких вещей Крегерха с собой брать не собираюсь. Умылась холодной водой, собираясь с мыслями, провела по волосам допотопным гребнем, найденным здесь же. Выглядел гребень новым, ну или по крайней мере чистым. Итак, теперь самое сложное. Потихоньку вышла из комнаты, чуть в стороне слышны были голоса, на улице тоже. Прокравшись по коридору, шмыгнула на кухню, из нее есть выход для слуг в сад. На кухне никого не было, но в кладовую дверь оказалась распахнута. Вероятно, Лоркха сейчас там. Стараясь ничего не задеть и не шуметь, выглянула в сад. Поблизости вроде никого. Вышла и прикрыла за собой дверь. Двигаясь от куста к кусту, стала удаляться от дома. Снег практически уже сошел, под ногами чавкало и хлюпало, потому как двигалась я не по дорожкам, а прижималась к растительности, пока еще практически голой и оттого мало эффективной в плане маскировки.

Никакого забора или стены на моем пути не встретилось. И буквально через пару минут я вышла к оврагу, понизу бежал ручеек. Огляделась по сторонам. Я сейчас у подножия высокой горной гряды, чуть-чуть в отдалении. Вот интересно, Востгратис по ту или по эту сторону гор? Я поостыла и пришло запоздалое раскаяние. Что я творю? Зачем убегаю? И от кого? От Рейнхарда, который меня спас! Но возвращаться сейчас было неимоверно стыдно, и я решила продолжить путь, но уже сменив облик. Краски сразу стали ярче, звуки громче, а запахи насыщеннее. Немного подвигала крыльями, разминаясь и без особого труда взлетела. Прекрасное чувство полета охватило меня полностью, до самого кончика шипастого хвоста.

Исключительно, чтобы не привлекать внимания, летела на низкой высоте около получаса, затем решила подняться повыше, чтобы осмотреться. В какой-то момент поняла, что лечу не одна, все время вижу чью-то тень поблизости. Когда я стала крутить головой уж слишком очевидно, таинственный спутник сжалился и показался.

— Что ты здесь делаешь? — мысленно спросила Андоро, а это был именно он.

— Присматриваю за тобой, — хмыкнул странник. — Далеко собралась?

— В Муравейник.

— Ааа, ясно.

Мы летели молча еще около десяти минут, когда я решилась спросить:

— А Востгратис далеко?

— Всю ночь крыльями махать придётся. Только он в другой стороне…

— Хочешь сказать, я лечу не в ту сторону?

— Именно так.

— А что же ты молчал?!

— Так и ты не спрашивала. Но не спеши разворачиваться! — предупредил Андоро. — Груанские горы очень высокие, тебе не стоит пока подниматься так высоко. Уже скоро будет пролом, Востгратис по другую сторону гор.

— Спасибо, — буркнула я. Что-то у меня нервы расшалились, готова наброситься на тех, кто помогает и не просит ничего взамен. — Андоро, прости меня за грубость. — Решила не откладывать и повиниться сразу, пока опять не накатило.

— Ты не виновата, — обнадежил странник, — это все из-за обретения второй ипостаси. Так всегда бывает с молодыми лиранами. Настроение скачет, агрессия немотивированная, бессонница, пристрастия в еде меняются, и другие признаки. Около полугода придется потерпеть.

— Андоро, а у тебя есть семья?

— Есть, — усмехнулся странник. — Но моя семья не такая, как ты себе представляешь.

— Как это? — не поняла я.

— У меня есть потомки, но они не только мои. Мои сородичи тоже являются их родителями. Матери и отцы в нашем обществе общие. Мы не выбираем себе одного спутника на всю жизнь, предпочитая простые отношения, где нет сложных обязательств. Вы — люди, лираны и прочие привыкли все усложнять. Но в случае людей это хотя бы объяснимо короткой жизнью. А зачем лиранам все эти сложности с истинной парой, одна спутница на всю жизнь… Пфф! А если надоест?

— Ты просто никогда не любил. Так, чтобы отказаться от себя ради любимого, а не только от случайных связей. Когда любишь, можешь смотреть только на него и никто больше не нужен.

— Чушь! — фыркнул Андоро.

— А кому вы подчиняетесь? Есть главный?

— Есть старейшины, им мы и подчиняемся. Но все мы служим нашей повелительнице, она дарует нам все блага, в коих нуждаются странники.

— Но вы же не всегда служили Флеринее?

— Уже никто не помнит, как мы жили на исторической родине, странники так давно уже живут на Лирасе, что другой жизни не помнят.

— Я бы хотела попробовать призрачный полет, как думаешь, у меня получится?

— Думаю, да. Сосредоточься. Представь место, куда хочешь попасть. Или человека, к которому хочешь переместиться. Представь не картинкой перед глазами, а почувствуй всем сердцем. Почувствуй это место, запахи, звуки, ощущения. Погрузись в эти чувства.

Слова Андоро будто вводили меня в некий транс. Перед глазами сначала мелькали картинки из Муравейника, потом я отчетливо почувствовала запахи от загонов с животными, услышала бойкие разговоры женщин, работающих под навесом. Их смех и дружеские подначивания. Шум фабрики, запах аптечных трав Владиса. Мир вокруг размылся, цвета посерели и будто выцвели, в следующую секунду смазались в одно пятно, еще миг — и я почувствовала себя ветром, стала легкой и невесомой. Воздушным потоком, который несся вперед. Не переставала чувствовать свою цель — мой дом, мою комнату. Распахнутое окно, Зияна, вытирающая пыль, стараясь при этом ничего не задеть, не переставить, оставить так, как оставила я. Запах весны, никакого снега. Яркие зеленые листочки, молодая изумрудная трава в моем садике. Все это стало приближаться с неимоверной скоростью, показалось, что материя пространства прорвалась, и я очутилась в своем саду. Все именно так, как я и представляла. И зелень, и травка, и теплый ветерок. Вдохнула полной грудью — я дома! Быстро сменила облик, пока никто ничего не заметил и через распахнутые окна-двери вошла в свою комнату.

Меня немного пошатывало от слабости, прошел весь световой день. Но я была очень горда собой! Мой первый призрачный полет удался! Теперь меня никто не удержит насильно, я смогу сама за себя постоять. Я больше не та слабая Вероника, что год назад попала в этот мир, теперь я Фейро́ника Тинтур — призрачная лирана и больше никому не позволю мной помыкать!

— Лира? — у Зияны из рук выпала тряпка, которой девушка сметала пыль. — Как? Откуда?

— Светлого дня, Зияна. Успокойся. Все нормально, это я. Со мной все хорошо, сар Рейнхард меня спас. Теперь все нормально. Присядь, — помогла девушке, потому как она побледнела и грозилась вот-вот свалиться в обморок. — Дыши глубже, вот так.

— Как же это, лира? А где сар Рейнхард? И как вы сюда попали? Никто же не видел.

— Зияна, слишком много вопросов, извини, я не могу пока ответить. Ты посиди, приди в себя, а я пойду поищу Владиса. Ты не знаешь, где он?

— Так знамо где, в аптечной своей целыми днями пропадает. Поначалу вас всё искал, но потом сар Рейнхард сказал, что шейн мешает только и велел ему в Муравейнике оставаться. Сказал, чтобы присматривал тут за всем, чтобы, когда вы вернетесь, тут в исправности все было.

— Сар Рейнхард и тут успел свои распоряжения раздать? — вскинула я бровь.

Прошлась по дому, наполняясь ощущением уюта, комфорта, устроенности. Проникаясь сознанием, что наконец-то я дома. Трогала свои вещи, такие милые сердцу безделушки, дорогие только благодаря связанным с ними воспоминаниям. Тряпичная кукла с вышитыми глазками — подарок Веды в благодарность за свое спасение. Она сшила ее сама и подарила мне, когда я перевезла девочку в Муравейник. Целая россыпь вырезанных из дерева фигурок животных, небольших, каждая размером с ладошку — довольно популярный подарок на новый год, что я получила от жителей Муравейника. Этим фигуркам я отвела небольшую полку в гостиной, специально попросила ее повесить. Новая посуда на кухне, я практически не успела ею воспользоваться — красивые керамические тарелки и чашки для напитков, горшки для приготовления первых блюд. Все такие красивые, чистые. Зияна либо вообще ими не пользовалась, либо хорошо ухаживала. Вся кухня, большую часть которой занимали разросшиеся кусты бахура, блестела чистотой. Растения чувствовали себя превосходно, крепкий темно-фиолетовый ствол, крупные красные листья. Спустилась по ступенькам в подвал с целью проведать и эти растения. За ними тоже ухаживали — отметила с облегчением. Кусты вымахали очень прилично, в горшках каждому стало совсем тесно. Белые листочки цвета не изменили, стебель окреп. Думаю, все растения выдержат пересадку на улицу.

Перед тем как выйти из дома вернулась в кабинет и набросала записку Адриэйну.

«Я в Муравейнике. Со мной все хорошо. Хочу присутствовать на суде над Крегерхом. Скучаю по тебе.»

Не стала дожидаться ответа, может просто не готова была к объяснениям.

Проведя в доме немного времени, я смогла собраться с мыслями, набраться уверенности в себе и готова была выйти к жителям Муравейника. Первым, кого я встретила буквально на пороге неожиданно оказался тегмен владыки.

— Ралион Моркелеб, — смело поприветствовала лирана, — что вы здесь делаете?

Лиран остолбенел. Едва не рассмеялась, увидев его вытянутое лицо.

— Лира, откуда вы взялись? — наконец собрался с мыслями незваный гость.

— Это все же мой дом, и потому я имею право первой услышать ответ на свой вопрос.

— Каан послал меня проследить за стратегически важным производством, имеющим значение для безопасности империи.

— То есть вы приехали на мою фабрику?

— Верно. Лира Фейроника, — лиран взял себя в руки, — я рад видеть вас в здравии. Но все же не понимаю, как вы смогли попасть в Муравейник незамеченной. Везде расставлены дозорные, как вам удалось их миновать?

— Это все же мое поселение, ралион, оставьте мне право на маленькие секреты.

— Но это совсем не маленькие секреты! — возразил Моркелеб. — Ведь вашим путем может воспользоваться еще кто-то.

— Вряд ли, насчет этого вам беспокоиться точно не стоит, моим путем никто не воспользуется. Давно вы гостите в Муравейнике?

— Около десятины.

— Отлично. Значит, экскурсию для вас проводить не нужно? Что ж. продолжайте чувствовать себя как дома. Извините, мне пора, много дел накопилось за время моего вынужденного отсутствия.

— И вы ничего мне не объясните? — вдогонку крикнул лиран.

— Извините, ралион, не сейчас.

Путь мой лежал на фабрику, но я никак не могла туда добраться. На пути то и дело возникали жители Муравейника, обрадованные моим возвращением. Они не задавали излишних вопросов, просто радовались моему возвращению, рассказывали о важных для их семьи событиях, произошедших за время моего отсутствия. Я не могла просто уйти, старалась поговорить с каждым хоть немного. Я заряжалась любовью этих людей, наполнялась уверенностью в том, что все не напрасно. Мне этого не хватало. Чувствовать себя нужной, любимой, значимой. Как я могла отказаться от всего этого, решить прервать свою жизнь, поддавшись сиюминутному порыву?

Был и еще один неожиданный результат от общения с жителями — у меня появилась цель, я решила сама слетать к родителям Рейнхарда и поговорить с лирессой Аргидис — его мамой. Я непременно узнаю, что она видела в своем видении обо мне. Она должна рассказать! Возможно, я смогу найти родителей. Или просто узнать о себе хоть что-то.

— Фейроника! — навстречу бежал Владис. Он схватил меня в охапку, проявляя больше чувств, чем за прошедшие полгода. — Ты вернулась! Как ты? В порядке? Что он с тобой сделал? — Владис вертел меня из стороны в сторону, силясь найти видимые глазу повреждения.

— Владис, я в порядке. Остановись, ради Богов! У меня уже кружится голова.

— Фейроника, как я боялся, что с тобой что-то случится! Знаешь, я вдруг понял, что не могу тебя потерять, просто не согласен и все тут! Ты занимаешь огромный кусок моего сердца, моей души!

— Владис, спасибо, что ты у меня есть! — искренне ответила я, крепко обнимая ольфа.

Сбросив плащ и не выпуская меня из рук, парень взмыл в воздух, унося меня к окраине Муравейника, к огромному раскидистому дереву неподалеку от ручья.

— Что ты творишь? — рассмеялась я.

— Ты ведь не боишься? — заволновался ольф. — Я не причиню тебе вреда, хочу лишь поговорить без свидетелей.

— Полностью тебе доверяю. — Положила голову ольфу на плечо и закрыла глаза.

— Ты должна мне все рассказать, — приземлившись, заявил ольф.

— Я не хочу переживать все заново.

Села, поджав колени к груди, пропуская молодую травку сквозь пальцы.

— Фейроника, — приблизился Владис, — неужели ты не понимаешь, что нужно выплеснуть это из себя? Рассказать кому-то, поделиться, разделить боль. Я помогу тебе, заберу часть боли себе, я чувствую ее, она глубоко, но она тебя мучит.

Светило постепенно закатилось, источником слабого освещения выступали лишь набирающие силу кольца Лираса, потому так легко было расслабиться в полумраке и постараться отрешиться от всего. Владис не торопил меня, сидел рядом и разделял со мной тишину. Мне было так тепло и комфортно, как давно уже не было, и я решилась на рассказ.

— Я ему доверяла. — С тихим вздохом начала я. — Он был напорист в последнее время, но я не боялась, даже представить не могла, что должна его бояться!

— Часто мы не такие, какими кажемся. — Владис приобнял меня за плечи, его красивые кожистые крылья свободно спадали на спину.

— Он был груб. — Я говорила отрывисто, проживая те страшные моменты снова. — Думал только о себе, о своем желании. Он сделал это, Владис! — я заплакала, уткнувшись ольфу в грудь. — Мой первый раз — и такое! Я не хотела, чтобы это было так! Хотела с любимым, с тем, кому буду доверять, с кем смогу разделить… — В слезах выплескивала всю свою боль, что накопилась, все отчаяние, которым ни с кем не делилась. — Я бросилась с обрыва. С огромной высоты. В тот момент мне казалось, что жизнь кончена! Владис, я хотела умереть!

— Кто тебя спас? Это был Рейнхард?

— В тот момент меня спасла я сама.

— Не понимаю, это как?

— Владис, я тебе доверяю. Полностью, правда. Но то, что скажу, это очень важно для меня, и я не хочу, чтобы стало известно, особенно Рейнхарду, вообще лиранам. Поэтому я прошу клятву о неразглашении.

Ольф не задумавшись и на секунду тут же стал произносить слова клятвы:

— Я, Владис Ранготт, клянусь ни единым словом не выдать тайн Фейро́ники Тинтур, того, что услышу сейчас или в будущем. — Владис полоснул себе по руке острым когтем, первая же капля, упав, засветилась нестерпимо красным светом. — Клятва принята. — Констатировал ольф.

— То, что я скажу — невероятно. Я и сама долго не могла поверить, осознать. В общем, когда я падала с высоченной скалы… проснулась моя лирана. — Я смотрела другу в глаза, боясь пропустить реакцию. Что он будет думать обо мне теперь?

— Проснулась твоя лирана? — медленно переспросил Владис. — Я правильно услышал?

— Все так, — мне оставалось лишь кивнуть.

— Но я не чувствую в тебе изменений, — он недоуменно приглядывался ко мне, — не чувствую твою лирану.

— Это второй секрет. — Серьезно заявила я. — Она призрачная.

— Фейроника, — задумчиво протянул Владис, — ты только не подумай, что я тебе не верю, но, как бы сказать помягче, таких не бывает.

Вместо ответа я решила продемонстрировать другу обретенную ипостась. Для его безопасности мне пришлось отойти на несколько шагов. Я смотрела ольфу прямо в глаза и отчетливо видела, как расширились его зрачки, стоило мне позвать свою лирану. Владис тут же захотел притронуться ко мне и не смог. Его рука проходила насквозь — этим своим свойством я потихоньку училась управлять. Владису я доверяла и мне не составило труда вернуть себе плотность, чтобы ольф смог ощутить шероховатые крупные чешуйки под рукой.

— Это невероятно… — протянул ольф. — Никогда такого не видел. Ты прекрасна!

Фыркнула и выдохнула немного пара в сторону друга, потом боднула его головой, опрокинув при этом на землю. Владис не двигался, лишь завороженно смотрел на мое крупное, переливающееся всеми цветами радуги тело, на мерцание и всполохи вокруг меня, особенно заметные в полутьме. Попробовала поговорить с ним мысленно и увидела ошарашенное остолбеневшее лицо и застывший взгляд ольфа.

— Эй! Ты чего? Испугался? — насмешливо поинтересовалась я.

— Как ты это делаешь? — потрясенно спросил Владис. — Ты у меня в голове! Я тебя слышу.

Решив, что для первого раза хватит, вернула свой человеческий облик и шагнула к ольфу.

— Это все еще я, — заверила упавшего друга, подавая ему руку. Ольф ловко поднялся и настороженно подошел ближе.

— Фейроника, — выдохнул он, — прости мое недоверие. Но это невероятно, никто бы не поверил на моем месте!

— Я не хочу, что кто-то еще знал пока. Собиралась рассказать Рейнхарду, но теперь сомневаюсь.

— Он тебя обидел?

— Да нет. Скорее проявил истинный характер, который до того умело скрывал.

— Знаешь, Фейроника, сар Рейнхард показался мне неплохим парнем. Порядочным и отвечающим за свои слова. Отношение наследника к своему дяде тоже о многом говорит.

— Возможно. Но это если забыть, что я выросла в другом мире. Беспрекословное подчинение не для меня! Наверное, мне скорее подойдет более мягкий спутник жизни, который не будет пытаться контролировать каждый мой шаг.

— Ты сама такого не захочешь. — Возразил Владис.

— Сегодня был очень сложный день, давай возвращаться? К тому же, скоро стоит ждать появления Рейнхарда. Я от него попросту сбежала.

— Как тебе удалось?

— Я не просто призрачная лирана, я владею призрачным полетом.

— Никогда о таком не слышал, — признался ольф.

— Давай покажу?

— Хорошо. — Сразу согласился он.

Снова сменила ипостась, пригнула голову, приглашая Владиса забраться на меня. Ольф медлил. Нет, не так. Он отшатнулся и сделал несколько шагов назад.

— В чем дело? — не поняла я. — Забирайся!

— Ты уверена?

Так и хотелось сгрести упрямца в охапку и забросить на себя, но я боялась нечаянно повредить его крылья. Потому просто притопнула на него, дохнув паром, тем самым выражая нетерпение. Владис сдался и ловко запрыгнул мне на шею, используя подставленную лапу в качестве ступеньки.

Расправила крылья, послала мысленный приказ ольфу держаться крепче и взмыла в воздух. Мы недалеко отлетели от Муравейника, минут пять полета, но я все равно хотела использовать призрачный полет. Представила свою комнату, мне совсем несложно было проникнуться духом своего дома, ведь еще недавно я специально ходила по нему, накапливая ощущения. В тот же миг мир изменился, цвета посерели и выцвели, смазались в одно пятно, в следующий миг я уже чувствовала себя ветром, воздушным потоком. Мне показалось, что полет длился лишь пару ударов сердца, и вот зрение сфокусировалось, и я увидела, что мы летим прямо в большое, во всю стену, окно моей комнаты. Все еще мерцая, мы прошли сквозь него и тут я поняла, что просто не помещусь в своей комнате в этом обличье! Тогда я легко пролетела домик насквозь, сделала круг и приземлилась в саду.

Не теряя времени, немного непочтительно сбросила ольфа и приняла человеческий облик.

— Владис, ты в порядке? — потормошила пребывающего в шоке друга. — Да ладно тебе! Я и то в первый раз лучше отреагировала!