Глава 22.2

— Они не посмеют, — прорычала Вилла. — Нам лишь бы продержаться…

Продержаться до чего, она не сказала, да и незачем: итак, ясно, что неоткуда ждать подмоги…

Но подмога пришла.

Явилась смертоносным вихрем из трех чудовищ, стоящих на задних лапах.

Они прыгнули с разных сторон, рванули к нам по плечам, головам нападающих, оставляя за собой бездыханные тела. По сравнению с женщинами в полуформе, эти монстры само исчадие ада: огромные, свирепые, безжалостные.

Кольцо вокруг меня уплотнилось, и я поняла, что нам на подмогу пришли Вирд, Рив и Грэст.

— Зр-ря, — прорычала Вилла, обрушивая удар тяжелой лапы на лишь на миг открывшуюся шею красноволосого гиганта, вынуждая его пасть на землю и ползти назад, уступая место другим.

— Они убьют вас! — глухо подтвердила Фосса, выбрасывая обе руки и разя сразу двоих нападающих. Раздался неприятный хруст.

— Ничего, — ответило одно из чудовищ голосом, отдаленно похожим на голос Рива. Ему повезло больше, он полоснул огромной лапой, и с плеч нападающего, по-прежнему не менявшего форму, соскочило вниз и запрыгало что-то круглое, вращающее глазами. В следующий миг оно исчезло под грудой тел, но осталось у меня перед глазами.

Я зажала ладонями рот и заорала, но мой крик потонул в рычании, звуках ударов, хруста костей и рвущихся жил.

Сквозь пелену тошнотворных, холодящих кровь, звуков, раздалось отчетливое рычание:

— Девочка того стоит!

И в этом рычании я узнала голос Вирда.

Стоило Вирду, Риву и Грэсту присоединиться к нам, как кольцо вокруг меня расширилось, перестали то и дело задевать прикосновения чьих-то лап и очедающих рядом тел. Только натиск атаки усилился в разы — на самцов в полуформе нападали яростно, свирепо, безжалостно.

Вилла, Фосса и бурая волчица лишь помогали им отражать натиск, не давая просочиться внутрь кольца.

И хоть никто из атакующих и отбивающихся не был вооружен, схватка была по-звериному жестокой и кровопролитной, с хрустом костей, рычанием, стонами раненых, сладковатым запахом крови, витающим в воздухе.

Я съежилась, обхватив колени руками.

— Что делать, что делать, — клацали мои зубы, а в голове творился сумбур, словно играл оркестр.

Если бы мне удалось проскользнуть между огромных, уходящих в самое небо ножищ, и нырнуть в озеро, — подумала я. — Может, отвлеченные сражением, они не заметят… Глупая, — тут же сказала я себе. — Они найдут меня по запаху, все будут биться, а один или несколько найдут в ближайших кустах…

Грудь словно обожгло что-то, как будто что-то дернулось, теплое и живое. Сначала я не придала значения, подумав, что меня просто задело схваткой, но спустя пару секунд пульсация на груди повторилась, и я, подскочив, положила ладонь на оказавшийся теплым риолин. Камень дернулся под моей ладонью, словно попавшая в силок птица. Я поднесла его к глазам, риолин посветлел, стал ярко-зеленым, как первая листва.