Глава 13.2

Я заморгала. Вода в котелке вскипела, и я пошевелила горящие ветви, слега приглушая пламя, видела, как это делали Джен и Стал… Высыпала полгорсти сушеных трав в котелок.

— Как это? З-зачем я им? — спросила я, заикаясь.

— Каждая стая хочет стать главной, — задумчиво проговорила Лил, обращаясь к Вилле.

Я захлопала ресницами, переводя взгляд с одной женщины на другую. Как же раздражает эта их бесстрастность, словами не передать! Ведут себя, как будто я пустое место.

— А при чем тут я? — спросила я и дернула Лил за край кожаной юбки.

— А?

Она взглянула на меня удивленно, точно и думать обо мне забыла. Мне отвечать не стала, снова обернулась к Вилле.

— Вести разлетаются быстро, еще попытаются. Эти не преступили закон, но ведь будут и другие?

— Именно, — невозмутимо подтвердила Вилла, и Лил столь же невозмутимо вернулась к кому глины на углях.

— Знаете, что! — воскликнула я. — Я понимаю, что вам до ужаса неприятно со мной общаться, возиться, вести к какому-то Велесу для какого-то посвящения, по дороге отбивать от каких-то красных, я все понимаю! Но вот это очень взаимно, верите? Я сюда, к вам, не напрашивалась! Я жила… там… своей жизнью, и понятия не имела о вас и ваших тут разборках! И знаете, что? Я была счастлива дома! Очень счастлива, понимаете вы, или нет?! А ваши… люди… Или кто они, никак не привыкну, как вас называть-то… Они похитили меня! Лишили меня всего! Да лучше бы они убили меня там, тоже, с…

Я уронила лицо в руки, но тут же распрямила спину.

— Да, лучше бы убили! У меня все отняли, и вы тут! Корчите свои невозмутимые рожи, мол, как я достала вас своей глупостью, своими неуместными расспросами! Так я не напрашивалась к вам сюда, почему вы это постоянно забываете? Думаете, я не понимаю, почему вы не рассказываете мне ничего? Да вам тут всем слова жалко тратить на ту, что итак не жилец, да? Но знаете, что? Если уж сразу не убили, то могли бы проявить хоть каплю уважения!

Произнеся эту тираду, я обессиленно опустила голову на сложенные колени, которые обхватила руками. Ощущение — словно проскакала сто миль. Мышцы расслабились и как будто одеревенели. Усталость жуткая.

Никто не проронил ни слова. Ну и пусть.

Когда я подняла голову, увидела, как Лил расколола ком глины, и выуживает куски мяса, без перьев и без шкуры, ну, почти, и раскладывает на зеленые листы. Фосса успела перелить содержимое котелка в три узких высоких рога, похоже, серебряных.

— Ешь, — сказала мне Фосса.

Какое-то время мы ели молча.

Затем Лил сказала:

— Глупая. Лирые тебя не похитили, а спасли. Если бы осталась в проклятых землях, не прожила бы и дня.

— Я вам не верю, — глухо сказала я.

Лил пожала плечами и облизала жирные пальцы.

— Твое дело.