Глава 15

Ульяна

Пока я ошалело таращилась на настороженно застывшего зверя, мозг лихорадочно раздумывал, что это вообще такое сейчас происходит и каким образом этот миленький лисище мог здесь оказаться. И ладно бы просто здесь, но в постели ― это уже вообще за гранью. Может, это своеобразный подарок от Адриана? Вдруг в этом мире такие необычные традиции ― дарить вот таких вот очаровательных мутантов зверей всем подряд. Я уже ничему не удивлюсь. Повинуясь моему жесту, приглушенные маленькие язычки-светляки зависли между мной и лисом, немного выше моей головы, создавая тусклое освещение.

– Друг мой сердечный, – несколько хрипло ото сна и со стрессу начала тихо, следующую фразу возмущенно рыкнула: – стесняюсь спросить: а лапы ты мыл, прежде чем лезть на кровать?!

На мой вопрос зверь недоуменно подергал ушами, в его больших раскосых глазах отразился интерес, наверняка он пытался понять, отчего его добыча, то бишь я, настолько наглая и бесстрашная.

Да сама в шоке.

Лис, смешливо фыркнув, шумно задышал, принюхиваясь, осторожно ступил вперед, послышался треск порвавшейся ткани. В натуральном смысле прикусила кончик языка, дабы лишний раз не злить животное, а он, наглец такой, сделал еще один маленький шажок, внезапно бухнулся на пузо и пополз ко мне, будто там охренеть сколько места оставалось, ага.

Вдавившись в спинку кровати лопатками, замерла и на всякий случай затаила дыхание, реальной опасностью от зверя даже и не пахло, но я не знала, чего от него ожидать, а в следующий момент удивленно выдохнула, когда его влажный нос уткнулся мне в колено, а затем ну очень умилительно потерся пушистой мордочкой о мою конечность и тихо, пробирающе до приятных мурашечек заурчал. У меня так Рив иногда делал, когда был очень доволен или умиротворен.

– Святые зелья, какая милашка, – умиленно пробормотала, потянулась было погладить этого красавца, но вспомнила о том, что лисы, между прочим, довольно опасные хищники, и моя ладонь замерла над его спинкой. – Можно тебя погладить?

Лис вскинул мордочку и вдруг мотнул головой, словно кивая. Мои глаза вылезли из орбит.

Интересное кино. Мне же не показалось? Впрочем, на волне происходящего реально все. Да и подумаешь ― разумный зверь, тоже мне, нашла чему удивляться. Хозяин этого малыша вообще предполагаемый двуликий, а у меня самой фамильяр имеется, тоже, между прочим, разумное существо, хоть и магическое. Тем не менее, спросила шепотом:

– Ты что, меня понимаешь?

Лис фыркнул и совсем легонько толкнул меня в бок лбом, но даже этого хватило, чтобы я пошатнулась и ухватилась за край кровати, а затем медленно так, со вкусом прошелся языком вдоль колена.

– Эй! – засмеялась, зарываясь пальцами в гладкий мех и наглаживая бока. – Бесстыдник ты. Или ты бесстыдница, а, признавайся? Я очень любопытная, не заставляй меня лезть тебе под хвост.

Мой мохнатый друг замер и вновь вскинул мордочку, на этот раз возмущенно. И вот в его мимике мне почудилось: лезь себе на здоровье. Тоже мне проблема. А затем, будто в подтверждение, повалился на бок, выставляя напоказ свои колокольчики.

– Ах ты, засранец! Развратник, под стать своему хозяину, – весело расхохоталась и легонько дернула лиса за хвост. – Прикройся! Перед тобой дама, между прочим.

Зверь недовольно фыркнул и, извернувшись, снова уперся мордой мне в колено, потерся, рыча, и в этом рыке мне послышалось отчетливое:

– Па-р-ра…

– Чего? – растерялась. Но зверь, поднявшись, махнул хвостом, мимолетно задев мое ошалелое лицо, спрыгнул с кровати и потопал на выход из комнаты.

– Ты куда это? Эй!

Спрыгнув следом, вместе с магическими светлячками побежала за зверем, и когда он пробрался в кабинет Риана, заваливаясь прямо на диван, ошарашенная внезапно пришедшей догадкой, привалилась к косяку двери.

– Р-риан?

Лис повернул морду и насмешливо так взглянул в мою сторону.

– Подавиться мне галгинкой, неужели правда, – прикрыла рот ладошкой. Твою ж колбу! Как до меня сразу не дошло? Это же очевидно.

Зверь мотнул головой, кивая.

Оторопело потерла лицо. Опять-таки, чему я так удивляюсь? Что-то такое, честно признаться, я и предполагала. Догадалась уже, что Адриан не просто так дал мне алую книгу. А между прочим, там был раздел и про этот вид. Надо же, а я даже и не думала, что вторая половина этого мужчины ― лис. Хотя по темпераменту ведь очень похоже.

– Ладно, Риан, – обратилась к с любопытством наблюдающему за мной зверю, при его имени он поднял голову с лап, ушки встали торчком: – Я… Спокойной ночи, в общем. Завтра поговорим. Если ты, конечно, будешь помнить. Сдается мне, ты редко ходишь в своем пушистом облике.

Меховушка покаянно вздохнул и, тявкнув, будто желая и мне спокойной ночи, махнул хвостом, положил на него голову, но следить за мной не перестал. Вздохнув, дошла до пушистика и, крепко его обняв, внутренне ведая, что лис никогда в жизни не причинит мне вреда, чмокнула в осоловелый нос.

– Сладких снов.

Когда я уходила, ощущала на себе заинтересованный взгляд зверя.

Вернувшись в постель, задумчиво уставилась в потолок, пытаясь переосмыслить все то, что только что со мной случилось. И все-таки, про пару мне почудилось или нет? Внутренний голос нашептывал, что нет, не почудилось. Неужели я на самом деле та самая предначертанная оборотня? Весело, если так. Не хотелось бы мне стать чьей-то возлюбленной по прихоти примитивных инстинктов. Однако вопреки всему на душе вдруг потеплело и стало как-то легко и свободно.

Взгляд упал на книги на тумбе, которые, судя по всему, Адриан заботливо убрал. Зацепилась за алую и вздохнула, решая перенести чтение на завтра. К тому же вряд ли у меня эти книжечки вообще кто-то собирается отбирать, еще будет много времени на чтение, а сейчас особо благоприятный момент для попытки связи с Ривом и папой, пока еще чего не случилось.

Наглухо задернув шторы, села на ковре в позу лотоса и закрыла глаза, полностью расслабляясь и медленно погружаясь в себя. Дыхание замедлилось, практически останавливаясь, как и сердцебиение. Представила мордочку фамильяра, удерживая ее образ, начала призывать лисариуса, вплетая в призыв ментальные энергии своей жизненной силы, сначала тихо, еле слышно, затем все громче и громче, в конце срываясь на надрывный песне-крик.

Этот мир нашу связь старательно блокировал, я ощущала это четко. Энергофон был нестабилен, магия мира совершенно не желала подчиняться и сонно ворчала, словно древняя обиженная на всех и вся старушка, ни в какую не желая идти на контакт и открывать для меня совсем маленькую брешь.

Я уговаривала, просила, настаивала, и в конце концов несговорчивая согласилась, ослепляя меня и омывая легкими потоками силы, но предупредила, что времени у меня совсем мало. Иначе… Иначе что ― я не разобрала, но дала себе мысленную установку еще позже попробовать поговорить с магией этого мира, разузнать, что с ней случилось и что происходит сейчас.

Интересненько же.

Собственно, вести долгие разговоры и так бы не получилось, я затратила собственные жизненные силы, что делалось в крайнем и крайнем случае, поскольку подобный призыв нес непосредственную угрозу моему здоровью.

Рива я пока не видела, но улавливала его тихое бормотание. Он с кем-то разговаривал, спорил и даже кричал, но что конкретно, мне пока не было слышно.

Обрадовавшись, что контакт есть, потянула на себя нашу связь, устанавливая соединение.

– Рив, ты меня слышишь?

Фамильяр не отозвался, продолжая с кем-то бухтеть. Однако наша связь стала более крепкой, картинка перед глазами ― смазанной, нечеткой, но я видела очертания кабинета отца, Рива, сидящего на столе, фигуру папеньки, и, воодушевившись, позвала громче:

– Рив, негодник! Отзовись, кому сказала. Хватить лясы точить!

Лисариус, наверняка на этот раз услышав мой призыв, встрепенулся и заозирался, неуверенно прошептал:

– Льянка?

– Льянка, Льянка, слышишь, говорю, меня?

Фамильяр радостно подпрыгнул, а вот мужчина напротив него напрягся.

– Слышу! Льянка, засранка! Ну, наконец-то! Твою стекляшку, ты где пропадаешь?! Мы с твоим отцом чуть с ума не сошли! Давай домой, а то твоего папеньку скоро инсульт разобьет, испереживался весь.

– Ульяна? – тихо позвал меня отец, так тихо и как-то надрывно, с надеждой, что мне стало не по себе. У самой сердце екнуло.

От искренних ноток беспокойства на душе стало совсем тепло, прям вот до слез.

– Я, папа, – шепнула, хотя знала, что он меня не услышит.

– Это она, – с важным видом подтвердил Рив. – Ну? Я долго буду ждать ответа, ты где шляешься, засранка малая?

– Доченька, как ты? Где ты?

– Да что с ней будет… – отец с суровым видом кашлянул кулак, и фамильяр опасливо поджал уши: – Эм, да, Ульяна, с тобой все в порядке? Чувствую, что да, но…

– В полном порядке, – поспешила уверить родных. – Я… – внезапно даже для себя всхлипнула: – Рив, папа, тут такое дело, в общем, я в другом мире. Но я не виноватая! Оно само, вот честное слово.

Повисло молчание, спустя несколько секунд отец забеспокоился, и Рив осторожно передал ему мой ответ. Однако вместо того чтобы начать рвать на себе волосы и причитать, какая я нехорошая и все по списку, отец вдруг облегченно выдохнул и расслабленно откинулся на спинку кресла.

– За столь долгое время впервые хорошая новость. Ульяна, мы с Ривом предполагали подобный вариант, уж слишком долго твой лисариус не мог до тебя достучаться, мы знали только то, что ты жива. Послушай. Полагаю, ты попала в один из связанных с нашим миров.

«Чего? Связанные миры? Впервые слышу», – удивленно хотела проговорить я, но отец не дал.

– Не перебивай. Эта информация не афишируется, да и не важна сейчас она. Это очень даже хорошо, что ты в другом мире, и инквизиции тебя не достать.

По коже от слов папы прошелся озноб. О чем это он?

– В общем, Льянка, попали мы с тобой, мягко говоря. Натворила же ты делов, – с нотками укоризны проговорил Рив, но, заметив злой взгляд отца, буркнул: – А что я не так сказал? – и благоразумно замолчал.

Папа вздохнул.

– Ульяна, из-за последней твоей выходки инквизиция потеряла терпение. Твоя лаборатория разрушена, как и значительная часть нашего дома, сейчас ее восстанавливают архары.

Огорченно поморщилась. То, что прошляпила архара, на которого давненько хотела взглянуть хотя бы одним глазком, ― еще ладно, а вот мое убежище ― это, конечно, звездец. Я ой как любила свою лабораторию, а сколько там осталось ингредиентов и зелий, часть из которых достаточно редкие и дорогие, блин.

Пока я убивалась по уничтоженному имуществу, отец продолжал говорить:

– Я и инквизиторы успели вовремя отреагировать и укрыться щитами, но могли пострадать неповинные вейдары и люди. Сегодня поутру был собран совет, привлекли верховную, несколько часов назад они вынесли решение.

Мысленно присвистнула и осторожно уточнила, заранее догадываясь, что ответ мне вряд ли понравится:

– Какое?

– Тебе собирались предоставить два варианта на выбор: если ты добровольно сдашься, сама придешь в инквизицию и соглашаешься на инициацию, которую они планируют провести прямо там, под надзором верховной и нескольких высших инквизиторов, то тебе будет прощен твой проступок и незаконное баловство с магией. Верховная пояснила, что они не хотят терять потенциальную сильную первородную ведьму.

Чего?! Чего это они удумали, кузнечики темномордые. Извращуги несчастные!

– Представляю, как ты негодуешь, – вдруг улыбнулся отец.

– Да уж, видели бы вы ее лицо, – невесело хохотнул Рив.

– На данный момент активно ведутся твои поиски. Инквизиция полагает, что ты не без моей помощи смогла сбежать и хорошо прячешься. Наш дом перевернули вверх дном, за мной установили слежку, но, понятное дело, им ничего не обломится.

Ох, отец. Надеюсь, я не сильно тебя подставила… Правда, честно признаться, особо виноватой себя все равно не ощущала. Лисариус, почувствовав мои эмоции, хмыкнул:

– Ведьма.

Проигнорировав его, спросила:

– А второй вариант?

Фамильяр передал мой вопрос папе.

– А второй: полная блокировка сил. Навсегда.

– Они что, в конец там все охренели?! – возмущенно рявкнула. – Да щас. Бегу, волосы назад.

Офигеть. Что-то раньше я не слыхала, чтобы хоть кому-то из вейдаров ставили подобные условия. По правде говоря, я так же не слышала, чтобы кто-нибудь на глазах темных нагло разваливал лабораторию и исчезал.

– Да уж, Льянка, повезло тебе, что ты далеко, – сочувственно пробормотал фамильяр и передал папе мое негодование.

– Что-то такое я и подозревал. В общем, что бы ты ни думала, я рад, что все оказалось так, как оказалось.

Облегченно выдохнула и улыбнулась, радуясь, что отец, когда совсем припекло, встал на мою сторону, и плевать, что по факту мне ничего на данный момент не угрожало. Вдруг почувствовала, что времени уже не осталось, о чем с грустью пояснила отцу и Риву.

– Ладно, держись там, малышка. Мы попробуем отыскать способ, как тебя вытащить с наименьшими потерями во всех смыслах.

– Хорошо, – согласилась я и разорвала связь, не став говорить, что вытаскиваться мне не особо хотелось, и дело было даже не в инквизиции с их бредовым наказанием, а совсем-совсем по другой причине.

Поблагодарив магию мира, аккуратно отпустила нити в лоно материи и закрыла ладонями лицо.

– Эх, папа, знал бы ты.

Умывшись, тихо заглянула в кабинет Адриана, находя его все еще в облике зверя, и, ласково потрепав лиса по холке, вернулась обратно к себе. Забравшись на постель, посмотрела в окно. Отец дал мне хорошую пищу для размышлений. Впрочем, я и без того намеревалась поговорить с магией и узнать все, что меня интересует, но не сейчас. И без того слишком устала. Но, как ни странно, после столь «приятных» известий спать мне больше не хотелось.

Перетянув к себе алую книгу, отыскала раздел с лисами и углубилась в чтение, зачитавшись до самого утра.

* * *

Адриан

Открыв глаза, бездумно уставился на письменный стол. Тело ощущалось как-то непривычно, немного тяжело, будто после спонтанного… оборота. Мать твою. Резко перевернувшись, сел, с раздражением осматривая свое обнаженное тело.

– Засранец, – процедил, внутренне хватая лиса за уши и дергая их. – Кто тебе позволял? Не дай бог, напугал мне девочку, накажу!

Зверь насмешливо фыркнул и злобно ощерил клыки, за что тот час же получил по этим самым клыкам.

– Покажи, – приказал, и лис, раздраженно рыкнув, нехотя открылся, заваливая меня картинками их с Льяной ночного рандеву. Собственно, ничего криминального не произошло, за исключением того, что она, похоже, все же догадалась о моем происхождении и примерном положении дел в этом мире. Конечно, лучше всего, если бы я сам ей все рассказал, но я решил так.

Однако, сильно шокированной она от такой новости не выглядела. Удивленной, восхищенной, немного напуганной, ― да, но не в глубокой панике. Любопытно, это значит, что в ее мире есть такие, как мы, или же она настолько психологически устойчива? Впрочем, меня устраивали оба варианта.

Удовлетворенно хмыкнул, ловя фантомное ощущение девичьих пальчиков на своей шкуре, и с наслаждением прищурился.

– Повезло тебе, ушастый, – более благодушно пробормотал, оглядевшись, нашел на полу клочки разорванных штанов и майки.

Осторожно выглянул наружу, не собираясь так рано шокировать невинную, неискушенную, как мне думалось, девушку голыми тылами. Проскользнув в ванную, достал из запечатанного пакета теплый халат, накинул его на плечи и заглянул в спальню, к своему удивлению, находя вполне бодрую рыжую за чтением. При моем появлении она вскинула голову.

– Уже проснулся. Доброе утро, – Ульяна отложила книгу и улыбнулась.

– Доброе, ты ранняя пташка. Как спалось?

– Спалось хорошо, но мало. И я бы не сказала, что я такая уж ранняя пташка, просто случилось кое-что не очень приятное.

Мгновенно подобравшись, быстро приблизился, опускаясь на постель:

– Я слушаю. Расскажи, я постараюсь помочь, – мысли о том, что «неприятное» может быть связанно с моим оборотом, даже и не возникло.

– Не поможешь, – она покачала головой, и я сильнее нахмурился. – Это связано с моим миром. Видишь ли, мне удалось связаться с отцом…

– Что? – неприятно офигел я. Это что ж получается, Ульяна в любой момент может связываться со своим миром? А как насчет переходов? Не-е-ет, к такому я не был готов. На цепь посажу, вот точно! – Каким образом? Когда?

– Понимаешь, Риан, я… Ай, к черту. Надоели эти пляски вокруг до около. Слушай.

Вздохнув, собираясь с духом, Ульяна максимально коротко рассказала о том, кто она на самом деле такая. А именно ― маленькая, хитрая ведьмочка. В действительности, в ее мире существует такая раса, это не стало для меня таким уж шоком. Но любопытство взыграло не на шутку. Затем еще короче поведала о мироустройстве и инквизиции, этакой магической полиции, о черт возьми – магии, взрыве, предшествующем ее к нам попаданию, и что это повлекло за собой. Я ощущал, что, несмотря на ровный, а иногда и веселый тон, она переживала за отца и скучала. А еще ― по своему фамильяру. С ума сойти, у нее есть магическое животное. Да что там животное, моя рыжая владела самой магией и, по ее словам, она кое-что могла и в нашем мире. А вот насчет этого нам следует поговорить серьезней.

Слушая Ульяну, иногда моя рациональная половина откровенно ржала и недоверчиво скалилась, а вторая жадно внимала и всему верила.

Боже, а сколько всего нам еще следовало обсудить. Уверен, у Ульяны не меньше вопросов ко мне, чем у меня к ней самой. Я ощущал любопытство и острое предвкушение. Эти чувства бодрили.

Аккуратно спросил про возможность перемещений, и девушка порадовала ответом, что смогла пока только связаться и то, приложив кучу энергии и сил, а с перемещениями вряд ли что-то получится, для этого требовался особый дар, которым моя ведьма не располагала.

И слава богу. А то насчет цепи я не шутил.

– Вот, как-то так, – закончила она, разведя руками в стороны.

– Не волнуйся, – я взял малышку за ладошки, – здесь тебя никаким инквизиторам не достать.

– Это факт, – весело кивнула она, и мы замерли, внимательно вглядываясь в лица друг друга. Я первый потянулся к ее губам, но Ульяна вдруг отпрянула и перевернула мою левую руку, с удивлением смотря на мизинец.

– Ты ювелир? Ноготь на мизинце более длинный, чем все остальные, так бывает у ювелиров или артефакторов.

– Да, ты угадала, но ювелирное дело для меня больше хобби, чем работа, – улыбнулся, а в следующий миг решительно прижал Ульяну к себе и накрыл ее губы своими, толкаясь в ее ротик языком, исследуя, пробуя, присваивая себе.

Однако не успели мы как следует распалиться, как от дверей послышалось насмешливое покашливание, а затем знакомый звонкий голос ехидно прокомментировал:

– А ты времени зря не теряешь, мой дорогой Риан.