Глава 24.2

Его глаза расширились и сверкнули дьявольским огнем, губы приоткрылись, а пальцы, которыми он продолжал держать мои лодыжки, еще сильнее сжались, так сильно, что я закричала. Едва ли Грэст услышал мой крик — с ним что-то происходило. Темные пряди волос встали дыбом. Рот дернулся, ноздри длинного носа хищно расширились. Оборотень словно надел вдруг маску безумца, опасного безумца. Мне отчего-то показалось, что верхушки его ушей заострились еще больше.

Он сейчас примет полуформу, поняла я, цепенея от страха, практически теряя сознание.

Плавая на поверхности мышления, все еще не погружаясь в темный омут ужаса, я видела, как лицо его склонилось еще ниже над… моим телом. Он застыл на несколько секунд, потом раздался звук врывающегося в ноздри воздуха. В следующий миг я оказалась плотно прижатой к земле его телом.

Грэст опирался на одну руку, другая же скользнула вниз. Он быстро, словно рассеянно погладил меня по бедру, затем легонько шлепнул, и его рука переместилась на кожаную повязку, что прикрывала его бедра.

Я пыталась отодвинуться, но Грэст держал крепко. А любая попытка сжать ноги натыкалась на его твердое горячее тело, каждый раз заставляя оборотня дышать еще страшнее.

Я приподняла голову и заорала прямо в синюю гладь неба, словно надеясь, что этот голубой купол треснет от силы моего крика и обрушится на землю, погребая нас под осколками, но на мой рот плотно легла твердая ладонь. Я ощутила, что все его тело дрожит. В мои бедра уперлось что-то твердое… я забила по земле ногами, продолжая колотить каменное тело Грэста. Я била, царапалась, даже пыталась укусить, но укусить за ладонь не получилось.

Не обращая внимания на мои кулачки, сомневаюсь, что Грэст ощущал удары, он сосредоточенно замер, словно примеряясь.

В тот же миг налетевшее откуда-то темное облако сорвало с меня Грэста, перевернув несколько раз и меня.

Я не поняла, что это, слышала лишь клацанье зубов и утробное рычание.

Воздух со свистом рвался под мощными ударами, в ушах у меня в унисон с тяжелым, плотным пульсом раздавалось чье-то тяжелое, хриплое дыхание.

Кто-то яростно катался по поляне совсем рядом.

Я поняла, что лежу на животе, когда спины моей коснулось что-то легкое и шершавое. Должно быть, сухой лист. Я, облокотившись на трясущиеся руки, приподняла голову и увидела, как по поляне, яростно рыча, катаются два волка в полуформе.

Надо бежать, — прозвучало в голове. — Надо спасаться. Едва ли победа этого, нового, сделает твою участь лучше. Беги же!

Водоворот мыслей несся и несся, затягивая меня куда-то, а я продолжала лежать, не в силах пошевелиться. Дрожь в теле сменилась странным онемением, я смутно чувствовала его, как тогда, когда, находясь на плече Грэста, наблюдала за происходящим свысока.

Темный клубок из двух чудовищ распадался несколько раз, и в воздух взметались страшные вихри с горящими глазами и бьющими наотмашь, мускулистыми лапами.

Время от времени, то один, то другой оказывался сверху, на телах обоих появлялись бурые пятна, появление которых сопровождало яростное рычание, переходящее в вой, но клубок собирался снова.

Лязганье зубов, глухие звуки ударов, рычание, — сквозь все это мой внутренний голос настойчиво требовал, чтобы я бежала, а я не могла пошевелить пальцем… не то, что поднять голову.