Глава 16.4

— Мы бодриться не собирались, — ответила Вилла, и Лил нахмурилась, но тут же ее лоб разгладился, и она, взвизгнув, рухнула в озеро, к моему изумлению, скрывшись прямо возле берега с головой.

Ее примеру последовала Фосса. Тело у нее более вытянутое и худощавое, чем у Лил, покрытое густым бронзовым загаром. Но никогда не скажешь, что она намного старше Лил, и той же Виллы, если не заглянуть ей в глаза.

— Эй, Эя, — позвала меня Вилла. — Хватит валяться мокрой тряпкой, поднимайся — и в озеро, вместе с нами.

Я нашла в себе силы помотать головой и произнести:

— Я потом.

Вилла пожала мощными плечами.

— Потом, так потом, — милостиво разрешила она. — Кто бы спорил. Искупаешься, как отдохнешь, как следует, спокойно, одна, никто тебе мешать не будет.

Мне показалось, или в голосе Виллы прозвучала издевка? Впрочем, она всегда издевается. Но мне было не до размышлений о ее вежливости — стоило услышать, что я буду плавать одна, когда тут в окрестностях, скорее всего, рыщет приставленный к нам для охраны Вирд, как неведомая сила так и подбросила меня. Буркнув что-то, что совсем даже не устала, я принялась яростно освобождаться от одежды под насмешливым взглядом Виллы.

Торопливо сбросила ботинки, скатав с себя штаны, рубаху, жилет, пояс, исподнее, — все единым кублом отбросила к кустам и ринулась к темно-синей глади воды.

— Осторожно, — донеслось в спину, — у берега сразу глубоко. У этого озера нет дна.

— То есть как это, нет? — спросила я, оборачиваясь.

— Так, — ответила Вилла и пожала плечами. — Сколько ни ныряли, не нашли.

— Ну это не показатель, — авторитетно заявила я, потому что проснулся во мне дух противоречия. Не всегда же ей быть правой!

— Как посмотреть, — не стала спорить Вилла, — только не мы ныряли.

— А кто?

— Ундины.

— Ундины — миф, — заявил все тот же дух противоречия.

— Да как скажешь, — не стала спорить Вилла.

Я замерла с открытым ртом.

Вилла, пока говорила со мной, спокойно раздевалась и складывала одежду и оружие, как Лил и Фосса, горкой. Подошла к берегу, согнула колени, вытянула крепкие, мускулистые руки и рыбкой скользнула в воду. Тут же ее макушка показалась над поверхностью, и мощными, уверенными гребками она принялась догонять Лил и Фоссу, подплывающих к середине озера.

Я пискнула, вообразив, что отстану от них и стану легкой добычей для разных любопытных, подглядывающих из кустов, шагнула за край земли, и оказалась под водой. Я даже не успела сделать пару гребков, когда вода, словно резиновая, спружинила подо мной и вытолкнула на поверхность.

Едва голова оказалась над водной гладью (кстати, вода оказалась без пузырьков, как вся здесь, в Заповедных землях), но теплой, как парное молоко, как я поняла, что вода держит меня, несмотря на то, что я не делаю ни единого движения. Как же так? Впрочем, стоило мне сделать гребок руками и оттолкнуться ногами, как вода словно расступилась, пропуская меня вперед, но все равно, держа, словно навесу, и я поплыла за удаляющимися женщинами.

Вилла, Лил и Фосса замерли на самой середине озера, и тихо о чем-то говорят, не разобрать ни слова, над водой разносится только эхо их голосов.